Космический замуж. Землянка для звездных карателей (СИ)

Глава 20 Подтверждение

В работу получается погрузиться быстро, несмотря на озвученное моими… мужьями. Слишком уж это всё увлекательно для меня.

К тому же условия, которые созданы для работы… Никогда не имела дела с настолько продуманной организацией труда. У меня есть всё. Только твори.

Даже забываю, в какой ситуации нахожусь.

Пока дверь в мастерскую не открывается.

Я отрываюсь от голограммы с расчётами частот, ожидая увидеть их обоих.

Но в дверях стоит только Эйден. Он один, и его присутствие в этот час, когда работа обычно останавливается, кажется ещё более подавляющим.

Он закрывает дверь за спиной и прислоняется к ней, скрестив руки. Его одежда привычно безупречна, но верхние крепления растёгнуты, проявляя его идеальный рельеф.

Эйден выглядит… раздражённым. И сосредоточенным.

— Рэлон улетел в сектор Дельта-Три, — говорит он без предисловий. — Срочный инцидент с грузопотоком. Вернётся завтра к вечеру.

Я киваю, мысленно возвращаясь к своим цифрам. А потом вспоминаю. Дни. Сегодня как раз седьмой день.

Откладываю стилус и медленно поворачиваюсь к нему на вращающемся кресле.

— А как же… подтверждение? — спрашиваю я прямо, глядя ему в глаза. — Если Рэлона не будет.

Эйден отталкивается от двери и проходит вглубь мастерской. Он останавливается перед моим столом, его пальцы касаются края голограммы, слегка рассеивая её.

— По закону, для активации иммунитета первая консумация обязательна с обоими супругами, — говорит он так же чётко, как докладывает о мерах безопасности. — Это мы выполнили. Для поддержания статуса достаточно еженедельного подтверждения с хотя бы одним. Присутствие обоих одновременно не обязательно. Как и биофиксация процесса. Главное — факт и последующее сканирование супруги со сдачей анализов. Упрощённое.

Он делает паузу, его тёмные глаза пристально изучают моё лицо.

— Рэлон уполномочил меня действовать от его имени в этом вопросе сегодня, — добавляет он, и в его тоне появляется едва уловимая усмешка.

Если честно, сейчас я пугаюсь даже больше. Как это будет — только с ним? Без смягчающей, отвлекающей игривости Рэлона?

Только его сосредоточенный, властный напор… От одной этой мысли внутри всё сжимается в тугой, горячий узел.

Да, мне страшно. Но этот страх другой, в нём изрядная доля… предвкушения. Как перед прыжком в тёмную, бурную воду, зная, что ты уже умеешь плавать.

Я встаю с кресла, сцепляю руки, которые слегка подрагивают. Он не двигается, лишь его взгляд становится тяжелее, темнее.

— Хорошо, — говорю я тихо.

Эйден делает стремительный шаг вперед. Его движение такое быстрое, что я не успеваю среагировать. В следующее мгновение мои ноги уже не касаются пола. Он поднимает меня на руки так легко, будто я невесомая, прижимает к своей груди.

— Эйден! — вырывается у меня от неожиданности.

— Какая же ты, Варя, — говорит он низко, и в его голосе слышится не суровость, а голод. — Ты же сама хочешь. И тоже не хочешь ждать.

Он сажает меня на широкий рабочий стол. Микросхемы и чипы сыпятся на пол. Я ахаю, но его губы уже находят мои, заглушая протест.

Этот поцелуй неистовый, властный. Его язык вторгается в мой рот, заявляя права. Я замираю, но от его искусного напора, вдруг отвечаю с той же дикой страстью. Мои пальцы впиваются в его плечи.

Его руки раздвигают полы халата, стягивают его с плеч. Резким сильным движением разрывает мои домашние штаны от пояса прямо до промежности. Я ахаю, и та же участь постигает тунику.

Воздух мастерской прохладен на коже, но его ладони обжигают. Он отрывается от моих губ и осыпает поцелуями шею, грудь, живот, сминая грудь так возбуждающе умело, что я не могу сдержать глухой стон.

— Эйден… — я стону, не в силах сопротивляться накатывающей волне.

В ответ он низко рычит, разрывает ткань сильнее, и склоняется между моих ног. Его язык касается самого чувствительного места. Я громко стону, выгибаясь, упираясь ладонями в стол. Эйден точен и безжалостен. Его пальцы впиваются в мои бедра, удерживая на месте.

Ох, что же он творит со мной своими губами и языком… Всё настолько умело и идеально, что мой оргазм накатывает стремительно и совершенно беспощадно.

Эйден лишь слегка замедляет ласки, продлевая моё наслаждение, как же идеально, как же хорошо…

— Красавица моя, — говорит он хрипло, поднимаясь надо мной, прожигая меня пылающим взглядом. — Всю неделю думал, как возьму тебя. Снова. Но я рад, что ждал. У тебя теперь совсем другое в глазах.

Он входит в меня одним мощным толчком. Я громко стону от вспышки ощущений. Он заполняет до предела, начинает двигаться с ровным, неумолимым ритмом. Каждый толчок глубинный, выверенный.

Всё это время Эйден смотрит мне в глаза, пока я не сотрясаюсь в новом оргазме.

Пока моё тело сотрясается, а мастерскую наполняют мои блаженные стоны, он переворачивает меня, укладывая животом на столешницу.

Серия новых сильных рывков превращает мои штаны в лоскуты. Он придавливает торсом меня к столу и вторгается в меня снова, ещё глубже.

Я стону громче, чувствуя, как внутри нарастает давление. С губ срывается его имя, и движения Эйдена становятся ещё резче.

До меня слабо доходит, что хоть он и держит меня крепко, но теперь он осторожен. Сохраняет контроль. Кажется, обойдётся без синяков. Впрочем, это уже не важно. Я тону в ощущениях. Мне слишком хорошо.

Эйден берёт мои бёдра, рывком тянет на себя, так что я проскальзываю грудью по столешнице, и подныривает искусными пальцами под живот, сдвигая их на половые губы.

Глубокие проникновения, давление его пальцев, его тяжёлое дыхание, само осознание, того, что он берёт меня прямо в мастерской, на рабочем столе — всё это выносит меня куда-то в дальний-дальний космос.

Моё тело взрывается волной сладких судорог. Вслед за мной, с низким рыком содрогается и Эйден, заполняя меня теплом.

Мы лежим, медленно приходя в себя. Он все еще во мне, его вес восхитительно желанно придавливает к меня столу. Я в полной блаженной прострации.

Наконец он отстраняется, поднимает меня со стола и подхватывает на руки.

— Теперь, когда первый голод утолён, — говорит он, — больше не будем торопиться.