Я уже ни в чем не была уверена! А отступать было поздно.
Король Тафари величественным жестом указал на массивные резные двери в конце зала.
— Ритуал состоится сейчас. Пройдемте.
Дарен и Дагар подошли ко мне и встали рядом. Я заметила, как восхищенно они смотрели на меня — словно видели впервые. Ну да… Я и сама себя еле узнала в зеркале.
Король уже пошел вперед и призывно махал нам рукой. А я все никак не могла сделать хотя бы шаг. Я чувствовала, что это ловушка, в которую я сама себя загнала, и из нее уже не выберусь.
Дагар чуть склонился ко мне:
— Прекраснейшая, идем — король ждет. Нужно завершить ритуал, чтобы он мог начать готовиться к атаке. Мы ведь летим за Нессой и Крепышом, помнишь?
Я возмущенно посмотрела на него:
— Конечно, помню!
Или это он намекает, что я тяну время, потому что мне плевать на Нессу и пушистика?
Покачав головой я твердо решила, что не увидит этот артефакт во мне ни одного хорошего чувства к ним! Заберу своих, потом — к императору и домой, на Землю!
Я вздернула подбородок и чуть ли не бегом бросилась за королем.
Высокие двери бесшумно распахнулись, пропуская нас в соседнее помещение. Воздух здесь был иным — прохладным, напоенным ароматом влажной земли и незнакомых цветов. И тогда я увидела его.
Зал был огромным: его своды терялись в полумраке где-то на головокружительной высоте. В самом центре, пробив каменные плиты пола, росло исполинское дерево с причудливо изогнутым стволом и серебристой листвой, мерцавшей в таинственном свете, будто тысячи крошечных звезд. Под его раскидистой сенью стоял пожилой нгоро в белых одеждах. В его руках пульсировал кристалл, отливающий глубоким сапфировым сиянием.
— Тафари, откуда здесь Хранитель артефакта? — тихо спросил Дарен; его голос прозвучал особенно громко в звенящей тишине зала.
Король Тафари торжественно поднял голову.
— Древний артефакт пробуждается лишь для великих событий. Я планирую свадьбу своего сына, — он выразительно посмотрел на меня, но я, сбитая с толку, лишь недоуменно моргнула.
«Какой еще сын? Мне этих двух красавчиков хватит. Не нужны никакие сыны, еще и нгорские!»
Поразмыслить об этом я не успела. Мужья потянули меня вперед к ожидающему Хранителю.
Тафари остался возле дверей. Когда мы дошли до дерева, я услышала щелчок замков и, обернувшись, увидела: короля нет, а двери заперты.
— Вы готовы?
— Да, Хранитель, — ответили братья в один голос.
— М-м-м… Единая душа! Какая редкость! Хорошо, если ваша хейра готова, то я начну.
Я оглядела зал и не поняла, что последние слова касались меня. Дарен тихо прокашлялся, привлекая мое внимание, и, когда я повернулась к нему, он кивнул на Хранителя, выразительно изогнув бровь.
Я нервно посмотрела на Хранителя. Он смотрел на меня, словно ожидая чего-то.
— А? Что-то не так?
— Все так, хейра. Вы готовы?
— Ах… Да, наверно, готова. А что надо делать?
— Ничего. Расслабьтесь и постарайтесь не двигаться.
И он начал ритуал. Голубой свет от кристалла ожил, поднявшись в воздух и обвившись вокруг нас троих, словно небесная река.
Я почувствовала, как энергия вибрирует в воздухе, касаясь кожи легким, но ощутимым покалыванием. Затем цвет начал меняться — от лазурного к теплому, солнечному золоту.
Свет сгустился, объединив нас в сияющий треугольник, и по телу разлилось странное, согревающее изнутри тепло.
Хранитель воздел руки, и его голос прозвучал мощно и торжественно, разносясь под сводами:
— Камень Судеб признал вас! Отныне ваши души сплетены в вечном танце, ваши жизни — единая нить в полотне судьбы. Да пребудут Дагар, Дарен и Вера мужьями и женой пред лицом звезд!
После этих слов в зале воцарилась тишина, и в этой тишине до меня наконец-то дошло, что все кончено.
Ритуал завершен. Артефакт… признал. Признал этот безумный брак, эту авантюру, в которую я попала по воле случая.
Я стояла, ожидая, что сейчас нахлынет волна возмущения, протеста, отчаяния. Ведь это конец моим надеждам о возвращении на Землю, к привычной жизни, к тому, что я называла домом.
Но вместо леденящего ужаса или яростного отрицания внутри заструилось странное, теплое чувство, словно меня изнутри окутали мягким, тяжелым бархатом. Оно разливалось по жилам, согревая и вызывая странное, почти пьянящее головокружение.
Это было… облегчение. Странное, нелогичное, предательское облегчение. Будто какая-то огромная тяжесть, которую я тащила все это время, вдруг растворилась в этом золотом сиянии.
«Зачем стремиться куда-то? Зачем возвращаться в свою маленькую, пустую квартиру на Земле? Туда, где у меня никого нет.»
«Ведь здесь — мой дом. А это мои мужья и с ними я больше никогда не буду одна».
— Что это? Эти чувства… Откуда они? — прошептала я, глядя на свои руки, будто впервые их видя.
Хранитель мудро улыбнулся, его глаза светились тем же золотым светом:
— Ритуал не создает чувств, дитя. Он лишь раскрывает то, что уже живет в твоем сердце.
И тогда я посмотрела на них — на Дарена и Дагара. Тепло внутри меня внезапно вспыхнуло ослепительным пожаром. Жар разлился по венам, сердце забилось чаще, а в животе возникло тревожно-сладкое напряжение.
Они стояли, не сводя с меня глаз, и в их взглядах читалась та же жгучая потребность.
Дарен и Дагар, как по команде, протянули ко мне руки. Их голоса прозвучали тихо и нежно, сливаясь воедино:
— Пойдем с нами, Вера.