Крепыш потерял равновесие и встал на все четыре лапы. Палочник расценил это как-то по-своему и растопырил уже свои конечности, которых оказалось намного больше тех двух, что я изначально видела.
Тонкие и кривые, они угрожающе трепетали.
Крепыш не успел среагировать, как между ними пёстрым вихрем влетела Шибай и крикнула палочнику:
— Ну-ка, шурши отсюда! Нечего на моих подопечных руками махать!
Потом Шибай сделала какой-то знак рукой, и палочник, резко сменив настрой, сложился в единый столбик и мелко засеменил прочь.
А Шибай повернулась к нам и бодрым голосом сообщила:
— И чего сидим? Пошли твоё кафе смотреть. Я тебе всё покажу.
Несмотря на непривычный вид Шибай, я была ей рада.
— Шибай! Но вы же собирались улететь!
Женщина как-то нервно посмотрела на свой телефон и убрала его в складки пёстрой юбки.
— Да я вот шла-шла и подумала: а как ты со всем разберёшься? Вот и решила остаться и помочь тебе. Не за бесплатно, конечно! Запомни сразу тут, — она ткнула пальцем в пол, — никто ничего не делает просто так!
— Но у меня ничего нет, — я развела руками.
— Кафе у тебя есть. Я буду процент с выручки брать. Нормально всё будет. Идём. Дел много… Там закупиться продуктами надо, я-то не планировала возвращаться.
Сейчас.
— Ну что ты встала! Иди в зал! И ещё раз повторяю: на все предложения говори «нет»! Ни к кому не подходи. Ничего ни у кого не бери! Из-за стойки бара в зал не выходи. Я скоро!
Живот скрутило в нехорошем предчувствии:
— Что? Куда ты? Какие женихи?! Разве ты не поможешь их выставить из кафе?
Шибай уже была в дверях чёрного хода.
— Не уйдут. Я за братьями. Они разберутся!
Она вышла и закрыла дверь.
А я осталась.
— Она будет моей женой! — провыл кто-то, а я вздрогнула.
Неужели это происходит на самом деле?
Не успев более-менее успокоиться после эпичного переезда в другую галактику, я снова влипла в какие-то неприятности.
И теперь все эти неприятности ждали меня там — в гостевом зале моего же кафе.
На деревянных ногах я пошла в зал, как и просила Шибай. А перед тем как войти, заглянула в щёлку приоткрытой двери, придерживая её за ручку.
Как же их много! И какие они все разные. Причём ни одного хотя бы близко похожего на человека.
Хотя… Вот же он. Четырёхрукий громила с лицом, словно высеченным из шершавого и кривого гранита, сидел в сторонке и молчал, искоса поглядывая на мечущегося рядом серокожего.
Мои старые знакомые. А им-то тут что надо?
Серый словно почувствовал моё присутствие и ткнул одним из шести пальцев в моём направлении.
— А вот и она! Главный приз сегодняшнего аукциона! Землянка Вера!
Дверь, словно живая, вырвалась из моих ослабевших пальцев и распахнулась, являя меня восторженной публике.
Выкрики возобновились с новой силой. Стоял настоящий гвалт, как на базаре. Словно шла бойкая торговля. А товаром была я.
Стоп, а где Несса и Крепыш?
Я огляделась. Нессы нигде не было. Наверно, она, как обычно, сидела в своей комнате и во что-то играла на планшете, который ей подарила Шибай. Ну хоть гориллу не пытаются купить.
А вот Крепыш красным сгустком ненависти висел в воздухе в чуть мерцающей силовой сфере. И хоть сфера не давала ему свободы действий, он всё равно пытался вырваться и всех покарать! Мой смелый пушистик!
— Невеста желает подарков?!
Сразу после этого непонятно от кого прилетевшего предложения прямо мне в голову полетел увесистый кожаный свёрток. Хорошо, что над баром, за которым я стояла, тоже было силовое поле. Свёрток ударился о поле и раскрылся, брызнув искрами разноцветных кристаллов.
Я от неожиданности взвизгнула и отшатнулась.
И тут, видимо устав от этого бардака, поднялся четырёхрукий.
— Я, Жарбанар, беру её в жёны! — он говорил медленно и тягуче, голос был густой и очень низкий. — И даю за землянку Веру астероид с богатой платиновой жилой в 245 тысяч кюрей, чистотой в ноль сапов.
В зале воцарилась тишина. Многие лица разом поскучнели. Видимо, объявленная жила была очень дорогой, и не все смогут перебить такую цену.
Мне стало дурно. Замуж за него?! Да что они себе позволяют! Я бросила взгляд на серокожего.
А ведь это всё он придумал. Сначала испугался и сбежал, а потом сообразил, как можно выгоду с меня стрясти. Шибай ещё тогда сказала, что вылазка на Землю за животными — очень-очень дорогое приключение, и что серокожий стал почти банкротом.
А теперь его аж трясло от той суммы, которую он получит после перепродажи астероида.
— Кто даст больше? — на высоких нотах пискнул он.
Все промолчали.
А четырёхрукий алчно посмотрел в мою сторону. Я отрицательно замотала головой, пятясь обратно на склад. Оттуда, в принципе, получится удрать куда-нибудь и спрятаться.
Никто больше не пытался перебить цену.
— Всё? Никто не желает дать больше за такую редкую невесту? Её не менее редкую Нессу и красную бестию? Вы понимаете, что такое предложение так же редко, как и вспышка сверхновой!
— Сверхновые не такая уж и редкость, — буркнул кто-то из толпы.
— Что ж… Тогда объявляю аукцион за…
Он не успел договорить. Дверь кафе с тихим шорохом раскрылась, и на пороге возникли две массивные фигуры. С коридора лился яркий свет, а в моём кафе всегда было приглушенное освещение, и я не смогла рассмотреть, кто там стоит.
— Этот аукцион незаконен, — тихо сказал один из незнакомцев и в помещении повисла гробовая тишина.