Проснулась от того, что почувствовала толчок. Такой, какой бывает при слабеньком землетрясении. Не толчок в бок или кровать, а что-то более глобальное. Толчок в космический корабль нгоро?
Я прислушалась. Вокруг стояла темнота и тишина. Тихо шуршали системы корабля где-то за переборками.
А рядом, справа и слева от меня, мерно дышали… Мои мужья.
Я почувствовала, как губы сами по себе расплываются в улыбке.
Красивые, сильные и неожиданно нежные и чувственные.
Могла ли я подумать, что когда-нибудь у меня будет два мужа? Да никогда на свете! А ведь это не так уж и плохо.
Кстати, надо будет спросить, что значит «одна душа». Местный священник, или как его там, говорил что-то про их душу.
Мне снова почудился толчок. Темнота и тишина словно скрадывали его — я его кожей почувствовала.
Или нет?
Я поерзала, и тут же сильные руки кого-то из мужей обхватили меня за талию, и он прижал меня к себе. В плечо уткнулись губы. Это был Дарен. Он поцеловал и что-то прошептал сквозь сон.
Тут же с другой стороны рука Дагара нащупала мою ладонь. И он тоже меня поцеловал — в запястье.
Дожидаться, станут ли они перетягивать меня, как канат, я не стала, потому что этот толчок я почувствовала отчетливо.
Даже больше — ощутимая дрожь прошлась по кораблю, заставляя дребезжать все, что не было закреплено.
Я попыталась встать, но меня никто не отпустил. Пришлось похлопать Дарена по предплечью.
— Дарен! — громким шепотом позвала я. — Дагар!
Оба тут же проснулись:
— Вера? Что случилось, тебе плохо?
Я чуть сбилась с мыслей от заботливого тона Дарена. Его рука скользнула вниз по моему животу и чуть помассировала его. Я накрыла его ладонь своей и покачала головой.
Потом сообразила, что меня не видно.
— Нет, не больно. С чего бы?
— Женщины часто болеют после первого раза.
— Видимо, я не из тех женщин.
Очередная волна дрожи по кораблю напомнила, зачем я их разбудила.
— Что это? Нас атакуют?
Дагар зашуршал простынями и сел, его голос донесся сверху:
— Нет. Похоже, что пристыковался большой корабль. Наверно, нгоро уже вернулись.
— Вернулись? А мы не должны были лететь за Нессой и Крепышом?
Тут же привстал Дарен, и зажегся неяркий прикроватный свет, озарив золотистым сиянием идеальные атлетические тела моих мужей.
У меня отвисла челюсть на мгновение, и я забыла, о чем мы говорили.
Дарен пошел к терминалу, а я залюбовалась его крепкой задницей и стройными мускулистыми ногами. За Дареном продефилировал Дагар.
Не мужчины, а олимпийские боги! Честное слово!
Оба склонились над терминалом.
— Да, они уже вернулись, — сказал Дарен.
А Дагар пошел к встроенному шкафчику и начал там копаться, объясняя ситуацию:
— Король Тафари очень попросил, чтобы мы воздержались от участия в этой операции. Ты же видела нгоро? — Дагар обернулся через плечо, чтобы убедиться, что я его внимательно слушаю. Я кивнула. — И ты знаешь, как выглядит Несса и кто она.
— Да, конечно. Она — горилла с Земли. Немногочисленный вид, занесен в Красную книгу и находится под защитой.
— А как гориллы попали на Землю?
Я заметила довольный взгляд Дарена, который, облокотившись на столешницу терминала, разглядывал меня.
Я мгновенно смутилась, вспомнив, что совершенно голая, и попыталась чем-нибудь прикрыться — от чего улыбка мужа стала еще шире. И не забыла ответить Дагару:
— Как и все на планете — из океана, — крайне коротко объяснила я возникновение жизни на Земле.
Дагар ради такого снова обернулся и отрицательно покачал головой:
— Нет. У нгоро есть легенда о бесстрашных исследователях, отправившихся искать великую зеленую планету. Они вышли на связь с сообщением, что нашли ее, и тут же пропали с радаров, так и не успев передать полный пакет данных. В общем, нгоро считают, что ваши гориллы и есть потомки тех самых исследователей.
— И? — я не могла понять, к чему он ведет.
— Сын короля Ошула случайно встретил Нессу на нашей станции пару недель назад. Они пообщались и понравились друг другу.
— Что? Когда? Несса почти не выходила из квартиры. Да и она же совсем молоденькая!
— Вполне зрелая юная нгоро — по их понятиям.
— Стоп. А как же они общались? У Нессы было простое кольцо, как и у меня?
— На нгорском. У них генетическая память. Несса помнит древнюю родину и родной язык.
И тут я почувствовала себя очень-очень странно. Получается, все гориллы на Земле помнят, откуда они? Помнят, что они — нгоро из развитой цивилизации, которая давно покорила космос!
Вспомнились огромные, умные и все понимающие глаза десятков виденных мною лично горилл. Или нгоро?
— Вера? Что с тобой? Ты плачешь! Вера!
Дарен быстро подошел ко мне и сгреб в охапку.
— У нас к ним относятся как к животным! В какое-то время почти истребили их! Какой кошмар! Но почему Несса мне ничего не сказала?!
— Это одна из причин, по которой с тобой хотел поговорить король Тафари.
— Думаю, операция по возвращению твоих друзей прошла успешно, иначе нас бы разбудили. Так что сейчас мы оденемся и пойдем к королю.