Крепкий ветер на Ямайке

2

На обратном пути в Ферндейл отец с матерью оба хранили молчание, будучи под воздействием тех порывов ревности, смешанной с взаимным сочувствием, которые сильное общее переживание порождает более в людях привычно, по-семейному, близких, чем в пылких любовниках.

Они были выше заурядных сантиментов по поводу свежей и тяжелой утраты (они бы не замерли над маленькими башмачками, найденными в серванте), но не могли быть свободны от влияния куда более сильнодействующего естественного родительского инстинкта — Фредерик не в меньшей степени, чем его жена.

Но когда они уже подъезжали к дому, миссис Торнтон начала потихоньку посмеиваться про себя:

— Какое забавное маленькое создание наша Эмили! Ты обратил внимание, что она сказала почти напоследок? Она сказала: “Я пережила землетрясение”. Она, должно быть, спутала это слово в своей бедной глупой головке с “воспалением уха”^[2]. Последовала долгая пауза, а потом она отпустила еще одно замечание:

— Джон у нас такой впечатлительный: чувства так его переполняли, что он просто не мог говорить.