Крепостная Эльза

Глава 50

Дёрнул к себе, заставил повернуться к нему лицом и размахнулся, намереваясь отвесить мне тяжёлую оплеуху.

Я, конечно, ни разу не боец. В прошлой жизни как-то не доводилось, и в этой ещё не пришлось, но, когда тебя разворачивают движением, от которого того и гляди слезет скальп, кто угодно будет защищаться.

Тем более свободная, а не крепостная, девушка!

Отбиваться от повара моими кулачками дело бесперспективное, но рядом на столе лежала большая железная лопатка. Ею я и приложила обидчика в лоб. Хорошо так приложила, со всей силы.

Он заорал пожарной сиреной.

— Девка! Стервь! Убью! Лично на лоскуты порежу!

Я прижалась к стене спиной и тоже заверещала:

— Не смей меня трогать! Я — вольная! Я на тебя жаловаться буду!

Так как никто из нас не сдерживался в выражениях, через минуту в кухню набились люди. Слуги, кухарка, поварята и госпожа Лера.

— Прекратить! — рявкнула она.

Командный голос госпожа Лера выработала отличный — мы с поваром шарахнулись друг от друга.

— Что здесь происходит? — строго спросила госпожа Лера.

В дворцовой субординации я пока разбиралась плохо, но вполне достаточно, чтобы понять, что наша управляющая по статусу значительно выше повара. Хотя бы потому, что он принялся оправдываться.

— Я приказал ей рассказывать рецепт! А она, дрянь, посмела отказаться! — заверещал повар. — Хотел поучить её, как надо вести себя с уважаемыми людьми, так эта стервь отбиваться начала.

Повар повернулся ко мне и, заикаясь от азарта и предвкушения, сказал:

— Твоя жизнь кончилась, дура. Тебя отправят пороть, а уж я позабочусь, чтобы ты не выжила после экзекуции. Ты ещё будешь лизать мои сапоги и умолять простить тебя. Но я не прощу.

Честно говоря, мне стало страшно. Как выжить в мире, где один человек мечтает издеваться над другим?

— Я — свободная! Я не крепостная! — громко повторила я. — Я буду жаловаться!

Повар мерзко захихикал:

— Жаловаться! На меня! Да я тебя сейчас, прямо здесь, кипятком обварю! И посмотрим, что мне за это будет!

Повар, на полном серьёзе, схватил большой ковш и пошёл к котлу, стоящему на печи. Из-под крышки котла поднимался пар.

— Стоять! — звонко выкрикнула госпожа Лера и повернулась ко мне. — Эльза, ты умом тронулась? Что ты несёшь?

— Я в самом деле свободная, — торопливо повторила я. — Меня барин, граф Пекан, освободил перед отъездом.

— Зачем? — спросила госпожа Лера.

— Из благодарности. За то, что хорошо роль отыграла и вообще, от радости, что королю его театр понравился, — не вдаваясь в подробности, ответила я.

— Врёт! Она всё врёт! — взвизгнул повар. — Никто не освобождает крепостных!

— Мы проверим, — вздохнула госпожа Лера и сняла со своего пальца перстень. — Эльза, протяни руку. Не бойся, это артефакт. Если на тебе есть печать — она проявится.

Мне вдруг стало страшно. А если граф меня обманул? Я же не знаю всех тонкостей, может быть, он меня перехитрил? И сейчас на моей ладони засветится рабская печать?

— Эльза, — напомнила госпожа Лера.

— Что, девка, поняла, чем для тебя всё закончится? — мерзко хихикнул повар. — Падай мне в ноги и целуй сапоги! Может быть, тогда я тебя сам выпорю.

Угу. Потом выдавишь из меня всю полезную информацию и всё равно устроишь жестокую экзекуцию. По хитрому и самодовольному взгляду повара можно было сразу понять, что он считает меня наивной дурой.

Я решительно протянула руку к госпоже Эльзе. Ладонью вверх.

Та приложила к моей ладони перстень. Ничего. Ничего! Какое счастье! Граф меня не обманул!

Повар поменялся в лице. Подскочил, схватил вторую мою руку и буквально вырвал у госпожи Леры перстень. Та растерянно ахнула, но повар, не обращая внимания на такие пустяки, всё тыкал и тыкал перстень в мою ладонь.

— Хватит! — госпожа Лера выхватила у него артефакт. — Эльза, пойдём со мной.

Она вышла из кухни и торопливо пошла по коридору. Я — за ней.

Мы спустились вниз, в крыло для прислуги. Прошли мимо людской и нашей кухни и зашли в небольшое помещение, которым госпожа Лера пользовалась, как кабинетом.

— Рассказывай всё, — строго сказала она. — За что тебе граф дал свободу? Не верю, что за актёрство. Стараться для барина — твоя обязанность.

Ага, сейчас, вот так взяла и всю правду выложила! Про магару, про свой шантаж, про то, как я воспользовалась ситуацией.

Я не настолько хорошо знаю госпожу Леру, чтобы быть с ней предельно откровенной. Но что-то сообщить придётся, значит вспомню, что я не просто девка, я — актриса. И, между прочим, неплохая.

— Госпожа Лера, я поклялась графу не выдавать никому ничего, что касается лично его и его семьи, — напустила я тумана. — Я оказала барину одну очень необходимую услугу, и в благодарность он дал мне свободу.

— Угу, угу, — усмехнулась дама. — Такие услуги стоят медяшку в ярмарочный день. Любая крепостная бабёнка окажет, ещё и за счастье почтёт.

— Это не то, о чём вы подумали, — улыбнулась я. — Простите, я в самом деле не могу сказать.

— Почему сразу не сообщила про свою свободу?

На этот вопрос ответила легко, тут и врать не надо. Ну, стала я свободной, а дальше что? Города не знаю, жизни не знаю, идти некуда. Лучше уж при дворце прислуживать, чем попасть в весёлый дом. К тому же, кое-что я умею, готовить, например, и была уверена, что смогу в будущем заработать себе на жизнь.

— Мне, главное, попривыкнуть, осмотреться, — вздохнула я.

— Чем ты повара прогневила?

Я дословно рассказала нашу беседу. Госпожа Лера выслушала, усмехнулась, покачала головой.

— Хитрый жук, — заметила она. — Знаешь, Эльза, раз ты не крепостная и умеешь вкусно готовить, я, пожалуй, помогу тебе. Составлю протекцию.

Из дальнейшей беседы я выяснила, что помогала госпожа Лера не столько мне, сколько себе. Ей, как и повару, очень хотелось нагреть руки на моих талантах.

Несколько месяцев назад они с братом купили трактир. В хорошем месте и за приемлемую цену. Госпожа Лера хотела вложить деньги в прибыльное дело, а её брат — заняться чем-нибудь полезным. Был он значительно старше сестры, дети выросли и разлетелись, вот и решил стать трактирщиком.

— Брат день и ночь там живёт, но дела идут не слишком хорошо, — сказала госпожа Лера. — Если бы ты пошла работать к нему на кухню, думаю, гостей бы в трактире прибавилось.

— А жить я где буду?

— Там же, выделит тебе комнату.

Угу, и сам будет ко мне в эту комнату похаживать, да?

Наверное, сомнения в порядочности трактирщика были написаны у меня на лице.

— Не думай плохого, — сказала госпожа Лера. — В трактире брата ты будешь в большей безопасности, чем здесь. Знаешь, повар ведь не успокоится, он злобный и мстительный.

Этим же вечером мы с госпожой Лерой поехали в другой конец города — знакомиться с трактирщиком.