Культиватор Сан Шен III

Глава 25

ГЛАВА 25

Стоило предводителю демонов сдохнуть, как по окрестности разошлась странная волна. Это был не ветер, не звук в прямом понимании, не что-то похожее на, пусть будет статическое электричество, которое можно ощутить в некоторых местах, например, на подстанциях или после сильнейшей грозы. Но я это чётко ощутил и телом, и сутью культиватора.

Почувствовали волну и рядовые демоны. На них она оказала куда как большее давление и последствие. Ближайшие к месту нашей схватки резко повернулись ко мне спиной и со всех ног бросились прочь, стремясь затеряться среди скал и куцых зарослей растительности на плато. За ними устремились прочие. Спустя считанные минуты на поле боя среди трупов и умирающих демонов остались только мы с Канти и две мои тени. Последних я развеял, убедившись, что враги не собираются возвращаться.

— Цела́? — первым делом спросил я четырёхрукое чудище. По внешнему виду было непонятно насколько моя спутница пострадала. И пострадала ли вообще. С ног до головы её тело заливала тёмная кровь демонов и покрывали ошмётки их тел — какие-то сгустки, куски чужой чешуи, шерсти и стружка от рогов и костяных бляшек.

Та молча кивнула, а затем верхней парой рук стёрла всю грязь боя с лица и шеи.

— Тогда идём к месту ритуала. Это где-то там, — я махнул рукой в нужном направлении. — Точнее, побежали.

Я передвигался через тени. Так мне было проще, комфортнее и можно было быстро проводить разведку. Канти неслась следом на огромной скорости.

Там, где я вчера наблюдал возню демонов над ритуальным рисунком, сегодня было почти пусто. Всего пяток зверодемонов жадно рвали трупы, приготовленные на заклание. Канти сходу порвала их всех за считанные секунды.

Здесь были все мертвы. Люди, изменённые животные и низшие демоны в клетках оказались убитыми. Их не принесли в жертву, их просто прикончили. Наверное, кто-то из прислужников генерала оставался следить за ритуальным местом. Почувствовав смерть вожака, приказал подчинённым убить всех и уходить. Рабыни тоже остались в шатре на скале. Их тела покрывала ярко-красная кровь, которая, казалось, сочилась из пор на коже. На лицах застыла гримаса страшных мук, но никаких ран я не увидел. Предположу, что причиной такой страшной гибели стала смерть их хозяина от моей руки.

При всём при этом от ритуального рисунка мощно тянуло страхом, холодом и тленом. Демоны отсюда ушли, но в любой момент могут вернуться, чтобы доделать работу. На такой случай Анджали дала мне особый амулет. Он выглядел как большое хрустальное яйцо с сотнями сверкающих граней, заполненное приятным жёлтым свечением. Размахнувшись, я метнул предмет в центр незавершённого чертежа. Ударившись о каменную поверхность, яйцо треснуло. Из него во все стороны хлынул яркий свет. При этом он не слепил, но закрыл собой все окрестности. Как будто мы с Канти оказались в светящемся густом тумане. Эффект продлился около пяти минут. И когда туман схлынул, то никакого давящего ощущения ритуального рисунка больше не было. Я реально вздохнул полной грудью и расправил плечи. Только сейчас осознал, как на меня давил незавершённый тёмный ритуал. Словно шёл против пронизывающего шквального ветра.

На лицах моих спутников отразилось огромное облегчение, когда они увидели меня и Канти. В их глазах я был ценнее… Пирамиды. Наверное, в этом они и сами себе не признаются, но факт такого есть. Пирамида стояла и ещё долго будет стоять, даже после чёрного ритуала и постоянных атак демонов. А вот избранный то ли ещё будет, то ли нет. И уж точно мой сменщик не появится при их жизни. А ещё и настоятельница и первожрецы в курсе, что у меня лежит в пространственном кольце и для чего эта вещь нужна. Про себя они лелеют надежду, что с помощью скрижали будет разрушен один из трёх главных Чёрных Столпов, на которых стоит стабильность власти и силы демонов.

О своих догадках по поводу того, что боги оценили важность данного Храма выше чем моя миссия я не стал никому говорить. Вполне может быть я банально ошибаюсь из-за разницы менталитета, отсутствия особых знаний и взглядов на окружающий мир. Может, местные слепки богов способны заглядывать в будущее, и там увидели мою победу.

Новой награды за поражение генерала демонов и его многотысячного войска с разрушением ритуала я не получил. Да и не надеялся. Успел сообразить, что все те плюшки и «облизывания» богиней были обычным щедрым авансом. Мало того, сама победа, как и сам минувший бой были мне наградой. Мой резерв Ци перевалил за сорок тысяч. В копилку техник добавился призыв нескольких теней, обладающих невероятной силой. А ещё повезло урвать у мёртвого демона одну из его способностей. Для активации требовалось море энергии, но с моими возможностями я мог себе позволить такие траты.

— Избранный, ты завершил все свои дела в Храме? — поинтересовалась у меня Турамма.

— Да, — коротко ответил я ей.

— Тогда следуй за мной. Нам пора уходить.

— Турамма, я разогнал всех демонов и убил их предводителя. Мы можем вернуться в город прежним путём. Разве это не будет быстрее?

— Риск всё равно слишком велик, господин Шен, — немного иным тоном ответила мне женщина. — Пусть наша дорога увеличится, но зато мы точно придём во Фьярст. Сейчас, когда мы получили всё ради чего рисковали жизнями, даже крошечный шанс провала нельзя допустить. Возможно, демоны уже гонят сюда новую армию с новым владыкой. Или не одного. Стоит им встать на наш след и тогда нам не уйти. Твари будут преследовать наш отряд до самого города, а по пути превращать всю землю на своём пути в выжженные пустоши. Я знаю, что говорю. Уже видела такое много лет назад.

— Ясно, — пожал я плечами и задал новый вопрос. — Турамма, а почему мы тогда не могли попасть сюда из другого Храма?

— Местная Пирамида находится в окружении очень мощной пелены демонических эманаций. Пробиться сюда извне невозможно. Только уйти, причём с рядом условий. Для обычного человека такой путь невозможен.

— Ясно, — повторил я.

Если в первое свое путешествие между Храмами я спал, то сейчас всё прошло при ясном сознании. Но даже так я почти ничего не заметил и не почувствовал. Небольшая дезориентация, потемнение в глазах и вот уже осознаю, что нахожусь совсем в другом месте. Зал был чуть не такой просторный по площади, потолок ниже, опорных колонн меньше.

Храм принадлежал сразу двум богам. Васанту Плодородному и Оки́иру Золотому. Территория имела чёткую границу в виде аллеи из акации и пальм, делившую её на две части. Каждый бог имел отдельную пирамиду и ряд небольших построек: ротонды, беседки, арки с плющом и лианами, навесы для отдыха больших групп паломников. Сами пирамиды с большой натяжкой напоминали геометрическую фигуру, давшую им название: широкое основание, сужавшееся к верху до одного остроконечного шпиля. Стены были усыпаны портиками, статуями, башенками.

Здесь мы задерживаться не стали. Быстро покинули храмовую территорию и окружающую его святую землю. Земли, куда мы перенеслись через храм, чем-то напоминали африканскую савану во время сезона дождей. Полное разнотравье, множество цветов, виднелись как отдельные деревья, так и их крошечные группки. Достаточно ровная местность с мизерным количеством невысоких и ярко выраженных холмов.

— Нам в ту сторону, — махнула рукой настоятельница на небольшую рощу из двух десятков пальм в паре километрах от Храма. — В часе хода отсюда течет небольшая речка, которая впадает в Хомуру́. По ней мы быстро доберёмся до Фьярста.

Хомуро́й звалась одна из двух крупных рек в провинции. Эти речки проходили сравнительно недалеко друг от друга. Немногим дальше, чем Волга и Ока в районе Нижнего Новгорода в моём родном мире. Только у меня Ока впадает в Волгу, а здесь реки проходят рядом с друг другом в полукилометре на протяжении нескольких километров, после чего резко разбегаются.

— Плот будем строить? — поинтересовался я. — Или есть возможность нанять каких-то лодочников?

Остальные молчали. Или знали больше меня, или всецело полагались на женщину.

— На Хомуре есть торговый посёлок. Там мы легко найдём корабль до города, — пояснила она мне.

— Понятно, — кивнул я в ответ.

Бежать по густой траве было тем ещё удовольствием. Даже для меня. Среди растений попадались обладатели настолько прочных и прилипчивых стеблей, что даже я ощущал сопротивление. Первожрецы и настоятельница, подбадривающие себя зельями и амулетами уже через полчаса стали выдыхаться. Вот где пригодился бы мой старый шаати. Не для меня, нет. На элементном ранге культиватора любое ездовое животное будет ему только мешаться. А вьючное при наличии пространственного амулета и того бесполезнее. Зато жрецы сказали бы огромное спасибо за возможность ехать на чьей-то спине. Но, чего нет, того нет.

Как и обещала настоятельница к первой речке мы вышли примерно через час после того, как покинули храмовую землю. Её русло оказалось нешироким, от силы пять метров в самой широкой части. Зато дно на всём протяжении, по крайней мере там, где мы шли по берегу, было очень глубоким.

«Сейчас бы нам какие-нибудь надувные лодки пригодились бы. Или ручной кит с широкой спиной», — помечтал я.

К Хомуре́наш отряд вышел уже в сумерках. По дороге никого из людей не встретили. Следов человеческой деятельности тоже. Видели только животных. Дважды сталкивались с волчьими стаями. Один раз с полчаса шли параллельно по разным берегам с прайдом крупных лохматых хищников, похожих на енотовидных собак, если бы те отожрались до размеров тигра. Раза три поднимали с водопоя косуль или антилоп. Также постоянно в траве замечал крупных длинноногих птиц с коричневато-песчаной расцветкой оперения с вытянутыми шеями и мясистыми чёрными гребнями как у деревенских петухов.

На берегу большой реки — до противоположного берега было под три сотни метров — отряд сделал десятиминутный привал. Умылись, перекусили, попили воды, разулись, чтобы дать отдых ногам. Я помечтал о том, как было бы хорошо, если бы здесь росло деревьев побольше и те сами были покрупнее, потому как имеющихся не хватит на плот. Да и сами они совсем не то, что хочется видеть под своими ногами в качестве преграды между далеким речным дном.

Уже глубокой ночью мы подошли к остаткам крупного посёлка. По словам настоятельницы, здесь раньше был большой речной поселок с рыбаками и рабочими, обхаживающими проплывающие мимо суда. Сейчас же моим глазам предстали руины. Обгорелые пеньки от частокола, широкие впадины на месте волчьих ям, пожарища там, где стояли хижины из дерева и коробки с выгоревшими крышами с дырами в стенах из глины или камней.

— Неожиданно, — с лёгкой долей растерянности произнесла Турамма. — Это затянет наш поход.

— Интересно, кто это сделал? Пираты? Бойцы из враждующих кланов неожиданно здесь встретились? Демоны? — произнёс один из первожрецов.

— Будто это нам как-то поможет, — пробурчал один из его коллег.

А второй добавил:

— И мне нисколько не интересно.

Мы рассчитывали сделать в поселении длительную остановку. Пока Турамма лично или кто-то из храмовников договаривался бы по поводу речного транспорта для нашего отряда, остальные смогли бы как следует отдохнуть. И сделали бы это в тёплом светлом помещении, с горячей ванной, пусть та и была бы какой-нибудь бочкой или большой лоханью, нормально приготовленной пищей. А храмовники в том числе рассчитывали получить и толику женской ласки. Их шепотки на эту тему я прекрасно слышал.

А тут такой облом.

И всё же полностью наши планы на ночлег местная картина запустения не разрушила. Мы всё равно остались ночевать здесь. Лишь отошли на пару сотен метров от сгоревшего частокола, отыскав пологий маленьких пригорок. Здесь развели костёр и установили несколько палаток. Всеми хозяйственными хлопотами и охраной занялись храмовники. Собственно, они и брались в качестве обслуживающего персонала и… как расходный материл. Полагаю, что каждый из воинов сейчас счастлив до поросячьего визга, что благодаря мне сохранил жизнь. И то, что им сейчас приходится суетиться по хозяйству — это малая цена за столь бесценный дар как жизнь.

Жрецы, скинув вещи, полезли в реку, где проторчали с полчаса, смывая дорожную грязь с себя и вещей. Я занимался тем же самым, но в сотне метрах выше по течению. Рядом тут же пристроилась Канти. Девушка ничуть не смущалась моего обнажённого тела. Как и того, что сама престала передо мной в костюме Евы. От такой картины я уже стал предвкушать, как проведу остаток ночи. Что это как не намек? И вдруг она лукаво мне улыбнулась, быстро пошла к берегу, ведя кончиками пальцев по поверхности воды и бросила мне:

— Задержитесь в реке ещё ненадолго, мастер.

— Хм?

Я смотрел ей в спину до того момента, пока девушка не оказалась на берегу. Там она накинула на плечи накидку из тонкой ткани, скрыв свои прелести до середины бёдер,

подобрала свои вещи и ушла в сторону лагеря, быстро скрывшись с моих глаз.

«И что это значит?», — пронеслась в моей голове мысль.

— Господин Шен, не поможете мне с омовением? — голос настоятельницы прозвучал, как гром от своей неожиданности. Уйдя в свои мысли, предвкушая, как проведу эту ночь в палатке, лаская прекрасную партнёршу, я совсем перестал обращать внимание на окружающий мир, поэтому появление на берегу Тураммы стало неожиданностью. Женщина вышла из темноты и встала примерно там же, где полминуты назад собирала свои вещи девушка-оборотень.

«Всё подстроено? Интересно, как Турамма сумела договориться с Канти о таком?» — вихрем пронеслись в моей голове вопросы. Позже постараюсь получить на них ответы, а пока что ждут ответа от меня. — Разумеется, Турамма.

Женщина скинула с плеч большой пёстрый платок. Под тканью не было ничего. Только то, что ей даровала природа. А подарила она настоятельнице только хорошее и немало. Крупные груди немного отвисали под собственной тяжестью. Плоский животик с чуть заметными полосками пресса был украшен пятнышком пупка и переходил в крошечный треугольник чёрных кудрявых волосков. Широкие и гладкие бёдра приковывали взгляд. И в целом ножки у женщины были выше всяческих похвал. Ни отнять, ни прибавить. У меня из головы вылетели все мысли, все воспоминания о том, что ещё несколько дней назад это была сморщенная как изюм старуха.

Дав мне несколько секунд полюбоваться собой, настоятельница сделала шаг в воду и медленно двинулась ко мне. Пока она шла, я обратил внимание на то, что её волосы были влажными. То есть, настоятельница уже успела искупаться и привести себя в порядок. А омовение здесь не более чем повод оказаться рядом со мной.

На губах у неё заиграла обещающая улыбка. Хорошо, что я стоял в воде по пояс и та скрыла мою реакцию на происходящий акт соблазнения.

— Потри мне спину, избранный, — прошептала она, остановившись в метре. Ещё секунду смотрела мне в глаза, а затем повернулась ко мне спиной и одновременно сделала большой шаг назад. После последнего движения наши тела прикоснулись друг к другу.