Глава 17

Подмосковье. Поместье Барона Мартена

Октябрь 1982 года


Вечером понедельника машина привезла меня в особняк отца. Предстоял ожидаемый сложный разговор со Светланой. Отец пообещал с ней заранее поговорить, сняв часть необходимых объяснений с меня. Чистая психология, женщина не сразу научится воспринимать меня, как мужчину, что старше её самой. Так что маленькая надежда отделаться малой кровью у меня была. Совсем маленькая, почти мизерная. Дурочкой Света не была, но и просто так поверить в нашу с Гришей безумную история тоже не могла.

Шёл я сразу в кабинет, минуя покои отца. Зайду к нему позже. Света, вопреки моим ожиданиям, не сидела за столом, напоминая, кто здесь власть, а стояла у окна. Мы встречались тет-а-тет, что радовало.

— Светлана.

Она обернулась, мрачно заглянув мне в глаза. Руки сложены в замок, поза напряжённая.

— Гриша мне рассказал о лежащих на тебе запретах. Якобы ты сказал всё, что мог сказать.

Я развёл руками:

— Могу разложить ритуал, написать подробную пояснительную записку. Правда, на это уйдёт неделя, если более ничем не заниматься.

— Очень удобно, да? — дружелюбия в голосе и на лице женщина не прибыло ни на грамм.

Вздыхаю, проходя к барному столику.

— Слушай, я бы сам с удовольствием скинул часть своей ноши на кого-нибудь. Но одна моя ошибка — и наш род исчезнет. Ты готова рисковать?

Я не видел Свету, наливая в два бокала виски, на пару глотков в каждый. Развернулся и под её тяжёлым взглядом подошёл, протягивая ей бокал. Света приняла и легко выпила.

— Нет, не готова. Но тебе придётся мне доказать, что ты действительно вышел на двадцатый ранг. Одно заклинание, высшее, конечно. Схему. Всё необходимое на столе.

Закатил глаза, но спорить не стал. Чтоб её, даже на основную схему уже уйдёт пару часов, а если со всеми пояснениями... Но отдаю должное — отличная проверка. Снимает много вопросов. Сажусь за стол, где разложены письменные принадлежности. Без лишних предисловий принимаюсь за дело. Схема, раскладка, модель... Мысленно матерюсь, ведь довоенные правила начертания несколько строже, а я работаю в привычном мне стиле. Да и плевать, разберётся. Светлана не торопила, не стояла над душой, сидела в кресле и читала книгу.

Накидать первичную схему было несложно, но высшая магия потому и высшая, что за внешней простотой скрывался огромный пласт неочевидных нюансов. Магия не с потолка делилась на низшую, основную и высшую, в Европе основную делили ещё надвое.

Низшая магия, заклинания с первого по пятый ранг. И дело здесь не только в количестве узлов в теле мага, они, узлы, могут быть абсолютно разными. Маг, выбравший путь ближнего боя, сможет применять те же заклинания, что и его товарищ, выбравший развитие магического искусства, и далеко не всегда второй будет иметь преимущество перед первым, хотя, казалось бы. Подтягивается и множество неочевидных вещей. Плотность магической энергии, её пластичность, пропускная способность каналов. Я сталкивался с забавными конфузами.

Знал я парня, типичного рукопашника. Даже с ритуалами, известными нам на тот момент, он не мог пробиться выше седьмого ранга, дефектный исток не тянул, такое случается. Развит парень был именно в качестве рукопашника, однако достиг впечатляющей эффективности. И одна дурочка, чистая чародейка, находившаяся на девятом ранге, поспорила, что без труда справится с рукопашником. Однако парень имел больший опыт. Пусть качеством магии он уступал девушке, но это её не спасло. Рукопашник забросал девушку слабыми, но простыми и быстрыми заклинаниями, банально лишив возможности отвечать.

Но я отвлёкся, выводя пояснения к основному рисунку. Низшая магия — всякая мелочёвка, бытовая в основном. На таком ранге маг попросту не может сконцентрировать энергию до плотности, достаточной для нанесения ущерба, а значит, на таком же уровне находятся и заклинания. Как ты не пыхти, но магическая стрела третьего ранга останется магической стрелой. Сильный маг лишь сможет запустить не одиночную стрелу, а целый ворох, быстрее, без лишних телодвижений, быстрым сотворением. Но стрела останется стрелой.

Основная магия — с пятого по пятнадцатый ранг. Магия, как она есть. Здесь есть всё, полное разнообразие. И потому всё, что находится на шестнадцатом ранге и выше, так отличается от основной магии. Высшая магия заигрывает с законами мироздания, обходит ограничения, пользуется различными тонкостями и нюансами взаимодействия различных энергий.

Например, заклинание, которое я собирался продемонстрировать Светлане. На первый взгляд — версия Магического Копья, боевого заклинания четырнадцатого ранга. Достаточно мощное и по-своему эффективное, но прямолинейное заклинание. Летящий строго по прямой магический снаряд. Копьё Стража Гор, заклинание двадцатого ранга, мало чем отличалось на первый взгляд. Псевдоматериальный объект в том и другом случае. Остальные качества, убойность, скорость полёта, это всё было вторичным. Разница лежала в нюансах создания структуры. Магическое Копьё блокировалось барьерами на защите от физического урона, ну и останавливалось физическим объектами. Копьё Стража Гор, имея другую структуру, становилось мифическим, иначе говоря — объектом божественного проведения, и плевать оно хотело на практически любые мыслимые защиты. Срабатывало оно при столкновении с аурой мага, либо же с объектом достаточной энергетической насыщенности, игнорируя всё остальное. Да, летело только по прямой, но тактические возможности его применения компенсировали и сложность, и энергозатраты.

— Готово, — я откинулся на спинку и потянулся.

Молодое тело, не изношенное, какое же это наслаждение!

Светлана подошла и взглянула на рисунок, поморщившись.

— Тебя отправить переучиваться? Забыл, как чертятся схемы?

Я отмахнулся.

— Когда я разучивал высшую магию, правила начертания очистили от шелухи и мусора. На кой чёрт, скажи мне, нужно расписывать структуры второго и третьего порядка? Если ты читаешь свиток с магией двадцатого ранга, то либо точно знаешь, как строятся высшие заклинания, либо положи свиток на место, мелкий засранец.

Глава дома покачала головой, выражая нравы и их падение, но комментировать больше не стала. А через пару минут, углубившись в заклинание, и вовсе выпала из реальности.

— И как от этого защищаться? — спросила женщина, разобравшись.

Я хмыкнул.

— Убраться с пути. Никакой гарантированной защиты. Можно попробовать собрать какую-нибудь сложную структуру, на которую оно сработает, если успеешь.

Она свернула бумагу и убрала в припасённый тубус. Запечатала крышку какой-то магией. Сходила и налила себе ещё.

— Значит, всё правда? — тихо спросила.

— Да, Света. Хотел бы тебя успокоить, но всё плохо. Если ты мне поможешь или хотя бы не будешь мешать — отлично. Если начнёшь мешать... Что же, я просто уйду. Мне никуда не деться от ответственности, понимаешь?

Света кивнула. Она всегда была умной женщиной. Только с форс-мажорами не всегда хорошо справлялась. Когда ситуация знакомая — она действует решительно и уверенно. Но в новых обстоятельствах стрессует. Не фатально, справлялась со временем, настолько мне известно.

— Григорий хочет, чтобы особняк перешёл тебе...

Она пока не признала, что будет помогать, но вопрос это подразумевает. Ладно, не буду трепать ей нервы.

— Здесь хорошо экранированный ритуальный зал. Я пока не готов к ритуалам, но... Да, особняк серьёзно облегчит мне задачу. Плюс некоторые ингредиенты и реагенты. Не запретные, но может потребоваться что-то дорогое.

Светлана кивнула.

— Если в разумных пределах — это не станет проблемой, — ответила и резко подняла на меня взгляд. — У нас вообще есть время на подготовку?

Ох, если бы.

— Сложный вопрос. Прямо сейчас на нас никто нападать не будет. Но и времени раскачиваться нет, как я теперь знаю. Я уже начал делать первые шаги... Хм... В нужном направлении. Чёткого плана пока не составил, потому что слишком резко действовать нельзя.

Я окончательно сбился.

— Ты сможешь подготовить бойцов рода? — прямо спросила Светлана.

Ох, опасался я этого вопроса.

— Боюсь, что нет.

Она нахмурилась.

— Могу, Света. Никаких ограничений к этому не вижу, могу. Но не знаю, успею ли. Уже опытных бойцов придётся переучивать, и не факт, что получится. Ветеран не будет относиться к моим словам всерьёз. Как и сверстник, в общем-то. Даже если ты дашь прямой приказ, не гарантирую результата. Но... Давай так, набери перспективных... Не в том смысле, как это сейчас понимают, не потенциал двадцатого ранга. Хватит десятого. Главное — чтобы были умными и готовыми обучаться. И возраст... Молодые подойдут, но не младше пятнадцати хотя бы.

Она улыбнулась.

— Тебе бы ораторскому искусству поучиться.

Я поморщился.

— Скажи чего-нибудь, чего я не знаю.

Она встала и вернула бокал на место. Взяла паузу на подумать. Я не торопил.

— К концу недели особняк будет твоим. Я подберу тебе управляющего, если ты, конечно, не хочешь разбираться с хозяйством сам.

Она обернулась, хитро глянув на меня. Вздохнул:

— Уже нашла благовидный предлог приставить ко мне соглядатая?

— Не без этого, — не стала отпираться женщина.

— Хорошо, — соглашаюсь. — От тебя мне скрывать нечего. Главное, чтобы мои тайны не ушли дальше.

— Не уйдут, — пообещала глава рода. — Перспективную молодёжь подберу...

Ладно, это тоже можно использовать. Есть пара внутренних родовых ритуалов, помогут мне расширить предел на два, может, три ранга. Зависит от участников. Но позже, не на моём пятом ранге.

— С финансированием что-нибудь придумаем. Сам понимаешь, даже передачу поместья надо провести так, чтобы ни у кого не возникло вопросов, — продолжила Света. — Ты знаешь семью Юрия и Алисы?

Поморщился, пытаясь вытащить имена из памяти.

— У них два ребёнка? Павел и...

— Оксана, — подсказала глава. — Да, они. Юрий претендовал на поместье. Сейчас у них загородный дом, но Юрий считает, что это несерьёзно для их статуса.

Поднял руки в жесте капитуляции.

— Я понимаю, политика внутри рода, пожалуйста, не надо грузить меня этим. Я верю, ты справишься. Готов на любые условия, лишь бы позволили работать.

Своим ответом вызвал насмешливую улыбку женщины.

— Непохож ты на главу рода, Дима.

— Там жизнь была иной. Совсем иной.

— Тогда осваивайся. Степану сам объяснишь? Или мне?

Я отрицательно мотнул головой:

— Давай не будет плодить сущности. Придумай версию, которой мы оба будем придерживаться. Проинструктируешь меня, а потом начнём. Несколько дней у нас есть. Я пока вернусь в отчий дом.

Закончив разговор, я покинул кабинет и решил зайти к отцу. Раньше вовсе не знал, что Григорий мой отец. Сейчас, можно сказать, обрёл, чтобы сразу потерять. Григорий спал, он будет всё слабее. Быстрое необратимое увядание. На войне я привык к такому, привык видеть угасающих людей. Ты просто знаешь, что ничего уже не сделать, и всё. И вот я стою у кровати своего отца и знаю, что ничего сделать нельзя. И мне безумно тоскливо от мысли, что среди всех моих знаний нет способа спасти даже отца.

А ещё боюсь, что он — лишь первая, но не единственная жертва на пути, лежащем передо мной.

Загрузка...