Лин Ли

ГЛАВА 12

Розария тихо плакала, вытирая слезы кулаками, и время от времени звучно высмаркивалась в одно из своих белых полотенец, которые прежде так отчаянно берегла. Айрторн сидел неподалеку, подперев голову рукой, водруженной на столешницу, и молчал. А Лина нервно вышагивала по кухне: три шага от порога до окна, мимо стола, и обратно — раз-два-три, — и еще раз.

Не меняя позы, Линден поднял на нее взгляд и поморщился.

— Может, перестанешь мельтешить?

— Не перестану, — огрызнулась Линетта.

Напарник фыркнул и не счел нужным спорить. Побарабанил пальцами по столу, явно скучая.

Стоило прибыть представителям Королевского сыска, жильцам общежития немедленно велели уйти и строго-настрого запретили покидать здание до того, как их опросят. Но сперва — осмотр места происшествия, который длился уже второй час. И чем больше времени проходило, тем сильнее Лина не могла найти себе места.

Несколько минут назад два сыскаря прошли мимо кухни в комнату Петера. Розария было выглянула к ним, но ей не слишком вежливо велели не высовываться.

С Фердом Лина тоже перекинулась лишь парой слов.

— Ты в порядке? — спросил он сразу по прибытии.

— В порядке, — ответила она.

После чего он занялся своей работой, а ее добровольно-принудительно заперли на этой чертовой кухне.

Еще шаг, еще, третий — и поворот.

— Думаешь, это он? — спросила после очередного круга, остановившись напротив напарника.

Линден пожал плечом.

— Не вписывается.

То-то и оно. Чего бы ни пытался добиться загадочный убийца, своих жертв он явно для чего-то использовал. Какой смысл убивать Петера прямо возле дома, да еще и так… демонстративно, что ли? Будто ему было важно, чтобы тело нашли в самый кратчайший срок.

Да еще и отертая с лица кровь. Зачем? Кто-то хорошо знакомый? Близкий?

А были ли у несчастного артефактора близкие люди? Детей ему боги не дали, жена выгнала из дома и устроила свою личную жизнь без него. Имелись коллеги да собутыльники. Оплачет ли его кто-то, кроме Розарии?

Лина прижала ладонь ко лбу и снова заходила по кухне взад-вперед. Если бы она не пошла вечером в "Подкову", если бы осталась дома, то могла бы почувствовать его боль — на таком расстоянии смогла бы. Вдруг бы успела помочь?

От этих мыслей и ощущения собственной беспомощности и чувства вины сильнее разболелась голова.

Хлопнула входная дверь, раздались чьи-то быстрые шаги, и в кухню влетел взъерошенный Дорнан.

— Я только что узнал. Поверить не могу.

Розария снова зарыдала.

Айрторн кивнул на соседку и сделал Дорнану большие глаза, мол, не подливай масла в огонь.

Тот понятливо кивнул и потянул к себе ближайший стул. Уселся, закинул ногу на ногу.

— Дела-а-а… — протянул вполголоса.

Розария снова восприняла его слова как команду и зарыдала громче.

Линден одарил соседа раздраженным взглядом, и Дорнан виновато развел руками. Видимо, ему показалось, что шепотом разговаривать можно.

— А ты где был? — поинтересовалась Линетта, подойдя ближе. Оперлась бедром о край стола и сложила руки на груди, так, что соседу пришлось смотреть на нее снизу вверх.

— В смысле? — не понял Дорнан.

— В прямом.

Он черный маг, которого вчера не было со всеми, и вообще, его часто носит неизвестно где.

— Да ты сбрендила, — вспыхнул сосед. — Я был у Люси. Спроси ее сама, если не веришь.

— Сыск спросит, — буркнула Лина и, совершив еще один бесцельный круг по кухне, плюхнулась на соседний стул. Провела ладонью по лицу. — Прости. Это…

— Нервное, — проворчал Дорнан, принимая извинения, — что я, не понимаю, что ли.

— Кого еще из темных вчера не было с нами? — вмешался Айрторн. — Ренье, Дорнана, кого еще?

— Да я-то тут при чем? — снова взвился сосед, но Линден отмахнулся от него, как от надоедливой мухи, продолжая смотреть на Линетту.

— По-моему, все остальные присутствовали, не считая Штейна и Гирли, которые были на дежурстве, — ответила она, поразмыслив.

— А кто выходил?

Учитывая, что "Подкова" расположена от общежития буквально в пяти минутах быстрой ходьбы, убийца действительно мог преспокойно сидеть с ними за одним столом, выйти и как ни в чем не бывало вернуться. От этой мысли сделалось жутко.

— Я не помню, — призналась Линетта.

Весь вчерашний вечер она занималась тем, что вливала в себя вино и пялилась на напарника. Какие уж тут выходящие из зала темные коллеги?

— Вы что, всерьез думаете, что это кто-то из наших? — всполошился Дорнан.

— А ты всерьез думаешь, что это какой-то приезжий маг, все это время прячущийся в лесах? — передразнил Линден.

По прибытии в город каждый маг был обязан зарегистрироваться в гильдии. То, что кто-то мог сойти с судна и сразу же спрятаться, оставшись никем не замеченным, звучало и правда нереалистично. Возможно, при помощи скрывающих рун и можно было провернуть нечто подобное, но это казалось — Лина даже не сразу подобрала определение — слишком сложным? Почему тогда именно Прибрежье? Что такого в этом маленьком приморском городке, что кто-то специально прибыл сюда, чтобы проворачивать свои темные дела? Куда более вероятным было то, что убийца местный — где жил, там и начал свои эксперименты. Или что он там делал? Явно не один ритуал, учитывая количество и разнообразие трупов.

Дорнан потупился и ничего не ответил.

Розария снова немного успокоилась, но продолжала тихонько всхлипывать и время от времени сморкаться в свое полотенце.

Линетта опустила голову на руки и прикрыла глаза.

Почему Петер? Почему именно так? Что он мог увидеть? Кого узнать? Почему возле дома? Его вели откуда-то? Преследовали? Почему он не позвал на помощь? Действительно знал убийцу? Слишком много версий и вопросов. И ни одного ответа.

Дверь хлопнула снова, но на сей раз в помещение вошел Ферд. Хмурый сильнее обычного и отчего-то показавшийся Лине еще более широкоплечим и высоким — с ним в кухне сразу стало тесно.

За столом оставался еще один стул, тот самый, на котором обычно философствовал несчастный артефактор, и Андер, не ожидая приглашения и не спрашивая разрешения, молча прошел к нему. Сел и вынул блокнот и самописное перо из внутреннего кармана своей куртки.

— Итак, кто и где был прошлым вечером? — строго спросил сыскарь, обведя взглядом присутствующих. На Линетте его взгляд немного смягчился, однако ей от этого только сильнее захотелось втянуть голову в плечи — он-то думал, что, расставшись с ним, она пошла спать. Неловко вышло.

— Может, чаю? — предложила Лина.

— Спасибо, не нужно. — Андер качнул головой и раскрыл свой блокнот, поднес к нему перо. — Госпожа Шосс? — начал по часовой стрелке.

Розария была вынуждена отнять полотенце от лица. От слез ее лицо покраснело, а веки опухли, и ей приходилось щуриться и часто моргать, чтобы смотреть на обращавшегося к ней сыскаря.

— Дома была. Где мне, старой, быть? — пожала могучими плечами. — Со службы домой. Книгу читала, потом легла спать.

Ферд серьезно кивнул и застрочил в блокноте.

— Свидетели?

— Побойся богов, — возмутилась женщина. — Какие свидетели у меня в постели?

Андер едва заметно поморщился, но снова кивнул и что-то еще дописал.

— Ничего не слышали? Крик? Шум?

Розария покачала головой.

— Я сплю с затычками для ушей. Петер так сильно храпит за стенкой… Храпе-е-ел, — И, вновь разрыдавшись, уткнулась лицом в полотенце.

Лина молча встала, наполнила стакан водой и поставила его перед соседкой.

— Господин… — продолжил Ферд, но, видимо, забыл фамилию Дорнана и заглянул в свой блокнот.

— Мадис, Дорнан Мадис, — напомнил тот сам.

— Где были вы, господин Мадис?

— У возлюбленной. Люсиль Патч. Работает в таверне "Подкова", живет…

Андер записал данные Люси и, кажется, потерял к Дорнану всякий интерес.

— Лорд Айрторн? — Почему-то он нарушил порядок и пропустил Линетту. Она нахмурилась, попыталась перехватить его взгляд, но тот уже уставился на Линдена с не слишком добрым прищуром. Все еще подозревал, что в деле замешан его отец?

Напарник, однако, ответил ему совершенно равнодушно:

— Таверна "Подкова". Весь вечер. Свидетелей несколько десятков. Не выходил.

Брови Андера насмешливо приподнялись.

— Даже по нужде?

— Ни по большой, ни по малой, — с милейшей улыбкой огрызнулся Линден.

Интересно, что происходило между этими двумя на предыдущих допросах, если со всеми любезный Айрторн так реагировал на сыскаря?

— А напомните мне, лорд Айрторн, почему ваш отец выбрал местом для вашей службы короне именно Прибрежье?

А теперь ответная улыбка Линдена больше напоминала оскал.

— Полагаю, как и в прошлые пять раз, которые вы это спрашивали, вам следует спросить у него.

Ферд недовольно хмыкнул, но принял такой ответ. В шестой раз.

— Ли… Госпожа Деверо, — по привычке хотел назвать ее по имени, но потом, вероятно, решил, что в подобном формате беседы это неуместно, — вы ничего не слышали прошлым вечером?

Она на мгновение закусила губу, а потом призналась:

— Меня не было дома. Я была с коллегами в "Подкове".

Андеру удалось удержать лицо, однако уголок его губ нервно дернулся. Разозлился или разочаровался? Глупо было бы выяснять отношения здесь. Она, ясное дело, не должна спрашивать у него разрешения, но соврать вчера, что устала и идет спать, а самой сбежать на посиделки с сослуживцами, вышло и правда некрасиво. Поэтому Лина адресовала сыскарю умоляющий взгляд, мол, я все объясню позже.

Тот едва заметно кивнул и шумно захлопнул блокнот, так, что даже Розария вздрогнула.

— Благодарю. На этом пока все. Позже каждый из вас будет вызван на допрос индивидуально. — Ферд поднялся, и ножки его стула проскрежетали по полу. — Можете быть свободны. Комната вашего соседа будет опечатана. Входить в нее строго запрещается. — Он еще раз обвел взглядом присутствующих. — Это всем ясно?

— Куда уж яснее, — пробормотал Дорнан. Сыскарь посмотрел на него в упор, и тот мгновенно смешался. — Да ясно, ясно. Поняли мы.

— В таком случае — до свидания. — Андер направился к двери.

— Я провожу, — вскинулась Линетта.

Ферд повернулся к ней и уже открыл было рот, чтобы что-то сказать. Но все решили за них.

— Андер. Иди сюда, — позвал кто-то из сыскарей, обыскивающих комнату Петера, и Ферд сорвался с места.

— Потом поговорим, — коротко бросил ей на прощание и вышел, а Лина бессильно плюхнулась обратно на стул, с которого успела привстать.

Повисло молчание.

Линден глянул на нее с явной издевкой во взгляде и отвернулся, подал Розарии салфетку взамен уже промокшего насквозь полотенца.

А Дорнан, убедившийся, что шаги сыскаря смолкли вдалеке, подался вперед, положив локти на стол, и заговорщически поинтересовался у Лины:

— Ты что, соврала ему, с кем проведешь вечер? Чего он так взбесился?

Линетта поморщилась.

— Занимайся своей личной жизнью, ладно?

Сосед скорчил гримасу и явно собирался сказать что-нибудь еще в духе того, что уже было сказано, но, к счастью, ему не дали — на пороге кухни снова появился Ферд. Причем на этот раз он умудрился подойти совершенно бесшумно. Лине оставалось только надеяться, что он не успел услышать то, что только что ляпнул Дорнан.

Андер замер в дверях и поймал ее взгляд.

— Можно тебя на несколько минут? — позвал и, не дожидаясь ответа, отступил обратно в коридор.

Дорнан красноречиво округлил глаза. Лина возвела свои к потолку, ясно давая понять, что думает о соседе, и вышла вслед за сыскарем.