Сегодня наконец, на занятиях начались по-настоящему интересные темы. Общая теория магии, принцип создания заклинаний, практические задания.
Я старалась проявить себя, первой тянула руку на лекциях, тщательно следовала указаниям преподавателей на практике, и не просто запоминала все, а пыталась разобраться, понять, как это работает.
— Магические плетения бывают нескольких уровней по степени сложности, от десятого до первого, — вещал нам преподаватель по основам заклинаний, худой и нескладный тип в черной мантии. — Десятый уровень — это, к примеру, зажечь искру или заставить пол стать скользким, покрыв его корочкой льда. Но даже такие слабые заклинания можно использовать с умом. Ведь достаточно искры, чтобы разжечь пожар, или пятачка льда, чтобы заставить противника поскользнуться и упасть.
Мужчина рассказывал все на примерах, не углубляясь в скучную теорию, и мы слушали его с раскрытыми ртами, даже те, кто на остальных занятиях скучал или отвлекался.
Лекция была общей, и аудиторию битком набили адепты огня со всего первого курса, раскрасив ряды парт в красный цвет своей формы. Мы с Генри устроились в самом уголке, чтобы не привлекать внимания, но некоторые из парней и девчонок то и дело косились в нашу сторону.
— Чего это они? — шепотом спросила я у друга.
— А черт их знает, — пожал он плечами. — Может, про магию твою узнали, вот и интересно. Или про нашу стычку с принцем.
Я с сомнением поджала губы. Взгляды одногруппников были не просто любопытными — мне в них почудилось предвкушение, будто они чего-то ждали.
А потом я почувствовала на себе еще чей-то взгляд. Повернув голову, я увидела сидящего на другом конце аудитории Дармиуса в окружении прихлебателей. И прямо в этот момент парень уставился прямо на меня.
Заметив, что я тоже смотрю, он криво ухмыльнулся и провел пальцем по горлу. Я вздрогнула, и его ухмылка стала шире.
— Похоже, этот ублюдок что-то задумал, — тихо шепнул мне на ухо Генри, глядя туда же, куда и я. — Не бойся, я буду рядом и не дам тебя в обиду.
Принц отвернулся, и я выдохнула.
— Спасибо, Генри, — виновато глянула я на парня. — Не надо было тебе встревать тогда за меня. Как бы и ты теперь не пострадал.
— Да я этого хлыща одной левой! — с показной бравадой заявил парень.
Я лишь тихо рассмеялась, радуясь, что у меня есть такой друг, и я не одна.
Следующим уроком была практика. Нас привели в большой зал, похожий на ту лабораторию, где я встречалась с деканом. Только здесь не было столов, а повсюду были расставлены деревянные, каменные и стальные манекены. По углам стояли бочки с водой, кадки с землей, а из приоткрытых вверху окон задувал ветер, раздувая полыхающее в больших очагах вдоль стен пламя.
Присутствовали все элементы стихий, и они должны были послужить нам своего рода костылями, чтобы научиться управлять собственной силой. Преподаватель магии стихий, седой и пухлый профессор Айцгель, так и заявил нам с порога, что если не научимся обращаться с первоэлементами, то толку от нас будет ноль. И первым заданием было достучаться до стихии, подчинить ее себе.
Очагов на всех огневиков не хватило, и к ним выстроилась очередь. Генри встал в хвост одной из них, а я замерла посреди зала, гадая, куда мне податься. Источника света то здесь не было. К очагам не пробиться, придется пользоваться тем рассеянным светом, что падает из окон. Но выйдет ли? Впрочем, светлячков же я как-то умудрилась призвать.
— Смотри, как я умею, — услышала я откуда-то сбоку.
По спине пробежал холодок, и я резко повернулась к говорившему. Черт, и тут он!
В пяти шагах от меня, глядя с презрением, стоял Дармиус. В руках у него переливался шар огня, размером с мяч, и во все стороны от него сыпались искры.
— Ну что, Нейман, пора поиграть? — зло усмехнулся парень.
Я невольно отступила, почуяв неладное, и заметила, что стоящие рядом адепты, все как один из его свиты, довольно наблюдают за нами, словно ожидая представления.
— Профессор! — завопил как резаный вдруг Дармиус. — Я потерял контроль! Спасите!
А в следующий миг шар огня полетел прямо в меня.