Огромный зал с рядами мраморных колонн и теряющимися в высоте потолками впечатлял и внушал трепет. Зал инициации, место, где будет определена моя судьба.
Здесь нас собрали после долгой бумажной волокиты, оформления и обустройства в академии, затянувшихся почти на весь день. И вот сейчас, когда солнце давно скрылось за горизонтом, а мы все, будущие маги, едва стояли на ногах после долгой дороги и трудного дня, ректор, наконец, объявил, что время пришло.
Высокий статный мужчина в строгом черном камзоле, с посеребренными сединой висками, вышел на балкон, нависший над залом, и окинул нас внимательным взглядом.
— Сегодня вы узнаете, на что способны! — заявил он уверенно, и меня придавило аурой властности, исходящей от него. — Возможно, кто-то из вас уже в курсе, какой у него дар, но до конца, до инициации, ни в чем нельзя быть уверенным! Я убежден, что среди вас много талантливых и способных, и наша академия поможет вам в полной мере раскрыть свой талант. А сейчас передаю вам в руки нашего доблестного завуча и его помощников. Удачи вам, адепты!
Он ушел, скрывшись с наших глаз, и толпа адептов загудела и заволновалась, обсуждая его слова и делясь переживаниями. Я же обхватила себя руками, волнуясь не меньше них.
Если я так и не смогу разбудить в себе спящий дар, или он окажется ничтожно мал, меня не примут в академию. И это с учетом того, что мои документы уже приняли, и несмотря на мой страх, все прошло идеально. Никто и не заподозрил во мне самозванку, и это было лучшей новостью за последние несколько дней.
— Так, зелень, строимся в три ряда! — гаркнул кто-то, вырвав меня из мыслей.
Вздрогнув, я с испугом посмотрела на здорового широкоплечего мужчину, горой возвышающегося над толпой адептов. Лицо, будто вырезанное из камня, кулачищи с мою голову, и взгляд такой, что хочется затеряться в толпе. С таким не забалуешь уж точно. И о манерах он, похоже, не слышал, а ведь тут в основном аристократы.
Вот и остальные, кто стоял поблизости, даже самые шумные ребята притихли и быстренько выстроились в ряд, опасливо косясь на мужчину. Он же, заложив руки за спину, чеканным шагом прошелся вдоль строя с серьезным видом, оглядывая нас, будто мы были солдатами, а не будущими магами.
— Итак, адепты, меня зовут Райс Арслен, и я проведу вашу инициацию. В будущем я стану вести у вас боевую магию, поэтому не советую со мной шутить, щеглы.
Адепты недоуменно переглянулись. Интересно было посмотреть на того, кто осмелится шутить с таким, как Арслен.
Остальная толпа тоже выстроилась следом за еще двумя преподавателями, которые в сравнении с Райсом казались задохликами. А потом служащие в синей с золотом форме академии выкатила сразу три столика, на которых были водружены огромные стеклянные шары в золотой оправе.
Артефакты инициации: говорят, они изготовлены из лунного хрусталя, добытого из рудников северных гномов. Дорогая и очень редкая штука. А тут их аж три! Богато живут в Аревале, ничего не скажешь.
— Давайте, шустрей, мое время не бесконечно, — все в той же грубой и бесцеремонной манере поторопил нас Арслен, подталкивая ближайшего к себе паренька в очках к артефакту. — Быстрей начнем, быстрей кончим!
Он заржал довольно аки конь, и другие преподаватели покосились на него неодобрительно, а адептки все как одна, покраснели. Но Райсу было, по всей видимости, плевать на чужое мнение. Да уж, главное теперь не попасть на боевой факультет к нему под начало.
Очередь к артефакту оказалась длинной, и я измучилась, пока дождалась своей очереди. Еще и саквояж мой все время то пинали, то топтались по нему, а все потому, что в общежитие заселяли только после инициации.
Адепты по очереди прикладывали руки к шару, и он вспыхивал разными цветами. Белый — стихия воздуха, синий — воды, и все в таком духе. У кого-то ярче, у кого-то тусклей. А у кого-то артефакт и вовсе не загорался, и тогда слышался плач, крики, что артефакт сломался, возмущения и угрозы. Впрочем, стоило Арслену грозно зыркнуть на них, даже не открыв рта, как они сразу замолкали и с унылым видом шли к выходу, чтобы покинуть стены академии навсегда.
От нечего делать я наблюдала за всеми, отмечая, у кого какой дар открылся. И мне особенно запомнились пара человек.
Высокий долговязый блондин с холеным лицом и взглядом, будто все вокруг должны ему ботинки целовать. Он показал наивысший результат: артефакт вспыхнул так, что нас ослепило ярким светом, а парень высокомерно улыбнулся, услышав от Арслена:
— Стихия огня, ранг подмастерье.
Адепты вокруг восхищенно охнули, и кто-то даже присвистнул. Такой ранг, третий по счету в магической иерархии мало у кого был при поступлении. Я вот могла рассчитывать только на новичка, и максимум до подмастерья как раз рассчитывала дорасти.
— Я так и знал, — довольно протянул блондин с превосходством.
Второй оказалась девчонка. Совершенно нелепая и угловатая, в мешковатом черном платье и небрежным пучком на голове. Едва она коснулась шара, как вокруг разлилась тьма, и меня коснулся такой могильный холод, что я содрогнулась. А кто-то из особо чувствительных барышень и вовсе упал в обморок.
Отставить! — рявкнул Арслан, оттаскивая девчонку от артефакта. — Ох, и свалилась же ты на мою голову, некромантша. Шагом марш в ректорат, пусть тебя определят сразу в группу. Свободна!
Девочка вжала голову в плечи и, кивнув, послушно пошла прочь, волоча за собой тяжелый чемодан. Толпа тут же расступилась, словно она была заразна. Я проводила ее сочувственным взглядом: теперь она точно станет изгоем, ведь некромантов никто не любил, и их откровенно побаивались.
Наконец, спустя час я оказалась возле заветного шара, почти не волнуясь — сил просто не осталось. И когда Райс скомандовал приложить руки, я спокойно выполнила его указание. А внутри шевельнулось лишь легкое любопытство — что же у меня за дар?