Любимая заноза ректора. Огненный турнир

Глава 14

Кира

Шок! Мое реальное состояние. А еще полная дезориентация и непонимание. К таким новостям я была не готова. Информация парализовала, вызвав оцепенение, я не знала, что мне делать и как жить дальше. Зато становилось понятно, почему от меня шарахались другие адепты. Теперь логично объяснялись и настороженные взгляды в столовой и повышенный интерес. Людям свойственно любопытство, как и разумные опасения. Да я бы тоже себя так вела, попадись на моем пути нечто опасное и непонятное.

«Но все же, что произошло в тот день на самом деле?» — эта мысль занозой сидела в моей голове.

Беспокоило меня непонимание ситуации. Лорд Самиршель упоминал, что отец Мариэлы просил у короля меня казнить. Не это ли причина? Я нечаянно убила его дочь, и теперь он желает отмщения.

Если это так, то тогда все логично: и прошение королю, и мой допрос, и подозрения.

Только с другой стороны все очень странно. Про такой инцидент не стали бы молчать. Про убийство в стенах академии адептки из аристократии кричали бы на каждом углу. Но мне об этом ничего не сказал ни Селестин, ни Кьен. И будь это так, то лорд-дознаватель обязательно бы воспользовался такой информацией, чтобы меня продавить и сломать. Это же прекрасный рычаг давления. Но этого не случилось. А это значит, отсутствие Мариэлы не является убийством, а вполне возможно простое исчезновение. Может быть, оно даже не связано со мной, и я тут просто удачно под руку подвернулась. И если это так, то тогда появляется важный вопрос: А для чего вся эта игра?

— Кирьяна, — осторожно дотронулся до моего локтя Инис.

Я от неожиданности вздрогнула. Слишком погрузилась в свои размышления. Нервно улыбнулась блондину и спросила:

— Инис, а можешь мне подробнее рассказать про тот день… Ну… Моего магического срыва? Ты же ведь там был?

— Да, был, — посмотрел на меня в упор блондин. — Но давай я расскажу, пока мы будем идти к аудитории? Тебе нежелательно опаздывать после недельного пропуска.

Я кивнула, соглашаясь с доводами. Вот еще одна проблема, мне нужно будет наверстать пропущенный материал.

Поудобнее перехватила сползающую с плеча тяжелую сумку и шагнула вперед. Инис молча забрал у меня сумку и зашагал рядом, подстраиваясь под мой шаг. Я видела краем глаза, как он провел рукой по ряду пуговиц на камзоле, и в тот же момент пространство вокруг нас словно исказилось и тут же стало обычным. Это было лишь мгновение, и если бы я не смотрела, то не заметила.

— Экранирующий артефакт от прослушки? — ляпнула быстрее, чем подумала, что говорю.

Инис глянул на меня таким взглядом, что я пожалела о своем несдержанном языке. Блондин явно заметил мою реакцию, но только хмыкнул и тихо прокомментировал:

— С вами мисс Кирьяна, я уже ничему не удивляюсь. Хорошо, что вы сулуан принца Скай и не причините ему вреда. — Улыбнулся Инис, но в голосе отчетливо слышалось облегчение. — Так что да, этот артефакт новейшая разработка. Опытный образец. Он искажает и заменяет слова говорящего, а не глушит полностью речь как другие артефакты.

— Умно, — согласно закивала я. — Полная тишина привлечет ненужное внимание, а тарабарщина лишь удивит.

— Именно так. Что же до происшествия на полигоне… Мы с принцем подоспели к тому моменту, когда полигон уже полыхал, а адепты с ужасом убегали прочь. Мы видели, как к тебе бросился герцог Кертерский, он хотел, как маг огня, тебя стабилизировать. Но ты к тому моменту была в пограничном состоянии между элементалем и стихией. В общем, ты-стихия, хотела сначала убить герцога, но потом пожалела.

Инис замолчал. Я, глянув на него, заметила напряжение на красивом породистом лице и холодную пустоту в глазах. Такое бывает, когда человек погружается в себя, когда полностью уходит в воспоминания и смотрит на произошедшее глазами воспоминаний.

— Принц Скай как увидел тебя в состоянии перехода в стихию, так чуть не обезумел. Он бросился тебя спасать в частичной трансформации. Ни я, ни Вьюжин, мы просто не успели среагировать. А ты… Твоя стихия увидела врага, почувствовала холод и обрушила всю свою огненную ярость на принца.

Я живо представила картинку и поежилась. Было действительно жутко от осознания того, что могло случиться в тот день. Хотя волноваться сейчас нужно о том, что уже успело случиться.

— Знаешь, Кира, не думал я, что когда-нибудь буду благодарен принцу Дамирэш за спасение моего господина, — кривовато улыбнулся Инис. — Это он укрыл принца Скай от ярости огненной стихи… И самое страшное, что мы с Вьюжином ничего не могли сделать. И если бы не лорд Индарэш с его драконьей трансформацией, если бы он не смог до тебя достучаться, мы бы сейчас не разговаривали.

Мы шли по длинному коридору, соединяющему учебные корпуса и молчали. Каждый из нас думал о своем. Впереди уже показались двери аудитории.

— Нужно будет сходить на полигон после занятий, — пробормотала, обдумывая, что если я посмотрю на место, то возможно, что-то вспомню.

— Туда бесполезно идти. Во-первых, туда никого не пускают. А во-вторых, там вместо спортивного полигона теперь обсидиановое поле.

— Эм… что там?

— Ну а как иначе? Ты же там все в лаву превратила, а принц Скай все остудил, чтобы не полыхало. Ну а теперь, насколько я слышал, лорд ректор решил при ДАМ открыть кафедру некромантов. Четвертый день ведет переговоры с княжеством Ерхон, чтобы в академию приехал преподавать магистр по некромантии.

— А лорд Индарэш, я смотрю, даром времени не теряет. Только я одного не могу понять, некроманты же сплошь вампиры. Что им в Артании делать?

— О! Тут все очень просто, к нам будут поступать учиться эти самые вампиры, — заулыбался Инис.

— Жуть какая, — передернула я плечами, вспомнив уродливых фольклорных монстров с Земли.

Зато мне стало понятно, отчего Селестин меня не донимал все эти дни. Он был занят на переговорах. Только я не знала радоваться мне этому или нет.

В этот момент прозвенел колокол на занятия. Ирис передал мне мою сумку, пожелал успехов и сообщил, что меня заберет после занятий кто-нибудь из их компании.

Блондин ушел, а я стояла и не могла набраться смелости, чтобы войти в аудиторию. Было реально страшно, как на меня отреагируют однокурсники. Меня и так до этого не особо любили, а теперь и подавно. Но стоять и бояться не в моем характере.

Вздохнув и расправив плечи, чтобы придать себе смелости, я решительно шагнула в аудиторию. Голоса тут же смолкли, а на меня уставились два десятка пар враждебных глаз.