Любимая заноза ректора. Огненный турнир

Глава 29

Индарэш Селестин аш Драгон, герцог Эргонский

Селестин вынырнул, жадно хватая воздух и прижимая к себе драгоценную ношу, но вновь ушел под воду. Вынырнув вновь, он закашлялся и тут же лёг на спину, а голову Кирьяны положил себе на грудь.

Тяжело дыша, Селестин осмотрелся, насколько позволяло его неудобное положение. Благодаря частичной трансформации, он мог видеть в темноте. Увидев в отдалении поверхность суши, он прижал к себе свое сокровище — Кирьяну, и поплыл к берегу, загребая свободной рукой, а крыльями помогая, словно ластами-плавниками.

Выбравшись на берег, Селестин уложил Кирьяну животом на колено и надавил на спину. Несколько сильных нажатий и девушка закашлялась, выплевывая воду. Осторожно перевернув свое сокровище, Серестин убрал мокрые пряди со лба и вгляделся в бледное лицо Кирьяны. Она была без сознания и вновь с почти опустошенным магическим резервом. Он прислушался, ловя слабый стук сердца.

Не удержавшись, Селестин погладил Киру по щеке, его пальцы спустились ниже, на шею и случайно задели украшение.

— Странно… Я его не видел, пока не коснулся.

Селестин нахмурился, рассматривая смутно знакомое ожерелье. Он никак не мог вспомнить, где уже видел его, но было такое чувство, что украшение важно. Селестин опустил глаза и уставился на снежный орнамент на платье Кирьяны.

«Ладно, с этим я потом разберусь, — сделал мысленную зарубку Селестин. — Сейчас важно найти выход, и высушить на Кирьяне одежду».

Подхватив Кирьяну на руки, Селестин встал и осмотрелся. Они находились в обширной пещере с подземным озером и, насколько позволяло увидеть его улучшенное зрение, вокруг были лишь выступающие скалы и огромные каменные плиты. На одной из которых он сейчас и стоял.

Хуже всего было то, что в видимом обозрении выхода из пещеры не было. И это была проблема. Им нужно как можно скорее выбираться отсюда. Но для начала нужно исследовать место, в которое они попали. Селестин произнёс слова активации, сделал простой пас рукой, и с его пальцев сорвались две искры. Упав на каменные плиты, они увеличились в размере, превратившись в двух огромных полыхающих огнем аспидов. Подвластные воле хозяина огненные змеи заскользили по бокам, освещая пространство пещеры: большие валуны и маленькие камни.

В пещере посветлело, и Селестин осмотрелся еще раз. Огромное пространство с высоким сводчатым потолком, в котором виднелся черный провал, через который они с Кирьяной и вывалились. До такого выхода с земли не добраться. Им еще повезло, что внизу оказалось озеро, будь там камни, то их уже ничего бы не спасло.

Селестин вновь посмотрел на водную гладь. Подземное озеро тянулось вдаль. насколько хватало взгляда. Такое и за несколько дней не обойти.

«Так, а что я помню про первую резиденцию королей?»

Из истории династии Драгонов Селестин помнил, что первый дворец возвели над силовыми полями магии, а когда поток магии сместился, резиденцию перенесли в другое место. Еще он вспомнил, что встречал в хрониках упоминание про магическое озеро глубоко в недрах скального плато.

Селестин прищурился, сканируя воду на магическую составляющую. Ожидаемо проверка ничего не дала. Легенды это хорошо, но верить в существование волшебного озера и поныне — глупо. Скорее всего, это обычное подземное озеро. Но это не упрощало их с Кирьяной миссию по спасению.

Киньяна застонала, и Селестин тревожно всмотрелся в чересчур бледное лицо девушки. Память живо подкинула жуткие воспоминания, подсунув картину, как его Кирьяна падает в колодец. И снова ему стало не по себе. Ведь не зайди Селестин, привлеченный странным звуком, в библиотеку, не обрати он внимание на странный свет в дальней, не посещаемой секции, и не пройди он проверить, что это, он больше уже никогда бы не держал свою любимую Занозу в объятиях.

Тогда в библиотеке Селестин услышал топот и пошел на шум. Каково же было его удивление, когда в секции дораскольного периода обнаружилась потайная дверь. Шум доносился изнутри помещения, куда вела винтовая лестница. Он спустился, оказавшись в подвальном помещении. Странность заключалась в том, что этих комнат не было даже на старых картах здания.

И как такое может быть? Кто-то умело спрятал информацию об этом тайном проходе? Но для чего и, главное, кому это нужно?

А ведь однозначно кому-то нужно. Иначе бы не действовали так грубо с покушением на убийство.

И снова от воспоминаний Селестина передернуло. Когда он вошел в подвал, с намерением расспросить посетителей, то увидел Кирьяну, склонившуюся над провалом. Он залюбовался невероятно красивой девушкой, поэтому пропустил момент, когда находящаяся под иллюзией девица, толкнула Кирьяну в каменный колодец. Ну а дальше сработали его инстинкты. Он не раздумывая метнулся следом, с единственным желанием: спасти свою Кирьяну.

От мысли, что он чуть не потерял её, Селестина прошиб холодный пот. Прижав Кирьяну к себе сильнее, он запальчиво зашептал:

— Выберемся отсюда, и я запру тебя в своих покоях и никуда от себя не отпущу, Заноза. И можешь сколько угодно меня ненавидеть, зато будешь жива.

Селестин посмотрел на камни и поежился.

Ведь он, бросившись спасать Кирьяну, не представлял, как будет спасать свое сокровище. Но знал точно, что без этой огненной Занозы ему жизнь не нужна. Наверное, именно это помогло ему частично перекинуться в драконью ипостась, чтобы попытаться взлететь. Хотя это чуть не стоило ему крыльев. Теперь истерзанные о камни, ободранные до крови крылья, исчезли, а вместо них дико болела спина.

Хотя эта боль ничто в сравнении с болью от временного разрыва связи со своим драконом.

Но это он сейчас знает, что разрыв был временным, а тогда, неделю назад, в день дуэли это чуть не стоило Селестину жизни.

Он, баюкая Кирьяну в руках, снова провалился в воспоминания.

На полигоне Селестин чувствовал, что Кирьяна, несмотря на обиду, пришла посмотреть на его дуэль с графом. А вот в какой момент его любимая Заноза ушла с дуэли, Селестин, увлеченный сражением, не заметил. Он почти победил, когда по астральной связи прилетела чужая боль. Она было такой силы, что он оглушенный рухнул на полигон, ничего не видя вокруг. На астральном уровне в отчаянии кричал его дракон, рвущийся наружу, в желании отыскать свою пару. Селестин чувствовал, что зверь словно обезумел, перестав резко ощущать свою истинную. Последний истошный вопль, и оглушенный Селестин перестал чувствовать своего внутреннего дракона.

Холод и поселившаяся жуткая пустота в душе сковали его ледяным страхом. Селестин мысленно потянулся к дракону, но наткнулся на глухую стену, словно дракона с ним никогда и не было. Страшно стало вдвойне.

Селестин пребывал в таком оглушенном, потерянном состоянии, когда его атаковал граф. Селестин был слишком ошеломлен потерей связи с драконом, а поэтому не успел поставить защиту. Зато физическая боль отвлекла от душевной. Нападение графа стало для Селестина отличным поводом отыграться за свои страхи. И хоть граф его хорошо зацепил, раскатать того в отместку не составило для Селестина труда. Правда, выйдя с полигона, он покачнулся и упал бы, если бы не Алана, успевшая его подхватить.

Селестин вздохнул. Тяжелая вышла неделя. Заговорщики, размолвка с Кирьяной, потеря связи с драконом. Да врагу такого не пожелаешь. Не ощущать драконью сущность было сродни физической увечности. Селестину казалось, что у него словно душу вынули, забрав возможность ощущать эмоции. Это было страшно.

От воспоминаний его отвлек вздох. Селестин посмотрел на Кирьяну и встретился с её медовыми глазами.

— Где мы?

— Очень глубоко под академией.

— И как мы тут оказались? И… почему мы не на балу?

— Кирьяна, а что последнее ты помнишь?