Любимая заноза ректора. Огненный турнир

Глава 15

Кира

И снова я почувствовала себя как в первый учебный день. Опять неприязнь и враждебность от одногруппников. Но сегодня добавилось новое чувство, меня боялись. Не скажу, что это приятно, но пусть лучше так, чем начнут меня реально доставать. Еще не выдержу, сорвусь и подожгу кого-нибудь.

Обстановку разрядил Альдо. Он встал из-за стола и с улыбкой пошел мне навстречу со словами:

— Кирьяна, мы все рады, что с тобой все в порядке, и ты к нам вернулась.

Альдо подошел, забрал у меня сумку и, взяв за руку, повел к первой парте.

— Эта-то вернулась, — услышала я сзади полный ненависти шепот, который тут же перешел в страдания. — А несчастной маркизы так и нет.

Обернуться и посмотреть на говарившего у меня на получилось. В аудиторию ворвался лорд Индарэш и прямо с порога, не здороваясь, заявил:

— Достали тетради. Записываем тему занятия. «Шкала магической силы из расчета искр магии».

Тон Селестина не подразумевал ослушания. Лично я лорда ректора видела разным, но таким еще никогда. И как это ни смотрелось странным, я соскучилась по этому невыносимому мужчине, но поднимать глаза от тетради я не спешила. С чувством самосохранения у меня все было в порядке.

А вот у одного адепта это чувство отсутствовало. И как только дожил до своих лет?

— Так у нас же сейчас должна быть «Общая теория магии», а не «История магии», — в полной тишине раздался чей-то обескураженный шепот. — Ой…

До бедолаги дошло, хоть и с опозданием, но было уже поздно.

Лорд Индарэш, делавший пометки мелом на доске, на секунду замер. Он очень аккуратно положил мел и с небрежной легкостью повернулся к адептам. Пробежался взглядом по аудитории, на мгновение задержался на мне, а потом уставился на говорившего.

— Адепт Сфоркс… — с наигранной скорбностью в голосе произнес Селестин. — Я всегда думал, что представители вашего рода отличаются сообразительностью. Как прискорбно видеть упадок и вырождение древнего рода.

«Ой ёй…» — внутренне икнула я и усиленно стала изучать название урока.

— Адепт, Бругский, поясните, какой у нас предмет и почему его веду я, — сложив руки на груди, уставился на нашу парту Селестин.

— Сейчас у нас, согласно расписанию, «Общая теория магии». Её может вести как уважаемый профессор Энгербрах, так и лорд ректор. Степень магистра магии дает право лорду ректору вести больше половины занятий в академии.

— Прекрасно, — кивнул Селестин и обвел аудиторию тяжелым немигающим взглядом. — Продолжим. Как вы все знаете, все маги делятся по уровню искр. Самый высокий уровень магии — это двенадцать искр. Но что еще есть кроме уровней?

— Резерв источника, — выкрикнул кто-то с задней парты.

— Да. А чем именно он отличается от искр магии?

На сей раз адепты молчали и не спешили отвечать. Выждав немного и так и не дождавшись ответа, Селестин продолжил:

— Все просто. Искра позволяет магу определенный уровень мощи в заклинаниях. Проще говоря, чем выше ваши искры, тем сильнее ваше заклинание. Это важно, но, как ни странно, это не главное, — позволил улыбку лорд ректор. — Что толку от мага с двенадцатью искрами, если он сможет создать от силы пару мощных заклинаний. Кроме силы магии важен резерв источника. Важно как долго вы сможете удерживать такой высокий уровень силы. И в этом помогает резерв.

Селестин вновь вернулся к доске, взял мел и принялся записывать формулы.

— При помощи этих формул можно рассчитать на сколько часов хватит резерва у того или иного мага. Но есть и универсальная таблица градаций. Например, маги с двенадцатью искрами часто имеют тысячу единиц магии. Для сравнения маг с одной искрой всего пятьдесят.

— А есть резервы больше тысячи? — раздался вопрос сбоку от девушки из народа. Кажется, она сама не ожидала от себя такой смелости, поэтому покраснела и пискнула. — Извините…

— Есть резервы и гораздо выше… — спустя минуту произнес Селестин и посмотрел на меня. — Например, маги-элементали. У них резерв может варьировать от десяти тысяч до ста тысяч. Но как правило последний рубеж, это пограничное состояние со стихией.

В аудитории вновь повисло гробовое молчание. Все были потрясены.

— Как вы понимаете, измерить резерв у ходячего источника, коим и являются стихии не имеет возможности, — произнес лорд и, повернувшись к доске, предложил. — Ну а теперь давайте порешаем задачи…

Дальнейшее занятие проходило для меня фоном. Я все добросовестно записывала, но вникать в суть мне было трудно. В голове роились мысли о моей мощи и я все не могла понять, это хорошо или все же плохо.

Звонок прозвенел неожиданно.

— Так, господа адепты, сегодня после занятий все собираемся на большом стадионе на линейку. Будет небольшое объявление.

Все дружно посмотрели на улицу где лил дождь, а свинцовое небо казалось, что рухнет на академию.

— К моменту линейки стихийники разгонят тучи, — успокоил всех лорд ректор.

Адепты покивали в знак согласия, быстро собрались и принялись шустрой толпой покидать аудиторию. Поспешила и я, чувствуя, что если сейчас не слиняю, Селестин меня удержит.

Я была в дверях, когда мне в спину донеслось лениво-небрежное от лорда ректора.

— А вас, адептка Астон, я попрошу остаться.

Наверное у меня совсем мозг размягчился, вот только непонятно из-за чего. Но я не нашла ничего лучшего, чем спросить

— А-а-а… зачем?.. Зачем мне оставаться? У меня пары.

Наверное я зря это сказала. Селестин вновь из нормального состояния перешел в режим закоротишей проводки. У лорда бешено засверкали глаза, ноздри раздулись и он сквозь зубы рыкнул.

— За мной! Живо!

И, не дожидаясь меня, развернулся и чеканя шаг, направился из аудитории.

Я лишь глаза закатила. Со вздохом подхватила сумку и бросилась догонять лорда ректора, которому суда по скачкам настроения, кажется, вожжа под хвост попала.