АРТЁМ
Самолет касается посадочной полосы, и я чувствую, как сердце начинает колотиться быстрее. В Стамбуле было легко делать вид, что завтрашний вечер — просто абстрактная идея. Теперь он превращается в неотвратимую реальность, от которой хочется сбежать.
Костя потягивается в соседнем кресле, довольный как кот, объевшийся сметаны.
— Артем, ты видел, как быстро она отвечает на твои сообщения? — Он размахивает телефоном перед моим носом. — Такой энтузиазм бывает только у женщин, которые серьезно заинтересованы.
— О ком речь? — Занимаюсь послепосадочными процедурами, хотя мог бы выполнить их с закрытыми глазами.
— О Полине, естественно. Хотя ее подружка тоже ничего себе. Как ее там звали?
Пальцы замирают на переключателе. В горле пересыхает.
— Карина.
— Точно. Помню ее из бара. Ледяная королева с огнем внутри — мой любимый типаж. — Костя ухмыляется так, что хочется стереть эту улыбку кулаком. — Хорошо, что ты выбрал Полину. Оставил лакомый кусочек другу.
Что-то острое вонзается в грудь. Мысль о том, как Костя будет «обрабатывать» Карину своими проверенными приемчиками, касаться ее руки, заставлять смеяться, вызывает такой приступ ревности, что костяшки белеют от сжатых кулаков.
Резко выключаю двигатели.
— Не факт, что она поведется на твои штучки.
— Все ведутся рано или поздно. — Костя хлопает меня по плечу. — Просто к каждой замочек свой нужен. А я в замочках разбираюсь.
Выбираюсь из кабины, пытаясь сбросить это липкое чувство. Костя шутит — я же знаю. Он неплохой парень, просто привык легко относиться к женщинам. Но представление о том, что его руки будут касаться Карины, что он будет смотреть в ее глаза, искать способ пробиться сквозь ее холод…
Телефон вибрирует, спасая от мучительных мыслей. Сообщение от Полины:
«Мы так волнуемся! Карина даже платье новое купила. Где будем знакомиться?»
Быстро набираю адрес боулинга и время — восемь вечера. Мне нужно шумное, людное место, где будет сложно сосредоточиться на том, на кого смотреть нельзя.
Новое платье. Значит, Карина тоже готовится к этому вечеру. Интересно, о чем она думает? Нервничает ли так же, как я?
Стою перед зеркалом в своем лофте, и отражение показывает мужчину, собирающегося на войну. Черная рубашка подчеркивает широкие плечи, джинсы сидят идеально. Дорогие часы поблескивают в неоновом свете, легкий аромат парфюма — последний штрих. Все как всегда, но сегодня каждая деталь ощущается как часть брони.
План предельно прост: полностью сосредоточиться на Полине. Быть обаятельным, внимательным, найти ту связь, которая возникла в нашей переписке. Выяснить, есть ли у наших отношений будущее.
А еще — полностью игнорировать Карину. Не смотреть в ее сторону больше пары секунд. Не реагировать на флирт Кости. Забыть о том поцелуе на кухне, который до сих пор жжет губы каждый раз, когда я о нем вспоминаю.
Хватаю ключи от мотоцикла. Если сегодня все пойдет по плану, завтра я проснусь с ясной головой и перспективами отношений с женщиной, которая мне идеально подходит.
Боулинг встречает привычным грохотом падающих кеглей, неоновым светом и запахом попкорна. Костя уже дожидается у входа в своем фирменном образе — светлая рубашка нараспашку, художественно взъерошенные волосы, улыбка покорителя сердец.
— Они уже тут, — подмигивает он. — Столик в ВИП-зоне заказал.
Иду следом, мысленно твердя как заклинание: «Полина. Думай только о Полине.»
И тут я ее вижу.
Карина стоит спиной, разговаривая с администратором клуба. Черное платье обтягивает каждый изгиб ее фигуры, подчеркивая тонкую талию и соблазнительную линию бедер. Волосы рассыпаются шелковистыми волнами по плечам. Даже со спины она выглядит как богиня.
Когда она оборачивается, время останавливается.
Макияж подчеркивает невероятную глубину зеленых глаз, а алая помада превращает губы в созревшие вишни. Но главное — в ее взгляде нет привычной ледяной стены. Сегодня Карина выглядит… мягкой. Женственной. До болезненности желанной.
Наши глаза встречаются на мгновение, и пол уходит из-под ног. В ее взгляде мелькает смущение, прежде чем она быстро отворачивается.
— Святые угодники, — шепчет Костя рядом. — Она же просто богиня. Артем, ты точно не хочешь поменяться местами?
Сжимаю зубы и направляюсь к столику. Полина вскакивает навстречу с лучезарной улыбкой. На ней милое синее платье, которое подчеркивает естественную красоту. Она выглядит именно так, как я представлял — уютно, тепло, по-домашнему.
— Тем! — Она протягивает руки для объятий, и я обнимаю ее, чувствуя, как она доверчиво прижимается к груди.
Должно возникнуть тепло, близость, предвкушение. Вместо этого все внимание приковано к женщине в черном, которая наблюдает за нашими объятиями с непонятным выражением лица.
— Привет, — говорю Полине, целуя в щеку. Аромат ее духов — нежный, цветочный — должен успокаивать.
Но ноздри улавливают другой запах. Терпкий, сложный, от которого кружится голова. Карина стоит всего в метре, и я ощущаю ее присутствие каждым нервным окончанием.
— Карина, — киваю ей, стараясь сделать голос равнодушным.
— Артем, — отвечает она, и в ее тоне слышится та же нарочитая прохлада.
Костя выступает вперед со своей убийственной улыбкой.
— А вот и я — Костя, второй пилот и по совместительству лучший друг этого мрачного типа. — Он берет руку Карины и галантно целует костяшки пальцев. — Невероятно приятно наконец встретиться с такой красавицей.
Наблюдаю, как щеки Карины покрываются легким румянцем, и что-то болезненно сжимается в груди. Она улыбается Косте — не своей обычной ледяной усмешкой, а по-настоящему, тепло.
— Взаимно, — произносит она, не спеша убирать руку.
Рассаживаемся за столик, и я понимаю, что попал в ловушку. Я рядом с Полиной, как и планировал. Костя галантно предлагает Карине место напротив меня. Теперь весь вечер она будет в прямой видимости, и притвориться, что ее тут нет, не получится.
— Итак, начнем с коктейлей? — Костя уже изучает карту. — Дамы, что желаете?
Полина просит мохито, Карина заказывает что-то с виски. Конечно. Она даже в алкоголе не может выбрать что-то простое и сладкое. Во всем должна быть сложность.
Кладу руку на спинку стула Полины, демонстративно оказывая ей внимание.
— Как дела в кондитерской? — спрашиваю, наклонившись ближе.
— Замечательно! — Глаза светятся энтузиазмом. — Мы с Кариной думаем о расширении. Может, откроем второй филиал.
— Серьезно? — Поворачиваюсь к Карине, хотя планировал этого избегать. — Где планируете?
— На Мацесте, — отвечает она, и я замечаю, как нервно крутит браслет на запястье. — Там хорошая проходимость, но конкуренция не такая жестокая.
— Разумный ход. — Наши глаза снова встречаются, и на секунду мне кажется, что мы опять на той кухне. Одни. В шаге друг от друга. Я помню тепло ее губ, вкус ее поцелуя…
Костя громко хлопает в ладоши, разрушая наваждение.
— Ладно, хватит болтать! Давайте играть! — Он вскакивает и протягивает руку Карине. — Прекрасная дама, не продемонстрируете ли свою технику?
Карина смеется — низко, бархатисто, и этот звук проходит электрическим разрядом по всем нервам. Она принимает его руку и встает, и я не могу оторвать взгляд от того, как платье подчеркивает каждое движение.
Полина мягко касается моего запястья.
— Тем, все нормально? Ты какой-то напряженный.
Оборачиваюсь к ней с улыбкой, которая дается через силу.
— Все отлично. Просто рабочая неделя выдалась адской.
Беру ее руку и переплетаю наши пальцы. Ее ладонь теплая, мягкая, доверчиво ложится в мою. Именно такие прикосновения я искал — спокойные, комфортные, без этого болезненного электричества, которое пронзает каждый раз при случайном контакте с Кариной.
Но даже держа руку Полины, не могу не смотреть, как Костя помогает Карине выбрать шар, как его ладонь задерживается на ее талии, показывая правильную стойку. Как она смеется его шуткам, запрокидывая голову назад.
Вечер только начался, а мой тщательно продуманный план уже рассыпается в прах. И самое страшное — кажется, мне это даже нравится.