Мой любимый Метаморф

Все-таки пара… Перемены после видения…

Маруффа Эйгэ

Очнулась я от мягких прикосновений в своей щеке. Чьи-то пальцы нежно поглаживали мою скулу, а тепло, разливающееся по телу, отчетливо сигнализировало мне, что я в чьих-то объятьях.

Где я?

Память тут же услужливо напомнила весь тот кошмар, который произошел в недавнем прошлом. Я аж вздрогнула от воспоминаний о дикой боли в голове, настигшей меня совершенно неожиданно. Это была атака бета-излучением! Провокация? Покушение? Значит, кто-то знает о том, кто я и Энайя на самом деле?..

Боль прекратилась также резко, как и появилась. Зато почти сразу же начались землетрясение и камнепад. А потом Макс был ранен. Меня пронзила боль похлеще предыдущей, потому что я ужасно испугалась за него…

Я раскрыла над ним крылья, совершенно не задумываясь о последствиях. Я готова была пожертвовать своей миссией, да что там — жизнью, лишь бы он был в порядке…

Даже не знаю, видел ли он крылья или нет, ведь я тоже отключилась…

И что же теперь?

Я медленно приоткрыла веки и… мгновенно встретилась взглядом с Максом.

Полумрак пещеры, слабые блики двух «светлячков» над головами и его глаза: тревожные, излучающие… нежность?

— Ты очнулся? — прошептал он хрипло, а я затаила дыхание. Так видел он меня или нет? Узнал, что я цвинн или нет???

Я поняла, что лежу в его объятиях, и это его пальцы аккуратно поглаживают мою щеку.

Видя, что я не отвечаю, а лишь испуганно всматриваюсь в его лицо, Макс наклонился и мягко поцеловал меня в губы.

Я вздрогнула. Сердце екнуло.

— Все хорошо, — прошептал Макс, словно чувствуя мое смятение. — Мы живы, и это замечательно…

— Ты… мы… — замялась я, — что вообще произошло?

Мне было страшно сейчас услышать, что он все знает. Хотя… стал бы он целовать меня сейчас, если бы в действительности знал? Вряд ли… Такой человек, как Макс, не стал бы вступать в отношения с вражеским шпионом!

Ой, а у нас… отношения???

Я быстро проанализировала прошедшие события и поняла, что, помимо страхов о моем происхождении, мне стоит бояться того, что теперь будет между нами. Ведь те поцелуи в пещере, за которыми я пыталась спрятать свой «радужный синдром», уже не могут быть проигнорированы. Я не смогу отмежеваться от Макса после всего того, что натворила…

— Ты спас меня, — вдруг прошептал Макс, заставляя меня с ужасом сжаться. Выходит, он видел??? — Ты накрыл меня своим телом, Марк. Спасибо! Но… больше так не делай, ладно? Я сильнее тебя. Это я должен тебя защищать…

Я нервно сглотнула, все еще ничего не понимая. Так видел он крылья все-таки или не видел????

— Как ты себя чувствуешь? — участливо спросил Макс. — На спине, наверное, ушибы…

Я облегченно выдохнула, чувствуя, что напряжение внутри меня спадает. Если говорит о спине, значит… крыльев не заметил. Уже легче.

— Все хорошо! — я попыталась улыбнуться и привстать, но тут же застонала от острой боли между лопатками.

Наверное, крылья серьезно пострадали…

Макс прижал меня к себе крепче.

— Не двигайся! — прошептал он тревожно. — Посидим и подождем, пока нас найдут…

Я закрыла глаза и просто отдалась расслаблению. Я остро чувствовала под ухом сердцебиение Макса и почему-то наслаждалась этим звуком. Чудилось мне в этом что-то родное, что-то нежное, что-то бесконечно прекрасное… Вот бы вечность вот так провести — в его объятиях!..

Не знаю, сколько мы вот так просидели в ним в полной тишине, как вдруг Макс все же нарушил молчание.

— Марк, а можно я задам тебе один вопрос?

Я распахнула глаза и посмотрела на склоненное надо мной его лицо.

О чем он сейчас спросит? С его ли я планеты?

— Да, — ответила я, чувствуя, что горло сжимается от нервного спазма.

Он смотрел на меня испытующе, а потом, наконец, проговорил:

— Я действительно нравлюсь тебе?

Я замерла. Такого вопроса я как-то не ожидала. Волнительный он, конечно, но все же лучше, чем про мое происхождение.

— Да, — прошептала я искренне. — Ты нравишься мне…

Макс вдруг широко улыбнулся.

— Тогда я тоже скажу тебе, — прошептал он в ответ. — Я без ума от тебя…

У меня закружилась голова, а его любимый запах защекотал мои ноздри сильнее. Я сделала глубокий вдох, словно наслаждаясь этим мгновением, а Макс снова наклонился ко мне с поцелуем.

— Тогда… давай будем вместе… — прошептал он мне в самые губы, а у меня сердце едва не выпрыгнуло из груди.

Если он предлагает мне отношения, значит, он действительно ничего не видел! Какое счастье! Значит, всё в порядке!

— Хорошо, — ответила я с облегчением и улыбкой, — я согласен…

Неужели я правда на это согласилась??? Я еще пожалею! Ох, как я пожалею!!!

Но не могу устоять! Он слишком… прекрасен, мой любимый иширец!

Вот уж никогда не думала, что смогу влюбиться в кого-то из этой расы!

Макс накрыл мои губы поцелуем, и я потянулась рукой к его шее.

Неужели мы теперь действительно пара?

Только вот… я же по-прежнему «парень»!..

Талиэн

Я умер. Я был в этом абсолютно уверен, однако неожиданно… появилась она!

Мое сердце, извечно наполненное ненавистью, готово было порвать незнакомку на куски, но я вдруг увидел ее глаза…

Большие, ласковые — в них плескалось сострадание, которого я никогда не знал…

И хотя я не мог разглядеть всего ее лица, что-то дрогнуло во мне, когда она вдруг обняла меня и сказала безумные слова о том, что я прекрасен…

Нет, это же невозможно!

Это мои галлюцинации…

Я резко распахнул глаза и стремительно присел.

Полутьма, приглушенные разговоры недалеко, сырость камней вокруг и… остаточные болевые симптомы в голове…

Стоп! Неужели «паук» выключился????

А я… жив???

Как это возможно???

И тут начались подземные точки.

Парни на другом конце пещеры тревожно закричали, «светлячки» заметались по воздуху, а я с трудом поднялся на ноги.

В пещеру заскочили два отставших от отряда кадета и начали неистово кричать, что Макса и Марка завалило камнями на входе…

Поднялась паника.

Здесь подземные толчки казались незначительными, ничего на голову никому не падало, но, судя по словам парней, совсем недалеко от нас дело обстояло значительно хуже.

Я понял, что бета-излучение не прошло даром даже для этого места. Возможно, залежи бета-активных руд урмония и раддилия отреагировали на деятельность «паука» смещением со своих мест, что вызвало локальное землетрясение в радиусе их действия.

Значит, предполагаемый цвинн Марк Эйри мог пострадать…

Мне вдруг необъяснимо стало его жаль. Что это я вдруг???

— Парни! — крикнул я, принимая вновь командование группой, — Кто-нибудь — вызывайте помощь!

— Уже вызвали! — ответил один из ближайших кадетов, развернувшись ко мне. — Макс сказал, что Марку стало плохо, и мы сразу же вызвали флайкар из Академии…

Я замер. Марку было плохо? Он среагировал на бета-усилитель! Выходит… он действительно цвинн!

Что-то внутри меня вздрогнуло. Инстинкты, годами вдалбливаемые в мою подкорку, мгновенно вспыхнули привычной ненавистью, но одновременно с ней во мне неожиданно зародилось… любопытство, чего я раньше никогда за собой не замечал. Он наполовину такой же, как и я… Он не такой, как хозяин или доктор Грин… Он другой… Мог бы он хотя бы немного понять меня?..

Эти чувства нашли на меня, как затмение, но, когда я очнулся, то со стыдом прогнал их. Что со мной происходит? «Паук» повредил во мне какие-то установки? Цвинны точно такие же презренные существа, как и иширцы! Смерть — это лучшее, что может их ждать!

Однако я должен действовать в рамках своего задания.

— На выход! — крикнул я парням, но стоящий недалеко кадет изумленно распахнул глаза.

— Наставник, у вас кровь…

Я спохватился, вспомнив, как обильно кровоточило мое ухо.

— Это пустяки… — смутился я и отвернулся.

Решительно направившись к узкому пещерному проходу, я вдруг выхватил взглядом девчонку в потрепанном и грязном светлом комбинезоне. Она немного неловко поднималась с камней и выглядела измученной. Я презрительно скривился. Не место женщинам в Академии! Особенно таким — безголовым! Впрочем, разве бывают другие?..

— Кадет Свилт! Бегом за мной! — прикрикнул я строго, а она вздрогнула и посмотрела на меня весьма странным пронзительным взглядом. На мгновение, всего на одно маленькое мгновение я увидел перед собой другие глаза — той странной незнакомки из моего сна, когда она просто покорила меня своей невыразимой нежностью и состраданием, и все мое тело тут же вздрогнуло. Сердце подскочило до горла, пульс ускорился в несколько раз, а нанороботы спровоцировали выброс адреналина в кровь. Даже между лопатками так сильно запекло, словно я собрался непроизвольно выпустить крылья, и мне пришлось поспешно сбежать, чтобы не выдать своего безумного состояния.

Что это было вообще??? Почему я так отреагировал на эту глупую пустышку? Все дело в том сне? Она чем-то напоминает мне девушку из видения?

Как глупо! Это все фантазии повреждённого мозга!

Но… что-то внутри предупреждало меня, что все не так просто. Надеюсь, эта Энайя больше никогда не разбудит во мне подобные ощущения.

Я не хочу быть слабым!

Если я выжил, значит должен стать сильнее!

Моя цель — убивать!..

Помощь из Академии прибыла очень скоро.

Нас в прямом смысле раскопали и отправили на континент, а Макса и Марка Эйри привезли на пару часов позже. Они были немного потрепаны, но вполне живы. Их оставили в лазарете на три дня.

В тот же вечер я сел писать отчет хозяину и остановился на том моменте, что Марку Эйри стало плохо. Отчего-то мне не хотелось сообщать генералу о нем, но… этого факта уже не скрыть: есть свидетели.

Глубоко вздохнув, я написал:

«…Марк Эйри почувствовал недомогание, но достоверно я не могу сказать, было ли это вызвано бета-усилителем или чем-то другим…»

Закончив отчет, я невольно вздрогнул. Знаю, что хозяин снова будет в ярости. Он ненавидит мои неясные формулировки, снова возьмется за нож…

Сколько сотен раз за эти годы он резал мою кожу, с упоением наблюдая за моими страданиями! Ему нравится видеть мою кровь и судорожно сжатые кулаки. Наверное, он жалеет, что на мне совершенно не остается шрамов…

Наполнившись привычной ненавистью, я сжал зубы и судорожно вдохнул.

Все, не хочу пока думать ни о чем. Я неожиданно ощутил себя уставшим…

Схватив полотенце, я вышел в коридор и направился в общие душевые на третьем этаже. Так как я получил комнату на этаже «продвинутых» кадетов, а не в преподавательском корпусе, то мой личный душ постоянно давал сбои (Академия слегка не радела о своих учениках).

Решил спуститься по лестнице, потому что в лифте могло быть слишком много попутчиков, поэтому завернул в коридор напротив лифта.

Пройдя два лестничных пролета, я остановился, потому что на меня снова накатила непривычная слабость. Да что же происходит? Такого со мной никогда не было! Это последствия атаки бета-излучением? Повреждены какие-то телесные функции???

Но нанороботы уже должны были все исправить!

Я облокотился об стену и закрыл глаза. В голове странно шумело.

— Наставник! — вдруг послышался совсем рядом тихий женский голос, и я мгновенно ощутил прикосновение к своей руке. Хотел инстинктивно отбросить чужие пальцы прочь, но только лишь открыл глаза и замер.

Энайя стояла непозволительно близко и, слегка задрав голову, смотрела мне прямо в глаза. Все внутри меня опять перевернулось, добавляя головокружение, и я едва удержал свою руку, готовую схватиться за свое колотящееся сердце.

Девчонка смотрела на меня странно: тревожно, испытующе и… ласково? О нет! Она же теперь вцепится в меня, как пиявка! Я не хочу иметь дело с сумасшедшими фанатками!

Я хотел ее грубо оттолкнуть, но тело совершенно не слушалось. Вместо этого я продолжал пристально разглядывать ее лицо. И, когда остановился на ее пухлых розовых губах, кое-что вспомнил…

Это был тот момент, когда девушка в видении еще была рядом. Ее лицо было смазанным, даже цвет глаз я не мог рассмотреть, но потом вдруг… ощутил ее мягкие губы на своих губах…

Это было очень приятное ощущение. Хоть и мимолетное…

Это был мой первый поцелуй…

Стоп, Образец № 3! Очнись! Это был просто сон!

О-о-о! А вот это уже не сон!

Наглая девчонка повисла на моей шее и прижалась губами к моим губам!..