Мой любимый Метаморф

Назревающая опасность…

Последние новости. Голографическое табло на центральной площади Ишира. Говорит ведущий популярной новостной программы «Точка зрения»…

— Иширская Военно-Врачебная Академия набирает все больше популярности у современной молодежи. Юноши и девушки с завидным рвением стремятся поступить в это учебное заведение, чтобы стать на защиту своей родины перед лицом все усиливающихся инопланетных коалиций… Чтобы это рвение не угасло, а разрасталось и крепло, многие великие люди, творившие историю нашей планеты у нас на глазах, присоединяются к работе ИВВА и дарят жаждущим юным душам столь необходимые в наше время знания и опыт. Таким образом, с сегодняшнего дня к команде преподавателей и наставников Академии присоединяется легендарный военный и заслуженный ветеран Последнего Межрасового Противостояния — генерал-майор Антонио Рикардо Лиеззо…

Картинка на табло сменилась изображением черноволосого мужчины с короткой стрижкой и в военном кителе. У него на груди щедро были нанизаны награды и медали, свидетельствующие о его огромном опыте настоящих сражений и подвигов.

— Скажите, господин Лиеззо, — начал ведущий, — что именно побудило вас войти в состав ИВВА?

Мужчина не улыбнулся, однако сказал с вдохновением и решимостью, словно через экран глядя зрителям прямо в глаза:

— Я жажду передать молодому поколению тот запал, который сам получил однажды от своего наставника Андрэ Иерса — легендарного ветерана войны с кипринами… Поэтому говорю всем вам сейчас: служить родине должен каждый! Если все мы объединимся и будем усердно защищать свои семью, свои земли, всю планету в конце концов, то тогда никакой враг не посмеет даже подумать о том, чтобы сунуться к нам с агрессивными намерениями…

Люди на площади захлопали и засвистели на слова генерал-майора, а он улыбнулся яркой белозубой улыбкой, словно мог разглядеть их одобрение через неподвижный экран…

ИВВА. Кабинет преподавателя Талиэна Мейзона

Острый носок сапога с силой врезался в оголенную грудь молодого парня с бледным изможденным лицом, и тот повалился на пол, болезненно скрутившись, но при этом не издав ни звука.

— Поднимайся, ничтожество! — почти прорычал грубым голосом представительный седовласый мужчина. — Будь хотя бы нормальной грушей для битья, если не способен исполнять свои прямые функции!

Юноша поднялся и снова выровнялся. Он стоял на коленях в одном только белье. Окровавленная одежда валялась рядом. На его теле было множество рваных порезов и ссадин, но он смотрел только в пол. Ударив его еще несколько раз в живот, мужчина, наконец, успокоился и уселся в кресло.

Он тяжело дышал, потому что устал избивать своего раба, а парень, после последних ударов снова потерявший равновесие, опять попытался стать ровно, хотя у него дрожало все тело. Наконец, ему это удалось, и он снова опустил глаза в пол.

— Отвечай! Почему я наказал тебя на этот раз, биомасса??? — голос мужчины звучал грозно, но уже без ненависти: он достаточно выпустил пар.

— Потому что я провалил операцию по выявлению цвиннов и повредил бета-усилитель до состояния утилизации…

Юноша ответил ровным тихим голосом, хотя под конец и он дрогнул, опустившись до шепота.

Изверг презрительно фыркнул.

— Из-за тебя мне пришлось прилететь в эту треклятую Академию и устроиться здесь каким-то инструктором по рукопашному бою! Не даром говорят: если хочешь что-либо сделать хорошо, сделай это сам! Ни на кого нельзя положиться… С этого момента ты будешь строго следовать моим инструкциям. Это на самом деле твой последний шанс, гибрид!

Он откинулся в кресле и окончательно расслабился.

— А теперь рассказывай, что у тебя там по Марку Эйри?

Парень несколько мгновений молчал, а потом все-таки ответил:

— Данные неточны…

Вспыхнув яростью со стремительностью солнечного луча в вакууме, мужчина схватил со стола бронзовую фигурку, изображающую символ ИВВА — орла с раскрытыми крыльями — и запустил ее в парня.

Статуэтка ударила того в висок, и он упал на пол, лишившись сознания.

Мужчина витиевато выругался, потом нажал несколько кнопок на панели стола и, активировав записывающее устройство, стал надиктовывать задание:

— Это тебе за ответ, который я ненавижу больше всего на свете!.. Когда очухаешься, биомасса, возьмешься за дело. Твоя задача — принести мне кровь этого Марка Эйри, перемешанную с нужным реактивом. Объясняю: кровь собрать у объекта из вены на бедре. В течение двадцати последующих секунд ее нужно смешать с реактивом в пропорциях один к одному. Не позже! Мне все равно, как ты это сделаешь! Но ты обязан принести мне это в течение трех дней! Не справишься и на этот раз, чипирую тебя раз и навсегда: станешь безмозглой марионеткой!

Мужчина выключил запись и, поправив свой военный китель, покинул кабинет, тщательно заперев его на электронный замок…

Энайя

Это было жутко больно.

Было около полуночи, когда я проснулась от стойкого жжения по всему телу. Но не это поразило меня в первую очередь. Больше всего меня ужаснуло невыразимое и глухое отчаяние, разлившееся в душе.

Причем, это отчаяние очевидно мне не принадлежало.

Я вскочила на ноги, как ужаленная, и замерла. Нет, чувства никуда не девались, и я серьезно задумалась.

Ничего подобного со мной раньше никогда не происходило. Что это? Кого я ощущаю сейчас?

На память приходил только Талиэн Мейзон. Только с ним у меня установилась глубокая ментальная связь, хотя это и был мой первый подробный опыт.

Выходит, ему сейчас снова плохо?

Я начала одеваться, натягивая комбинезон на потное от странных переживаний тело.

К счастью, в комнате я пока жила одна, поэтому мне не пришлось прятаться от соседки или объяснять ей свое поведение.

Мне вспомнилось, как пару дней назад я столкнулась с Талиэном на лестнице. Он, наверное, шел в душ, потому что на плече висело полотенце, но почему-то остановился и прислонился к стене. Мне показалось, что ему стало плохо, подошла к нему, притронулась к его руке…

Меня прорвало, когда он открыл глаза и посмотрел на меня. Жалость вперемешку с бурным влечением обрушилась на меня настоящей лавиной, и я, как всегда, не устояла. Мне вообще очень трудно контролировать себя, когда так много чувств.

Я поймала его мягкие губы, опутав шею руками. Он даже попытался сопротивляться, но недолго. Так, дернулся разок, а потом… замер.

Толк в поцелуях и отношениях я знала (с моей-то эмоциональностью этого не знать!). Я попыталась раздвинуть его губы языком, и он сразу же поддался, но сделал это так неуклюже, словно это был его первый раз.

Мне стало так забавно и легко вдруг, когда я представила этого парнишку невинной и неискушенной овечкой, но Талиэн вдруг словно очнулся и грубовато меня оттолкнул.

Перед тем, как на его лицо наползло суровое и раздраженное выражение, я успела заметить, как загорелись его глаза. Значит, его все-таки проняло! Значит, ему не все равно!

— Кадет Свилт! — рявкнул он. — Что вы себе позволяете???

А я лишь улыбнулась.

— Вы такой красивый, наставник! — расплылась я в улыбке и, послав ему воздушный поцелуй, убежала вниз по лестнице.

Я невольно улыбнулась, вспомнив его прямо-таки испуганное выражение лица, которое он пытался скрыть за маской суровости. Неужели действительно… неопытный? Да быть такого не может! Хотя… это же отсталый Ишир! Тут всякое возможно!

Однако то, что я чувствовала прямо сейчас, не располагало к улыбкам. С Талиэном что-то наверняка произошло!

Я осторожно приоткрыла дверь комнаты и огляделась. Конечно, мое шастанье по коридорам будет записано на камеры, но… можно будет так и сказать: ходила к объекту своей безумной любви! Уж за «влюбленность» в хорошенького преподавателя меня точно не отчислят!

Я быстро поднялась по лестнице на этаж, где располагались комнаты кадетов. Талиэн поселился рядом с Маруффой и ее соседом. Но, подойдя к дверям его комнаты, я поняла, что она пуста. Как? Просто почувствовала это. Осознала. Шестое чувство. Все из-за связи с Талиэном…

Где же он?

Поспешила на этаж выше, где располагался его кабинет, почти подобралась к нужной двери, как вдруг она открылась. Я едва успела спрятаться в тени огромного напольного горшка с цветком.

В коридоре показался седовласый, но крепкий и широкоплечий генерал-майор Антонио Лиеззо. Я была уже наслышана о нем. Жуткий человек. В его ауре легко читалась озлобленность, превозношение, алчность. Я аж вздрогнула, выхватывая из атмосферы остатки его присутствия.

Но что ему понадобилось в полночь делать в кабинете у Талиэна?

Когда он удалился и совершенно точно уехал на лифте вниз, я поспешила в двери. Она оказалась заперта, и нехорошее предчувствие заставило меня расправиться с замком при помощи телекинеза. Он жалобно запиликал, и дверь открылась. В кабинете было совершенно темно. Неужели Талиэна здесь нет?

Я сделала несколько неуверенных шагов вперед и вдруг споткнулась о что-то, лежащее на полу.

Заметив панель освещения на стене, я зажгла поверхность потолка и… ужаснулась.

Талиэн — почти полностью обнаженный, окровавленный и избитый — лежал на полу без сознания. В его волосах тоже запеклась кровь, потому что на голове зияла значительная рана от удара чем-то тяжёлым.

Я в ужасе подбежала к нему и прильнула ухом к его груди.

К счастью, он был жив.

Оглядев его повреждения, я вдруг отчетливо вспомнила то, каким он явился мне при нашем глубоком ментальном взаимодействии: весь в шрамах, несчастный, полный глухой ненависти….

Выходит, знаменитый генерал-майор и есть тот мерзкий изверг, который издевается над этим парнишкой, принуждая его выслеживать мой народ? А это значит, что Антонио Лиеззо прибыл сюда по наши с Марой души!

Меня затопил страх. Я поняла, что мы с подругой, возможно, уже раскрыты!

Талиэн застонал, выводя меня из оцепенения, и вдруг открыл глаза.

Я замерла, понимая, что попалась. Как объяснить ему свое присутствие здесь?

— О, наставник! — воскликнула я с непритворным ужасом. — Как вы? Что произошло??? На вас напали???

Талиэн медленно присел и с трудом огляделся, словно вспоминая, что вообще произошло. Я бросилась поддерживать его, но он очень невежливо оттолкнул протянутые мною руки.

Ну уж нет! Так просто ты от меня не отделаешься! Я свою роль отыграю до конца!

Для верности пустила пару слезинок и посмотрела на него глазами обиженной и испуганной лани.

— Наставник! Вас скорее нужно отправить в лазарет! Пойдемте, я вам помогу…

Но Талиэн лишь мазнул по мне напряженным взглядом, а потом начал медленно подниматься на ноги самостоятельно. Я, пытаясь игнорировать вид жутких порезов, оценила его идеально сложенное тело и поняла, то он безумно хорош.

— Уходи! — буркнул парень, а потом остановился и посмотрел на меня уже грозно. — И смотри — никому ни слова! Ты поняла???

Я кивнула, изображая трясущуюся дурочку, но уходить все равно не собиралась.

Талиэн увидел, что я не сдвинулась с места, поэтому сделал шаг вперед, видимо, собираясь собственноручно выставить меня из кабинета, но вдруг его повело, и я едва успела его подхватить и усадить в кресло.

Он в него не сел, а просто упал, а мой наметанный глаз заметил, что большинство ран начали в рекордное время затягиваться прямо у меня на глазах. Усиленная регенерация? Да что вы говорите! Выходит… он очень и очень непрост!

Талиэн сидел с закрытыми глазами несколько мгновений, пока я разглядывала его, а потом снова посмотрел на меня. Однако на сей раз в его взгляде плескалась усталость.

— Уходи, кадет Свилт. Это приказ!

Я пересеклась с ним взглядом, а потом дерзко наклонилась и чмокнула его в губы.

Он вздрогнул и посмотрел на меня испуганно-изумленными глазами и не нашелся что сказать.

— Я уйду, — немного обиженно надув губы, произнесла я, — но знайте: я от вас не отстану! Вы мне нравитесь! Когда-то вы перестанете меня гнать! И еще: вам нужно к доктору! Прошу вас!

Хотела еще раз его поцеловать для достоверности своего образа, но на сей раз он бодрствовал и схватил меня за руки, препятствуя моим манёврам.

— Кадет Свилт! Не вынуждай меня быть грубым!

Я вздернула подбородок.

— Вы все равно оттаете, наставник! — самоуверенно заявила я. — Вот увидите!

Вывернувшись из его захвата, я направилась к выходу. На пороге взглянула на него еще раз, но Талиэн уже опять сидел с закрытыми глазами.

«Как же тебе помочь, мальчик???» — вдруг шевельнулся во мне горячий порыв, и я отчетливо поняла, что с объектом у меня начали складываться совершенно недопустимые отношения: я стала привязываться к нему по-настоящему!

О нет!

Покинув его кабинет, я устало перевела дух. Вот это ситуация! Наша ментальная связь крепнет с каждой встречей, и я уже едва могу контролировать свои эмоции к нему.

Но Талиэн опасен и служит на стороне врага. И этот враг уже за нашими спинами!

Надо предупредить Мару!

Неужели придется прерывать нашу миссию раньше времени?..

Маруффа Эйгэ

Из лазарета нас с Максом выписали через трое суток. Хотели оставить даже на дольше, но мы уговорили доктора Питта поручиться за нас.

Мое тело еще было слабым после пережитого, но отлеживаться на койке у меня не было ни малейшего желания.

Когда мы возвратились в нашу комнату, я остро почувствовала себя дома. Стало так приятно и хорошо на душе!

Думать о произошедшем в пещерах — я об атаке бета-излучением — как-то не хотелось. На меня находила романтическая эйфория, которую так не хотелось портить страхами и опасностью…

О, какая недостойная для шпиона позиция — не думать о возможных ловушках! Я понимала, что так нельзя, но… разрешила себе еще хотя бы один день не забивать голову ничем, кроме… Макса.

Когда я вспоминала его предложение стать парой и нежные поцелуи, у меня все переворачивалось внутри. Разве это вообще реально??? Я ведь в теле парня! Неужели это его действительно не смущает???

Не смущало.

Как только мы оказались в комнате за закрытым замком, он резко обнял меня и зарылся лицом в мои волосы. У меня сразу же пересохло в горле от волнения. Какой же он бесстрашный и решительный!

— С тобой так хорошо! — прошептал Макс, глубоко вдыхая и словно наслаждаясь запахом моих волос. — Я не хочу расставаться ни на мгновение!

У меня кружилась голова от всех этих слов и от его объятий, и эйфория усилилась.

А потом были поцелуи. Море, море поцелуев! Мои губы опухли, дыхание сбилось…

Но стук в дверь прервал все это блаженство, а я ужаснулась, понимая, что показываться в таком виде кому-либо просто нельзя.

— Давай сделаем вид, что нас нет! — прошептала я почти беззвучно, и Макс, забавляясь, кивнул.

Тот, кто нас искал, ушел ни с чем.

— Пойдем в город сегодня, — предложил Макс, — погуляем. Как тогда, помнишь?

Я помнила. Это была незабываемая прогулка по Ширлеону, закончившаяся схваткой с толпой отморозков.

И мы пошли гулять. Без разрешения, конечно. Вечерняя прохлада остужала горячие щеки, но так и не могла остудить горячие головы…

В безлюдном парке мы сидели на лавке, обнявшись, когда Макс неожиданно спросил:

— Марк, почему ты перевелся в ИВВА?

Я вздрогнула и даже отстранилась от него, заглядывая в лицо. Его вопрос меня смутил. Лгать ему прямо сейчас совсем не хотелось.

— Ну… у меня хорошие способности к телепатии, а здесь отличный наставник по этому дару…

Ответ мой звучал жалко, и я виновато опустила глаза. Сколько неправды между нами на самом деле! Даже мое лицо — это просто маска, которая однажды должна будет слететь! Стало очень печально! Радость отношений начала мгновенно отравляться страхом и чувством вины.

Макс словно почувствовал мое состояние, потому что сгреб меня в охапку и прижал к своей груди.

— Все хорошо, — проговорил он, удивляя меня своей нереальной проницательностью. — Давай просто радоваться о сегодняшнем дне…

Я согласилась, пытаясь снова отгородиться от тяжелых мыслей и закрыла глаза.

— И кто же это тут у нас??? — раздался сзади насмешливый мужской голос, и я вздрогнула, выныривая из объятий Макса.

Недалеко от нас стояли группа парней с четвертого курса нашей Академии.

О нет! Они нас увидели!

И на сей раз нам так просто не отвертеться!..