Мой нежный котик

Глава 19

Я дёрнулась в сторону и тут же пожалела об этом. Плечо снова прострелила боль. Цедя воздух сквозь зубы, я с отчаянием и ненавистью смотрела на человека, из-за которого в последние несколько дней насобирала проблем больше, чем за всю жизнь.

— Когда вы вернулись? — с опаской спросила я Артура Воронова. Он стоял передо мной в расслабленной позе в светлой рубашке и облегающих накачанные ноги джинсах, а единственной преградой между нами был его БМВ.

— Неужели я не вовремя? — спросил он, усмехнувшись, и начал обходить машину, приближаясь ко мне. — Подозревал, что здесь что-то происходит, но не думал, что и ты к этому причастна, Лена.

— Хотите меня обвинить? — я отступила, увеличивая расстояние между нами.

— Я бы не стал, окажись ты на рабочем месте у меня в спальне. Но ты здесь.

Мне не нравился его взгляд. Даже в темноте он сверкал опасной холодностью человека, привыкшего рассчитывать каждый свой шаг. Артур не оставит меня в покое. Теперь уж точно.

— Вы правы, кое-что происходит, — сказала я, стараясь усмирить тяжёлое дыхание и не слишком сильно кривиться от боли — В первый же день работы в этом доме меня окатило вашими проблемами по макушку. До сих пор расхлёбываю.

— Но разве тебя кто-то просил об этом?

Я не успела ойкнуть. Оказавшись с краю от бампера, Артур ловко перемахнул через него и в пару секунд вырос напротив меня. Сопротивляться, да и вообще сделать хоть что-то не было сил. От боли в суставе уже подташнивало. Издав жалобный скулёж, я зажмурилась и ощутила, как мужчина прижал меня собой к машине.

Я понимала, что полностью нахожусь в его власти. Он подозревает меня, и его можно понять. Каждый бы заподозрил неладное, если на его территорию лезут через вентиляцию.

От боли и усталости мозг перестал соображать. И дав волю эмоциям, я затараторила, продолжая держать веки крепко сжатыми:

— Я здесь ни при чём, Артур Михайлович! Ваша Маша и какой-то мужик пришли сюда, когда я работала. Они такое вытворяли в вашей спальне и такое говорили, пока я пряталась под кроватью, что волосы на голове шевелились. А потом Витька этот, идиот, повёлся на лёгкие деньги, а я папку синюю подменила, и меня чуть не убили! Если бы ни Тучка, — я замерла, позабыв обо всём и вся, кроме своего героического кота.

Как же я могла не вспомнить о нём сразу? Мой рыцарь. Он ведь спас меня, и если бы не он, возможно, сейчас мои бренные останки покоились бы на дне местного озера.

Тучка, где ты теперь? Я всхлипнула, а потом скривилась от рыданий и уткнулась лбом Артуру в грудь.

Он не останавливал меня. Наоборот. Даже как-то осторожно приобнял за плечи, стал поглаживать, легонько массировать, а потом хрясь и дёрнул мою руку в сторону так, что я взревела от боли.

Округлив полные слёз глаза, рот и всё, что можно было округлить, я с ужасом посмотрела на мужчину.

— Сейчас станет легче, — спокойно сказал он, положив тёплую ладонь на больное место. — У тебя был вывих. А теперь пошли в дом, и ты всё мне расскажешь.

Через четверть часа я уже сидела за столом на просторной, светлой кухне, а Воронов суетился у плиты. Хотя нет, у плиты обычно суетится моя мама, а Артур очень ловко и изящно, как кот открывал шкафы, вынимал оттуда что-то, постукивал ложкой по кастрюле, стряхивал баночки с приправой. Я словно подписчица развлекательного канала для скучающих домохозяек, где парень с бицухой и томным взглядом очень чувственно готовит какую-нибудь ерунду, пускала на него слюни. Ну правда ведь, мужчина, который способен смешать ингредиенты, поигрывая мускулами, эротично облизнуть нож, а потом очень ловко нарезать им пучок зелени — отдельная форма соблазнительного мачо. Пусть даже стряпню его совершенно невозможно есть. Важен сам процесс.

Любуясь супругой задницей Артура, о еде в ту минуту я думала меньше всего.

Встрепенулась, вспомнив, где я и с кем, когда он повернулся ко мне, плавно балансируя двумя тарелками тушёной картошки с мясом, и поставил одну прямо передо мной. Флёр очарования мужчины — умелого кулинара рассы́пался в прах, как только Артур задал вопрос:

— Значит, вместо того чтобы работать, ты играла в детектива?

Так и застыла с вилкой, не успев оценить кулинарное творчество. Отложила её, насупилась.

— На моём месте так поступил бы любой.

— Любой бы испугался, собрал вещи и уехал. Но ты осталась. Почему? — он закинул себе в рот кусок и принялся медленно пережёвывать его, не сводя с меня глаз.

— Мне стало любопытно, — призналась я, выдерживая его взгляд. — Захотелось выяснить всё о твоей деятельности и понять, для чего на самом деле ты забрал у посёлка озеро.

Артур откинулся на спинку стула.

— Ну и? — спросил он.

— Что «ну и»?

— Выяснила?

Я тоже откинулась на спинку своего стула. Сразу стало ясно: до взаимного доверия нам далеко. Он проверял меня, и его тревожила моя чрезмерная активность в его делах. Воронов скрывал что-то такое, чего ни я, ни кто-либо другой не должен был узнать.

— Что в синей папке? — ответила я вопросом на вопрос.

— Мой приговор.

Я непонимающе вздёрнула бровь. А Воронов вдруг помрачнел. Шумно выпустив из лёгких воздух и грохнув по столу кулаком, он сказал:

— Мне следовало догадаться, что он воспользуется моим отсутствием. Но я и не думал, что засранец будет действовать так нагло и открыто. Как же мне повезло, Лена, что я нанял тебя.

Он резко поднялся, едва не опрокинув стул, и метнулся к шкафу, в котором стояла бутылка с чем-то тёмным.

Быстро откупорив её, Артур разлил содержимое по прозрачным стаканам и, поднеся один из них мне, приказал:

— Пей.

Я вздрогнула. На самом деле пила я раз в пятилетку, потому что очень быстро пьянела. Но он в ту минуту так на меня смотрел, что спорить было боязно. Поднеся к губам напиток, я сделала маленький глоток и тут же закашлялась.

— Господи, нет! — простонала я. — Пожалуйста, умоляю, можно я не буду больше это пить⁈ — шумно вернула стакан на стол и схватилась руками за виски. Не помогло. Голова уже кружилась и куда-то ехала.

До слуха донёсся смешок, а когда я подняла глаза на мужчину, оказалось, что тот сидит совсем близко, опершись бедром о столешницу и не отрываясь, с каким-то нездоровым наслаждением наблюдает мои мучения.

Свой бокал он осушил с лёгкостью, а через минуту напротив меня уже стоял фужер с ароматным рубиновым напитком.

— Ты что, решил споить меня? — спросила с недоверием.

— Почему нет? Подшофе хорошо развязывается язык, — ответил Артур, продолжая сидеть рядом на краю стола.

— То есть это такое гуманное средство допытаться, чего я успела разузнать?

Артур склонился ко мне. В его улыбке и лукавом взгляде скользнул азарт охотника.

— Можем перейти в спальню и устроить жёсткий допрос, — томно проговорил он. — Но есть риск, что тебе понравится, и ты мне ничего не расскажешь, маленькая ищейка.

Заливаясь краской, я отползла подальше от греха вместе со стулом, хоть и понимала — бесполезно. Захочет, скрутит и утащит в свою пещеру экстремальных развлечений для взрослых. А я? Голову предательски прострелила мысль, что вряд ли бы я нашла в себе силы, а главное, желание сопротивляться ему. Так, стоп. Лена, уймись. Ты не такая. Ох уж этот глоток виски.

— Я знаю, что и для кого ты строишь, — сказала я, поднимаясь со стула и обходя его, создавая зыбкую преграду между нами. — Но не понимаю, почему другие не в курсе.

— Они всё узна́ют. Пока не время. Ты успела рассказать кому-нибудь?

— Нет. Я решила сначала всё выяснить. Но подожди, — я напряжённо уставилась перед собой. — Название там на табличке умышленно затёрли краской?

— Ты задаёшь слишком много вопросов, Лена, — Артур вдруг хищно улыбнулся и, оттолкнувшись от столешницы, стал приближаться ко мне, лаская взглядом. — Местные предпочитают верить слухам, и мне это наруку. Зачем напрягать мозги в попытке доискаться сути, когда можно спросить соседку и та поделится собственными домыслами? Но ты, Лена, не такая. Когда ты бросила мне вызов и отказалась выполнять заказ, я сразу понял, что не отпущу тебя, дерзкая девчонка. Я скучал, размышляя о том, где и как подловлю тебя, чтобы сделать своей, но ты лишила меня удовольствия поохотиться за тобой, и сама угодила в клетку.

Я пятилась ровно до тех пор, пока не упёрлась спиной в стену. Вопреки туману в голове, который подталкивал меня к мужчине, я что есть силы сопротивлялась этому первобытному зову, который он во мне будил. Как бы ни старалась отойти подальше, Артур надвигался на меня. Неумолимо и беспрепятственно, прожигая не только взглядом, но и всей своей аурой хозяина. Я была на его территории, в его власти, и даже если бы начала кричать и звать на помощь, вряд ли кто-нибудь стал бы мешать Артуру.

Он приблизился и, коснувшись моего лица кончиками пальцев, увёл за ухо прядь.

— Кто хочет помешать тебе? — спросила я, из последних сил пытаясь оттянуть неизбежное.

— Тот, кому мои идеи поперёк горла, — хрипло проговорил он. — Но мы обсудим это потом, Лена. Я хочу тебя. И сегодня ты остаёшься здесь.