Моя одержимость

Глава 13

Егор

Она в моих руках — практически голая и абсолютно послушная. Не препятствует, когда я стягиваю эту блядскую сетку, которая слишком чужеродно смотрится на светлое коже Аси, комкает простыню, не зная, куда деть руки.

— Расслабься, трусливый заяц, сама себе в голове рисуешь сейчас кровавые сцены, — цепляю зубами маленькую мочку, отвлекая Офелию от собственных пальцев, которыми поддеваю крючки на ее спине.

Тонкие лямки сползают с хрупких плеч, лифчик летит нахрен подальше, и я с удовольствием впиваюсь взглядом в два округлых холмика с торчащими розовыми сосками.

Пробую языком один из них, пойманная в ловушку мышка пытается увернуться от моего рта, поэтому приходится поймать ее руку и прижать к постели. Так хоть ерзать меньше будет. У меня тоже выдержка не железная, на секунду.

— Ты же не планировала свою девственность до старости хранить? Это все равно когда-нибудь случилось бы. Я знаю, как доставить женщине удовольствие. Даже такой пугливой. Прорвемся, малыш, больно будет недолго.

Веду по ее спине пальцами, прямо вдоль выделяющейся полоски позвоночника. Трусы, конечно, с Аси сдернуть, но пусть пока в них остается. А то в обморок от страха свалится и придется мне притворяться некрофилом, потому что остановиться, блять, будет максимально трудно.

Сегодня нельзя отпускать контроль, чтобы сделать все правильно. Если я не хочу ловить потом Офелию на другом конце страны, собственные желания надо засунуть в непроницаемый черный ящик. На будущее. Самое ближайшее.

У Аси гладкая нежная кожа, по которой я вожу ладонями. Обхватываю попку рукой, вжимаю ее в себя, заставив пошире развести ножки. Накрываю упругую грудь, играю с затвердевшими сосками, потому что вижу, как от прикосновений к груди дыхание Офелии учащается.

Веду языком по проступающей голубой вене на открытой тонкой шейке, поддеваю резинку трусиков и большим пальцем поглаживаю выступающую тазовую косточку.

— Сначала ты кончишь, трусиха моя. Что предпочитаешь — пальцы или язык?

Молчит, упертая. Только глаза больше становятся от перспектив выбора.

— Пальцы? — сдвигаю тонкую ткань белья с промежности, раскрываю нежные складки и обвожу по кругу горошину клитора. — Или язык? — кончиком щелкаю по соску, потому что я не настолько гибкий, чтобы из такого положения дотянуться куда-то ниже. — Буду мучить, пока не ответишь.

Спускаюсь к тугому входу, растираю вокруг небольшое количество уже выступившей смазки. Если так и дальше пойдет, придется расчехлять свою коллекцию лубрикантов раньше, чем я выпущу член из штанов. Рвать Асю насухую никто не собирается.

Зубами оттягиваю сжавшийся персиковый комочек на себя. Офелия выгибается следом, впиваясь пальцами в мои плечи.

Интересно, насколько громко она будет визжать, когда я предложу попробовать зажимы? С этими штуками грудь у женщин становится особенно чувствительной.

— Котенок, выбирай.

— П-пальцы… — тихо выдыхает, уткнувшись носом мне в шею, чтобы разъединить наши взгляды.

Ну что ж, дама желает пальцы.

Сдергиваю с Аси трусы, которые уже точно успели тать лишними, подхватываю под коленом одну ногу и раскрываю ее для своих любопытных глаз.

На самом деле мне просто в кайф смотреть на нее. Она вся такая аккуратная и гладенькая. Идеальная маленькая розовая киска.

— Не вздумай пытаться сжать бедра, — скольжу пальцами по складочкам, подношу их к искусанным губам малышки. — Оближи.

Сначала Офелия осторожно пробует себя языком. Я не выдерживаю и вталкиваю на две фаланги пальцы в ее влажный рот. Представляю, как на этом же месте будет смотреться мой член.

Охуительно он будет смотреться, сто процентов.

Оставляю влажные поцелуи на груди и снова прикасаюсь к горячей сердцевине между раскинутых стройных ног.

Ася пытается воспротивиться, когда я надавливаю на узкий вход, но что может сделать маленькая хрупкая зайчишка против меня?

— Не зажимайся так. Мне надо тебя хоть немного разработать, чтобы не так больно было принимать член. Ась, мы в любом случае дойдем до конца.

Отстраняюсь ненадолго, чтобы стянуть с себя штаны, и вновь накрываю дрожащее тельце собой. Усиливаю нажим внизу, и Офелия впускает один мой палец. Один, блядь. И уже морщится, будто я в нее кувалду загнал.

— Ась, малыш, все не так страшно, — стараюсь успокоить ее, губами веду от виска к скуле и слегка прикусываю острый угол. — Я постараюсь аккуратно. Ты боишься из-за собственных предубеждений. Все нормально будет. Потом заживет, и сама втянешься.

Глажу ее чувствительную плоть, толкаю палец чуть глубже. Оставляю на шее влажные следы, обхватываю грудь ладонью, сжимая легко.

— У меня нет цели тебе навредить.

— Больно будет… — всхлипывает, удивленно распахивая глаза, когда я скатываюсь с постели и иду к комоду.

Не хотел же пугать сразу, но без дополнительной стимуляции тут, видимо, никак. Быстро распаковываю одну интересную штуку, прячу ее в кулаке и возвращаюсь к еще более перепуганной Асе.

— Что там? — взбудоражено закусывает губу, опять пытается упорхнуть от меня.

— Моя группа поддержки, блин. Закрой глаза, Асеныш, это тебе точно понравится.

Вновь устроившись между ее ног, которые мне же и приходится раздвинуть, вернув в исходное положение, выставляю на игрушке самую минимальную вибрацию и прижимаю ее к клитору.

Офелия дергается, приподнимается на локтях. Смотрит на мою руку, но с такого угла она ничего не увидит.

— Приятно? — усмехнувшись, еще раз нажимаю на кнопку, переключая на второй режим.

— Д-да…да… Боже!.. — Ася судорожно глотает кислород, тянется рукой к моей. Любопытная малышка не понимает, что у нее там такое жужжит.

— Откинься и не забывай дышать, — перехватываю «пулю» поудобнее и потираю одним концом маленький бугорок. — Много времени не потребуется.

Готов спорить, игрушками Ася никогда не баловалась. Пальцы ночью под одеялом с горящими щеками — ее максимум. Поэтому она так и реагирует на мягкие вибрации. Подбрасывает бедра вверх, сама трется о гладкую силиконовую форму. Стонет.

Наконец-то она стонет. Не тихо попискивает, а радует меня отзывчивостью.

Оргазм не заставляет себя долго ждать. Малышку выкручивает от неизведанных ранее ощущений, пальчики вцепляются в простыню с такой силой, что белеют костяшки. Ася не умеет имитировать и не пытается сейчас это делать — она как на ладони, невероятно горячая и улетевшая за край выстроенных в глупенькой головке границ.

Офелия широко распахивает глаза, когда я накрываю ее собой. Входить не спешу, целую только, продолжая трогать пальцами набухшую плоть.

Грудь Аси поднимается и опадает в такт ее дыханию. Ладошки по-прежнему сжимают простыню, на ее открытой шее прямо под моим взглядом пульсирует венка.

— Ты очень горячая, малышка, — прикусываю нижнюю губу, оттягиваю вниз собственные трусы.

Я ловлю ее руку и притягиваю прямо к готовому разорваться члену. Щеки Аси заливает густой румянец, глаза становятся еще больше, хотя куда уж.

— Потрогай, сладкая. Смелее.

Сцепив зубы, позволяю Асе себя исследовать. Терплю слишком неловкие и медленные касания, ладонью сжимаю округлое бедро, перехожу к заднице.

Разные у меня любовницы были. С абсолютно противоположными формами, интимными стрижками. Но Асино тело сейчас кажется идеалом.

Тонкие пальчики сжимаются на члене, неспешно двигаются вверх и вниз. Припадаю к ее сочной груди, цепляю зубами маленькие твердые соски.

Мне нравилось, как она стонала, и я хочу еще раз услышать эти звуки.

В светлых глазах играет страх, кожа покрывается испариной. Аська ужасно мокрая между ног после оргазма, и я уверен, что все у нас пройдет нормально, но пропихнуть эту мысль в ее голову у меня никак не выходит.

Она все еще видит во мне монстра с огромной дубиной между ног, которая разорвет ее на две части. Лестно, конечно, но никто еще от моего члена не умирал.

Ася стонет стыдливо, когда я возвращаюсь пальцами к ее розовым складочкам. Раздвигаю их и примеряюсь членом. Покрываю головку обильной влагой и примеряюсь первым толчком. Пока еще поверхностным.

Совесть бурлит где-то на задворках, в башку лезут Аськины слова про одного единственного после свадьбы. Глупости все это. Секс хорош, когда оба хотят друг друга.

Я вне всяких сомнений хочу покрыть Офелию спермой с головы до ног. Как представлю ее милое личико с моими следами… Малышке тоже все нравится. Вон как глаза закатывает, стоит помучить ее хрупкую шейку губами и потеребить мармеладные соски.

— Ноги держи открытыми, — обхватываю член кулаком и направляю точно в нужное отверстие.

— Может, не надо?.. — пищит это чудо, опять ерзая своей попкой по матрасу.

— Далеко собралась? — порыкиваю Асе на ухо, удерживая одной рукой ее на месте. — Насколько мне отсюда видно, вся твоя припухшая миленькая киска покрыта влагой. Ты уже готова, малыш. Сильно больно не будет.

— Страшно, — давит ладонями мне на плечи.

— Мне тоже. Пиздец как боюсь, что ты мне член пережмешь, и застрянем так.

— Что?.. Боже, нет! Егор!..

А все, поздно. Больше визгов было, чем реального результата. Я внутри, а Офелия даже не плачет.

Замерла вся, пошевелиться боится. Дышит часто, ротик свой греховный открывает, когда еще глубже проскальзываю. Дырочка принимает меня как родного.

Тугая она, охуеть просто.

Обнимает мой член напряженными мышцами, животик втянула.

— Ну? Не умерла еще? — провожу языком по ключицам, дую туда же.

— Н-немного больно, но…приятно, — будто сама не верит своим же словам.

— Попробую двигаться?

— Нет!..

— Ладно, куколка, пока полежим. Мне так твои сиськи нравятся, Ась, — сжимаю как раз ладонью одну мягонькое полушарие. — Маленькие, аккуратненькие. Соски так и просятся в рот. Нравится тебе, когда я с ними играю?

Специально несу всю эту хрень, чтобы отвлечь девчонку от наполненности внизу. Сам тем временем медленно двигаю бедрами, не разгоняюсь пока, растягивая под себя сладкую девочку.

— Ножками меня обними, малыш. Хорошо сейчас будет.

— Пожалуйста…

— Пожалуйста, трахни меня, Егор? — передразниваю. — Скоро научишься просить, как мне в кайф. Пока и этого жалобного мяуканья достаточно.

Ася пытается свести ноги, вместо того чтобы меня послушаться, когда начинаю двигаться уже более размашисто. Течет вся, но все равно лезет сопротивляться.

Переношу вес тела на один локоть и отыскиваю еще особенно чувствительный после оргазма клитор. Хорошо иметь в квартире шумоизоляцию, соседи хоть на такие крики не сбегутся.

Офелия срывается, едва я по новой начинаю ласкать ее. Вылизываю грудь, зажимаю клитор пальцами по бокам, ощущая, как маленькая скромница сама подбрасывает бедра вверх. Трется о мои пальцы, на член насаживается.

— Впервые жалею, что у меня всего две руки. Давай-ка сюда свою шаловливую ручку, — чуть ли не с мясом вырываю ногти из своей спины. — Трогай себя, девочка. Как нравится, не стесняйся.

— Еще… — ножки у малышки разъезжаются, обхватываю одну и вновь закидываю на себя. А заодно и попку ее мну, проводя мокрыми пальцами по тугому колечку между половинками.

Черт, с Аськой хочется все и сразу. Она же вся как чистый лист, который я могу заполнять любыми желаниями.

Сдергиваю подушку от изголовья, подкладываю Офелии под бедра и вхожу под слегка другим углом.

— М-м-м…Егор…ох…еще…

Жестко фиксирую Асю за шею, выпрямившись. Смотрю, как мой член раздвигает нежные складки, как ее аккуратные пальчики натирают горошину клитора. Сиськи подпрыгивают в такт моим толчкам.

Все-таки я раздобыл себе алмаз. «Отполирую» ее как следует и вылеплю для себя послушную идеальную любовницу.

Еще резче вперед. Продираюсь сквозь до боли стиснутые мышцы.

Блять, лишь бы реально не застрял. Представляю, как в скорой поржут.

Наклоняюсь, чтобы своими губами запечатать ее рот. Сую язык внутрь, вылизываю, скольжу по небу. Ася вздрагивает, губки шире приоткрывает.

Когда она начинает импульсивно сокращаться вокруг меня, припечатываю ее руки над головой. Получаю в ответ на это жалобные нетерпеливые стоны.

Член входит по самый корень. У нее не влагалище, а плотная перчатка, в которую хочется жестко вбиваться.

Еще пару раз, и я смогу выебать ее именно так.

А пока ершистого котенка стоит пожалеть.

Зрачки у Аси сейчас размером с монету. Будто она обдолбалась чего-то. Чернота полностью поглотила радужку, блеск мутный в обоих глазах.

Выхожу, наслаждаясь тем, как она тихо поскуливает. Пытается сама обратно насадиться, и я позволяю.

Наваливаюсь большей частью веса, яйца от нового глубокого толчка ударяют по ее попке.

С каждым новым рывком Ася становится еще уже. Орет так, что у меня уши закладывает на секунду.

Ее стоны пиздец как заводят, в член как будто вкачивают дополнительный стимулятор.

— Готова кончить по-настоящему? Со мной внутри? — облизываю ее ушко, сам уже нихрена не понимаю, что делаю. Превращаюсь в долбаное животное рядом с ней.

— Да-а!..

Ася задыхается. Ногтями скребет по всем местам, до которых может дотянуться. Стонет и вскрикивает, когда я толкаюсь резче.

Я, блядь, едва выскользнуть успеваю, заливая спермой светлые бедра. Вгоняю в Офелию пальцы, давлю на клитор, стараясь растянуть ее бурное удовольствие. Скатываюсь до того, что тупо дрочу ей, пока малышка выгибается едва ли не в мостик как девочка из «Звонка» и кончает так охренительно, что у меня по новой встает.

— Второй раунд, ведьма?

Переворачиваю ее на живот и от души прикладываюсь ладонью к вздернутой заднице.