Накануне измены

Глава 18

Я замотала головой и постаралась вырваться из рук мужа, но Ваня только громче зарычал и тряхнул меня за плечи.

— Дань, да очнись ты, наконец, какого черта ты побежала?

Я поняла, что я сейчас не смогу ничего сказать, поэтому просто подняла глаза на мужа, дрогнула нижняя губа. У Вани на щеке был след от удара, и чуть-чуть стёсанная кожа.

Я облизала губы и медленно вернулась, по крайней мере, попыталась очнуться в реальности.

Рука взметнулась, и я тихонько, кончиками пальцев, провела мужу по щетине, поднимаясь к месту удара. Ваня дёрнулся в сторону, чтобы я пальцами не коснулась рассаженной кожи и снова спросил:

— Ты что творишь?

— Что надо было досмотреть, как ты её трахнешь? — не своим голосом произнесла я и поняла, что какая-то часть меня навсегда осталась в той комнате, где рядом с ним была девица обнажённая.

Ваня зарычал, отпустил мои плечи и резко качнулся к машине, схватил мой плащ и накинул его на меня.

— Глупая, — зарычал муж, — глупая, до чего ж глупая, не верящая мне, глупая…

Его трясло. Он нервно, зло натягивал на меня плащ, заставлял продевать руки в рукава, а потом сам завязал мне на талии пояс, да так сильно, что я едва выдохнула, прежде чем ощутила, как ткань кольцом стянулась на мне.

— Еще она что-то будет говорить…

— Да буду. Потому что ты сделал свой выбор, и я не знаю, зачем ты за мной бежал.

— Какой нахрен, выбор я сделал? — зарычал Ваня и, резко развернувшись, прижал меня к двери машины.

— Свой выбор ты сделал, тебе важнее секс втроём, чем наш брак!

— Да с хренов ты так взяла?

— Да с того-то, что я все прекрасно видела своими глазами, у тебя не дрогнул ни мускул на лице, когда ты сел в кресло, ты даже не испытывал ничего похожего на неприятие. Тебе было нормально.

— Мне было нормально, потому что я знал, что это очередная игра. Ты за последние несколько дней провела меня по всем кругам ада. Ты думаешь, реально я купился на то, что ты такая: «О, да, я сначала буду кричать о том, что нет нифига. У нас ничего не будет ни с кем третьим!», а потом такая бац и сама нашла девчонку. Ты что, реально думаешь, что я настолько туп? — последнее Ваня прорычал и резко ударил ладонью по стеклу машины.

Я вздрогнула и постаралась шагнуть в бок, но в этот момент муж вторую руку припечатал сбоку от меня.

— И не смей никуда дёргаться. Сейчас мы будем разговаривать так, как я этого хочу и о том, о чем я хочу той простой причине, что меня задрало, что ты носишься, как курица с отрубленной головой, не понимая, что делать, но при этом создавая вокруг себя максимум суеты. Да Дань. Ты у меня самая охрененная. Ты просто богиня среди женщин, но иногда ты бываешь настолько не дисциплинированной, настолько взбалмошной, что реально я не просто так пью эти грёбаные чаи с пустырником и валерьянкой.

И мне показалось, что у Вани сорвало все тормоза, и он сейчас мне за все несколько, за все наши года брака выскажет все претензии.

— А что ты на меня орёшь? — вызверилась я. — Это не я предложила секс втроем. Это не я захотела чего-то особенного в нашей постели.

— Скажи спасибо, что я вообще чего-то захотел в нашей постели, — саданув меня, словно поддых зарычал Ваня. Я поняла, что у меня задрожали губы, я обняла себя руками и опустила лицо.

— Лицемер… — по слогам произнесла я, рассматривая свои босые ноги, которые я так и не обула в туфли, а они, между прочим, валялись где-то за Ваней.

Ваня тоже опустил глаза на мои ноги и зарычал, резко шагнул назад, подхватил туфли, поставил их передо мной, подал руку, чтобы я спокойно в них обулась.

— И это ты мне будешь говорить что-то про постель. Это ты человек, который умудрился настолько загрузить нашу личную жизнь, что я иной раз не знала, как от тебя скрыться.

— Да ты что? — зловеще протянул Ваня и отпустил мою ладонь, опять прижал меня к двери и уставился на меня немигающим злым взглядом. — Это я-то тебе постель по несколько раз устроил? А что же ты не вспоминаешь о том, что как началась твоя озабоченная жизнь с беременностью это у тебя секс должен быть по расписанию?

— Что, о чем ты? — нервно выдала я, признавая, что отчасти в словах Вани была какая-то правда, я высчитывала овуляцию, я ходила на узи так, чтобы у нас обязательно произошло зачатие. И да, иногда наш секс был далёк от идеального, страстного и офигенного времяпрепровождения. Иногда наш секс напоминал реально что-то механическое, но это было сделано для того, чтобы мы забеременели, я понимала, что потом, когда реально что-то будет прям неординарное все будет иначе.

— А то, Даня меня задрало, вот это твоё заниматься сексом по щелчку пальцев, меня задрало вот это вот то, что я больше был похож на какую-то машину по выработке генетического материала. Меня это задрало.

Я совсем обозлилась и сжала губы в узкую линию, прикусила нижнюю.

— И да, чтоб ты понимала до конца, когда я шел домой в тот вечер, когда я шел домой, я уже знал, что будет разговор. У меня не было никаких данных, но есть такая херня у любого человека, называется интуиция, Даня, интуиция. Я знал, что будет очередной вечер похорон.

— Как ты можешь так говорить? Почему ты так вообще говоришь? Неужели ты считаешь, что то, что мы делали, оно того не стоило?

Ваня зарычал и прижал меня всем телом к двери.

— Да меня задрала просто меня вся эта ситуация, выморозила. Я уже не мог на это, ни на что другое смотреть. Наша жизнь превратилась тупо в моменты того, что мы либо готовимся к беременности, либо мы находимся в процессе зачатия. Да не так не бывает. В семье не бывает так, что все сосредоточено на чем-то одном. Я хочу, помимо этого, ещё и жить.

Ваня говорил такие злые слова, что я просто терялась. От этого мне было безумно больно, потому что мне весь наш брак казалось, что это наша с ним идея, это наша с ним жизнь, и это мы стремимся к тому, чтобы забеременеть, но, по словам Вани, выходило, что это мне одной нужно было, а он сейчас в этой ситуации жертва.

Ну нет, ни черта жертвы не нападают, жертвы убегают, а Ваня именно напал.

— Да ещё скажи, что именно это вынудило тебя сказать о том, что ты хочешь кого-то третьего.

Ваня опустил глаза, зарычал, и рык этот был какой-то глубинный, прям из самого сердца.

Я отвела глаза и сцепила пальцы на собственных плечах.

— Я просто знал, что, когда я приду домой, мне опять вынесут мозг, вынесут мозг темой, на которую я говорить не хочу.

— То есть тебе плевать на беременность? — спросила я, задержав дыхание.

— Да, Дань, прикинь, мне, сука, плевать на эту грёбаную беременность!