Накануне измены

Глава 5

Я в непонимании подняла глаза на мужа.

— В смысле, я к новому году хожу беременная? Меня что там толпа мужиков оприходует, если уж у тебя у одного не получилось?

По лицу Вани пробежала такая темная тень, что мне стало страшно, его глаза стали похожи на чёрные провалы, а губы стянулись в узкую линию.

Я думала, что все-таки договорилась, и Ваня сейчас шагнёт ко мне и придушит меня наконец, но вместо этого он оскалился, тяжело вздохнул и что-то собирался сказать, но я снова перебила его. От страха, от беспомощности…

— А с чего ты вообще взял, что мне нужен ребёнок от тебя? — спросила я хрипло и сделала шаг вперёд. Мне казалось, что я никогда не смогу в таком тоне общаться с собственным мужем. Мне казалось, что его власть в семье она безусловна, но, стоя на границе измены, накануне предательства у меня сорвало все тормоза. — Ваня, это не тот аргумент, которым ты можешь меня шантажировать. Если я захочу ребёнка, разведясь с тобой, я рожу его от любого другого, понравившегося мне мужчины. Вот и все, как ты в этой цепочке должен присутствовать, я не понимаю, потому что ценность твоя упала ниже плинтуса.

Оскал стал ещё шире, и Ваня зло хохотнул.

— Ты так интересно рассуждаешь Дани, а ты сначала пойди и найди этого нормального мужика и то, кто даст гарантию о его здоровье, о его генетике, а я… — муж распахнул руки, и полы рубашки разъехались в разные стороны, показывая идеально прочерченные мышцы, хорошо сложенное тело, широкие плечи, узкие бедра, подтянутый живот с кубиками, косые мышцы, которые уходили под ремень брюк. — Я здоров, как бык. У меня хорошая наследственность. Я последний раз болел лет восемь назад, Дань. Даже всю эту тягомотину с вирусом я пропустил мимо ушей, я самый лучший кандидат для того, чтобы ты родила ребёнка.

Я только вздохнула, понимая, что Ваня сейчас участвовал в предвыборной кампании, нахваливая себя.

— Я просто других не знаю, Вань. Возможно, есть ещё лучше. И то, что ты предлагаешь, это на самом деле большая глупость, потому что зависеть от тебя ещё из-за ребёнка, это надо быть последней дурой. Если ты считаешь, что я не осознаю тот факт, что забеременев от тебя и родив, я буду словно на цепи возле твоей ноги сидеть, то ты ошибаешься. Я это понимаю. Я понимаю, что сейчас ребёнок нужен больше тебе, а не мне. Это для тебя способ манипуляции, а не желание увидеть наше продолжение в ком-то маленьком. Ты лицемерен, ты циничен.

Ваня развернулся на пятках и, заложив руки за голову, сделал несколько шагов от холла. Стоя ровно на том же месте, где он меня и оставил, я видела, как он, дойдя до дивана, опёрся о него поясницей.

— А знаешь, что Дань? Ты во всем этом не видишь одной простой вещи. Я тебя люблю, я тебе ничего сверхъестественного не предлагаю. Я тебе предлагаю просто сходить на вечеринку. Я тебе не предлагаю ни с кем спать. Я даже не говорю о том, что я буду с кем-то спать. Я тебе просто предложил в начале вечера поговорить о том, пойдём ли мы на вечеринку, но ты сразу же повесила на меня какую-то левую бабу.

Я не выдержала и крикнула:

— Потому что такие разговоры не происходят просто так. У тебя кто-то есть, и ты мне сейчас просто вешаешь лапшу на уши. Ты пытаешься выставить себя таким хорошеньким, и поскольку ты мне уже изменяешь и понимаешь, что я скоро об этом догадаюсь, ты пытаешься подстелить себе соломку и узаконить своё право измены. Вот и все.

— Какие глупости ты говоришь, — фыркнул Ваня, чем сильнее ещё выбесил меня.

— И вообще, если ты как бы не помнишь, это я не могу забеременеть. Да, теперь, конечно, встаёт вопрос только ли дело во мне. Но я не понимаю, каким образом ты собираешься дать мне эту беременность к новому году.

Время остановилось, и воздух вокруг нас начал сгущаться. Он был похож на тугой, хороший кисель, и при каждом движении грудной клетки мне казалось, что я вдыхаю какую-то сырость, сладость.

Мерзостные ощущения.

Ваня оттолкнулся от стола и пошёл ко мне.

Он делал это нарочито медленно, чтобы показать мне, что я потеряю при разводе с ним. Да, он был красивым мужчиной. Он был уверенным в себе мужчиной, но это не отменяло того факта, что человеком он оказался говенным.

— Все будет очень просто, Даня, — мягко, медленно начал Ваня. — Если на протяжении столького времени при наличии хорошего анамнеза у меня и у тебя, беременность все-таки не наступает, то я прихожу к выводу о том, что мы не до конца все попробовали.

Я закусила губы и зажмурила глаза, опустила лицо. Да, у нас был хороший анамнез. У меня не было каких-то сильных патологий либо заболеваний, у Вани в его анализах было идеальное состояние генетического материала, идеальное состояние для зачатия. И наш врач, он реально разводил руками, сетуя на то, что мы слишком зациклены на этом. Мы очень много значения придаём самому процессу, вместо того, чтобы просто получать наслаждение и каждый раз все летит в тартарары.

Последний наш разговор состоялся не так давно, где прозвучали слова о том, что, скорее всего, будут оплодотворять меня в больнице. Эта процедура как-то очень по-умному называется, но там берётся сперма. Мужа и дожидается, когда яйцеклетка окончательно спустится из путей, и уже тогда ей вводят семенной материал. Это было все равно лучше, чем пичкать себя гормональными препаратами для подготовки к искусственному оплодотворению.

Ваня только сглотнул и сделал шаг вперёд.

— Да, я понимаю. И я, как любящий муж, ни в коем случае не собираюсь подвергать тебя гормональной терапии, но это просто говорит о том, что у нас есть ещё один способ забеременеть.

Ваня подбросил на руке телефон и развернул экраном ко мне. С него улыбалась миловидная девушка, чуть старше меня, русые волосы были заплетены в широкую ажурную косу.

— Познакомься. Это Марта, наша суррогатная мать…