Наследник для магната

Глава 11

Толик просто гад редкостный. Совсем не дает время для маневра. Приходится припереть маму к стене:

– У тебя проблемы со здоровьем? Почему я не знаю?

Она оглядывается на прихожую, где одевается Толик.

– Мариночка, ты только не сердись, – начинает ласковым голосом.

– Не увиливай. Почему он говорит, что ты плохо себя чувствуешь, а я первый раз об этом слышу? Или бывший зять тебе ближе, чем родная дочь?

Мать пыхтит и смотрит в сторону. Вот кому из нас она врет и зачем?

– Мама, – твердо смотрю на нее, – что происходит?

– Да ерунда, – она неуверенно улыбается. – Ничего страшного.

– И все-таки?

– Ну, давление слегка подскочило. Прошло уже.

– Если это что-то серьезное, то тебе нужно сходить к врачу, а не устраивать сговор с Толиком за моей спиной!

В прихожей хлопает входная дверь. Толик ушел. И мама резко меняется.

– Знаешь что, – шипит она, потеряв прежний радушный вид, – я сама врач. Ты лучше подумай, как мужик за тобой увивается! В ножки падать готов! Где еще такого найдешь?

– Да он каждой встречной юбке готов в ножки упасть, – говорю раздраженно.

– И что?! Мужики все такие! Тот пьет, тот бьет, тот гуляет. Радуйся, что твой еще из квартиры добро не выносит, не пропивает, как у нашей соседки. Подумаешь, один раз застукала!

Все, не могу.

Разворачиваюсь и иду в свою комнату. Мать бежит следом.

Я закрываю дверь у нее перед носом, но она рывком открывает ее.

– Не смей от меня закрываться! – кричит. – Я с твоим отцом столько лет жила и семью сохраняла ради тебя! Чтобы у тебя, дуры, отец родной был!

Эти слова бьют словно пощечина. Я замираю. Так больно. Больно слышать такое от самого близкого человека.

– Я не просила идти на такие жертвы ради меня, – говорю через силу.

– Дура! Вот появится свой ребенок, тогда поймешь, что ради него пойдешь на любые жертвы! И еще сама будешь бегать за Толиком, когда припечет!

Ну уж нет. Тут она ошибается. Не буду.

Она с силой хлопает дверью и уходит.

Я понимаю, что долго так продолжаться не может. Мы просто сожрем друг друга, а я хочу, чтобы мой ребенок рос в нормальной атмосфере, без нервов и скандалов. И не хочу, чтобы с мамой что-то случилось. Вдруг у нее и правда давление?

Включаю компьютер и остаток вечера посвящаю поиску съемных квартир. Но ничего подходящего нет. Большинство либо сараи, либо на отшибе, либо слишком дорого. Переехать некуда. Да и денег на это нет. Не просить же у мамы...

Следующие дни мы живем с ней в условиях вооруженного нейтралитета. Она со мной демонстративно не говорит, а я тоже не лезу. Целый день сижу на работе, вечером молча грею себе ужин и запираюсь в комнате.

В офисе стало полегче, и я параллельно с работой тайком занимаюсь своими делами.

Поначалу я все ждала, когда Вадим начнет расспрашивать про тот случай на лестнице. Но прошло уже несколько дней, а он все молчит. И я тоже расслабилась. Может, зря волновалась, и никто ничего не знает. Подумаешь, кто-то чашку разбил. С кем не бывает…

– Марина, – голос Вадима привлекает мое внимание.

– Да? – отрываюсь от экрана.

В руках начальника папка с бумагами.

– Вот, это надо пересмотреть и убрать лишнее.

Я кликаю мышкой, чтоб свернуть свой проект, но он зараза виснет. Ничего не закрывается и на другую вкладку не переходит.

– Давай помогу, – Вадим обходит стол и замирает.

Продолжаю издеваться над мышкой, пытаясь свернуть экран. Да что за напасть!

– Марина, – слышу над собой голос шефа. – Что это такое? Почему вы занимаетесь ерундой на работе?

– Я это… – мямлю. – Извините.

Поймали с поличным. Зловредный экран отвисает, и программа сворачивается. Но уже поздно. Меня засекли.

– Это чтоб в последний раз. У нас база всю вашу работу фиксирует и все ваши движения.

Я густо краснею. Отчитывают, как маленькую девочку. Стыдно-то как.

– Простите, больше не повторится.

– Хорошо. Вот документы, – его взгляд скользит по моему лицу и останавливается на груди.

Вадим вкратце объясняет, что мне нужно сделать, а сам продолжает изучать мою грудь. Я даже невольно опускаю взгляд. Может, пуговка расстегнулась или чем-то испачкалась… Но нет, все в порядке. Почему от так смотрит?

Ох, так вся моя красота выделяется через лифчик и блузку! Надо было не тонкий, а с поролоном надеть! Последнее время грудь чуть-чуть подросла и стала очень чувствительной...

– Марина, вы меня слышите? – Вадим щелкает пальцами у меня перед глазами. – Не спите!

Мои щеки заливает жар.

– Да, я все поняла…

Хватаю бумаги и прячу лицо.

Под взглядом Вадима хочется провалиться сквозь землю.

– Займитесь делом. Через три часа все должно быть у меня на столе.

Киваю и ловлю на себе сочувствующий взгляд Кати.

– И какая муха Александрыча укусила? – шепчет она, немного нагнувшись ко мне.

– Девочки, не отвлекаемся! – это он уже ей.

И правда, последнее время какой-то сердитый. Неужели что-то случилось?

До вечера меня больше не трогают. Хотя я время от времени чувствую на себе непонятные взгляды Вадима.

Подойти и самой спросить?

Ладно, рискну.

– Вадим Александрович…

Он поднимает на меня нечитаемый взгляд. Смотрит так, словно видит впервые.

– Все уже сделала? Тогда на вот, займись, – мне вручают новую папку. – Это надо сделать сегодня.

В голове крутятся мысли, что это все из-за прокола. Вадим ведет себя так из-за того, что я на рабочем месте занималась личными делами, и теперь он следит за мной. Загружает в три раза больше.

С тяжелым вздохом возвращаюсь к себе. На часах уже пять. Папка объемистая, документов много. Я не успею сделать все до шести, значит, опять придется задержаться.

Бросаю взгляд на Вадима. Тот о чем-то беседует с Леной и не смотрит в мою сторону.

Это он мне так мстит?

Ладно, прорвемся. Главное, что не выгнал и штрафом пугать не стал.

Я с головой ухожу в работу. В какой-то момент передо мной на стол со стуком падают ключи. Отмечаю их краем мысли. Некогда мне, я вся в процессе.

Когда, наконец, отрываю взгляд от экрана, выясняю, что в кабинете осталась одна. И уже семь часов! Ой, надо быстрее бежать отсюда, а то опять с Димой столкнусь, и он решит, что это я его поджидаю. Ага, нарочно каждый день сверхурочно сижу, чтобы потешить его самолюбие!

Быстро собираю вещи и топаю к лифту. По пути отмечаю, что из приемной биг-босса виден свет и слышны голоса. Значит, бедный Денис тоже работает сверхурочно.

Попрощавшись с охранником на вахте, выхожу на крыльцо. И натыкаюсь на знакомую синюю иномарку.

В ступоре смотрю, как открывается водительская дверца. Из машины выходит улыбающийся…Толик.

Вот так сюрприз! Уже прознал, где я работаю? Все, знаю что подарю милой мамочке на восьмое марта! Прищепку на язык. Целый набор!

– Марина, – он приближается ко мне.

– Что ты тут делаешь? – я отступаю и скрещиваю руки на груди.

– Встречаю мать моего ребенка с работы, – говорит с довольной улыбкой.

– Разве мы вчера не выяснили, что это не твой ребенок? – с недоверием смотрю на него. – Толь, что тебе от меня нужно? Вот честно?

– Ты. А насчет ребенка, – он смущенно чешет нос. – Прости, что вспылил вчера. Но по закону он мой, пока экспертиза ДНК не докажет обратное.

– Что?! – я в шоке смотрю на него. – Ты о чем?

– Ну, ты же забеременела в браке? В браке. Я муж? Муж! Значит, ты носишь моего ребенка. И пока он не родится, ты не докажешь обратное.

Ах… ренеть…

Вот это “неожиданный” поворот. Но вряд ли Толя внезапно захотел стать отцом. Не верю я ему! Здесь что-то не чисто.

– Садись в машину, – он открывает пассажирскую дверь.

Я качаю головой и делаю шаг в сторону.

За спиной слышен звук раздвигающейся двери и чьи-то шаги.

– Марина, не дури, – сердится Толя. – Не устраивай сцен.

– Нет! – взвинчиваюсь я.

Но Толю это не останавливает, он прет на меня аки танк.

Я пячусь назад, пока не наступаю кому-то на ногу. Приятный аромат мужского парфюма окутывает меня.

– Простите, – я нервно сглатываю и отступаю уже с ноги своего босса.

– Ничего. У вас все в порядке? – голос Жарова звучит ровно, глаза холодно смотрят на Толика.

Тот настораживается при виде босса. Еще бы. В темноте в прошлый раз он его не особо рассмотрел. Зато теперь сможет запомнить лицо моего якобы любовника.

– Всего лишь хочу подвезти домой свою жену, – он криво усмехается.

– Бывшую жену! – вставляю я.

– Еще нет, – Толик продолжает усмехаться.

– Боюсь, что она не хочет, – бесстрастно замечает Жаров. – Оставьте Марину в покое.

Его рука по-хозяйски опускается мне на плечо.

Это еще что значит? Что происходит?

Толику такой расклад не нравится, но и я стою, не понимая, что делать. Потому что вот никак не ожидала тут увидеть босса. Еще и пришедшего мне на помощь. Замираю на месте, глядя, как играют желваки на лице Толи.

Напряжение виснет в воздухе.

– Так это ты ее новый любовник? – Толик сплевывает себе под ноги. – А ты вообще в курсе, что у нее есть… м-м-м… секретик?

И смотрит так вызывающе на Жарова. Я и сама перевожу взгляд на Диму.

Нервно сглатываю комок, застрявший в горле, и вся цепенею. Не хочу, чтоб он сейчас узнал о беременности.

– Я знаю достаточно о своих работниках, – жестко говорит Жаров, – а обсуждать сплетни не имею желания, Так что просто оставьте ее в покое.

– Вот именно. Ей нужно спокойствие…

– Мама больная, – тут же выдаю я и смотрю на Толю.

В его глазах удивление, но вот он понимающе прищуривается. Я же с одной стороны пытаюсь заставить его молчать о беременности, а с другой – узнать, соврал ли он насчет мамы и ее болезни или это просто выдумки?

– Это не проблема. У меня есть знакомый врач в клинике, который сможет осмотреть твою маму, – говорит Жаров, все так же ровно глядя на меня. – Могу договориться на завтра.

Я хлопаю ресницами. А что, так просто?

– Спасибо, но ее мать уже я вожу к врачу, – вставляет Толя. – У нее самый лучший специалист в городе. Мы не нуждаемся в помощи. Марина, поехали домой.

– Ты что еще не понял, что она никуда не поедет? – спрашивает Жаров с опасным равнодушием.

На этот раз его рука опускается на мою талию. Не успеваю отреагировать на этот внезапный жест, как меня резко разворачивают.

Вижу его темные глаза. Миг – и жесткие губы опускаются на мои. Властно, напористо… Прямо при Толике. И несмотря на то, что поцелуй длится всего мгновение, я потрясена. Запах Жарова такой приятный и сладкий, дурманит меня. Тело превращается в кисель. Едва не падаю, когда он отпускает меня.

Ох, лучше б не отпускал!

Теперь стою и не понимаю, что делать.

С горящими щеками перевожу взгляд на Толю.

– Да пошла ты, дура, – выплевывает он. – Еще прибежишь ко мне, когда этот кобель с тобой наиграется.