Глава 20.
Вика.
Тело дрожит от пережитого наслаждения, щеки пульсируют, а из груди рвутся задушенные стоны. Знал бы Кир, как мне было неловко… Но ведь это он… Мой первый мужчина, единственный… Тот, кого я всем сердцем любила. В прошлом Кир каждое прикосновение сопровождал ласковым словом. У меня подгибались пальцы на ногах, а по телу мурашки разбегались от его хриплого «люблю».
Но сейчас все по-другому… Есть непреодолимая пропасть обид и непонимания. И нет никакого «люблю»… Верите, я воображала, что он скажет мне это… Разве можно так ласкать женщину, к которой ничего не испытываешь?
Но и здесь Аристову удается меня удивить…
– Кто такой Артем, Вика, – спрашивает он сухо, не замечая моего состояния. Ему плевать хорошо мне или нет! И на мое спасибо, брошенное неосторожно, тоже плевать… Да и на меня – что уж говорить.
– А тебе не кажется, что ты утратил право упрекать меня в чем-то? – пылко бросаю я.
– Я твой муж, если ты забыла. За пределами меня и моей семьи крути хвостом перед кем хочешь. У тебя, видимо это здорово получается, а со мной… Ты не посмеешь, Вика. Я не позволю изменять мне в браке. Вышвырну, как…
– Ты уже сделал это однажды, Аристов, – надрывно отвечаю я. – Как бездомного котёнка меня вышвырнул. А потом по курортам возил своих… Стефаний и Злат. Ты не имеешь права меня осуждать, ты…
– Вика, скажи, кто он и все! Ты спала с ним?
Ах, вот оно что? Он ревнует. До чертиков просто… Тешит свою сраную гордость, боясь сказать, что ему больно… А мне разве не было больно? Он-то по-настоящему был с ними… Целовал их, трогал…
– Ухажер, ясно? Одним больше, одним меньше… Так ты рассуждаешь? Разве я могу упасть в твоих глазах еще ниже, Кир?
– Наверное, нет… Ниже некуда. Скажи мне, кто он. Я требую, я…
Он берет в ладони мое лицо и испепеляет взглядом. Губы сомкнуты в тонкую линию, кажется, я слышу, как скрипят его зубы… А горячее, поверхностное дыхание опаляет щеку.
– Я же сказала, он ухаживал за мной, он… Он военный. Служит по контракту. И он ничего не знает о… О тебе. О том, что я вышла замуж.
– Как его фамилия? Я должен все о нем знать.
– Я могу попросить тебя кое о чем? – сглатываю я.
Наверное, мне кажется, но… Кирилл бледнеет. Гоняет в голове всякое дерьмо. И просьбы моей боится. Что, если я попрошу развода?
– Валяй, – выдыхает он вымученно.
Мы так и лежим в кровати голые. Я сижу на коленках, Кирилл лежит рядом, прикрывшись простыней.
– Ты не доверяешь мне, так?
– Просто скажи, что у тебя с ним было, Вика? Ты его любишь?
– А если люблю, то что? В моей жизни что-то изменится?
– Нет, Вика… Не изменится. Вернее, да, изменится. Теперь тебе придется довольствоваться только им, – он опускает взгляд на окрепший член. – Как тебе перспектива?
– Ничего, я вытерплю. И тебя вытерплю, Кирилл… Повторюсь, я на все готова ради Егорки. Ты вообще можешь меня не трахать. Можешь со мной развестись.
– Ага, чтобы ты в тот же день сбежала с этим Артемом! Ну уж нет. Мне нужен сын, я только из-за него влез во все это дерьмо! И я не позволю, я…
– Кирилл, ты так и не выслушал мою просьбу. Завтра вернёмся домой, я прошу тебя вызвать юристов и составить брачный договор. И еще, я…
– Так и сделаю, а потом…
– Не перебивай меня, пожалуйста. Я ничего не хочу от вашей семьи. Ни копейки. Вернемся, я найду работу, буду воспитывать сына и…
– У Егорки не будет нянь. А у тебя домработниц. Ты будешь воспитывать сына и обеспечивать мне уют. И выброси чертовые мысли о разводе!
– И обязательно прикрепи ко мне охранника, Кирилл. Пусть ходит за мной по пятам и следит, как бы я ни раздвинула перед кем-то ноги.
– И это я сделаю, не сомневайся. Кстати, номер телефона тебе тоже придется сменить. Чтобы никакие Артемы больше тебя не беспокоили. Я не позволю тебе наставлять мне рога, Вика! Как фамилия Артема?
– Не твое дело.
Меня трясет от обиды. Наверное, к собаке лучше относятся, чем ко мне мой муж… Да, я начала встречаться с Артемом, но дальше поцелуев дело не дошло. Мне сложно было переломить себя… Впустить другого мужчину в свою жизнь. А теперь не будет этого… Я вынуждена жить с этим узурпатором и тираном! Ненавижу! Почему я должна все время оправдываться? Я ни в чем не виновата перед ним, ни в чем! Даже если у меня после расставания были отношения с другими мужчинами, Кир не имеет права судить меня!
Он не хочет оставлять прошлое, вот в чем дело… Держится за него, как за победный флаг. Как мы будем жить без доверия, не понимаю? Одна ненависть, обиды, боль… И на все это будет смотреть ребёнок… Какой пример семьи он увидит? Охранника, проверяющего переписку его мамы? Сующего нос везде и всюду?
– Фамилия, – холодно повторяет Кир.
Все, с меня хватит. Поднимаюсь с кровати и набрасываю на плечи пеньюар.
– Знаешь, Кирилл, вот у меня есть веские доказательства твоих отношений с другими женщинами, а у тебя одни домыслы. Тебе нечего мне предъявить, не в чем упрекнуть. Но очень хочется, да? А я хоть сейчас могу зайти в профиль к Стефи и найти там пару заманчивых фоток с побережья океана. Да что там пару! Десяток, если не больше… Только у меня нет никаких прав… И денег у меня нет нанять охранника, что будет следить за тобой. Да и незачем мне это…В брачном договоре будет пункт только про мою измену, так?
– Вика, я…
Аристов выглядит опустошенным. Похоже, он уже сам не рад, что заварил эту кашу…
– Что мне дает брак с тобой? Добавляет щедрую порцию унижений? Знаешь, мы поторопились с этим… Я не тряпка. Не подстилка, я… Я сейчас же звоню Добровольскому. Пусть готовит документы на развод. Он грамотный юрист, справится. Будешь видеть сына по установленному мной графику.
Кирилл молчит. Поднимается с кровати, натягивает футболку, обувает кеды. Сбитый с толку, ошеломлённый…
– Я выйду на пять минут. Мне нужно остыть, – произносит, выходя из номера.