Неистовые. Из огня да в полымя

Глава 38 Париж

Апрель

— Ты шутишь? — я с недоверием смотрю на Диану.

— Вовсе нет. Небольшой ресторанчик или кафе в Париже станет для тебя очень прибыльным предприятием. Поток туристов с каждым годом только растёт, и если грамотно определиться с локацией, то вложения окупятся за сезон. А у меня как раз есть для тебя отличное местечко. Выкупить ты его, конечно, не сможешь, но в первый год аренды я могу сделать тебе хорошую скидку.

— Так я же не резидент, да и налоги у вас тут грабительские.

— Ерунда, во Франции с этим очень просто. А размер налога будет зависеть от оборота. В твоём случае он будет небольшим. Попросим Одиссея, и он тебе поможет на всех этапах. Мой пупсик уже собаку съел в этом деле и неплохо заработал на наших земляках. Ему пора собственный бизнес открывать — юридическая помощь с нуля и до первой прибыли.

— Вот жучила! А я-то думаю, чего он сюда зачастил.

Предложение Дианы очень неожиданное, но заманчивое. Перед мысленным взором уже нарисовалось кафе-блинная, а я даже прикинул в уме пару десятков разных начинок для блинов. А сколько ещё прикину!.. А уж если я внедрю мой эксклюзивный блинный торт… нет — много разных тортов, то очередь из туристов вытянется длиной с Эйфелеву башню. И название нужно забацать какое-нибудь завлекательное… «У Геныча» — неоригинально. «Блин горелый»? Фатально. И мысленная очередь мгновенно рассасывается.

«Ёблин» — во! А что — очень даже звучно. Интересно, а как это будет по-французски?

— Ну что, ты уже проникся? — Диана смотрит на меня с улыбкой, а я стряхиваю блинные фантазии.

— Не особо, — вру не слишком убедительно, потому что идея мне пришлась по душе. — На хрен мне здесь бизнес, если я всё равно вернусь домой? Забацаю спорт-бар для начала… я уже, кстати, всё подсчитал. А чуть погодя, и ресторанчик. Я, Дианка, патриот — я родину люблю.

— Одно другому не мешает. Ты можешь и здесь подойти к делу со всем патриотизмом. Туристы это очень ценят.

— Я уже понял, что ты всеми правдами и неправдами решила пришпилить меня к Парижу. Зачем, Диан? Ты же сама видишь, что с Демонёнком ничего не выходит. Да и не выйдет! У нас с ним противостояние.

— Это пройдёт, — она легко отмахивается и больше меня не слушает, а игриво салютует фужером какому-то кудрявому полупокеру в кедах, джинсах и смокинге. Похоже, я ни хрена не понимаю в моде.

К слову, на мне сейчас тоже смокинг и всё, что к нему полагается — мероприятие обязывает. Званый фуршет в честь открытия какого-то развлекательного телеканала. Контингент — убиться! Глаза б мои не видели. Однако я торчу здесь, среди пары сотен желанных гостей. Голодный, как волчара, потому что жрать по сути нечего — канапе, тарталетки, фуа-гра на палочке. А ещё сотни любопытствующих глаз, так и норовящих заглянуть мне в рот. А я таращусь на Дракониху, потому что красивее её здесь всё равно никого нет.

Уже месяц я сопровождаю Её Огнедышество на все деловые переговоры, встречи и развлекательные мероприятия — типа вливаюсь в местное общество. Мне это общество на хер не нужно, но я нужен Диане, поэтому терплю. Иногда эта публика реально веселит — такие придурки попадаются! Но чаще раздражает. Благо, подобные развлечения Диана не жалует и появляется на них выборочно. Совсем же игнорировать никак нельзя. Но в моём выходе в свет недавно обнаружилась и хреновая сторона — неожиданно я стал звездой местных СМИ.

«Новое увлечение Эсмеральды! Кто этот русский медведь — очередной избранник взбалмошной красавицы или просто друг?»

Пару недель назад об этом вещали из каждого утюга. Я же настолько охренел, что не понимал, как реагировать. И перед Филимоном неудобняк — что он подумает? Жека ржал, как идиот, и тут же поспешил кинуть ссылку Максу и Кирюхе. Вот когда я реально пожалел, что этот мудель тоже в Париже. Подсветить бы ему табло, да Эллочку, гулюшку мою, жалко.

А если бы Стефания увидела? А я терпеть ненавижу оправдываться за то, чего не делал. И как-то даже обидно, что не делал! Зато Диана лишь равнодушно пожала плечами и посоветовала не принимать близко к сердцу трёп жёлтой прессы.

И только старина Жак проникся сочувствием и приоткрыл мне тайну своей ранней седины и облысения — притащил из закромов килограмма два вырезок из газет, посвящённых мадемуазель Диане-Эсмеральде Шеро, которые он скрупулёзно собирал последние двенадцать лет. Ух, вот это компромат — я аж на весь вечер потерялся! Эсмеральда, бля, задрать её горбуном! Что роман прочитал — «Блеск и нищета крутизадки».

А неделю назад грянула новая беда — мне предложили сняться в рекламе. А теперь… внимание — в рекламе корма для котят! Оказывается, это очень мило — трогательный французский котёнок в огромных лапах русского медведя. Естественно, я отказался — клоун я им, что ли? Зато Диана быстро взяла дело в свои руки и утроила сумму предложенного мне гонорара. Вот, кстати, в переговорах она — настоящий дракон. Но я снова отказался, хотя уже с тяжёлым сердцем. С очень тяжёлым.

Да я и сейчас на распутье, потому что эта навязчивая баба-рекламщица тоже здесь, на презентации, и уже кружит вокруг меня, как стервятница. И послать неудобно, и жаба придушивает — столько бабла!

— Ген, ты зря выпендриваешься, — давит Диана на ноющий мозоль. — Французы настоящие мастера своего дела и очень трепетно относятся к рекламному творчеству. Это же не мазь от геморроя. Уверена, это будет красиво. И разве тебе не нужны деньги? У меня такую сумму ты очень нескоро заработаешь.

— Это точно. Вряд ли ещё хоть один залётный медведь удостоился такого щедрого предложения.

Но Диана не оценила юмора:

— Вот именно! Я никогда не инвестирую своё время в провальное предприятие. А ты нос воротишь, вместо того, чтобы поблагодарить меня за старания. И, между прочим, неплохо заработать. Генка, но ты ведь далеко не глупый.

— А я и вблизи не идиот. Я вот не понимаю, почему, обладая таким даром убеждения, ты до сих пор не внушила Одиссею, что он должен любить женщин.

— А кому это он должен? Я уважаю его выбор, и к тому же с мужчинами у Оди куда больше шансов на взаимную любовь.

— Да замолчи ты ради бога, а то меня уже тошнит.

— А ты выпей, — Диана поиграла перед моим носом фужером с бледно-жёлтым пойлом. — Попробуй, очень вкусное вино.

— Я ж за рулём, — напомнил я укоризненно. — А допустимую дозу красненького я уже употребил.

— Если хочешь, я поведу машину.

— Вот уж нет! — прогрохотал я, невольно привлекая внимание гостей, будь они неладны. — Для женщин самое идеальное средство передвижения — это ваши прекрасные ножки. А технику оставьте мужикам. Негоже такими ходулями в педали тыкать.

И пусть где-то в глубине души я признаю её мастерство вождения, но внутренне каждый раз содрогаюсь. Пожалуй, Дракон за рулём — это самый страшный аттракцион.

— Ди! Mon chéri! (Перевод: моя дорогая!) — длинноногая губастая брюнетка стремительно мчится к нам.

— Здравствуй, Валери, — тепло приветствует её Диана.

Ух, и здоровенная бабища эта Валери! Обняв Диану, она исполняет ритуальные французские поцелуи и стреляет в меня глазами. Что-то с ней не то…

— Ди, а это тот самый красавчик медведь? — громко шепчет она, оглаживая плотоядным взглядом мои плечи. — Познакомишь?

А мне как-то не по себе. И в тот момент, когда она подаётся ко мне с порцией поцелуев, вкладывает в мою руку свои пальцы с острым маникюром и шепчет низким вибрирующим голосом: «Валери — это значит желанная!», я вдруг замечаю кадык на её шее… Твою ж мать! И со всей дури сжимаю эти пальцы, а из накрашенного рта Валери вместо чмока раздаётся истошный визг. А у меня от шока ладонь заклинило — продолжаю давить.

— Генка, с ума сошёл? Отпусти её, — требует Диана, и тянет на себя эту… это. — Валери, малышка, прости его. Совсем дикий медведь.

Я отдёргиваю руку и яростно тру о брюки. Малышка, бля?! Задрать её… ЕГО, сука, им же! Всё, шоу окончено! Ищу глазами выход.

— Жина! — это подскочила рекламщица (чёртовы французы совсем испоганили моё имя!). — Вы подумали? Вас устраивают условия?

— Нет, — получается слишком резко, и Диана едва заметно качает головой, заставляя меня смутиться.

Я вовсе не хотел сказать, что условия хреновые, но объясняться на их языке на должном уровне я пока не умею, да и не хочу, если честно.

— Простите, мисс, — пожимаю её маленькую ладошку и спешу на воздух, подальше от этих извращуг.

— Дикарь! — спустя несколько минут ко мне присоединяется Диана.

— Я тебя подставил? — бросаю покаянно.

— Нет, конечно, — смеётся. — Зато тебе пообещали увеличить сумму гонорара.

— Скажи, что я согласен, — выпаливаю, не давая себе времени передумать. — В конце концов, я хорошо отношусь к котам. Но, надеюсь, что этот ролик не доберётся до наших краёв.

Диана хохочет, но смех внезапно обрывается, когда перед нами вырастает какой-то мужик с бадиком.

— Диана, — выдыхает он, как на смертном одре, и смотрит на неё так… да, впрочем, как все.

И всё бы ничего, если бы она поздоровалась и прошла мимо. Но нет — она тоже смотрит неправильно.

— Андре, — произносит тихо.

Причём, спрашивает не в своей обычной драконовской манере, а так, как если бы спрашивала своего обожаемого Драконёнка. Со мной она так нежно не разговаривает. Вот же бабы, кошки блудные!

Мне вдруг так обидно стало — и за Филимона, и за себя, и за всех нормальных пацанов.

А этот дед с виноватой улыбкой пеняет на свои раздолбанные суставы. Вот молодец! Ещё пусть на диарею пожалуется. Но он замолкает. А я никак не могу молчать.

— Диан, скажи этому своему, что клизма с перцем увеличит подвижность суставов на раз!

Но она не реагирует на мои слова и проводит ладонью — да чтоб её! — по его груди. Вот что это, а? Я едва сдерживаюсь, чтобы не доломать хромого. Но Диана молча отступает от него и, не прощаясь, идёт к машине. Ух, неспроста это всё. Я в полном расстройстве. Да если бы я увидел, что моя девочка вот так же оглаживает какого-то упыря, я бы… мне было бы очень хреново.

— И что у тебя с этим Андре? — рычу я, не выдержав тягостного молчания, а Диана смотрит на меня, как на идиота.

— Уже очень давно ничего, — отвечает спокойно.

Му-гу, а раньше, значит, всё было. Ну и хер с ними, больше ничего не скажу. Не моё это дело.

— А тебе, наверное, жаль, что у вас ничего? — вырывается помимо воли.

— Ты такой придурок, Гена, — усмехается Диана. — Кстати, забыла сказать, что все документы для твоей Стефании уже готовы, так что через несколько дней она будет в Барселоне.

И все мои нереализованные фантазии мгновенно срываются с привязи, сметая хромого деда, котов, медведей, трансвеститов… и наводя в моём организме страшный кипиш.

— Слушай, Диан, мне тоже надо быть там через несколько дней. Очень надо!