(Неу) Дачница, или Зомби-семейка наведёт порядок

Глава 26

Орк и дворф громко спорили, налегая на восклицания и совершенно не смущаясь присутствия остальных согильдийцев. Им была отведена центральная роль в нынешнем спектакле, и они её отыгрывали с блеском.

— Такшайские копи — территория исконно дворфская!

— Придут и захватят орки — станет орочья, — не согласился зеленокожий гигант. — И прекрати уже пыхтеть, как печка на растопке. Сила диктует свои правила! И эти свои то, сё, третье, десятое засунь куда подальше и помалкивай!

Мы с Бообеком прятались под карнизом бокового окошка, которое со стороны переулка, а не широкой улицы, слушали и мотали на ус.

Монтия по-прежнему было не видать, как и детей. Создавалось такое впечатление, будто зомби понял мои слова буквально, приглядывать за Ханной и Ванисом, и прибыл вместе с ними в нынешнее здание, чтобы исполнить возложенную на него миссию. Одно непонятно, как именно его умудрились уболтать и чем взяли, препровождая сюда? Если, конечно, мои умозаключения оказались верны.

— А тем временем, пока вы спорите, гномка и её выводок дохлых паучат уже шерстят Сокровищницу Хораса IV, — тихий голос полукровки послышался из угла. Сказал он это аккурат между перепалкой и прочими громкими звуками — торговцы по-прежнему разносили товар и кружки с выпивкой.

— Вот и мне непонятно, почему гильдмастер медлит. Сидит у себя, наверное, и чаи гоняет с этим зомби и детьми из заколоченного дома.

— Так ведь чумянка оказалась липовой, — новый участник разговора пожал плечами. — Стражники теперь по всему городу бегают и ищут мастера Выртеза и двух его подельников. Взломали дверь его лавки, а там награбленного… На вторую Сокровищницу Хораса IV хватит, я вам скажу.

— Откуда сплетни? — дворф наконец отвлёкся от созерцания ненавистного орочьего лица. — Неужто опять Трайта разнесла на весь рынок?

— Она самая, кто ж ещё всё знает и обо всех, а?

А мне вдруг припомнилась запись в книжечке лже-Перкинса про тайники: «Трайта всё знает». Надо бы наведаться к ней на огонёк, вежливо расспросить, но только так, чтобы без свидетелей и помощников, на случай, если она снова будет драть глотку.

— Исчезла она. — Могучая мускулистая женщина в доспехах встала и пристроила копьё за спину. — Сегодня слышала новость, будто лавку свою закрыла и скрылась в неизвестном направлении, едва стражи начали Выртеза искать. Так ещё и Язусы объявились, говорят. Беглянку одну из воровского клана разыскивают.

— Не одна зараза, так другая напасть приключится, — проворчал дворф. Махнув рукой на спор, он пригубил из кружки пенного напитка и громко отрыгнул после.

Бек толкнул меня локтем, отвлекая от крайне познавательного занятия — бессовестного подслушивания.

— Тут есть чёрный ход, — шепнул остроухий, кивая куда-то в сторону. — Там, скорее всего, лестница. Идём, вскрою тебе дверку, заглянешь к Бирбену на чаёк. Заодно Моню нашего заберёшь. А то мне без него некомфортно.

— Так и скажи, он у тебя был за телохранителя.

— И это тоже, но не только. Сумка моя с деньгами у него, понимаешь?

— А…

Об этом я и не подумала.

— Но вначале детей заберём. Негоже это, поступать так бессовестно. Шантажировать ими.

— Ты погоди, раньше времени губу раскатала, а вдруг они не там?

— Так сплетники же сказали?

Я пожала плечами.

— Это может быть замануха, и сценка разыграна специально для нас. Вдруг, м?

— М-да. И что ты предлагаешь?

— Просто не спеши и хорошенько всё обдумай, ладно?

— А ты со мной не пойдёшь? — удивилась я.

Бообек поправил кожаные ремни под кобуру для метательных ножей. Обнажил короткий меч и только затем гордо произнёс:

— Обижаешь, в этот раз я пойду вперёд, а ты замыкаешь.

— Слушай, может, поделишься хоть чем-нибудь, а? Иначе чем мне драться?

— Оружие — удел мужчин, — ехидно напомнил мне этот поганец. — А твоё дело — смотреть и шевелить мозгами.

— Ага, и языком ворочать, лясы точить, — подсказала ему. — Намекаешь, что совсем бесполезная?

— Так что? Идём? — За нашими спинами обнаружился глава зомби-семейки и тоже при полном параде — кожаные легкие доспехи и кинжал в руках. — Одолжил у приятеля, — оправдался Локайм за свой внешний вид. — Тот на радостях ещё и эликсиры подкинул.

Приподняв края пристёгнутой к поясу кожаной сумочки, он показал нам разноцветные флакончики.

— Вот, — он протянул мне два синих флакона, — зелья восстановления магического запаса.

Признательно приняла сие нечто, не зная, как оно мне поможет в будущем. Но виду не подала. Бек усмехнулся — промолчал.

— Давайте уже наконец закроем вопрос с воссоединением семьи, — ворчливо произнёс он несколько мгновений спустя, едва приоткрыл ловко взломанную дверь. Оказывается, тонкие метательные кинжалы иногда могут исполнять функцию отмычки. Но я вам об этом, конечно же, не говорила.

Едва мы поднялись по лестнице и очутились на третьем этаже, то из небольшой комнатки послышалось недовольное:

— Опаздываете. Я уже вас заждался!

Открыв глаза пошире, я поискала взглядом Ханну и Ваниса.

К сожалению, Бообек оказался прав. Впереди нас ждала замануха. Ни Монтия, ни детей.

— Дети в другом месте. А за вами должок.

Коренастый рыжий мужик качнул лезвием кинжала в мою сторону. Меж тем он пожёвывал деревянную щепку и кривился.

— Где Ханна и Ванис! — Локайм вышел вперёд, но застыл. Под ногами загорелось заклинание, которое его и обездвижило.

— Давайте без лишних эмоций. — Бирбен сплюнул щепку в ведро с помоями, прежде чем встать, изрядно кряхтя. — Они, говорю же, в безопасном месте. А мы с вами сейчас заключим одно маленькое соглашение. Мне нужна табличка от гробницы Хораса IV, вам нужны ваши дети и этот сумасшедший зомби.

— Он не сумасшедший!

— Конечно, не сумасшедший. Всей гильдией его пленяли. Сильный, зараза, оказался.

— Где он? — это была я.

— На том свете.

Бирбен замолчал, склонив голову.

— Нам пришлось его упокоить.

Стиснув кулаки, я хотела выйти вперед, чтобы навалять этому гаду. А ещё родственник. Не поверю никогда, что нас может что-то связывать!

— Сумка, — вклинился в разговор Бек. — У Монтия была кожаная сумка с деньгами. Это мои вещи.

— О, ну… — Мужик опустил хитрый взгляд к столу. — Тут я вам ничем помочь не могу. Кто-то из гильдейских счёл её трофеем, уж наверняка.

— То есть, вы ещё и грабители? — заключил Локайм. — Помимо похищения детей, убийства зомби, не гнушаетесь ничем?

— А вы пойдите и нажалуйтесь страже, — ехидно скривился гильдмастер. — Наивные, прям как дети.

Замечание засчитано.

Поняв, что спорить с ним и взывать к совести бесполезно, я хищно усмехнулась.

— Интересно, а что скажет Бласиус, если узнает, куда вы нацелились?

— Ой-ой, куда вы нацелились? — Бирген перекривлял меня и добавил: — Бласиус, будет вам известно, выступил с войском к Такшайским горам. Хочет опередить Чахатту и её засланцев. Тут дело касается больших денег. А ты мне о чести? Честь, долг, совесть — ими страдают глупцы, которым ни за что не пробраться к кормушке.

— Я останусь при своём мнении, — оборвала его душевные излияния я и перешла сразу к сути: — Что от нас требуется?

— Остановить Чахатту и вернуть табличку до того, как гномка доберётся до Сокровищницы.

— А если мы не успеем? — не хотела спрашивать, боясь расстраивать Локайма, но уровень морального падения Биргена надо раз и навсегда уяснить.

— Тогда можете распрощаться с Ванисом и Ханной, — не смущаясь, проронил гильдмастер. — Мы увезём их туда, где вы их никогда не достанете и не найдёте.

— Подонок! — выдохнул страдающий отец. И я с ним была полностью солидарна. Как можно шантажировать так подло?

— И как вы предлагаете нам это сделать? — Бек думал о насущном. — Деньги мои вы украли, пешком нам ни за что не успеть. У Чахатты фора минимум в полдня.

— О, а для этого наши маги подготовили круг перемещения. Вы их сможете опередить, но мои люди с вами не пойдут. Мне бы не хотелось начинать гильдейскую вражду. И, прямо говоря, мне бы крайне не хотелось, чтобы она прознала о нашей выгоде в этом деле, я ясно выражаюсь?

— Предельно, — сухо ответила я. — Но у меня будет пара условий.

— Это какие?

— Мы должны увидеть детей, чтобы понять, что с ними всё в порядке, — я загибала пальцы. — Иначе как нам узнать, что ты не соврал?

— Понятное требование, — кивнул Бирген.

— Нам нужно немного денег, подготовиться и закупиться в городе. Одной золотой монеты и часа времени, я думаю, хватит.

Немного помолчав, гильдмастер поблуждал взглядом по нашим недовольным лицам, прежде чем добавить своё условие:

— Но никакой стражи. Узнаю, что вы нажаловались в гарнизон, детей вы не найдёте никогда, вам ясно?

— Предельно.

Для убедительности сделала вид, будто охотно соглашаюсь с его требованием. Во всяком случае, стражникам мы жаловаться точно не будем. Лишь применим маленькую хитрость. Главное, чтобы мой план удался. В этот раз ошибки недопустимы и ответственность велика. Поэтому непременно следует подстраховаться.