Неудержимый. Книга XLVI

Глава 21

Вылетев из зоны внезапной «зимы», меня сразу же обдал тёплый воздух. К такому повороту событий я явно был не готов, поэтому прошлось перейти в изнанку. Надо бы мне сначала привести собственную температуру в порядок. Ощущения такие, словно ты оказался в бане.

Улан-Удэ пострадал меньше всех остальных. Конечно, не считая мелких поселений вокруг. Они, как раз, отхватили по полной программе, хорошо, что жителей оттуда успели увести заранее. Что же касалось гарнизонов, которые оставались для встречи с врагом, то, отбив первые атаки и поняв, что ловить, кроме смерти там нечего, они поспешили укрыться в Улан-Удэ и правильно сделали.

Смысла делать облёт поселения не было. Здесь квартировалась целая армия, сами разбираются, что и как делать. Я же сразу направился к штабу. Пролетая мимо ближайшего к площади дома, я заметил интересный шатёр, в котором находились звери. Точно, у Вельди ведь был целый отряд зверей, которые смогли выжить.

Выходит, они всё-таки решили ассимилироваться в нашем обществе, а не бегать по лесам и полям до конца жизни. Похвальная инициатива. Я спустился на землю и начал рассматривать большой шатёр. Судя по приличным тушам внутри, для них подобные конструкции — идеальный вариант. Запахи вокруг витали не из лучших. Звери, что с них взять?

Внезапно, сидевшая в вразвалочку за столом киса, бросилась к входу. Резко откинув полог шатра, она уставилась на площадь, на которой практически никого не было. Сейчас бездельничать мало кто мог себе позволить, ведь коллеги, родственники и друзья с лёгкостью могли заклеймить лентяем, а ещё хуже — предателем.

— Я знаю, что ты здесь! — рыкнула тигрица, продолжая осматриваться.

— Как ты узнала? — я вышел из невидимости в нескольких метрах от неё.

Тигрица сразу же перешла в боевую стойку, показав мне свои белоснежные клыки и острые когти.

— Спокойно. — я показал пустые ладони. — Или же ты хочешь прикончить губернатора?

— Дмитрий? — осторожно спросила она.

— Он самый. — я кивнул. — Просто залетел узнать, всё ли у вас в порядке, и сообщить, что Вельди будет на днях.

— Выходит, он всё ещё жив… — сделала вывод тигрица и улыбнулась.

— Жив. У вас есть потери? — спросил я.

— Сай погиб. — ответила она с сожалением, поджав ушки.

— Ясно, — я не знал, кем был этот зверь, но погиб он, защищая нас. — Если, что-то потребуется, дайте знать. А если возникнут проблемы. то ссылайтесь на меня, или же сразу иди к руководству.

— Благодарю. — кивнула тигрица.

— И готовьтесь. — я сразу же перешёл к делу. — Скоро мы нанесём скверне ответный удар.

— Поняла. — тигрица злорадно оскалилась, словно мечтала о мести.

Если учесть, что у них погиб всего лишь один боец, значит, все они крайне сильны. Надо бы озаботиться их обмундированием. С одной стороны, у них были собственные артефакты, броня и оружие. А с другой, у меня до сих пор пылятся сундуки из звериного мира. А ещё добавить даров «скорости» и «усиления» из нашего мира подкинуть, тогда они и вовсе начнут рубить скверну в капусту.

Дальше по плану было посещение штаба и хранилища. Я решил, что встречаться с охраной на входе не лучший вариант. Поэтому полетел к открытому окну на втором этаже.

— Добрый день. — запрыгнув в кабинет, я окинул взглядом присутствующих.

— Господин генерал-губернатор! — одна из девушек узнала меня и сразу же поклонилась.

Остальные последовали за ней, а я выдохнул. Не придётся искать сопровождающих, чтобы посетить собственное хранилище. Взяв в оборот девушку, я вместе с ней отправился к начальству, а уже оттуда, к командиру, который отвечал за сохранность камня.

— Господин генерал-губернатор! Никаких происшествий за время вашего отсутствия не зафиксировано! — вытянувшись по струнке, отчитался командир.

— А нападение порождений скверны на штаб, это для тебя не происшествие? — генерал, решил построить подчинённого. — Пустяк⁈ Столько народу полегло!

— Никак, нет! — мужик отчеканил испуганным голосом.

— Давай! Веди нас в хранилище! — приказал генерал, — Прошу прощения за это недоразумение, Дмитрий Иванович. — он слегка улыбнулся мне. — Сами понимаете, все на взводе.

Я не стал ничего говорить, просто кивнул. Личные отношения между подчинёнными меня сейчас меньше всего интересовали. К тому же если этот командир удачно отсиделся в хранилище, то и не грех его было пожурить за подобные фразочки.

Всего использовалось четыре хранилища, в которых лежали или россыпью мелкие части, или же крупные по одному куску.

— Где голова? — спросил я и сразу получил направление. — Хорошо. Дальше идти со мной не стоит, слишком опасно.

— Опасно? — удивился командир. — Но это же камни.

— Болван! — генерал не выдержал. — Стал бы кто-нибудь создавать такие меры предосторожности для обычных камней!

— Прошу прощения. — командир тут же поклонился. — Не сообразил!

— Не сообразил он… — проворчал генерал.

Я оставил их снаружи и прикрыл за собой стальную дверь, каждый развлекается, как хочет. Развернувшись, я направился к каменному пьедесталу, на котором располагалась голова Белоснежки.

— Привет. — я постучал по голове пальцем. — Ты ещё с нами или свалила в свой каменный рай?

Ответа от Белоснежки не последовало, но это было ожидаемо. Каменная голова буквально фонила энергией, но этого было недостаточно, чтобы запустить какие-то процессы. Скорее всего, мне вообще повезло, что она именно так раскололась. Было бы по-другому и нам пришлось бы несладко, в особенности командиру и дежурным, которые за ней следили.

Через минуту на пьедестале оказался торс. Стоило мне поставить его и попытаться приложить сверху голову, как они с силой слиплись и Белоснежка дёрнула головой.

— Ларчик просто открывался. — прошептал я, глядя наподобие девушки. — Белоснежка?

— Белоснежка… — в моей голове послышался голос гадины. — Знакомое имя.

— Конечно, знакомое. Это ведь я тебя так назвал. — не стал скрываться я. — Ты, что-нибудь помнишь?

— Нет. — сразу же ответила она, чем насторожила меня.

— Совсем ничего? — прищурившись, переспросил я. — А если проверю?

— Помню, что должна вырвать тебе сердце! Мерзкий ты кусок плоти! — начала рычать она и из торса начали вытягиваться руки и ноги.

Я сразу же начал материться, ведь не так я представлял себе наш разговор. У меня была надежда, что, потеряв прорву энергии, она вернётся к заводским настройкам. Но, скорее всего, надо было соединять не голову с торсом, а торс с задницей. Толку в таком случае было бы больше.

Хорошо, что я уже был наготове. «Волшебные нити» моментально обвили новые конечности и начали их спиливать, словно ветки на дереве.

— Нет! — зарычала она на меня. — Не смей меня трогать! Подлец! Дерись достойно! Я Хранитель! Я тебя…

— Захлопни варежку! — я рыкнул в ответ. — Мне некогда с тобой сюсюкаться. У тебя лишь два варианта: либо мы сотрудничаем, либо ты превращаешься в каменную пыль, которую я развею на ветру, и ты никогда уже не сможешь собраться.

— Попробуй, и я уничтожу твой мир! Я уничтожу всё, что тебе дорого! — она начала мне угрожать, и я машинально использовал на ней дар «царя зверей», оказавшись около белоснежных ворот, в которых даже намёка на дверь не оказалось.

— Как интересно. — Хлад, появившийся рядом со мной, выглядел как золотой айсварн.

— Не жирно ли будет? — прищурившись от сияния, спросил я, глядя на довольного старика.

— В самый раз! — он улыбнулся и направился к воротам, у которых не имелось створок. — Однако!

— Вот и я о том же. Отойди! — скомандовал я и, направив в сторону камня ладонь, выстрелил энергетическим лучом.

Луч, соприкоснувшись с камнем, растворился, не оставив и следа. Собственно, я и не думал, что всё будет так просто. Дальше пошли более осознанные попытки. Я пытался угрожать, резать камень огненной и водяной струёй, и даже взрывать, но ни один способ из моего арсенала не помог.

— Так. — я уставился на ворота, уперев руки в бока. — Какие будут предложения.

— Мы бы могли использовать божественную энергию… — предложил Хлад.

— Нет. Она не настолько ценна, чтобы на неё так тратиться. Я бы предпочёл её уничтожить. — я выдал свой вердикт. — Если сейчас ничего не придумаем, то история Белоснежки на этом, и закончится. Слышишь меня? Белобрысая! Закончится без возможности переродиться!

Белоснежка ничего не ответила. И ведь бывают же на свете настолько злые существа. Была же нормальной девочкой, радовалась каждому убийству и жрала энергию, как не в себя, и на тебе! Выросла в гадину, каких поискать!

— Сделку! — на заднем фоне прорезался голосок креветки.

— Ты что-нибудь слышал? — я посмотрел на Хлада.

— Нет, может ветер? — Хлад помотал головой.

Конечно же, мы всё прекрасно слышали. Просто сговорились, потому что мне нужно было время на то, чтобы всё обдумать. Хитрый паразит наверняка что-то придумал и теперь заходил издалека.

— Сделку! — пропищал он громче.

— Сделку? — хмыкнув, задумался я. — А что у тебя есть? Ты же бесполезная гадина, которую пусти в огород, так она тут же всё испортит, передавит и сбежит.

— И как же я это сделаю? — паразит начал раздражаться. — Я хочу большой аквариум, не больше. — сделав небольшую паузу, добавил я.

Точно, Хлад ведь нашёл способ ему насолить. После той драки он урезал размеры аквариума в четыре раза, оставив паразиту мелкий камень, под которым даже не скрыться. В аквариуме стало так тесно, что я бы там, скорее всего, сошёл с ума. А если учесть, что он закрыл весь обзор каменными плитками…

— И вид с балкона! — тут же добавил паразит.

Точно. Я улыбнулся, показав Хладу большой палец, повёрнутый вверх. Креветка наша и правда начала сходить с ума, а значит, у нас появился первый рычаг давления.

— Допустим. — я сделал вид, что нисколько не заинтересован. — И что же ты готов предложить нам взамен? Ты же червяк недоделанный. Даже хитина с тебя не взять.

— Я помогу тебе обуздать этот кусок камня. — пропищал паразит.

— Врёт, вонючая сарка! — возмутился Хлад. — Я сейчас устрою ему хорошую взбучку и…

— И ничего я не вру! — паразит возмутился в ответ. — Сначала проверь, а потом уже свою вонючую говорилку открывай, баран недоделанный!

— Ну всё, ты договорился… — Хлад исчез.

— Дмитрий! — завопила креветка. — Останови насилие! Ты ведь ничего не теряешь!

— Хлад, постой. — я остановил айсварна. — Давай сперва проверим слова гадёныша, а потом делай с ним, что хочешь.

— Говори! — Хлад рыкнул на паразита.

— Договор? — креветка не собиралась так просто расставаться со своими секретами.

— Договор. — спокойно сказал я, чувствую, что где-то здесь должен был быть подвох.

— Используй дар моего советника. — сказал он с таким наслаждением, что я был готов его собственноручно выкинуть в окно.

— Твою же мать! — я закатил глаза и засмеялся.

— Я тебя прикончу! — заревел Хлад.

— Не имеешь право! У нас договор! — запищал паразит. — Вы уже пять минут здесь сидите и не знаете, как подобраться к этой деве. Мог бы и сам догадаться, но ты слишком для этого туп.

— Хлад, остановись, он так-то прав. Это наш с тобой косяк. — я сжалился над червяком. — Дар «подавления» сыграл со мной злую шутку, слишком уж он был низкого по нынешним меркам уровня, всего лишь радужная руна, на которую я даже внимания особого не обращал.

— Да я немного, для профилактики, чтобы не зазнавался… — Хлад начал кипятить воду.

— Дмитрий! — запищал паразит.

— Хлад, заканчивай. Ты тоже хорош, строишь из себя великовозрастного гения, а про столько ценный дар забыл. — я осадил айсварна. — Если сработает, то так уж и быть. Будет тебе и аквариум побольше, и вид. А если нет, Хлад сварит из тебя суп.

— Откуда я знаю, сработает или нет! — запищал он. — Борей не велел казнить!

Я его уже не слушал. Выскочив из чертогов Белоснежки, я начал применять на ней дар «подавления». Логично было бы предположить, что если у этого камня есть разум и эмоции, значит, и подавить и их можно было.

— Белоснежка, как дела? — весёлым голосом спросил я, после нескольких применений дара. — Жить всё ещё хочется?

— Я тебя порву в клочья! — зарычала она, словно пудель на привязи.

— Понял, продолжаем! — я вошёл в азарт…

— Белоснежка, как дела? — спросил я после того, как забрался в чертоги её разума. — Всё ещё хочешь меня прикончить или всё-таки станем друзьями? Ну, заешь, там… Будем в походы военные ходить, энергию собирать… Ты ведь любишь энергию?

После того как я начал применять дар «подавления», угрозы от Белоснежки начали мельчать. Она начала выдыхаться, словно теряла с каждым разом всё больше сил, а после и вовсе примолкла.

— Креветка, и какой толк от подобных пленников? — спросил я с явным презрением.

— Какая тебе разница? — попытался отмахнуться от меня паразит.

— Отвечай, когда с тобой хозяин разговаривает! — рыкнул на него Хлад. — Или, хочешь, чтобы мы и на тебе этот метод проверили.

Паразит замолчал. А мы с Хладом поняли в очередной раз, что идиоты. А ведь и правда, можно же креветку обработать так, чтобы она перестала сопротивляться. Другой вопрос, что будет дальше… Это я и пытался прямо сейчас понять.

— Белоснежка… — я ещё раз позвал её, осторожно продвигаясь вперёд.

К моему удивлению, внутри чертогов разума Белоснежки оказалось не так уж и плохо. Белоснежная пустыня с редкими камнями. По-другому и быть не могло, ведь именно так она представляла себе идеальный мир. А если учесть, что она являлась частью Хранителя…

Гуляя по чертогам, я чуть не пропустил её, подумав, что это очередной камень. Кто же знал, что она вернётся в тело девочки. Выходит, образ её был взят не просто так. Ей нравилось ощущать себя ребёнком? Тогда, почему же она так злится на весь мир? Потому что камень?

— Белоснежка. — я подошёл ближе. — На ручки не хочешь? — спросил я, раскрыв объятья.

Мог бы и не спрашивать. Девочка оказалась у меня на руках раньше, чем я успел договорить. Она прижалась ко мне, как раньше, и сразу же уснула.

— Теперь всё будет хорошо… — я погладил её по спине, а сам полез в настройки дара, где уже была соответствующая запись.

«Белоснежка» — каменная фея. Офигеть, не встать, только и смог подумать я. Нашлась тут фея, мать его. Хорошо, что не зубная и на том спасибо. Впрочем, кто я такой, чтобы рассуждать на тему расового разнообразия? Сказали фея, значит, фея. Хотя на мой скромный взгляд, «каменная машина смерти», ей бы больше подошло. «КМС Белоснежка», я улыбнулся и покинул чертоги её разума.

— Ну, как? — Хлад явно переживал.

— Пока непонятно… — я развёл руками. — Вроде получилось, но как это будет выглядеть на самом деле, я не знаю. Она сейчас спит.

— Игры с разумом требуют серьёзных затрат со стороны жертвы. — проворчал паразит. — Могу я попросить…

— Хлад, организуй нашему заключённому новую камеру, с видом! — улыбнувшись, попросил я.

— Ладно. — проворчал он, собираясь выполнить приказ.

— И ещё, он ведь не сказал, какой именно вид будет из его новой «клетки»? Верно? — хохотнув, бросил я вдогонку.

Я не видел Хлада, но что-то мне подсказывало, что он сейчас танцевал от радости.

Паразит молчал, но даже если бы он начал возмущаться, что толку? Он думал, что один раз поможет и всё, станем друзьями? Гадина столько народу погубила, что на неё ещё ездить и ездить, возможно, даже до конца моей жизни. Не зря же Борей сказал его не убивать…

— Грузите камни в стальные ящики. — приказал я, когда вышел из хранилища.

Пока Белоснежка восстанавливалась, я решил перетащить её на «Грача», а там видно будет. Я взглянул на часы и приуныл, ведь времени до траурной речи уже совсем не оставалось. Теперь по плану полёт к катеру, поиск костюма и полёт на площадь… А дальше самое сложное и одновременно невероятное событие в моей жизни…