Невероятные приключения Мии

Глава 37

Ждать пришлось около часа. За это время Филипп утомил всех разговорами на тему «а не плохо было бы нам чего-нибудь перекусить». Ричард тоже был бы не прочь слопать хороший кусок жареного мяса или на худой конец какой-нибудь салат с морепродуктами, но он понимал, что сейчас не до еды — если что-то сорвется и разделения не получится, может погибнуть вся Галактика.

Наиболее стойко томительное ожидание переносил майор Гагарин. Он просто сидел у стены, сложив руки на груди, и спокойно ждал, когда все закончится. Слонявшийся по лаборатории Ричрад несколько раз с завистью думал о том, какая у спасателя железная выдержка.

Ну, а наиболее беспокойным и суетливым из гостей Одинокой планеты оказался профессор Сан Мин. За полчаса он успел осмотреть всю лабораторию, несколько раз выбирался наружу, пытался взять образцы материала, из которого были сложены стены удивительных зданий, вызывал Гагарина, чтобы получить ответы на свои мудреные научные вопросы…

— Какие технологии, — качал головой маленький китаец. — Ну это же надо! Сюда бы экспедицию, большую, комплексную, с хорошим оборудованием — и поизучать тут все как следует годика три…

— Увы, профессор, сейчас я могу сказать уверенно: это невозможно! — раздался в лаборатории голос старшего Гагарина. Но теперь он звучал уже не из динамиков.

Все обернулись к инкубатору. Так и есть — процесс разделения личностей закончился. Майор Гагарин шагнул к своему предку, протянул руку.

— Да они просто братья-близнецы! — воскликнул Филипп, глядя на двух Гагариных, улыбающихся друг другу одинаковой улыбкой.

— Так бывает, — кивнул Сан Мин. — Иногда через несколько поколений происходит почти полное совпадение генома.

— И мой праправнук может быть точно таким же, как я? — спросил Филипп.

Никто не успел ему ответить — пол под ногами закачался, по стенам лаборатории пробежали трещины.

— Что это? Землетрясение? — закричал Филипп.

— Нет, — отрицательно покачал головой старший Гагарин. — Это пробуждается Скульптор. Нам лучше выйти наружу — здание может обрушиться. Одинокую планету ждет время больших перемен и потрясений — в переносном и буквальном смыслах.

Они спешно покинули лабораторию — пол ее ходил ходуном — и увидели, что старший Гагарин прав: поверхность Одинокой планеты менялась на глазах. Дальние горы оседали, словно кто-то там расправлял гигантское одеяло; трещины на равнине затягивались, холмы проваливались, впадины и ложбины, наоборот, выпрямлялись.

— Смотрите! — крикнул Филипп. — Пираты! Они улетают!

Действительно, из-за опускавшихся гор один за другим стартовали несколько космических кораблей.

— Скатертью дорога, — усмехнулся майор Гагарин. — Один пиратским гнездом меньше.

Горы тем временем окончательно разгладились. Затем в земле разверзлось несколько одинаковых круглых отверстий и оттуда начала вытекать раскаленная лава. Она разливалась по равнине, превращая ее в ровную поверхность.

— Когда лава застынет, — сказал старший Гагарин. — Это будет огромный энергонакопитель площадью в сотни тысяч квадратных километров.

— Нам пора, друзья, — майор Гагарин похлопал своего предка по плечу.

— Слушайте, — сказал Ричард. — А как мы будем возвращаться — нас ведь теперь пятеро?

— Да даже если бы нас было четверо, ничего бы не вышло, — тихо сказал профессор. — Скульптор уже изменил рельеф планеты, и мы не можем вернуться в точку прибытия.

— Не волнуйтесь, — произнес в этот момент глубокий, сильный голос. — В благодарность за совершенное вами я доставлю всех вас, живущих и смертных, в любую точку Галактики.

— Это кто? — заозирался Филипп. — Кто говорит-то? Голос… как будто прямо в голове звучит!

— Тихо ты! — шикнул на него Ричард. — Он там и звучит. Это же он… Скульптор.

— Да, ты прав, живущий и смертный, я действительно обрел себя и теперь должен выполнить свое предназначение, о котором вам знать не следует, — продолжил свою речь Скульптор. — Итак, назовите координаты точки, в которую мы отправимся.

Майор Гагарин обернулся к остальным.

— Ну что, друзья — на Землю?

— На Землю, — кивнул Ричард. Он, конечно, очень хотел попасть домой, на Персей, но сейчас Земля была в опасности.

— Приготовьтесь, — проговорил Скульптор. — Будет немного трясти.

В тот же миг вся Одинокая планета окуталась сиянием плазменного поля. Ричард смотрел на огромные молнии, ветвящиеся над его головой. А потом звезды сдвинулись со своих мест и понеслись куда-то, словно рой светящихся мотыльков.

— Поехали! — хором сказали оба Гагарина и засмеялись.