Одержимость. Заставлю тебя

Глава 13

Кое-как убедил охранника впустить в закрытый колледж. Их группа не так давно ушла, и мужик возмущался, что не дают сегодня работать спокойно. Сложней всего было объяснить ему необходимость попасть в женский туалет, так что Артём сочинял на ходу. Якобы подружка потеряла телефон, возможно, оставила на окне в туалете. Никакого мобильника там, естественно, не оказалось. Тем более, единственный смартфон, что принадлежал Соньке, сейчас был у него. Схватил его из рюкзака перед тем, как уйти, чтобы девчонка не наделала глупостей. Уже на улице не устоял. Хотел залезть в её переписки, но наткнулся на блокировку. Потыкав пару раз наугад, ничего не добился и недовольно спрятал смартфон в карман, где он спокойненько лежал до сих пор. А вот что Артём на самом деле искал, так это одиноко валяющуюся на полу резинку, ту самую, что бросил Соньке в ноги в ярости. Пружинка удачно сливалась с тёмной плиткой и осталась для охранника незамеченной. Сделал вид, что звонит на потерянный смартфон, и пока мужик прохаживался, прислушиваясь к вибрациям, будто телефон мог плавать в одном из унитазов, быстро поднял и спрятал её в карман. Больше задерживаться не стал.

Домой Артём не торопился, специально пошёл прогуляться по району. До сих пор не остыл. Не до конца сам понял, зачем притащил девчонку домой. А когда она предложила себя с абсолютно безразличным лицом, чуть не поехал головой. От мысли, что придётся насиловать бесчувственное тело, а, что это было бы именно так, не сомневался, стало тошно, ведь теперь знал, как может быть. Поэтому возвращаясь, составил чёткий план: остыть, а потом развести любыми способами. Не пугать!

Квартира встретила гробовой тишиной. Первая мысль: как-то сбежала. Вторая, от которой сердце чуть не лопнуло: что-то с собой сделала. Но пройдя внутрь квартиры, нашёл одетую Соню спящей в его постели. Выдохнул. Стараясь не шуметь, разделся до трусов и сел рядом с ней. Кровать прогнулась под его весом, и Соня тут же вздрогнула, резко поворачиваясь к нему. Он погладил её по щеке, внутренне сматерившись, что только одним своим появлением вызвал в ней паническую атаку, но медлить не стал — начал спускаться по ключицам вниз. Взялся за верхнюю пуговку рубашки и стал раздевать девушку. Она сразу ухватилась за его руки:

⁃ Не надо…

⁃ Я не буду насиловать… — как можно мягче сказал Артём, впрочем, не прекращая расстёгивать пуговицы. — Я аккуратно… тебе понравится… — убеждал, явно игнорируя голос разума и понятие, что такое насилие.

⁃ Я… у меня… — замямлила Соня, отодвигаясь от него и зажимаясь в угол.

⁃ Что... - снова зарычал, заводясь с пол-оборота, встретив сопротивление. Но обрубил себя на полуфразе. Сделал вдох, затем выдох и на полтона ниже добавил, — …случилось?

⁃ У меня… — взволнованно сглотнула она, — …ну у меня это… — никак не могла продолжить, — у меня начались… — взглядом уткнулась в руки, будто где-то на них оставила себе подсказку. До Артёма дошло быстрее:

⁃ Месячные, что ли?

Она напряжённо кивнула, виновато поднимая взгляд.

— Как вовремя, — добавил раздражённо, отчего Соня сжалась ещё сильнее, будто боясь, что он психанёт.

⁃ Блять, да похуй мне на это, — произнёс беспечно. Месячные были меньшей сложностью из тех, что сейчас происходили между ними. — Пойдём в ванну, — предложил он, объясняя, что это не проблема. Но удивлённый и одновременно напуганный, резко вскинутый взгляд Сони говорил совсем о другом. Он говорил, что Артёму придётся целую неделю дрочить, вспоминая свою непослушную девочку.

⁃ Что, не дашь? — на всякий случай уточнил, про себя усмехаясь, ведь впервые её о чём-то спрашивал. И в любой другой ситуации Артём действительно сделал бы, как надо ему, без оглядки. Но теперь хотелось больше, чем просто брать её, когда вздумается.

⁃ В интернете написано, что… — Соня говорила сбивчиво и торопливо, складывалось впечатление, будто репетировала пока его не было, — …что это… что так нельзя… что это вредно для здоровья.

Артём едва сдержал улыбку. Подготовилась, значит.

⁃ Ладно, — наконец, согласился, в ответ на что девчонка сразу же с надеждой спросила:

⁃ Я могу пойти домой?

Ярость вспыхнула мгновенно от одной только мысли, что хочет уйти, но ответил почти спокойно:

⁃ Раздевайся и ложись спать, — а потом добавил максимально мягко, насколько был способен. — Просто спать. Я не трону. Раздевайся.

Мысль, что ей необходимы какие-то женские штуки, появилась внезапно в голове и, как заботливый придурок, он спросил:

— Тебе надо что-то? В аптеку там сходить, может?

⁃ Нет, у меня всё есть, — не оценила Соня его жест, после чего послушно стала раздеваться.

Стоило ей оказаться перед ним в одном белье, сразу пожалел о своих словах. Но при этом, словно последний мазохист, помог стянуть лифчик, оголяя грудь, из-за чего самому же пришлось дрочить под душем, представляя, как мог бы иметь её, прижимая спиной к плитке кафеля, раз за разом погружая в неё член и чувствуя, как мышцы плотно обхватывают его. Кончив, окатил себя дополнительно ледяным душем и даже, казалось, пришёл в норму. Но ровно до того момента, пока не забрался к ней под одеяло, прижимаясь к тёплой коже. Почувствовал, как задрожала от холода, что притащил с собой, и член тут же снова налился кровью. Только вместо того, чтобы свалить спать в другую комнату, Артём, все больше издеваясь над самим собой, опустил руку ей на живот и пополз медленно вниз.

⁃ Ты ведь мне не врёшь? — подозрительно спросил, накрыв место между ног ладонью поверх ткани трусов, под которой отчётливо чувствовалась женская плоть.

⁃ Нет... — голос девчонки прозвучал напугано, отчего в хмельном от возбуждения мозгу появилась надежда, что она всё придумала, и значит ему перепадёт, но Соня добавила так смущённо тихо, — у меня… тампон… — что пришлось поверить.

Но руку не убрал и, хотя мозг понимал, что разрядки не будет, а просто оттого, как гладил её даже через ткань трусов, возбуждение лишь росло, не мог заставить себя прекратить. Соня поначалу держалась напряжённо, но когда поплыла, почувствовал сразу. Вначале чуть откинула назад голову, прижимаясь спиной к нему плотнее. Затем задышала чаще через приоткрытые губы. Артём сглотнул вязкую слюну, и подхватив ткань трусов, протолкнул руку всё-таки под них. Сопротивления уже и вовсе не почувствовал, а стоило коснуться набухшего клитора, девочка рядом совсем затрепетала. То ли на неё так действовало ощущение, что не тронет, то ли, чего ему хотелось добиться, она, наконец, к нему привыкла. Но главное, её тело определённо и конкретно отзывалось на его действия снова.

Прикусил нижнюю губу до боли, чтобы хоть как-то переключить своё сознание с желаемого на реальное, пытаясь сконцентрироваться на ней. Второй рукой прошёлся по животу вверх, к груди, сжимая каждую из них поочерёдно, не без удовольствия чувствуя упирающиеся в ладонь соски. До боли в члене захотелось скользнуть по ним языком, обхватить губами, втянуть в рот. Чтобы успокоиться, вдохнул медленно воздух, но запах от её волос в это же мгновение проник в мозг, переклинивая окончательно и устремляя последние остатки крови вниз, что едва не застонал от переполнявшего тело желания. Уткнулся ей в шею, раскрывая рот и чуть ли не кусая нежную кожу поверх отчаянно бьющейся венки. Но останавливая себя и лишь ставя влажный поцелуй, не упустив возможности лизнуть её языком. Получил на это одобряющий тихий вздох девушки чуть громче остальных, каждый из которых разрезал тонким лезвием болезненного удовольствия. Его рука при этом не переставая продолжала ласкать Соню, плавно увеличивая амплитуду и мягко надавливая, до тех пор, пока девчонка не дёрнулась. Потом ещё раз. Задышала громче и выгнулась, накрывая его руку своей ладонью, поддерживая всё это приглушённым стоном.

Артём понимал, что нужно было срочно идти в душ или он спустит ей прямо сейчас на спину, но сама мысль, что ему придётся выбраться из кровати неудовлетворённым, казалась нереальной. Куда соблазнительней выглядело уделать всю постель в её крови, но получить желаемое. И только осознание того, как подобное воспримет Соня, и вероятности отлететь назад в том, чего он достиг в отношениях с ней, заставило притупить фантазию. Вместо этого Артём попросил:

⁃ Отсоси, иначе я не сдержусь.

Упрашивать не пришлось, наверное, догадалась, что на пределе. Он и кончил почти сразу, стоило Соне приняться за дело. В голове до сих пор стучало, как она застонала и дёрнулась под его рукой, быстро задышав. Готов был поставить это на репит. Но ещё лучше стало, когда не дал ей отстраниться:

⁃ Проглоти… — приказал на выдохе, — давай… — и она, может и нехотя, но всё приняла в себя. — Вот так, да… — помимо физического почувствовал странное моральное удовольствие.

Соня хотела после выбраться и сбежать в ванную, но и этого не дал сделать. Стал кутать её в объятия, а самодовольная мысль, что всю ночь она будет чувствовать вкус его спермы на языке, и помнить кому принадлежит, билась в голове как у больного. Откуда-то из глубины сознания возникло маниакальное желание пропитать её насквозь своим запахом, чтобы ни один урод рядом не смел стоять, чтобы каждый чувствовал, чья она. Просунул руку ей под шею, второй, той на которую снова надел чёрную пружинку, накрыл сверху, и поцеловав нежно в позвоночник между лопаток, распорядился:

⁃ Спи! — а сам уставился на своё запястье с украшением, мысленно задаваясь вопросом, как помечают девчонок?