Одержимость. Заставлю тебя

Глава 36

После оглашения приговора Соня с Ильёй остались вдвоём. Бабушке ещё в процессе заседания стало нехорошо, и ей вызвали такси. Андрей, кажется, окончательно в Соне разочаровался из-за того, что не подтвердила его слова, и уехал, не попрощавшись. Его можно было понять, но по-другому она не могла.

Илья раскрыл перед Соней массивные двери здания суда и объявил:

⁃ Ты свободна!

Соня хмыкнула. Прозвучало так, словно именно она была подозреваемой. Но всё же попыталась сделать глубокий вдох и почувствовать такое вроде бы желанное освобождение. Только в лицо хлынул поток прохладного воздуха, в котором она захлебнулась и закашлялась, от чего снова в голове вспыхнула мысль «а правильно ли она все сделала? Могло ли все быть по-другому? А если ей не показалось?». Илья спускаясь рядом по лестнице к парковке, улыбался своим собственным мыслям, не замечая метаний Сони. И только оказавшись внизу, он развернулся к ней лицом и произнёс:

— Вот теперь точно всё. Артём не выйдет, — и мягко улыбнувшись, осторожно обнял её за плечи, добавив тише. — Я никому не дам тебя обидеть.

Обычно Илья держал дистанцию, не считая критических моментов, вроде очного допроса, где Соня едва ли соображала, что происходит. Поэтому сейчас почувствовала неловкость и первой реакцией было отстраниться, зажаться, закрыться, но напомнила себе, что это Илья. Тот, кто помогал ей и поддерживал. Ведь всё в конечном счёте закончилось именно благодаря ему, и тому, что не дал ей сойти с пути. Не на секунду не оставлял её со своими мыслями и сомнениями и каждый раз говорил: всё их действия — правильные. Если бы не он, Соня никогда сама этого бы не сделала. Вначале было слишком страшно, а потом… Но понимала, что так нельзя было продолжать. Все эти отношения изначально складывались ненормально. И Артём действительно виноват. Виноват! Сказала она себе и пересилив, улыбнулась, чуть приобняв Илью в ответ. На долю секунды просто выразить благодарность. Но когда стала отстраняться и приподняла лицо к нему, чтобы сказать спасибо, поняла, что Илья оказался слишком близко к ней, и продолжает приближаться, когда как его губы чуть приоткрылись с явным и конкретным намереньем.

⁃ Илья! — дёрнулась Соня и сразу же шагнула назад, чуть не отталкивая его от себя руками. — Ты меня не так понял.

По его лицу сразу прочла растерянность и смятение. А главное, в отличие от привычной манеры Артёма, он не накинулся, следом зажимая, отчего Соня почувствовала неловкость за свою реакцию, но решила сразу же объясниться, чтобы точно не было каких-то недопониманий:

— Илья, спасибо тебе большое, но я не хочу обнадёживать тебя. Ты мне друг… — она поправила себя. — Нет, ты мне за это время стал больше чем друг… Я честно не знаю, как бы сама с этим справилась, как бы смогла одна… — перевела дыхание и перешла к главному, — но я не могу…

Договорить Илья не дал, мягко улыбнувшись, перебил, решив, что всё понял:

⁃ Прости, да я слишком тороплюсь, я понимаю, что тебе тяжело так сразу. Я подожду. Я готов ждать столько, сколько потребуется.

⁃ Илья… — Соне было стыдно разбивать его сердце. Она ведь чувствовала его симпатию к себе, трудно было не заметить, и теперь почему-то казалось, что обманывала его, словно подпитывала надежды, пока было выгодно. Но ведь ничего не обещала. Он сам вызвался помочь, поэтому должна быть честна с ним. ⁃ Я никогда не смогу, ты мне только друг. Прости.

— Сонь, не отталкивай меня. Это нормально, что ты не хочешь сейчас никаких отношений. Всё, что произошло очень тяжело, но это не навсегда. Всё пройдёт. А я хочу быть рядом, чтобы, когда ты будешь готова…

Соня почувствовала себя вдвойне неприятно. Но отчётливо осознала, что, скорее всего, это их последний разговор. Теперь, когда он объявил вслух то, что хотел, делать вид, что всё по-прежнему не получится. А никаких ложных надежд она больше давать никому не хотела.

— Илья, не надо, — виновато потупила взгляд. — Я благодарна тебе за всё. Деньги за адвоката я верну. Я уже накопила часть. Но, наверное, будет лучше, если я вызову такси, и доеду сама. Не хочу, чтобы ты думал, будто есть хоть какой-то шанс, — она понимала, что делает ему больно, но по-другому не могла. — Я бы хотела, чтобы мы остались друзьями, но это будет нечестно, — посмотрела прямо в лицо парню. — Нечестно по отношению к тебе.

Илья завис в одну точку. Видела, как напряглись скулы. Заострился взгляд. Вместо продолжения разговора взял её за руку, крепко сжимая ладонь:

— Ладно, всё, Сонь, — он чуть нахмурился. — Давай не будем сейчас об этом говорить, поехали.

Соня уставилась на руку. Попыталась высвободить, но Илья не дал. Тогда подняла свою, зажатую в его, максимально раскрыв пальцы, демонстрируя, что против. Что хочет, чтобы отпустил. Парень коротко глянул на жест, а после поднял взгляд на её лицо. Прямой. Давящий. И хват не ослабил. Молчаливый ответ прозвучал однозначно, но будто поняв, что перегибает, смягчил это просящим:

— Поедем… — и потянул на себя в сторону машины. — Я же сейчас ничего не прошу, почему ты сопротивляешься?

Соня не сдвинулась с места, яркий маячок в голове замигал красным цветом.

«Я же СЕЙЧАС ничего не прошу… ПОЧЕМУ ты сопротивляешься?»

И сразу же оборотная сторона этой фразы:

«Вот когда начну просить, тогда и будешь обоснованно сопротивляться».

— Илья, не надо… — тихо произнесла, надеясь, что всё придумала. — Не делай так, пожалуйста…

— Как? — прищурился.

Она ответила ещё тише, что ему пришлось наклониться к ней, чтобы услышать.

— Не держи меня. Не будь, как он. Ты ведь не такой!

Соня надеялась этими словами заставить парня очнуться. Дать понять, что подобная фраза её пугает. Только… только внезапно получила прямо противоположную реакцию. Его веки приспустились, а от взгляда стало морозить, но когда ответил, оказалось, что это меньшее из зол.

— Да уж… — едко произнёс, — будь я такой, как он, ты бы так не разговаривала. Ты бы уже послушно сидела в машине, готовая раздвинуть ноги. С ним ты всегда была другой. Может быть, тебе действительно нравится, когда заставляют, а не так, как я пытался по-хорошему?

— Зачем ты так говоришь? — не узнавала она Илью.

— А зачем ты ведёшь себя как неблагодарная сука? — хлёсткий удар словами разрезал воздух. — Я же для тебя старался, из кожи вон лез, Тёму кинул… Он мой друг, вообще-то, — парень окатил Соню взглядом, словно примеряясь не прогадал ли, променяв Артёма на неё, и добавил, — был! — после чего продолжил. — А вся твоя благодарность, спасибо, блять, дорогой друг? — сжал её ладонь сильнее в руке. — Так не бывает, Соня!

⁃ Как? — потухшим голосом переспросила.

— Если хочешь, чтобы тебя спасли, то готовься рассчитаться со своим спасателем. Или ты думала кто-то за просто так будет решать твои проблемы вместо тебя?

«А ему это зачем?» — так некстати всплыл вопрос бабушки.

— Разве ты помогал не потому, что виноват? — напомнила она, хотя уже и сама засомневалась.

⁃ Конечно, поэтому! — произнёс искренне, хотя после сказанного ранее верилось с трудом, но продолжил. — Ну, вот он я. Спас тебя. Освободил от дракона. Благодари своего принца. Целуй. Обнимай. Люби безмерно. Кажется, не такая уж большая плата? А?

— Илья, я… — начала было Соня, но он слушать уже не хотел, поэтому снова перебил.

— Слить меня не выйдет. Мы так не договаривались!

— Мы никак не договаривались… — её голос становился всё тише и тише, в отличие от Ильи.

— Потому что это и так понятно. Я сделал дохуя для тебя. Если бы не я, хер бы ты Тёму посадила. Дело твоё белыми нитками шито.

— О чём ты? — растерялась Соня окончательно.

— О том! — рыкнул Илья, а затем быстро отвёл глаза в сторону, будто понял, что сказал лишнее, и тут же попытался сменить тон на более ласковый. — Всё, Сонь, поедем. Я не знаю, чё психанул. Не бери в голову. Давай успокоимся и всё обсудим позже.

— Нет, подожди, о чём ты говоришь? — Соня всё-таки вытащила ладонь из его руки и отошла на шаг назад. Илья посмотрел на это, но внимание не сакцентировал, а снова повторил:

— Поехали.

Но Соня стояла на своём.

— Я не поеду никуда с тобой. Я же сказала.

Тогда Илья поднял взгляд на её лицо. Губы сжал в тонкую линию. Дышал напряжённо через нос. Но молчал. А Соня снова задала волнующий вопрос:

— Что значит, моё дело белыми нитками шито?

Ему понадобилось ещё около минуты, чтобы принять решение и начать негромко говорить:

— А ты никогда не задумывалась, почему мы… — он осёкся на полуфразе и прикусил губу, после чего исправился, — почему Тёма тебя в туалете тогда насиловал и не боялся нихуя? — секунда на размышление и продолжил. — А кто ему с тачкой угнанной разрешил всё? А кто их шайку по мелочи прикрывал, — и чуть раздражённо, — пока не охренели в край? — у Сони ответа на эти вопросы не было, вернее, она всегда считала, что дело в Артёме и его компании, а каким образом здесь замешан Илья, не понимала, и тогда он пояснил. — У меня крёстный в органах занимает высокий пост, — прошёлся по ней взглядом, будто оценивая, какой эффект произвёл, а затем пояснил с лёгкой усмешкой. — Он у меня мировой. Разрешил перебеситься. Сказал сильно не чудить и если чё звонить, — сглотнул, не углубляясь в подробности, и вернулся к изначальной теме разговора. — Именно он помог засадить Артёма в тюрьму. Так что ты мне теперь благодарна должна быть до конца своих дней, и вот это вот «спасибо, дорогой друг» прибереги для другого.

Соня недоверчиво смотрела на парня. Окончательно запуталась и не понимала где правда, а где ложь. О чём тут же ему и сообщила.

— Ты обманываешь, ты всё придумал, — говорила она и убеждала себя, что так и есть на самом деле, что Илья просто пытается вызвать в ней чувство страха. Но парень добавил:

— Как насчёт Юльки? Ты считаешь, она свидетелем пошла, потому что Артём её разок трахнул, прижав к стене? — усмехнулся. — Так она же об этом мечтала. Окрутить его. Они после вернулись, она знаешь, какая довольная была? В этот же вечер уже без всяких ломок дальше давалась. Она-то думала, он с ней встречаться будет. А Артём её слил. Как всегда, всех сливал. И вот это ей уже не понравилось, — замолчал на секунду, сглотнув перед тем, как перейти к сути. — Тогда она пошла и заяву на него за изнасилование накатала. Думала, посадит его на цепь. Что он прибежит к ней, будет умолять забрать заявление, клясться в вечной любви и никогда не бросит, — тут Илья вдруг рассмеялся. — Артём, конечно, подогнался вначале. Так-то, блять, заявление об изнасиловании — это не тачку отжать покататься, но ему повезло, что у него такой друг, как я, — перевёл дыхание. — Разрулили быстро. Заявление порвали, а Юльке показали камеру с проститутками и намекнули, что может туда на пару суток загреметь, если ещё раз сунется. А от такого потом хер отмоешься, — дал время переварить услышанное, а следом спросил. — Дошло теперь или хочешь съездить к ней, чтобы она всё подтвердила?

Соня могла бы внушить себе, что это тоже враньё. Ведь такая, как Юля, легко подтвердит всё, что угодно. Только вдруг вспомнила, как Артём угрожал и ей тем же. Внезапно все его слова развернулись в совершенно противоположную сторону. Получается, угрозу из себя представлял Илья?

Соня смотрела на парня и пыталась понять, кто он, какой на самом деле? Тот человек, которому она доверилась и на протяжении этого времени в поддерживал её. Или… пока Соня делала всё, как парень хотел и спланировал, то был мягким и добрым с ней, но стоило только заявить, что между ними никогда ничего не будет, вскрылась совсем иная сторона его личности. А может, это и есть его основная черта? А раскаивался ли он вообще в том, что в тот вечер помог Артёму, как говорил ей? Соня вдруг вспомнила странный диалог в туалете. Мозг будто вскрыл воспоминания, которые спрятала вглубь сознания. Артём, который перекрывает её и произносит «нет», после чего Илья уходит. Он не просто помогал, он тоже хотел. И сделал бы, если бы Артём ему не помешал. Соня поёжилась и тут же твёрдо произнесла:

— Нет! — не желала больше мириться с таким. — Даже если действительно всё это время помогал твой родственник, это не важно. Артём совершил преступление и его посадили, а я больше не буду ничьей куклой. Ты меня не заставишь!

И тогда Илья облизал губы и, зло выдохнув, шагнул к ней не встречу:

— Значит, не дошло, да? — спросил грубо, почти как Артём. — Тогда послушай, — оказался рядом с ней, с ходу обхватывая за талию одной рукой, а второй вокруг шеи. — Да, Артём за решёткой, но это не значит, что нельзя всё откатить обратно! Нельзя подать апелляцию, и переиграть всё так, будто ты его оклеветала. Часть показаний, например, могут потеряться, кое-кто из свидетелей сольётся, а ещё парочка найдётся, которые вспомнят о том, как вы счастливые шли в туалет в тот вечер. Как ты добровольно шла, и буквально висла на Артёме. А потом, как вы уходили. Как целовались и зажимались в каждом углу. А ещё… я скажу, что после суда ты мне призналась, что специально разыграла из себя жертву тогда, когда я слышал, что просила не трогать. А зачем всё? Нууу… — он показательно задумался, — не знаю, решила, что хочешь богатенького мальчика окрутить. А Артём со своей любовью никак не давал прохода, — он прям торжествовал, сочиняя. — Это пять лет, Сонь. Статья за дачу заведомо ложных показаний! По вышке тебе сделают. Хочешь? — он, наконец, отпустил её и отступил. Рассматривая произведённый эффект. Держать её больше не было повода. Не сбежит. Она и не сбегала. Смотрела на него и слишком спокойно, даже для самой себя, задала обратный вопрос:

— А ты что хочешь? — а когда он не ответил, а взгляд чуть растерялся, продолжила. — Ты сделал всё это для того, чтобы затащить меня в постель? Зачем тогда прикидывался хорошим всё это время? Так надо было изнасиловать сразу, как Артёма забрали, и всё. Дальше даже можно было его не садить в тюрьму! Зачем столько лишних действий?

На лице Ильи мелькнула обида:

— Нет, не для этого! — он отвернулся, будто вдруг стало стыдно за всё, что наговорил. — Я не прикидывался, я правда раскаиваюсь в том, что тогда было. Нельзя было Артёму тебя отдавать.

Соня мысленно отметила про себя слово «отдавать». Говорил, будто она вещь.

— Я… я надеялся, что когда Артёма не будет, ты… может не сразу…

Стало понятно, к чему парень клонил. Говорить про дружбу теперь казалось странным, хотя надежда, после последних слов, что до него еще можно достучаться, осталась. Поэтому едва слышно она произнесла:

— Илья, но я не хочу быть с тобой…

На что парень в два шага оказался около Сони и поймал её руку за запястье. Она напугано уставилась на жест. Жест Артёма. А когда подняла глаза на лицо Ильи, ужаснулась ледяному взгляду, отчего фраза, что он произнёс, прежде чем с силой потащить её к машине, прозвучала словно в другой реальности:

— Захочешь!