Глава 33


Мастер Тили медленно брел по пепелищу. Под ноги ему то и дело попадались какие-то предметы: то глиняный кувшин с черными подпалинами, то обугленная конская упряжь, то почерневшая масляная плошка, то смятый приплюснутый, более походивший сейчас на обеденную тарелку шлем пехотинца. Чаще всего глава цеха шпионов просо переступал через все это пришедшее в полную негодность барахло, некоторые предметы он поддевал носком своего запыленного сапога и разглядывал, однако пару раз Тили таки не смог сдержать раздражение и хорошенько поддал находкам ногой. Те с отвратным дребезжанием отлетели в сторону, поднимая за собой клубы серого пепла, оставляя на обожженной земле хорошо различимую длинную рваную отметину.

Да-а-а… огонь в этом месте погулял славно! ― подумал главный шпион империи. ― Но оно ведь и понятно, тушить его было нечем, а главное некому.

Окончание произнесенной в уме фразы заставило Тили покосился на нестройную гурьбу хомос, расположившихся на обочине тракта. Сейчас в этих существах было сложно признать добропорядочных мастеровых, имперских конюхов да вымуштрованных солдат фортификационного полка. Без доспехов, в грязной, рваной одежде, покрытые сажей и копотью все они больше походили на толпу нищих, какая в канун праздников обычно собирается у подножья Замковой скалы, где смиренно и безропотно ожидает традиционного императорского подаяния.

Большая часть погорельцев, хотя и не очень уверенно, но все же держалась на своих собственных ногах, хотя имелись и такие, что сидели на земле, болезненно обхватив голову руками. Ну, а трое или четверо солдат не были способны даже на это. Они в полной отключке валялись в покрытой пылью и пеплом траве.

Грязные свиньи, ― брезгливо поморщился Тили. ― Хотя самолет и не имеет особого значения, но для Ригера этот пожар станет почти что плевком в его царственную физиономию. И это оскорбление он вам вряд ли просто так спустит.

По сути, произнося смертный приговор незадачливым императорским служакам, мастер уже в который раз обвел взглядом пепелище и остановил его на изуродованном металлическом остове до сих пор исходящей струйками черного смрадного дыма. Некогда эта громадина напоминала, грациозную, острокрылую птицу. Тили даже любовался ею, в тайне воздавал должное или даже восхищался талантом и мастерством ее создателей. Но сейчас, стремительная летающая машина погибла. Неистовый огонь заглотил ее, пожрал, переварил и превратил в бесформенную кучу железных экскрементов.

— Мэтр, разрешите… ― от созерцания сгоревшего истребителя Тили оторвал не громкий, но вместе с тем твердый и уверенный голос.

— Слушаю тебя Уилс,

Главный шпион империи сразу узнал своего помощника. Старший дознаватель брат Уилс гораздо раньше шефа оказался на месте пожара и с присущей ему скрупулезностью, принялся выяснять все обстоятельства происшествия.

— Все без исключения мастеровые, погонщики и солдаты охраны, детально опрошены, ― доложил Уилс, однако сразу же счел необходимым уточнить: ― Разумеется за исключением тех персонажей, которые все еще не в состоянии говорить. Но я решил не ждать их протрезвления. Все равно добавить что-либо путное они вряд ли смогут, это ведь самые ярые и беспросветные забулдыги, которые свалились с ног первыми, скорее всего, еще задолго до того, как тут все полыхнуло.

— Как это сброд ухитрился так упиться, чтоб в усмерть? ― Тили пристально поглядел в серые, холодные, как лед глаза Уилса.

— Вчера вечером они нагнали небольшой торговый обоз. Виноделы везли бочонки с пивом, элем и храповухой в столицу.

— Нагнали? ― Тили удивленно приподнял бровь. ― Неужто платформа с самолетом двигалась быстрей, чем повозки наших славных мастеров виноградной лозы?

— У ремесленников сломалась ось на одной из повозок. Они остановились для ремонта, а когда закончили, то обнаружили, что время уже позднее, вот и решили заночевать.

— Ну, да… Ну, да… Самое логичное объяснение. По-другому никак. ― подтвердил Тили, и тут же встрепенулся: ― Ты нашел место этой самой стоянки?

— Разумеется, мэтр, ― старший дознаватель даже слегка обиделся за то, что под сомнение попала его профессиональная хватка. ― Судя по следам, пять груженых повозок, восемь хомос, много лошадей. Сколько конкретно сказать сложно, но больше дюжины это точно. Пробыли не долго. Огонь не разжигали.

— Восемь хомос… ― задумчиво процедил Тили, оставляя без видимого внимания всю остальную информацию. ― Опять восемь… Как и на той лесной заставе…

— Простите, что вы сказали, мэтр? ― Уилс не расслышал бормотание шефа.

— Так… кое-какие мыслишки вслух. Но пока это не столь важно, ― глава цеха шпионов отмахнулся и вновь вернулся к докладу старшего дознавателя: ― Наши бестолочи хоть разглядели этих самых торговцев?

— Старшего из них, именно того с которым и договаривались о горячительном, кое-кто помнит достаточно хорошо, а вот остальных… Обозники оказались не особо компанейскими. Ни с погонщиками, ни с солдатами в разговоры они не вступали.

— И каков из себя старший винодел? Есть что-нибудь примечательное или подозрительное?

— Толстяк. Уже в немалых годах. Седая окладистая борода. Одет просто, но добротно. На шее, как и положено, цепь со знаком гильдии виноделов. ― Уилс пожал плечами, припоминая подробности. ― Еще доложили, что скупой до невозможности. Так что о цене за выпивку спорили аж до хрипоты.

— А оружие? При себе у них имелось оружие?

— Оружие допрашиваемые не заметили, ― старший дознаватель отрицательно покачал головой. ― Я задавал этот вопрос каждому, с кем беседовал.

Выслушав своего подчиненного, Тили на некоторое время задумался, представил, как обстояло дело. Полсотни утомленных долгой тяжелой работой мужчин. Истязающая их жажда. Много дешевой выпивки. Лесная глухомань, где из начальников лишь два десятника, да и то свои в доску парни. Как тут, спрашивается, устоять? А потом из чьих-то вялых непослушных рук выпадает факел или масляная лампа, может даже та самая, которую он, Тили давеча так хорошенько приложил ногой. Огонь попадает на мотки пеньковых канатов или заготовленное для коней сено, перебрасывается на платформу, а затем вспыхивает та маслянистая отвратно пахнущая жидкость, которая сочится из дыр в металлическом теле огромной машины. И эту самую жидкость уже так просто не потушить, это глава цеха шпионов знал совершенно точно. Вроде все понятно, все логично, все сходится… И все же почему в душе старого шпиона неустанно ворочается маленький гаденький червячок сомненья? Что он пропустил? Где не досмотрел? Почему до сих пор не понял то, что должен?

— А куда это запропастился достопочтенный брат Сован?

Тили вдруг вспомнил о маге, который прибыл вместе с ним. Это был хотя и не большой, но все же шанс. Ведь чародеи порой смотрят на вещи и события совсем с иной стороны, чем обычные хомос.

— Там копается, ― Уилс кивком указал на громаду обгоревшего железа. ― Ползает на карачках и выцарапывает на саже какие-то свои пентаграммы.

Судя по тону и гаденькой ухмылке, проскользнувшей по губам старшего дознавателя, тот не очень-то верил в мага, который в свои уже довольно преклонные годы смог дослужиться лишь до третьей ступени. Разве такой «гранд-маэстро» способен обнаружить хоть что-нибудь заслуживающее внимание?!

— Это ты зря, Уилс, ― главный шпион империи Кадиф укоризненно покачал головой. ― Разумеется, брат Сован звезд с неба никогда не срывал, но все же он принадлежит братству «Неистового огня», опытный пиромант. А сие означает, что приключившийся здесь пожар как раз и есть, самая для него работенка.

Поставив точку в так и не начавшейся дискуссии, Тили резко развернулся и направился к центру пепелища. Что же касается старшего дознавателя… Тому ничего не оставалось, как покорно последовать вслед за своим шефом.

По мере приближения к самолету в глаза мастера стали бросаться все новые и новые детали недавнего происшествия. Как видно причиной царящего вокруг разорения стал не только свирепый огонь, но и взрыв.

О том, что творения земных мастеров имеют такую весьма неприятную особенность, Тили знал не понаслышке. Ему доводилось бывать на самом стыке миров, в гуще схлестнувшихся не на жизнь, а на смерть многотысячных армий. Он видел кружащих в багровых небесах железных птиц, слышал угрожающий стрекот огромных диковинных стрекоз, чувствовал как дрожит земля под тяжелыми гусеницами и колесами бронированных армад. Все эти создания чуждого извращенного разума не переставая метали огненные молнии каждая из которых, угодив в строй пеших копейщиков, уносила жизни по меньшей мере полудюжины солдат и калечила вдвое больше. Но и сами мертворожденные железные чудовища превращались в огромные пылающие факелы, с грохотом разлетались на куски, как только в них попадали ослепительные сферы, вихри, смерчи созданные гневом и силой боевых магов. Так что, о да, мастер шпионов и впрямь прекрасно знал, что такое настоящий свирепый взрыв!

Доказательств того, что взрыв, прогремевший в чреве летающей машины, был довольно мощным, имелось предостаточно. Тили пробегал взглядом по обломкам обгоревших досок и брусьев из которых была изготовлена платформа. Шагов за двадцать от эпицентра валялось разбитое колесо, а рядом труп убитой лошади. Крупный кусок рваного металла торчал прямо из ее распоротого брюха. Как бедное животное оказалось у пылающей платформы, Тили не совсем понял, ведь, как ему доложили, все лошади для отдыха и прокорма были выпряжены и отогнаны на прилегающий к тракту луг. Именно это и спасло их от огненного ада. Но тогда спрашивается: откуда здесь взялся вот этот мерин? Быть может на нем что-то подвозили к самолету? Любопытно, что и когда? Хотя, возможно это мелочь, ― подумал Тили, и тут же себя одернул: ― Но с другой стороны разве в нашем деле бывают мелочи? Порой самая ничтожная мелочь это и есть тот ключик, который и отпирает огромную дверь истины.

Глава цеха шпионов уже собирался поставить задачу шагавшему вслед за ним Уилсу, когда внимание его отвлекла вынырнувшая из-под упершегося в землю основательно прогоревшего крыла сухощавая фигура в коричневой мешковатой рясе братства «Неистового огня».

— Тили! Мастер Тили! ― заприметив главу цеха шпионов, брат Сован сразу замахал ему рукой. ― Порошу сюда! Кажется, я обнаружил нечто весьма любопытное!

— Обнаружил он… ― Тили услышал скептическое хмыканье старшего дознавателя. ― Да ты, старый пень, член у себя в штанах не обнаружишь!

— Придержи свой длинный язык, Уилс! ― зашипел на подчиненного мастер. ― Для выяснения истины нам сейчас сгодятся все без исключения способы и любые, пусть даже самые никчемные помощники.

— Да, мне кажется, что этот Сован просто выживший из ума старик, ― попытался защититься Уилс. ― Понять не могу, и зачем Марцери его сюда прислал?

— Марцери обычно зря ничего не делает, на то он и верховный маг, личный советник императора, ― парировал Тили. ― Так что лучше смотри, слушай и пытайся понять, что нам могут дать находки достопочтенного брата.

Больше мастер шпионов ничего не сказал. Во-первых, и так пустопорожней болтовни присутствовало куда больше, чем реального дела, чего Тили просто не выносил. Во-вторых, и это главное, он оказался весьма заинтригован. Очутившись подле сгоревшего самолетом, мастер обнаружил, что абсолютно на всех более или менее крупных уцелевших после пожара обломках нанесена затейливая вязь магических символов и пенто и гексограмм. В большинстве своем они были выцарапаны на закопченном металле, однако, в тех местах, где огонь пощадил тело летающей машины в дело пошел кусочек белого известняка.

— Как вам моя работа?

Скрипучий голос брата Сована, оторвал Тили от изучения уцелевшей части одного из двух некогда имевшихся у самолета хвостов. Именно на нем теперь красовались три переплетенных между собой треугольника в вершинах каждого из которых поселились буквы и символы какого-то давным-давно потерявшегося в глубинах времени языка. Мастер шпионов повернул голову и поглядел на возникшего словно неоткуда тощего старика.

Сказать, что брат Сован был тощ, это значило ничего не сказать. Он походил на скелета, которого подняла из могилы черная некромантия. Однако в голове у Тили почему-то все время вертелась совершенно другая о ассоциация: чучело из сухого хвороста, каких обычно сжигают на праздниках весны. Да, сухощавая, нескладная фигура в мешковатом коричневом балахоне и всепожирающий свирепый огонь… Они словно были вечными спутниками, словно не могли существовать друг без друга.

— Достопочтенный брат, вы и впрямь потрудились на славу, ― Выдавил из себя Тили, с трудом отделываясь от видения охваченной пламенем фигуры, стоящей перед его мысленным взором. ― Теперь бы только знать для чего все эти художества потребовались?

— Все просто, ― Сован гордо вскинул голову. ― Область, в которой я специализируюсь, именуется «Историей всеобщего пламени».

— Что-то не слыхал, ― честно признался Тили и покосился на Уилса.

Ответом на этот взгляд стали отрицательное покачивание головой и бессильное пожатие плечами, подтвердившие, что старший дознаватель так же абсолютно не в курсе данного вопроса.

— К сожалению, ты прав, мастер шпионов, ― Сован как-то слегка поник. ― Данная тема совершенно безразлична как распоследнему простолюдину, так и придворному вельможе. Это ведь чистая наука.

— Если это чистая наука, то какого дьявола Марцери отправил именно вас разбираться с этим самым что ни на есть реальным пожаром, ― старший дознаватель пристально, будто на подозреваемого, уставился в глаза пожилого мага. ― Что вы здесь можете отыскать?

— Нет-нет, отыскивать это ваша работа, уважаемые, ― Сован церемонно поклонился. ― Я же, лишь был должен заглянуть в прошлое огненной стихии.

— Ничего не понимаю! ― Уилс с сожалением, в котором сквозила солидная порция раздражения, развел руками.

— Что ж, давайте приступим, ― главный шпион империи решил продемонстрировать кто здесь главный. ― Уважаемый брат Сован, показывайте то, ради чего вы нас позвали. А по ходу мы как раз и будем разбираться во всем остальном.

— Сперва пару слов для вступления, ― заупрямился старик. ― Иначе вам будет трудновато понять…

— Только очень кратко, ― перебил мага Тили. ― У нас не так много времени.

Служитель братства «Неистового огня» сокрушенно вздохнул, мол, в кое-то веки отыскались хоть какие-то слушатели, а тут опять эта всегдашняя проклятущая спешка. Но деваться было некуда и после некоторого раздумья пожилой маг начал:

— Мои исследования базируются на постулате, что первоосновой всего сущего являлся именно огонь. Огонь породил, как неодушевленные предметы, так и живых существ. ― Заметив, как Тили и Уилс недоверчиво переглянулись, маг поспешил добавить: ― Да огонь! А вы как думали? Правда, некоторые мои коллеги, с этим совершенно не согласны. Так в братстве «Глубоких вод» утверждают, что прародителем мира является вода, а адепты «Грозового неба» поговаривают о существовании некого первородного газа. Но все это полная чушь и ересь! У них нет доказательств, а вот у меня их предостаточно! Например, я сжигал живые объекты, а затем из их праха сумел воссоздать новое существо, пусть и весьма примитивное, но тем не менее…

— Вы заживо сжигали живых существ? Кого? Овец, свиней, собак или мужчин, женщин и детей? ― перебил старика Уилс, и по его ледяному тону стало понятно, что старший дознаватель цеха шпионов предостаточно наслышан о проделках чародеев братства «Неистового огня».

— Объекты! Просто объекты! ― отрезал маг. ― Они умирали ради большой науки, ради истины, они служили подтверждению моей великой теории!

— Достопочтенный брат, а что конкретно в нашем случае дает ваша теория? ― мастер Тили постарался перевести беседу в чисто практическое, полезное для дела русло.

— Как, что дает?! Неужели ты и в самом деле не понимаешь, шпион?! ― старый маг всплеснул руками. ― Рожденные из огня постоянно с ним связаны. Они помнят все его прикосновения, они впитывают его живительную силу.

— Да, уж… ― старший дознаватель скептически огляделся по сторонам. ― С живительной силой здесь оказался явный перебор.

— Погоди-погоди, Уилс, ― глава клана шпионов жестом остановил своего подчиненного. ― Кажется, я начинаю догадываться. Достопочтимый брат пытается растолковать нам, что при помощи огня вполне реально заглянуть в прошлое.

— И в подробностях узнать все, что тут произошло? ― старший дознаватель то ли закончил мысль своего шефа, то ли задал свой собственный вопрос.

— Не уверен, что во всех подробностях… ― маг пошел на попятную. ― К сожалению, мои исследования в этой области еще не закончены, а значит и возможности не так велики, как хотелось бы.

— И все же вам таки удалось что-то раскопать, ― мастер шпионов с нетерпением поглядел на старика. ― Так выкладывайте. Хватит тянуть!

— Я вам лучше продемонстрирую, ― колдун повернулся к останкам сожженного самолета. ― Вы станете свидетелями и при необходимости подтвердите результаты данного эксперимента.

— Разумеется, подтвердим. Куда же мы денемся! ― поспешил обнадежить старика Тили. ― Вы только давайте… Не отвлекайтесь.

Получив заверения, ни от кого-нибудь, а от самого главы цеха шпионов, брат Сован удовлетворенно кивнул и, наконец, приступил к делу. Совершенно неожиданно для Тили он не стал твердить какие-то там заклинания, а достал из складок своего балахона небольшое стальное зеркальце.

Не долго думая, Сован поднес зеркало к своим иссохшим губам и несколько раз дыхнул на него, заставляя полированную поверхность помутнеть, покрыться мельчайшими капельками влаги. Как только это произошло, маг с необычайным проворством, парой быстрых и точных движений, начертил пальцем на замутненной поверхности некий магический символ. Какой именно Тили разглядеть не успел, поскольку магический артефакт тут же ослепительно блеснул, почти вспыхнул, будто превратился в здоровенную каплю настоящей магической ртути.

— Теперь поймаем в эту ловушку кусочек солнца, ― пробурчал себе поднос чародей и стал поворачивать свой инструмент так, чтобы отразившиеся от зеркальной поверхности лучи дневного светила угодили прямо на обугленные останки самолета.

Как только это произошло, как только необычайно яркий солнечный зайчик пробежал по первой из попавшихся на его пути пентаграмм, та вспыхнула холодным голубоватым светом. Удовлетворенно кивнув, маг повел луч солнечного света дальше по обожженному изуродованному взрывом телу огромной железной птицы. При этом каждый новый магический рисунок или надпись стала отзываться новым голубым, бирюзовым или зеленоватым свечением. Эта палитра доминировала повсеместно, за исключением двух небольших участков, один из которых располагался в районе, где ранее начиналось крыло, а другой практически под самым раздвоенным хвостом. Там магические знаки почему-то испускали, сразу бросающееся в глаза, ярко желтое огненное сияние.

— Вот! Я сделал это! ― свободной рукой, не удерживающей магический инструмент, брат Сован сделал широкий жест, призывая зрителей насладится зрелищем его замечательной победы.

— И что это означает? ― Тили угрюмо, совершенно не надеясь на хорошие известия, глядел на ряды затейливых светящихся узоров.

— Только что, пользуясь своим уникальным методом, я раскрыл перед вами всю доподлинную историю данного огненного события, ― Сован говорил, а сам не переставая водил и водил магическим солнечным зайчиком по символам и пентаграммам, тем самым не давая им угаснуть. ― Теперь мы можем собственными глазами лицезреть как родился, как разрастался, как набирал силу великий, всемогущий огонь…

Старый маг, как видно, собирался сказать еще много чего громкого и высокопарного, но оба слушателя практически одновременно резко и бесцеремонно его перебили:

— Как все это началось?! ― выдохнул Тили.

— Где загорелось? Какова причина?! ― вторил шефу голос старшего дознавателя.

От такого напора маг на несколько мгновений маг опешил, а когда, наконец, пришел в себя, то заикаясь сбивчиво пролепетал:

— В-вот как раз в этом-то и заключается вся странность. В-вот как раз об этом я и хотел с вами поговорить.

— Ну, так говорите, дьявол вас забери! ― не выдержал глава «Незримого братства».

— Это желтое свечение, ― Сован указал две отливающие золотом пентаграммы. ― Оно как раз и указывает точные места зарождения огня.

— Получается, что их два, ― Тили с Уилсом многозначительно переглянулись.

— Вернее три, ― уточнил маг. ― С другой стороны обломков я обнаружил точно такой же первичный след.

— Подожгли с трех сторон… ― старший дознаватель клана шпионов озвучил единственно возможную версию.

— Я тоже сразу подумал о вероятности поджога, ― резво закивал Сован. ― А это ведь не какая-то там мелочь, это… Я даже не знаю, как это назвать! Это государственная измена! Согласно имперскому закону мы должны немедленно сообщить о случившемся кому-нибудь из представителей власти, в данном случае старшему офицеру конвоя.

— Разумеется, вы правы! ― Тили приблизился к магу и доверительно, но в то же время крепко взял того под руку. ― Но прежде, я бы хотел довести до конца ваш замечательный следственный эксперимент.

Произнося эти слова, главный шпион империи быстро зыркнул по сторонам, дабы определить местоположение всех остальных находящихся в округе действующих лиц. Их, как назло, оказалось довольно много. Приходящие в себя погорельцы, потянулись к соседним кустам для опорожнения своих переполненных брагой мочевых пузырей. Гвардейцы, прибывшего вместе с Тили эскорта, оцепляли территорию, стараясь чтобы не одна чумазая личность, она же вероятный виновник происшествия, вдруг не попыталась «сделать ноги» и скрыться в густом лесу. При этом воины доблестного капитана Нетерхазера, крыли своих еще туго соображающих подопечных самыми последними словами, раздавали им пинки и тычки. В поисках, каких либо ценных улик по пепелищу, будто привидения, бродили четверо подручных старшего дознавателя Уилса. Мастер Тили хорошо знал лишь одного из них, низкорослого крепыша Макбера, а вот остальная троица… она не вызывала у старого шпиона ровным счетом никакого доверия.

— Довести до конца? ― удивленное восклицание брата Сована, заставило Тили вновь открыто честно и доверительно взглянуть ему в глаза. ― А что именно тебя интересует, шпион?

— Покажите нам третью точку поджога. Возможно, именно она и даст кое-какие новые факты для следствия.

— Да, но это там… с противоположной стороны обломков. Сейчас это освещенный и разогретый солнцем участок, что вызовет серьезные помехи в инициации рунных символов, ― старый маг пожал плечами. ― Разумеется, я могу постараться и все сделать, но стоит ли оно того? Не будет ли это пустой тратой времени и сил. Я ведь детально изучил эту зону. В ней нет ничего примечательного. Она совершенно не отличается от тех двух, которые вы уже имели удовольствие лицезреть.

— И все же позволим себе настоять, ― старший дознаватель Уилс, поймал быстрый весьма красноречивый взгляд своего шефа и тут же подхватил старика под вторую руку. ― Мы, достопочтенный брат, обучены подмечать те мелочи и тонкости, на которые другой, не тренированный глаз вовсе и не глянет. Ни в обиду будет вам сказано, пусть даже этот самый глаз и принадлежит лицу, наделенному особыми магическими способностями.

— Ну, раз вы так настаиваете… ― Сован после некоторого колебания все же сдался.

Стоило магу произнести эти слова, как Тили вместе с Уилсом практически поволокли его за громаду искореженного почерневшего металла, именовавшуюся когда-то боевым истребителем с далекой Земли. На какое-то время старый маг вместе с двумя своими сопровожатыми скрылись от глаз всех присутствующих. Подавленные как содеянным, так и своей грядущей печальной участью пленники, суровые и непреклонные гвардейцы, кропотливо перебирающие угли да черепки шпионские служки, все они даже как-то позабыли о трех важных персонах, которые вот только что находились рядом и вдруг все разом куда-то запропали. Однако, как выяснилось, этому забвению не суждено было продлиться достаточно долго.

Неожиданно над, казалось бы, уже окончательно выгоревшим остовом погибшей летающей машины взметнулся яркий сноп пламени, который разом озарил хищными кровавыми отблесками всю округу. Буквально в тот же миг из-за обугленной горы метала выскочили две насмерть перепуганные фигуры, по крайней мере именно так казалось со стороны. Обе они были облачены в серые неброские плащи «Незримого братства». У одного из шпионов, того что пониже и постарше, правый рукав балахона основательно дымился, в двух или трех местах на нем виднелись крупные пропалены по кроям которых все еще плясали небольшие язычки пламени. Однако всеобщее внимание к этим кричащим и размахивающим руками хомос было приковано всего несколько мгновений. Дело в том, что вслед за ними на пепелище шагнуло некое существо, состоящее из абсолютного дико клубящегося пламени. Оно сделало всего несколько неверных шагов, после чего споткнулось и навзничь рухнуло в испещренную десятками следов придорожную пыль, основательно перемешанную с сажей и пеплом. После этого появившиеся первыми шпионы, сразу утихомирились. Сперва они замерли, словно не веря в свое счастливое спасение, а затем даже осмелились приблизится к распростертому на земле все еще продолжающему пылать телу.

— Вот уж бы никогда не подумал, что «Коготь Тангора» произведет на него такое мощное воспламеняющее действие. Обычно жертвы просто усыхают и обугливаются, ― Тили быстрым движением провернул обод надетого на палец кольца и торчащий из него полудюймовый стальной шип втянулся под черный как ночь плоский камень.

— Сован не обычный хомос, и даже не обычный маг. Он полностью посвятил себя огню, через него текла эта великая, и в то же время страшная сила. Не удивительно, что эффект от вашего заморского артефакта получился столь необычным. ― Старший дознаватель краем глаза покосился на бегущих к ним гвардейцев, а затем вернул свой взгляд на пылающее тело адепта братства «Неистового огня». ― Вообще-то, поделом изуверу! Наконец-то на своей собственной шкуре он прочувствовал то, на что обрекал других.

— Что ж, может даже и хорошо, что так вышло… Я имею в виду, смерть у всех на глазах. ― Главный шпион империи будто не заметил слов помощника и принялся тушить свой уже не пылающий, но все еще тлеющий рукав. ― И объяснение проще некуда: в этой дьявольской летающей машине полным-полно всяких горючих жидкостей, а достопочтенный брат Сован был так неудержим в своих исследованиях и так фатально не осторожен…

— Главное, что он уже никому ничего не расскажет, и нам не будут мешать. ― После этих слов Уилс в упор поглядел на шефа: ― Мастер, если это действительно поджог, то выходит, что наши таинственные неуловимые «друзья» снова вернулись?

— По стилю работы похоже. Очень похоже! ― кивнул глава цеха шпионов. ― И я буду не я, если на этот раз мы не познакомимся с ними лично.

— Будут какие-нибудь указания? ― Старший дознаватель наклонился к мастеру, дабы никто другой не смог расслышать их разговор.

— Самолет они уничтожили, значит, теперь станут искать пилота, ― размышляя вслух, протянул Тили.

— Вполне логично.

— А раз логично… ― главный шпион империи в упор поглядел на своего подручного. ― Тогда, Уилс, выпускай воронов. Всех воронов! Поможем нашим гостям в этом, прямо скажем, нелегком деле. ― Отдав этот приказ, мастер невесело усмехнулся и вполголоса добавил: ― И да простит меня хитроумный капитан Нетерхазер.


Загрузка...