Оружие и всемирная история. 50 главных изобретений войны, изменивших мир

Карты

ПОТРЕБНОСТИ ВОЙНЫ СТИМУЛИРОВАЛИ РАЗВИТИЕ КАРТОГРАФИИ, и, в свою очередь, наличие карт оказывало огромную помощь в разработке планов кампаний и сражений. История картографии во многом связана с потребностями военного дела, многие из карт были сняты при поддержке военных организаций или для исключительно военных целей. Армии европейских государств играли ключевую роль, но вне Европы о картографировании тоже не забывали. Так, во второй половине XV в. османская армия заложила традиции военно-разведывательной картографии, а в Южной Азии на карты были нанесены многие крепости.

В Европе основы картографического дела возникли не в военных структурах, но именно они смогли нанести на карты разных масштабов огромные территории: армии располагали для этого желанием и ресурсами, а также обладали соответствующими структурными подразделениями. Владычество европейцев на морях неуклонно росло с XVI в. во многом благодаря тому, что именно европейцы открыли способ изображения земной поверхности на плоскости, позволявший достаточно точно планировать расположение сил и их передвижения.

В 1569 г. фламандец Гарардус Крамер (1512–1594) — его латинизированное по моде того времени имя звучало как Меркатор — изобрел проекцию, отражающую поверхность Земли в виде цилиндра. В этом изображении меридианы были параллельны, а не сходились к полюсам, как в действительности. В результате полюса были «расширены» до той же окружности, какую имеет экватор: это позволило увеличить изображение внетропических регионов до размеров тропиков. Учитывавшая степень кривизны поверхности Земли проекция Меркатора сохраняла необходимые угловые размеры и позволяла сохранять точность изображения в любой точке карты, то есть решала ключевую задачу навигации. При этом, однако, масштаб изображения на карте не был постоянен, а размеры искажались. Между тем эта особенность не составляла проблемы для европейских властителей и купцов, интересовавшихся прежде всего захватом и эксплуатацией земель, лежащих в средних широтах к западу (Америка) и востоку (Южная Азия). Европейцы готовы были предпринимать дальние плавания, если они сулили коммерческую выгоду и достаточную прибыль, позволявшую потом забраться еще дальше. Они применяли карты, составленные в проекциях, оптимальных для ориентации с помощью компаса, прокладки курса и использования ориентиров, особенно в средних широтах.

Картографию можно считать критической точкой, в которой сходились необходимые для обеспечения европейской гегемонии возможности синтеза, распространения, использования и воспроизведения информации. Помимо важнейшей роли в планировании предприятий карты служили для фиксирования и распространения данных об областях, представлявших интерес для европейцев, а также для систематизации данных о влиянии Европы на остальной мир. Проекция Меркатора позволила впервые показать мировые владения Португалии и Испании и обеспечила успех Испании эпохи Филиппа II как мировой державы: первой империи, над которой, после основания испанских колоний на Филиппинах в 1560-х гг., в буквальном смысле «никогда не заходило солнце».

Карты были важны и для ведения войн на Западе. Так, в 1747–1755 гг. англичане провели съемку территории Шотландии в масштабе 1:36000 для составления карты, которая могла бы при необходимости позволить армии действовать более уверенно при любой попытке восстания якобитов, подобного тому, что произошло в 1745 г. Это был картографический эквивалент политики строительства дорог и крепостей, осуществлявшейся в тот же период. В результате Шотландия, и в особенности ее горные районы — хай-ленд, могли оставаться под контролем с различных точек зрения. Крепости служили утверждению власти правительства в ключевых точках, расходившиеся от крепостей дороги обеспечивали путь в шотландские нагорья, а карты давали возможность оценить направления и планировать действия войск. Таким образом, английское правительство обеспечивало себе стратегическое преимущество для противодействия шотландцам при любой попытке повторения якобитского мятежа. Этого, однако, не понадобилось.

Благодаря активной деятельности армейских картографических служб в XVIII в. появились детальные и надежные карты большей части Европы. Так, австрийцы, правившие Сицилией с 1720 по 1735 г., использовали армейских инженеров для подготовки первой детальной карты острова. Французские военные инженеры XVI11 в., такие как Пьер Бурсе, взялись за решение проблемы картирования горных районов — в результате они помогли составить правильное представление о том, что представляет собой альпийский регион. Это оказало большую помощь французам при нападении на Италию в 1792 г.

Длительные войны периода Французской революции и Наполеоновской эпохи (1792–1815) послужили дополнительным стимулом для составления и выпуска военных карт. Британский Артиллерийско-технический департамент занялся составлением карт Британских островов отчасти ввиду угрозы французского вторжения. В период войны в Испании и Португалии (1808–1814) герцог Веллингтон использовал передвижной литографский станок — это может служить примером как использования новых технологий в военном деле, так и значения, которое военачальники стали придавать картам.

В период Гражданской войны в США (1861–1865) полевые командиры активно использовали карты, хотя поначалу они и испытывали в них некоторый недостаток. Коммерческие картографические службы не могли удовлетворить требований военных, так что армии стали укрупнять собственные картографические службы. К 1864 г. Береговая служба США и Инженерный корпус Армии США ежегодно выпускали около 43 тысяч печатных карт для армии северян. В этом году Береговая служба выпустила стандартную карту в масштабе 10 миль на дюйм, покрывавшую большую часть территории, контролируемой Конфедерацией к востоку от Миссури.

На службу армии были поставлены современные технологии, литографские станки обеспечивали быстрый выпуск многочисленных копий. Продукция стандартных копий карт была важнейшим моментом: они позволяли оценить масштаб предстоящих операций и были важны для координации действий частей, находившихся на значительном удалении друг от друга. В ходе Гражданской войны в США это было важно не только для ведения кампаний, но и для проведения отдельных сражений: они приобрели такой размах, что теперь уже нельзя было полагаться на визуальное руководство боем со стороны одного командующего и его способность отдавать распоряжения по ходу дела. В военном деле все большую роль получало предварительное планирование сражения, осуществляемое целой группой штабных офицеров. В такой ситуации карты становились ключом к достижению победы.

Использование карт при решении тактических задач в полной мере проявилось в ходе Первой мировой войны (1914–1918). Крайне важным моментом для ведения позиционной войны оказалось наличие точных карт: благодаря им артиллерия могла определять свои цели. В результате артиллеристы стали все активнее применять непрямой огонь, наводя орудия по дававшимся им координатам. Военная картография переживала настоящий прорыв, которому способствовало внедрение новых технологий, таких как аэрофотосъемка: фотокамеры устанавливали на аэростатах и аэропланах.

В период войны выпуск карт резко возрастал. В момент отправки в 1914 г. во Францию Британских экспедиционных сил (BEF) за производство карт отвечал один офицер и один служащий, а сами карты не отличались точностью. К 1918 г. картографическая служба BEF насчитывала около 5 тысяч человек, она выпустила около 35 миллионов листов карт. Только за десять дней августа 1918 г. было напечатано около 400 тысяч экземпляров.

Этот опыт сослужил добрую службу в годы Второй мировой войны (1939–1945). Военные организации быстро призвали на службу гражданских специалистов. Так, Армин Лобек, профессор геологии Колумбийского университета, отвечал за подготовку карт и схем при разработке операции «Торч» — высадке американских войск во французской Северной Африке в 1942 г. Количество выпускаемых карт также стало решающим фактором. Так, несмотря на то что здания британской Артиллерийско-технической службы в Саутгемптоне в 1940 г. страдали от жестоких бомбардировок немецкой авиации, служба смогла выпустить около 300 миллионов карт. Американская Армейская картографическая служба выпустила более 500 миллионов экземпляров.

Рост значения авиации в ведении боевых действий как на суше, так и на море привел к тому, что многие карты стали весьма сложными. Налет японской авиации на американскую базу в Пёрл-Харборе в 1941 г. стал причиной нового понимания пространств — их стали воспринимать как элемент геополитики. Проекция Меркатора была бесполезна при прокладке воздушных маршрутов: она давала слишком большие искажения, особенно в высокоширотных регионах.

Авиация предъявляла все более высокие требования к качеству карт, которые требовались для планирования и нанесения бомбовых ударов, а также обеспечения взаимодействия с наземными войсками. Особенно нужны были карты целей. Уже существующие напечатанные карты уточняли и дополняли сведениями, полученными с помощью аэрофотосъемки и наземной топографической разведки. Немцы часто использовали карты, выпущенные британской Артиллерийско-технической службой, в качестве основы для собственных. Их дополняли материалами аэрофотосъемки и применяли в бомбардировочной авиации. Воздушная фоторазведка была одним из ключевых моментов в период подготовки десантных и наземных операций. Нападению Германии на Советский Союз в 1941 г. предшествовали дальние разведывательные полеты высотных разведчиков «Дорнье» Оо-215 и «Хейнкель» Не-111. Подобной разведкой активно занимались англичане и американцы накануне высадки в Нормандии в 1944 г.

После окончания Второй мировой фоторазведка и аэрофотосъемка стали одним из элементов «холодной войны», но со временем им на смену пришло спутниковое наблюдение. Создание оцифрованных карт земной поверхности сегодня — одно из важнейших условий, необходимых для применения крылатых ракет. Технологии создания карт на протяжении всей своей истории тесно сочетаются с развитием военной техники.