Осколки Бога

— Вы хотите сказать, что Бог взорвал сам себя и мы — то, что от него осталось? — спросил я.

— Не совсем, — ответил он.

— Тогда что же?

— Осколки Бога делятся на две части. Во-первых, это мельчайшие элементы материи, во много раз меньше тех элементов, которые до сих пор смогли обнаружить учёные.

— Меньше, чем кварки? Я не знаю, правда, что такое кварки, но, по-моему, это одни из самых маленьких частиц.

— Всё сделано из чего-то. И это что-то в свою очередь тоже сделано из чего-то. На протяжении следующей сотни лет, учёные будут всё так же открывать новые и новые уровни строительных блоков материи, каждый меньше предыдущего. И на каждом уровне разница между типами материи будет становиться всё меньше. На самом же нижнем уровне не останется вообще никаких различий. Материя однородна. То из чего она состоит и есть частицы Бога.

— А вторая часть? — спросил я.

— Вероятность.

— То есть, вы утверждаете, что Бог — всесильное существо с сознанием, охватывающим всё сущее в прошлом, настоящем и будущем — состоит только из пыли и вероятности?

— На надо недооценивать это. Вероятность гораздо более мощная сила. Помнишь мой первый вопрос о монетке?

— Да. Вы спросили, почему монетка выпадает «орлом» в половине случаев.

— Вероятность — это всемогущество и вездесущность. Она влияет на каждую монетку в любое время в любом месте, мгновенно. Её нельзя экранировать или изменить. Исход одного подбрасывания случаен, но по мере того, как количество попыток увеличивается, вероятность обретает всё больший контроль над общим исходом. И вероятность не ограничивается монетками, игральными костями или игровыми автоматами. Вероятность — это направляющая сила всего во Вселенной, живого и неживого, близкого или далёкого, большого или маленького, сейчас или в любое другое время.

— Осколки Бога. — Пробормотал я. Это была восхитительная идея, но слишком странная, чтобы охватить её с первого взгляда. — Раньше вы говорили, что не верите в Бога. Теперь говорите, что верите. А на самом деле?

— Я отбрасываю твоё слишком сложное определение Бога — то, которое наделяет его желаниями, потребностями и эмоциями человеческих существ, и в то же время — бесконечным могуществом. И я отбрасываю твоё запутанное понятие о пространстве, как о чём-то неизменном, что человеческий мозг — по счастливой случайности — может охватить.

— Как же вы можете отбрасывать идею неизменной реальности, — возразил я, — если вы говорите, что Вселенная состоит из осколков Бога? Разве это не есть неизменная, стационарная реальность.

— Наш язык и наш мозг слишком ограничены, чтобы иметь дело с чем-либо, кроме стационарной реальности, независимо от того, существует ли такая штука на самом деле или нет. Самое большое, что мы можем — это обновлять иногда наши иллюзии, чтобы они лучше соответствовали потребностям времени. Мы живём во всё более рациональном, основанном на научном подходе обществе. Старые религиозные метафоры нас больше не устраивают — наука нападёт на них со всех сторон. Человечеству нужна новая метафора на следующую тысячу лет, которая позволит Богу и науке сосуществовать, по крайней мере, в наших головах.

— Если ваш Бог всего лишь метафора, почему я должен относиться к нему серьёзно? — спросил я.

— Потому что всё, что ты воспринимаешь, является метафорой чего-то, что твой мозг не в состоянии полностью понять. Бог реален точно так же, как одежда, которую ты носишь и кресло, в котором ты сидишь. Всё это метафоры для чего-то, что ты никогда не сможешь понять.

— Это смешно! Если всё, что мы воспринимаем — обман, всего лишь метафора, то как же мы смогли хоть чего-то достичь?

— Представь себе, что тебя воспитали так, что ты веришь, что морковь — это капуста, а капуста — это морковь. И представь себе, что ты живёшь в мире, где все знают правду об этих продуктах, кроме тебя. Когда ты думал, что ешь капусту, ты ел морковь, и наоборот. Если твоя общая диета была достаточно сбалансирована, то это бы никак не отразилось на твоём здоровье, за исключением постоянных пререканий с другими людьми об истинной природе моркови и капусты. Дальше, предположим, что вы все были неправы, и что и морковь, и капуста — это что-то совершенно другое. Скажем, на самом деле они были яблоками и свёклой. Что-то изменилось бы?

— Вы меня совсем запутали. Выходит, Бог — это кочан капусты? — попробовал пошутить я.

— Независимо от того, понимаешь ли ты истинную природу продуктов или нет, тебе нужно есть. И в моём примере практически никакой разницы не будет, если ты не можешь отличить морковь от капусты. Мы можем действовать только основываясь на нашем восприятии, независимо от того, насколько оно несовершенно. Лучшее, что мы можем сделать, это периодически подправлять наше восприятие — наши иллюзии, если хочешь, — чтобы они соответствовали нашей логике и здравому смыслу.

Загрузка...