Отголоски тебя

24

Нэш

Я обнял Мэдди, притянул ее ближе и вдохнул тонкий аромат персика и ванили. Плевать, что мы стояли прямо перед The Brew, и местные наверняка начнут судачить. Мне слишком нужно было держать ее рядом.

Меня бесила мысль, что она весь день будет работать здесь без защиты. Но Мэдди была упряма, как всегда. Моя девчонка не привыкла отступать и не умела подводить других.

— Все будет хорошо. Обещаю. Весь день я буду среди людей. Адам не станет ничего делать на публике. Он слишком дорожит своей репутацией.

Но вот наедине... Об этом Мэдди не сказала ни слова. Он уже причинил ей боль.

И больше этого не будет. Никогда.

Я отстранился, чтобы посмотреть ей в глаза.

— Ты позвонишь, если увидишь его?

— Обещаю.

Я быстро коснулся губами ее лба.

— Увидимся дома.

Глаза Мэдди на мгновение блеснули, потом она кивнула, выскользнула из моих рук и скрылась в кафе.

Слова сорвались сами. Дом. Я не был в своем доме на окраине города ни для чего, кроме пары переодеваний, с тех пор как Мэдди вернулась. И незаметно ее домик стал для меня куда больше домом, чем мое собственное жилье. Дело было не в стенах, а в том, что Мэдди наполняла их собой. Ее аромат. Ее свет. Ее присутствие. Она всегда была моим домом. И это никогда не изменится.

Я пересек улицу, забрался в свой внедорожник и направился в участок. Когда припарковался, увидел, как Лоусон пересекает стоянку. Вышел из машины и двинулся ему навстречу.

— Эй.

Челюсть Лоусона едва заметно напряглась.

— Утро. Как сам? Как Мэдди?

— Сегодня ей намного лучше.

— А ты?

Я слегка повел плечом, проверяя его.

— В порядке. Док сказала, что завтра можно снять повязку.

Брови Лоусона приподнялись.

— Ты уверен?

Я сдержал желание закатить глаза.

— Можешь позвонить, если не веришь.

Его губы дрогнули.

— Придется, наверное.

— Куда направляешься? — Лоусон выглядел слишком сосредоточенным, чтобы просто гулять.

Он вздохнул.

— Наконец выяснил, где остановился Адам Уэстчестер.

Я сузил взгляд.

— Я еду с тобой.

— Нельзя. Ты связан с этим делом лично.

— А ты нет? Все в нашем участке знают Мэдди. Такова жизнь в маленьком городе. Я отказался участвовать в поисковой операции, но сейчас не отойду в сторону. Либо берешь меня, либо я пойду один.

Лоусон чертыхнулся себе под нос.

— Вот почему я пытался уехать до твоего прихода.

— Знал же, что я все равно узнаю и всыплю тебе.

— Можешь попробовать.

И тут он был прав. Лоусон и Холт выпускали пар в спаррингах. У Холта демоны поутихли после возвращения Рен, а вот Лоусон все еще бил грушу каждый день по часу. У меня было преимущество в скорости, но сила была на его стороне.

Я хлопнул его по плечу.

— Хорошо, что не придется проверять, а то мама бы нас обоих убила.

Лоусон коротко хмыкнул.

— Ладно. Поехали вместе. Не доверяю твоему одноруковому вождению.

— Эй. Я отличный водитель. Две руки мне не нужны.

— Ты лихач, которого мне стоило арестовать не один раз.

Я устроился на пассажирском сиденье его внедорожника.

— Не понимаю, о чем ты.

Он завел двигатель.

— Отрицание — не только река в Египте.

— Серьезно? Папские шутки?

— Я вообще-то папа.

— Нам нужно поработать над твоим чувством юмора. Женщину так не завоюешь.

Лоусон выехал со стоянки и направился за город.

— Женщина сейчас — последнее, о чем я думаю. Мне бы голову над водой удержать.

Некоторые из Хартли не были созданы для отношений: я, Роан, даже Холт в свое время. Но Лоусон... На нем будто было написано «брак и семья». Он был надежным, верным, защитником. Таким мужчиной, какого любая женщина хотела бы рядом. И половина городка действительно хотела. Но прошлое исказило его представления. Сколько бы мы ни говорили, он не считал, что заслуживает этого.

— Где он живет? — спросил я, решив пожалеть брата и сменить тему.

— В Peaks.

Я стиснул челюсть.

— Надо попросить Кейдена выставить его.

— Можно, но тогда мы потеряем его из виду. А так хоть знаем, где искать.

— Логично. — И, конечно, Адам остановился именно там. Только самое дорогое место для этого ублюдка.

— Держи себя в руках. Если врежешь ему, он подаст в суд.

Мои пальцы сжались сами по себе, будто уже готовы были ударить.

— Знаю.

— Надеюсь, увидев полицию, он поймет, что связываться не стоит, и вернется в Атланту.

Боже, хотелось бы верить. Но с таким типом никогда не знаешь. Наш визит мог его спугнуть, а мог только разозлить.

Лоусон остановился у шлагбаума и опустил окно.

Охранник кивнул нам.

— Чем могу помочь?

— Кейден Шоу оставил для меня пропуск. Шеф полиции Лоусон Хартли.

Парень сразу нажал кнопку, открывая ворота.

— Нужна карта?

Лоусон покачал головой.

— Нет, спасибо.

— Хорошего дня.

— И вам.

Мы проехали через ворота.

— Тебе повезло. В прошлый раз меня тут заставили показать документы и смотрели так, будто я собирался ограбить это место.

Лоусон фыркнул.

— У тебя, видимо, просто такой вид.

— Грубо, — бросил я, взглянув на брата. — Ты рассказал Кейдену, что происходит?

— Сказал, что один постоялец доставляет Мэдди неприятности, и я хочу поговорить. Он подсказал номер домика.

Если отец Кейдена узнает, будет в ярости, но мы не станем его сдавать.

— Нужно спросить у Мэдс, можно ли ему все рассказать. Он должен знать. Особенно если этот придурок здесь.

— Она еще злится, что ты рассказал нам?

Я покачал головой.

— Нет. И вчера сама все сказала Грей и Рен. Просто ей тяжело. Она чувствует стыд, что это случилось с ней снова.

— Даже не представляю, что у нее сейчас в голове. Ей нужно время, чтобы все переварить. Но она справится.

— Я знаю. И она уже начинает понимать, что вокруг нее люди, готовые поддержать.

Лоусон остановился у одного из больших домиков.

— И это правильно. Она должна знать, что не одна и что никто не осуждает ее. Ни в чем ее вины нет.

— Вот именно. — Я распахнул дверь. — Давай покончим с этим.

Лоусон вышел, захлопнув дверь так, что тот, кто был в домике, наверняка услышал.

— Дай мне начать разговор.

— Ладно, — отрезал я.

Мы поднялись по каменным ступеням к роскошному домику. Лоусон поднял руку и нажал на дверной звонок. Молчание. Минуту — ни звука.

— Пытается сбить нас с толку, вернуть себе контроль, — сказал я.

Лоусон кивнул.

— Не выйдет. У меня дома три маленьких монстра. Я видел все их трюки.

Я усмехнулся.

— Может, натравим их на Адама? Час не пройдет — будет умолять о пощаде.

Послышались шаги, и вся улыбка моментально слетела с лица.

Щелкнул замок, дверь распахнулась. Я встречал этого человека дважды — он приезжал в Сидар-Ридж к Мэдди до того, как она переехала. Но сейчас выглядел куда более самодовольным. Светло-каштановые волосы уложены так тщательно, будто одно выбившееся звено довело бы его до инфаркта. Одет как на деловую встречу, а не на отдых.

— Офицеры, чем обязан? — Его серые глаза сразу зацепились за меня. — Нэш. Давненько не виделись.

— И слишком скоро снова встретились, — пробормотал я.

Лоусон сделал шаг вперед.

— Мистер Уэстчестер. Я шеф полиции Хартли из Сидар-Риджа.

Адам протянул руку.

— Еще один Хартли. Вас тут многовато.

Лоусон улыбнулся самым обезоруживающим образом.

— Есть такое.

— Чем могу помочь? — спросил Адам.

— Нужно поговорить о Мэдди Бирн.

Адам приподнял бровь, деланно удивившись.

— С моей невестой все в порядке? Она не попала в аварию?

— Она не твоя невеста, — прорычал я.

Адам улыбнулся виновато.

— Боюсь, мы с Мэдисон немного повздорили дома. Она вспылила, чтобы проучить меня, но мы скоро все уладим. Ну вы же знаете женщин — драматичны до невозможности.

Я уже открыл рот, чтобы сказать ему, что Мэдди не захочет иметь с ним ничего общего, но Лоусон наступил мне на ногу. Сильно. Я едва сдержал ругательство.

— Боюсь, мисс Бирн смотрит на вещи иначе. Я должен попросить вас держаться на расстоянии, о котором она просила, и не контактировать с ней. Не хотелось бы доводить до судебного приказа о запрете приближения, — спокойно произнес Лоусон.

Первый проблеск настоящей ярости мелькнул в глазах Адама, но тут же исчез.

— Не представляю, какие доказательства Мэдисон сможет представить, чтобы убедить судью выдать такой приказ. Она, конечно, может попробовать, но вряд ли дойдет до этого.

— А как насчет фотографий и рентгена ее трех сломанных ребер? — процедил я сквозь зубы.

На лице Адама мелькнула тень озабоченности. Я бы поверил, если бы не знал, какой он мерзавец. Он покачал головой.

— Ужасно. Она упала? Она всегда была неуклюжей. Не в первый раз...

Я взорвался. Рванул вперед, но Лоусон дернул меня назад.

— Не надо. Этого он и добивается.

Адам хмыкнул.

— Послушай брата. Тебе лучше не связываться со мной. И кто ты вообще? Никто. Какой-то паренек из глуши, который бросил Мэдисон, едва она уехала.

Гнев душил, не давал дышать.

— Мистер Уэстчестер. Это официальное предупреждение. Я буду вести подробные записи по этому делу, и все мои офицеры проинструктированы держать вас в поле зрения. Было бы неприятно, если бы даже временный судебный запрет стал достоянием общественности. Думаю, городским СМИ было бы интересно осветить обвинения против вас, — сказал Лоусон, крепко удерживая меня.

Краснота поползла вверх по шее Адама.

— Звучит как угроза со стороны полицейского. Сомневаюсь, что ваши начальники обрадуются, услышав, что вы себе позволяете.

Лоусон пожал плечами.

— Просто предупреждаю о последствиях. Мне бы не хотелось, чтобы все это вышло наружу.

— Я сообщу своему адвокату, — бросил Адам и с силой захлопнул дверь перед нами.

Лоусон отпустил меня.

— В машину.

Я молча зашагал к внедорожнику. Забрался, громко хлопнув дверью. Лоусон сел спокойнее, завел мотор и выехал.

— Вот поэтому я не хотел тебя брать. Понимаешь, что было бы, если бы ты ударил его?

— Прости. Просто... он причинил ей боль. Она напугана до смерти, сломлена, и я ничего не могу сделать, потому что не был рядом, когда ей нужна была помощь. Я обещал всегда быть рядом. — Голос предательски дрогнул.

Лоусон свернул на обочину и поставил машину на парковку.

— Ты никак не мог знать, что это происходит.

— Должен был. Она изменилась. Отдалялась. А я думал, что дело в их отношениях. Что она уходит от меня.

— Это нормально, — сказал Лоусон. — Люди расходятся. Все меняется.

Горечь подступила к горлу, обжигая, пока я говорил:

— Я и раньше не заметил. Ее отец избивал ее до полусмерти, а я не увидел ни одного знака. Он чуть не убил ее, а я все допустил. Я поклялся, что больше никто не причинит ей боль. И вот где мы.

— Нэш, — тихо сказал Лоусон. — Жертвы умеют скрывать. Это не твоя вина.

Я резко повернулся к нему.

— Я знаю ее лучше всех. Знал, что она одна. Видел синяки и думал, что упала. Должен был понять, что врет. Ты же знаешь, что Мэдс врать не умеет.

Лоусон несколько секунд просто смотрел на меня, потом спросил:

— Ты влюблен в нее?

Каждый удар сердца отдавался в ушах. Я никогда не говорил этого вслух. Ни разу.

— Я люблю ее с того дня, как она подставила подножку тому хулигану в детсаду.

— И почему, черт возьми, ты ей не сказал? Ты же знаешь, она тебя тоже любит. Зачем мучаешь вас обоих?

Я уставился в окно. Горы, озеро вдали — все это не приносило ни капли покоя. Я знал, что Мэдди любит меня. И от этого было еще больнее. Но я не мог дать ей то, чего она заслуживает.

— Ее слишком много предавали. Те, кто должен был любить, делали ей хуже всего.

— Так не будь таким человеком, — настаивал Лоусон.

Я повернулся к нему.

— Ты знаешь, какой я. Я все испорчу. И что тогда? Мэдди останется одна. Поэтому я поклялся никогда не переходить эту черту. Неважно, что я чувствую ее в себе каждую секунду. Неважно, что она нужна мне больше, чем воздух. Я не могу рискнуть потерять ее и оставить одну.

Но стены, которые я так старательно строил, давали трещину. Еще один точный удар и я уже не смогу держаться подальше…