Пламя не спрашивает разрешения

Глава 12

Между строк свитков У Хуна были записи. Формулы, диаграммы, комментарии. Солнечное Копье. Корона Пламени. Тело Звезды. Техники третьей ступени, упрощённые для использования культиваторами второй, адаптированные под Солнечное Пламя.

Разумеется, мне рано было их использовать, даже понять толком не получалось. Разумеется, я попытался.

Начал с самой простой, самой близкой — Короны Пламени, своего рода гибрида моих Щита Пламени и Взгляда сквозь Пламя. Создание ореола из пламени вокруг головы, который защищает от ментальных атак и усиливает восприятие.

Первая попытка закончилась опалёнными волосами. Вторая — ожогом кожи головы. На десятой я смог создать корону… как мне показалось. Очнувшись у целителя, чуток отлежался и вернулся в библиотеку.

Я же упорный. Не буду говорить, кто именно упорный.

[Изучается техника третьей ступени]

Предупреждение: Несоответствие уровня

Риск повреждения: Высокий

Потенциальная награда: сомнительная

Ты играешь с силами, которые тебе не по зубам. Это похвально и глупо одновременно. Большинство героев умирают именно так — пытаясь схватить больше, чем могут удержать.

К обеду я довёл время удержания Короны до двух третей секунды, при вполне терпимых ожогах. Не много, но в бою может стать решающим преимуществом.

После обеда неожиданный визит — патриарх лично пришёл в Павильон Тлеющих Углей.

— Чжоу Сяо, — обратился он прямо ко мне, игнорируя поклоны остальных учеников. — Пройдём со мной.

Мы шли через территорию клана в молчании, пока не достигли небольшого сада с прудом и беседкой. Место выглядело простым, но я чувствовал мощные защитные барьеры — здесь можно было говорить о чём угодно без риска подслушивания.

— Ты изучаешь техники У Хуна, — констатировал патриарх, усаживаясь на каменную скамью.

— Я получил их в качестве награды.

— Я не осуждаю. Наоборот, одобряю. Но есть нюанс. — Он посмотрел мне в глаза. — У Хун был моим учеником. Личным учеником. Я видел, как он поднимался, и видел, как падал. Знаешь, что сломало его?

Я покачал головой.

— Амбиции. Он хотел достичь пятой ступени до двадцати лет. Рекорд клана, да и для Пути Молнии впечатляющий результат. Форсировал развитие, принимал запрещённые пилюли, тренировался по двадцать часов в сутки. И достиг цели. Но пламя… пламя не простило спешки. Оно забрало плату — его разум.

— Почему вы мне это рассказываете?

— Потому что вижу в тебе тот же потенциал. И те же амбиции. Турнир через два месяца, а ты всё ещё не достиг порога второй ступени. Искушение форсировать развитие должно быть огромным.

Он был прав. Каждый день я думал о том, чтобы рискнуть и попытаться прорваться на третью ступень немедленно.

— Но ты сдерживаешься, — продолжил патриарх. — Это хорошо. Медленное пламя горит дольше яркого. У меня есть предложение.

— Слушаю.

— Есть техники… не то чтобы секретные или запретные, но неодобряемые. Разумеется, все кланы их используют — с переменным успехом. Разумеется, все участники турнира будут из числа освоивших. Техника Эссенции Солнца — не для увеличения силы, а для её оптимизации. Сжатие пламени до предела, очищение от примесей, кристаллизация энергии. Ты останешься на первой ступени, но станешь близок к начинающим вторым из кланов попроще.

— Какая цена?

— Боль. Невообразимая боль. Процесс займёт неделю непрерывных мучений. Выживают семеро из десяти. И не болтай… ты не из болтливых, но всё же — даже друзья не должны знать.

Семьдесят процентов выживаемости. Для мира культивации — отличные шансы.

— Когда начинаем?

Патриарх улыбнулся.

— Сегодня ночью. Приходи в мой личный тренировочный зал после полуночи. И морально готовься. Это будет худшая неделя твоей жизни. И, возможно, не только этой жизни.

Ну вот что ответить на это… на оба посыла? Вот и промолчал.

Остаток дня прошёл в подготовке. Я предупредил Ли Мэй, что буду отсутствовать неделю — «секретная тренировка». Она приняла это спокойно, только попросила не умереть.

Фань Мин был менее оптимистичен.

— Патриарх не делает подарков, — сказал он. — Если он лично предлагает технику, значит, ему что-то нужно от тебя.

— Например?

— Не знаю. Но будь осторожен. В нашем, далёком от идеала мире, доверие — это роскошь, которая обычно заканчивается ножом в спине. И бывает, что это ещё неплохой вариант.

Мрачно, но справедливо.

В полночь я пришёл в личный зал патриарха, где меня уже ждали. Рядом с ним стоял котёл, наполненный странной жидкостью — не водой, а чем-то похожим на жидкое золото.

— Эссенция Солнца, — пояснил он. — Собиралась по капле последние девятнадцать лет. Достаточно для одного применения.

— Что я должен делать?

— Войти в котёл и медитировать. Эссенция проникнет в твоё тело, сожмёт и очистит пламя. Процесс не требует твоего участия, но крайне болезненный. Если потеряешь сознание — умрёшь. Если попытаешься выйти раньше времени — умрёшь. Семь дней и семь ночей. Готов?

Я разделся и сделал шаг в котёл… в последнее мгновение, осознав, что происходит, почти удержал ногу — но что-то изнутри меня само завершило шаг.

Что??? Что я, сука, сделал, о чём я думал? Я собрался по своей воле свариться в котле?

Это точно мои мысли, моё решение?

Жидкость была горячей — не обжигающей для культиватора огня, но неприятной. Ладненько, может, всё не так и страшно.

— Начинаем, — сказал патриарх и активировал печати вокруг котла.

Первые несколько секунд ничего не происходило. Потом эссенция начала проникать в тело через кожу, и мир взорвался болью.

Представьте, что каждую клетку вашего тела одновременно сжигают, замораживают, разрывают на части и собирают обратно. А потом умножьте вдвое.

Я закричал. Не смог сдержаться — боль была за гранью человеческого понимания.

— Кричи сколько хочешь, — спокойно сказал патриарх. — Звукоизоляция абсолютная, кроме меня и тебя здесь никого не будет. Но не теряй сознание. Это только начало.

Первый час был адом. Второй — чем-то хуже ада. К третьему часу я потерял способность кричать — горло сорвалось.

Но где-то глубоко внутри, под слоями боли, я чувствовал изменения. Внутреннее пламя сжималось, уплотнялось, становилось чище. Хаотичная энергия структурировалась, примеси выгорали, оставляя только суть.

[Процесс очищения: 1 %]

Ты добровольно подверг себя пытке, которую любая инквизиция сочла бы чрезмерной. Это храбрость или глупость? Время покажет. Если выживешь.

Первый день слился в бесконечный поток агонии. Я цеплялся за медитацию как за спасательный круг, выполняя циклы Дыхания Пепла снова и снова. Это давало иллюзию контроля, точку фокусировки в океане боли.

К концу первых суток процесс очищения достиг десяти процентов. Я чувствовал, как пламя внутри меняется — становится плотнее, горячее, но одновременно более управляемым.

Патриарх периодически появлялся, проверяя моё состояние и добавляя в котёл какие-то травы и порошки.

— Ты держишься лучше, чем ожидалось, — отметил он в конце второго дня. — У Хун на этом этапе уже бредил.

У Хун проходил через это? Это объясняло его последующее безумие — неделя непрерывной пытки могла сломать кого угодно.

Третий день принёс новое испытание. Эссенция начала работать не только с пламенем, не только с душой — но и с телом. Кости трескались и срастались, становясь плотнее. Мышцы разрывались и восстанавливались, становясь сильнее. Даже кровь изменялась, становясь гуще и горячее.

[Процесс очищения: 35 %]

[Обнаружена физическая трансформация]

Твоё тело адаптируется к очищенному пламени. Ты становишься менее человеком и более сосудом для огня. Это цена силы. Готов ли ты её платить?

На четвёртый день я понял, я осознал…

Я — точка наблюдения, подвешенная в пространстве между пространствами, в складке реальности, которая не должна существовать. Подо мной — нет, вокруг меня, во мне — горят города, все сразу, во всех временах одновременно. Столица Небесной Империи гибнет в пламени рядом с футуристичными мегаполисами Земли. Цзиньхэ, величайший порт континента, тонет в кипящем океане, города на Марсе, которых ещё нет, уже превращаются в стекло от жара.

Я чувствую каждую смерть. Миллиарды голосов сливаются в один протяжный стон, который резонирует с чем-то внутри меня. И с ужасом понимаю — это не видение, не иллюзии, не галлюцинация. Это память. Память огня, который я принял в себя.

«Мы помним всё,» — шепчет пламя внутри меня голосом, старше звезд. «Каждый пожар, каждую искру, каждое горение с начала времен. И ты теперь — часть этой памяти.»

Поднимаю взгляд (если это можно назвать взглядом) выше. Звёзды умирают. Не когда-то в будущем — прямо сейчас, в этот не-момент вне времени. Сверхновые вспыхивают и коллапсируют, галактики сворачиваются в спирали огня и исчезают. И в центре каждой космической катастрофы я вижу… себя?

Нет, не себя. Нечто, использующее мою форму как временный сосуд. Тысячи, миллионы версий меня, растянутых по всей временной линии вселенной, и каждая горит, питая своей агонией рождение или смерть звезды.

А потом время начинает течь вспять. Или вперёд. Или во все стороны сразу — в этом месте за гранью такие концепции теряют смысл. Я становлюсь свидетелем рождения вселенной.

Не было взрыва. Был Огонь. Первородное Пламя, существовавшее до материи, до энергии, до самой возможности существования. ОНО не имело формы, потому что форма ещё не была изобретена. ОНО не имело цели, потому что целеполагание требует времени, а время ещё не родилось.

ОНО просто БЫЛО. И в своем бытии ОНО решило стать всем остальным.

Вижу, как Первородное Пламя разделяет себя. Не на части — на возможности. Каждая искра становится потенциалом галактики, звезды, планеты, живого существа. Но разделение — это иллюзия. Все искры остаются ОДНИМ, просто притворяющимся многими.

«Понимаешь теперь?» — спрашивает голос, который одновременно мой и не мой, внутренний и приходящий из-за границ вселенной. «Культивация огня — это не путь к силе. Это путь домой. Каждая искра стремится вернуться к источнику. А для этого нужно сжечь все иллюзии раздельности.»

И тут я вижу себя. Настоящего себя.

Моё тело висит в пустоте — обугленное, искорёженное, больше похожее на археологическую находку из Помпей, чем на живого человека. Кожа превратилась в уголь и местами осыпалась, обнажая кости, которые светятся изнутри неземным светом. Глазницы пусты, но в них танцует пламя, смотрящее прямо на меня — наблюдателя.

«Это ты,» — поясняет голос. «Не будущий. Не прошлый. Вечный. Ты всегда был таким под маской плоти. Обугленный труп, в котором живёт искра Изначального.»

… Открыл глаза.

Оказывается, пятый день уже прошёл. Боль, видимо, достигла такого уровня, что перешла через край восприятия и стала почти абстрактной. Я больше не чувствовал тело — только пламя. Чистое, яркое, идеальное пламя.

[Процесс очищения: 70 %]

[Достигнут порог трансформации]

Выбор: принять изменения полностью, потеряв часть человечности, или сопротивляться, сохранив себя, но ограничив потенциал. Что ты выберешь?

Шестой день прошёл в странном трансе. Я был одновременно в котле и вне его, наблюдая за процессом со стороны. Видел, как последние примеси покидают тело, превращаясь в чёрный дым. Видел, как пламя кристаллизуется, превращаясь из хаотичной энергии в упорядоченную структуру.

На седьмой день боль исчезла. Просто выключилась, как будто кто-то щёлкнул выключателем. Я открыл глаза и увидел патриарха, стоящего рядом с котлом.

— Готово, — сказал он. — Можешь выйти.

Я встал, ожидая слабости после недели пытки. Но чувствовал себя… великолепно. Сильным, быстрым, полным энергии.

Посмотрел на своё тело и замер. Кожа изменила цвет — стала золотисто-бронзовой, с едва заметными узорами, похожими на языки пламени. Мышцы стали более рельефными, но не массивными — скорее жилистыми, как у профессионального бойца. И температура — я буквально излучал тепло, делая воздух вокруг себя дрожащим.

[Процесс очищения завершён: 100 %]

[Получен уникальный статус: Очищенное Солнце]

Эффекты:

— Эффективность всех огненных техник увеличена

— Расход энергии уменьшен

— Физические характеристики увеличены

— Иммунитет к огню ниже второй ступени

— Слабая регенерация от солнечного света

— Способность выживать при высоких температурах

Побочные эффекты:

— Невозможность использовать техники других стихий

— Уязвимость к водным и ледяным атакам

— Изменение внешности (необратимо)

— Частичная потеря тактильной чувствительности

— Как ощущения? — спросил патриарх.

— Странно. Непривычно. Иначе.

— Ты теперь сильнейший культиватор первой ступени в клане. Возможно, и в империи не из последних. Твоё пламя чище, чем у большинства учеников второй ступени. — Он протянул мне робу из специальной огнеупорной ткани. — Но помни — сила без контроля ведёт к катастрофе.

Я кивнул, одеваясь. Ткань неприятно холодила кожу — первое ощущение прохлады за неделю, и оно не порадовало.

— Почему вы это сделали? Правда?

Патриарх помолчал.

— У меня есть план. Долгосрочный план, связанный с будущим клана. И ты — важная часть этого плана. Когда придёт время, ты узнаешь. А пока — готовься к Турниру.

Возвращение в Павильон Тлеющих Углей вызвало фурор. Все смотрели на мою изменённую внешность с смесью страха и восхищения.

— Что с тобой сделали? — спросила Ли Мэй, обходя вокруг и изучая изменения.

— Улучшили. Или испортили. Зависит от точки зрения.

Она коснулась моей руки и тут же отдёрнула ладонь.

— Горячо! Ты как печка!

— Побочный эффект. Один из, если что.

Фань Мин подошёл ближе, его тёмное пламя резонировало с моим очищенным.

— Твоя энергия… она почти твёрдая. Я ощущал такое у мастеров, но как это возможно достичь ученику?

Следующие дни показали масштаб изменений. Моя Огненная Стрела теперь пробивала каменные стены в ладонь толщиной насквозь. Щит выдерживал атаки учеников ступени Разгорающегося Пламени без напряжения. Даже Плазменная Искра стала стабильной и управляемой.

Но самое важное — техники У Хуна теперь были… всё так же непонятны, но уже не настолько. Корона Пламени держалась почти секунду без усилий, и три — с максимальным напряжением. С остальными было не так радужно, но начало положено.

[Анализ боевого потенциала]

Эффективный уровень: Разгорающееся пламя (срединная фаза)

Шанс победы над стандартным противником первой ступени: 95 %

Шанс победы над противником, прошедшим аналогичный ритуал: 45 %

Но были и проблемы. Обычная еда больше не насыщала — приходилось есть специальные пилюли с концентрированной огненной энергией. Сон стал необязательным — тело восстанавливалось, просто находясь на солнце. И холод… любой холод стал невыносимым. Даже прохладный ветер вызывал дискомфорт.

За полтора месяца до Турнира патриарх объявил предварительный отбор. Триста претендентов на сто мест. Отборочные бои начинались через неделю.

Формально я уже был участником Турнира — и вряд ли бы кто возразил. Но… традиции, пришлось принять участие и в отборе. В принципе, даже полезно — и тренировка, и верность оным традициям продемонстрировать, да и себя показать.

В день отборочных боёв. Арена клана была расширена — пятьдесят метров в диаметре вместо обычных тридцати. Трибуны забиты до отказа.

Жеребьёвка определила мне противника — Сун Вэя, вершина Тлеющих Углей из основной группы. Стандартный культиватор огня, без особенностей, но с трёхлетним опытом.

Мы вышли на арену. Он оценивающе осмотрел меня.

— Ты тот самый со странным пламенем? Не выглядишь таким уж особенным.

Я не ответил. Разговоры — трата энергии.

Гонг.

Он атаковал стандартно — Огненные Стрелы веером. Я даже не стал уклоняться, позволяя им врезаться в мою Корону Пламени. Стрелы растворились, не причинив вреда.

Его глаза расширились.

— Но мы же одной ступени!

Вместо ответа я атаковал. Одна усиленная Огненная Стрела, но усиленная Очищением.

Он поднял щит. Щит испарился. Стрела пробила защитную робу и врезалась в грудь, отбрасывая его к краю арены.

Сун Вэй попытался встать, но я уже был рядом.

— Сдаюсь, — прохрипел он.

Весь бой занял пятнадцать секунд.

Трибуны взорвались криками.

Но я знал правду. Это был не я. Это была сила Очищения, техники У Хуна, знания из древних свитков. Я просто сосуд, собравший осколки чужих достижений.

[Философское осознание]

Ты начинаешь понимать истину. Сила не принадлежит никому. Она течёт через нас, временно задерживаясь, но всегда двигаясь дальше. Ты не владелец пламени — ты его временный хранитель. И однажды оно найдёт нового носителя.

Вопрос: что ты оставишь после себя, кроме пепла?

Остальные отборочные бои прошли по похожему сценарию. Я выиграл все пять поединков, ни разу не получив серьёзных повреждений.

Вечером было объявление результатов. Я, разумеется, в составе. Но радости не было. Только усталость и странное ощущение пустоты.

Ли Мэй нашла меня на крыше, где я медитировал под звёздами.

— Впечатляющие бои, — сказала она, садясь рядом.

— Спасибо.

— Но ты не рад.

— Должен?

— Большинство было бы в экстазе от такого успеха.

Я посмотрел на звёзды.

— Знаешь, что каждая звезда — это огромный шар плазмы, медленно сгорающий в пустоте? Миллиарды лет горения, и потом — либо медленное угасание, либо взрыв, уничтожающий всё вокруг. Мы как маленькие звёзды. Горим, светим, согреваем. А потом гаснем, оставляя только пепел.

— Философия, опять? Тебя нельзя пускать в библиотеку.

— Реальность. У Хун был одним из сильнейших. Где он теперь? В клетке, безумный и сломленный. Старейшина У жил двести сорок лет. Что осталось? Горстка пепла. Патриарх могущественен. Но и он однажды сгорит.

Она молчала, глядя на звёзды.

— Тогда зачем все это? Зачем сражаться, развиваться, стремиться к силе?

— Не знаю. Может, в этом и смысл — искать ответ, пока горишь. Или просто гореть как можно ярче, пока есть топливо.

— А ты? Как ты хочешь гореть?

Я задумался.

— Полезно. Хочу, чтобы мой огонь согревал, а не сжигал. Освещал путь, а не ослеплял. Защищал, а не уничтожал. Но пламя… у пламени своя воля. И она редко совпадает с желаниями носителя.

Мы сидели в тишине, каждый погружённый в свои мысли.

[Достигнуто понимание]

Ты начинаешь видеть дальше силы и славы. Это первый шаг к истинной мудрости. Или к экзистенциальному кризису. Время покажет, какая судьба тебя ждёт.

Месяц до Турнира. Интенсивная подготовка ста отобранных. Групповые тренировки, спарринги, изучение потенциальных противников из других кланов.

И слухи. Постоянные слухи о том, что грядёт на Турнире.

Клан Небесного Грома выставлял троих учеников с природным сродством к молнии. Клан Текущей Воды — мастеров иллюзий, способных топить противников в их собственных мыслях. Клан Неколебимой Земли — живые горы, неуязвимые для физических атак. Клан Царственного Металла — убийц, чьи клинки разрезали само пространство.

И мы. Клан Огненного Феникса. Считавшийся самым слабым уже столетие.

Но у нас были свои козыри.

Две недели до Турнира патриарх собрал финальное совещание.

— Правила изменились, — объявил он. — Император мёртв больше полугода, временное правительство разваливается. Турнир будет не просто соревнованием — это будут настоящие бои без правил. Смертельные техники разрешены. Убийства не наказываются.

— У каждого из вас будет телепортационный талисман, — продолжил патриарх. — Одноразовый, вернёт в клан при активации. Но использование означает выбывание из Турнира. Позор хуже смерти, но лучше, чем потеря перспективного ученика.

Он посмотрел на каждого из нас.

— Я не требую от вас победы. Требую, чтобы вы показали, что Огненный Феникс ещё жив. Что наше пламя ещё горит. И если потребуется — чтобы сожгли любого, кто встанет на пути.

Воодушевляющая речь.

После совещания ко мне подошёл патриарх.

— Отдельное задание для тебя. В Турнире будет участвовать наследник клана Царственного Металла — Цзинь Лун. Ему восемнадцать, несмотря на всего лишь первую ступень — Отблеска Клинка — очень опасен, скорее всего, его путь схож с твоим. Если встретишься с ним — убей его.

— Имей в виду, у него есть техника Разрезающая Судьбу. Один взмах — и противник не просто умирает. Его существование стирается из реальности. Защиты нет.

Весело, просто обосраться.

— И такое разрешено на Турнире?

— Теперь разрешено всё. Это не соревнование, Чжоу Сяо. Это война за трон. И в войне нет правил.

Последний день перед отъездом на Турнир. Я стоял на крыше Павильона, глядя на клан, который стал моим домом за последние месяцы. Несовершенный, жестокий, но дом.

Завтра начнётся битва, которая определит будущее империи.

И я, попаданец из другого мира, носитель изменённого пламени, буду в центре этой битвы.

[Дорога судьбы достигает развилки]

Все подготовки завершены. Все карты розданы. Завтра начнётся игра, где ставка — жизнь, а выигрыш — сомнителен. Ты готов? Глупый вопрос. Никто никогда не готов к войне. Но война не спрашивает разрешения.

Пламя тоже не спрашивало. И не будет.

Гори ярко, Чжоу Сяо. Гори, пока можешь.