Плохая жена

Глава 8. Депрессия

Что супруги, находясь в длительном браке умеют делать лучше всего?

Делать вид, что ничего не случилось на следующий день после семейного апокалипсиса.

Ульяна была очень удивлена, что проснулась утром не от будильника, а потому что устала спать. Дома никого не было, даже Владика. Из сообщения от мужа она узнала, что он сам собрал детей в садик и школу, Влад у его брата, пусть она лежит дома с больной головой. Ульяна усмехнулась, вспоминая слова своей обожаемой свекрови «нет полезней скотины в хозяйстве, чем виноватый муж». Только ей даже виноватая скотина уже была в доме не нужна...

***

Муж пригласил её на ужин, ведь у неё день рождения, который он прошляпил, но всё-таки решил проставиться ради приличия. Саша договорился с ней заранее, чтобы она нашла с кем из их родственников оставить детей, сделала прическу и маникюр. Мелкие женские радости почему-то этой самой радости совсем не приносили.

Депрессия - следующая стадия пришла на смену остальным стадиям принятия неизбежного. Было и отрицание, и гнев, и торг, осталось немного и она, наконец, примет новую реальность, что надо что-то менять, а сил на это пока не было.

Ульяна вставала утром через не могу, делала привычные дела через не хочу, ночью ложилась спать через не надо. Саша вёл себя как всегда и теперь её это даже устраивало, что он молча уходит рано утром и молча приходит поздно вечером. Ей становилось всё больше всё равно, почему он не приходит домой. На самом деле не может или не хочет?

Складывая грязную одежду в стиральную машинку, она посмотрела на его рубашку, может, стоит принюхаться? Может, у её мужа появилась любовница, поэтому он так изменился? Жена стала плохой, любовница всё больше становилась хорошей по сравнению с ней.

Ульяна только вздохнула и кинула рубашку в стиралку. Пофиг... Хоть стадо любовниц мимо неё пронесётся.

Она будто ждала хоть чего-то, что вытащит её из этого состоянии созерцателя жизни, которая проходит мимо и её никак не трогает. Ей не с кем было об этом поговорить. Знакомые мамочки на детской площадке и так цеплялись за остатки прежней психики двумя руками, а кто-то из самых близких и родных чаще всего бил по ним со всей силы. Катерина переживала потерю своего близкого друга, ей было не до неё. В прошлую их встречу ей показалось, что она точно в таком же состоянии как и она. Катя улыбалась всё также широко, но казалось, будто лицо вот-вот пойдёт мелкими трещинками, а под ним окажется просто плачущая девочка.

***

Ульяна тоже заплакала, когда выбирала платье для ужина, она не смогла влезть в большинство из своих прежних нарядов, а когда влезла, не могла вдохнуть. Если на лицо полнота была не так заметна, то размер одежды не обманешь, её сорок второй стал сорок шестым, больше - не значит лучше. Кое-как она подобрала юбку и верх, прикрыла свои телеса модным пиджаком, который сосватала ей когда-то Катя. Пиджак был оверсайз, а ей был почти в обтяжку. Глядя на себя в зеркало, Ульяна попыталась улыбнуться, получилась кривая ухмылка грустного клоуна с красной помадой на губах.

В день праздничного ужина она отвезла детей к родственникам мужа, накрасилась и сделала укладку, оделась и села рядом с мужем в его автомобиль, который привез их к лучшему ресторану морской кухни в городе.

***

- Никогда тут не был. Говорят, классный. Катя его обожает.

Ульяна взяла в дрожащие руки меню и снова подтолкнула улыбку к выходу на свет Божий - ну забыл твой любимый муж, что у тебя аллергия на морепродукты. С кем не бывает? Аптека в соседнем доме, может, успеет добежать, если что. Она долго смотрела в меню, выискивая то, что её не убьет или убьет помедленнее, взяла салат.

- Хочешь чего-нибудь выпить? - спросил Саша, его улыбка тоже была из той же серии, что и у жены.

Вымученная и приклеенная, только такие они друг для друга и показывали. Два клоуна...

- Бокал красного, пожалуйста, - сказала она официантке.

- Под рыбу лучше белое, - подсказал ей муж.

- Два бокала красного принесите, пожалуйста, сразу. Только мне, муж за рулём, - кивнула она девушке.

Саша с тревогой посмотрел на неё, наверное, помнит её выпитую бутылку, которую она приговорила в одно лицо. Ульяна почти не пила, только красное, от остальных алкогольных напитков её сильно тошнило. В том числе и от белого вина. Ну, забыл муж за десять лет брака. Бывает...

Первый бокал она выпила ещё до того, как принесли салат. Ни тостов, ни разговоров, гробовое молчание, как будто они на поминки собрались.

С другой стороны, а о чём ей с ним говорить? Обычно это Ульяна поддерживала разговор, когда они с мужем были вдвоём, молчаливый Александр только поддакивал, или говорил что-то ёмкое и короткое. За это она его полюбила когда-то, он был человеком дела, не слова.

У неё не осталось больше слов, эмоций, чувств, только желание - уйти отсюда поскорее.

- Тебе не нравится?

Ульяна подняла глаза от тарелки, где последние полчаса ковырялась в безвкусном тыквенном салате, у которого был странный привкус, или она просто не привыкла к высокой кухне? Сложив приборы на тарелке, она отодвинула от себя еду, лучше хлебнуть ещё вина, желательно прям из бутылки.

- Закажи ещё что-нибудь, если не нравится. Может, десерт?

- Кто-то недавно говорил, что я и так ем слишком много сладкого. Спасибо, я не хочу, лучше выпью, - тихо сказала Ульяна, опуская глаза в бокал с вином, чтобы только не смотреть на своего мужа.

Они просидели здесь уже почти час, Саша не сказал в её сторону ни одного слова, даже сраного «С Днём рождения!», зачем они тут сидят? Кого ждут? Её муж тем временем достал из кармана пиджака бархатную коробочку и протянул ей через стол, тут же отдернув руку, когда она протянула свою. Хорошо что Ульяна уже выплакала свой литр слёз по мужу, которому противны ее прикосновения, да и она сама.

- С днём рождения, Уля, я очень долго их выбирал, думал, какие тебе понравятся, выбрал эти. Нравится?

Ульяна уставилась на серьги из жёлтого золота, которые весело переливались огоньками безразличия в глазах её мужа. Она схватилась за шею, как будто стало трудно дышать. В горле запершило, а по телу пронёсся озноб.

Салат готовился на морской кухне и что-то оттуда в неё попало.

Что-то что может её убить.

***

Саша осоловело смотрел вслед своей жене, которая бросила его подарок на стол, схватила сумочку и убежала из ресторана, оставив его одного. Он сжал зубы от злости, опять её бабская истерика, как же она его задолбала своими нервными выпадами! Хотя последние дни выдалась на удивление спокойными, наверное, готовилась к громкому скандалу.

Он быстро расплатился с официанткой и направился на улицу, повертев головой в разные стороны, он увидел, как Уля выходит из аптеки, жадно глотая воду из бутылки и покачиваясь идёт в другую сторону от ресторана. Она сделала лишь несколько шагов, прежде чем он развернул её к себе за плечо.

- В чём дело, Ульян? Зачем ты опять ведёшь себя как бешеная идиотка? - зарычал Саша. - Сбегаешь из дома среди ночи! Потом из ресторана!

Она была совершенно спокойна, только дышала как-то тяжело. Ульяна сбросила с себя его руку, отвернулась и пошла дальше. Он догнал её в два прыжка, преградив путь. В его глазах была ярость, в её осталась только усталость.

- Я пытаюсь сделать что-то приятное, а ты только строишь из себя обиженную! Да, я забыл про твой день рождения! Но я купил тебе подарок! Привёл тебя в ресторан, чтобы мы хорошо провели время, а ты сидела с кривой рожей, как будто я тебя в сарай привёл, ты...

Звонкий шлепок пощёчины прервал поток его брани в сторону жены. Ульяна долго терпела - таков уж был её характер. Она никогда не была скандалисткой, которая взрывалась, как порох, её порох лежал глубоко в сыром подвале. Надо было постараться, чтобы его поджечь. Фитилёк динамитной шашки зажёгся, ещё немного и рванёт. Пощёчина лишь первая яркая искра.