Плохая жена

Глава 9. Последняя капля

Ей мгновенно стало легче, она вытащила из кармана упаковку таблеток и закинула в рот ещё одну спасительную капсулу, запив водой, пока муж закипал от ярости ещё больше.

- Я спустила тебе с рук одно оскорбление, потом второе, третье и дальше ты принял это как новый порядок вещей. Только вот ты больше не на больничной койке, Саша, - обдала его холодом своих слов Ульяна. - Я буду отвечать на твои слова теперь вот так, ты можешь ответить также и на этом всё закончится. Я от тебя устала! Ты от меня тоже, к чему весь этот фарс? Скажи вслух и всем станет легче.

- Что сказать?

- Что тебе плевать на меня.

Пауза между ними дала ей надежду, что вот сейчас он скажет ей правду и всё закончится.

- Наша семья для меня всё! - ударил себя кулаком в грудь её муж.

- А я как отдельная личность для тебя кто? Пустое место?

- Ты моя жена. Я люблю тебя.

Последние три слова он буквально проглотил и его ими чуть не стошнило.

- К любимым так не относятся, Саша, - усмехнулась Ульяна.

- Я сегодня пригласил тебя в один из лучших ресторанов города, подарил дорогой подарок! Что тебе ещё надо?!

- Чтобы ты вспомнил, что у меня аллергия на морепродукты!

По лицу мужа пробежала бледная тень страха, которая тут же сменилась гневом.

- Могла бы и сказать, что у тебя аллергия, мы пошли бы в другое место! Любишь ты себе терновый венок на голову надеть и строить из себя великомученицу!

Ульяна молча сглотнула и это обвинение, ей было уже всё равно, кто виноват и что делать.

- Прямо как ты хорошего мужа. Спасибо за подарок, любимый. Хочу примерить, поможешь?

Она убрала волосы за уши, на лице мужа отразилось непонимание и только спустя минуту он рассмотрел, наконец, в чём причина её насмешливой улыбки.

- Я рассказывала тебе эту историю, как мама привела меня прокалывать уши, а там от страха кричала девочка. Я сбежала из парикмахерской через окно туалета, мама искала меня два часа. Больше к вопросу прокола ушей мы не возвращались, - неожиданно тепло улыбнулась Ульяна. - Мама тебе об этом тоже говорила, у неё одни и те же истории который год. Ты не слушал ни меня, ни её, не видел, не замечал. И вот я и спрашиваю, сколько ты уже смотришь на меня, как на пустое место? Пять лет? Больше?

- Я просто... забыл, - выдохнул из себя её муж. - Мужчины на такое внимание не обращают.

- Я тоже забыла, Саша, каково это, когда мужчина, который с тобой живёт, обращает на тебя внимание, - пожала плечами Ульяна. - Поехали за детьми, надо их забирать, уже поздно.

Самое страшное в отношениях между супругами наступает не тогда, когда они кричат друг на друга, пытаясь доказать правоту и выяснить отношения, а тогда, когда между ними наступает молчание. Оно наступило. Ульяна села рядом с мужем, который больше не сказал ни слова, будто что бы он не говорил, всё будет использовано против него.

Она не хотела ничего слышать, потому что точно знала все ответы на свои вопросы. Последний решила не задавать. Какая разница, куда делся этот кулон? Наверное, он подарил его той, которая лучше неё.

Она всегда улыбается её мужу, говорит какой он молодец, у неё нет растяжек после трёх родов, нет швов в промежности. Она его хочет, на ней красивое белье и от неё вкусно пахнет дорогими духами, у неё, конечно, же нет лишних килограмм и кожа на лице гладкая, как попка младенца. И совершенно не важно, как её зовут, как долго муж изменяет ей, главное ведь сам факт. Ульяна больше не единственная, не любимая. Она для него никто. А он для неё кем-то ещё остался?

Он притормозил около подъезда, где жил один из его братьев.

- Я очень устал, Ульяна, - глухо раздалось в тишине салона его авто.

- Я тоже устала, Саша, больше ничем не могу тебе помочь. Давай разбирайся как-то сам, - вздохнула она, выходя из машины.

***

Он злился на неё, еле сдерживая себя, чтобы не начать орать, и только понимание того, что Ульяна ничего не делает, чтобы его разозлить останавливало его ругань. Она не игнорировала его, отвечала на вопросы, если он их задавал, его одежда была чистой, еда вкусной, дети досмотрены, но Ульяны будто больше рядом не было.

После их замечательного ужина, его жена витала мыслями где-то далеко, всегда занята, вокруг дети, на которых она даже не повышала голоса, когда они начинали себя плохо вести.

Ему хотелось кричать, встряхивать её снова и снова пока прежняя Ульяна не очнётся от анабиоза и не выскажет ему все претензии в своей обычной манере, как учительница объясняет материл старшекласснику. Он извинится и ответит, что исправится, они помирятся и будут жить дальше.

Как в это «дальше» вписывается Регина, Саша не мог ответить даже себе.

***

Он вдруг осознал, что в решении семейных конфликтов он всегда рассчитывал на Ульяну, которая брала их в свои руки, извинялась, если не права, устраивала примирение. Если был не прав он, то брат рассчитывал на старшую сестру, которая тыкала его носом, как нагадившего щенка, в его ошибки, говорила, что и как сказать, что подарить, как задобрить жену.

Сейчас Ульяна ушла в себя, а Катя отошла в сторону, у неё теперь был мужчина, отношения с которым были важнее, чем брат. И на ту, и на другую он лелеял обиду, но купил букет цветов и самый свежий торт из кондитерской около дома. Выбирая цветы и торт, он разозлился так, что хотелось разбить витрины - он не помнил, какие цветы её любимые, как и нет ли у неё аллергии на торты.

Когда он подходил к своему подъезду, прямо напротив копошилась вся его семья, усаживаясь в машину Ульяны.

- Папочка, привет! - кинулся к нему младший Стасик.

Наверное, из всех сыновей его любил больше всего тот, в чьём воспитании отец участвовал меньше всего. Стыд затопил всё его тело, вместе с теплом к мальчику, который так крепко обнимал его, изо всех сил целуя в щёку. Ярослав и Владик отнеслись к его появлению прохладнее, они были заняты тем, что дрались за право держать на коленях Трюфеля по дороге.

- Вы в ветеринарную клинику? Что-то случилось с котом? - встревоженно спросил Саша, подходя ближе. - И с хомяком?

Клетка Кренделя стояла на крыше машины, а он по привычке крутился в своем колесе. Ульяна захлопнула багажник и взглянула на мужа.

- Мы уезжаем на каникулы к моей маме на дачу, я тебе писала сегодня, ты, наверное, не видел. Отдохнешь. От нас всех. В холодильнике суп и второе на пару дней, макароны найдёшь, сосиски на второй полке, магазин на первом этаже, - натянуто улыбнулась она, забирая у него сына. - Всё, мальчики, прощаемся с папой, надо ехать, пока пробок нет. Трюфель едет со мной на переднем сидении. Крендель с вами. Если поедем в тишине и без ругани, как приедем сразу пойдём на озеро. Там уже можно купаться, бабушка говорит.

Дети послушно замолчали, по очереди обняли отца и уселись в машину, пока он, как дурак, наблюдал за ними со стороны. Ульяна повернулась к нему, поправив соломенную шляпку на голове. Она была в красном платье, которое развевалось на ветру, как и её тёмные распущенные волосы. Он давно не видел её такой красивой и спокойной.

- Ну, пока, звони, если что, - тихо сказал Ульяна и дёрнула ручку двери.

- Это тебе, я хотел сегодня вечером торт поесть, кино посмотреть, в честь окончания школы.

Саша протянул ей букет с тортом, она взяла только торт.

- Знаешь, я начинаю думать, что ты хочешь меня убить, - грустно улыбнулась жена, кивая на букет. - У меня аллергия на герберы, а за торт спасибо, мы его обязательно съедим. Пока.

Она села в машину и плавно отъехала от подъезда, из сыновей только Стасик махал отцу, пока машина не скрылась за поворотом.

Ульяна тяжело выдохнула, выехав на дорогу, она обеспечила себя тишиной на следующие два часа, не включала музыку, а наслаждалась дорогой и отсутствием раздражающих звуков.

Через два часа на даче её мама встретила их тёплыми объятиями и горячими пирожками. Ульяна первым делом соорудила для Кренделя загон из старой клетки для кроликов. Она выпустила хомяка на зелёную травку, рядом тут же появился Трюфель. Кот жадно смотрел на добычу, которая несмело бегала по зелёной траве, что щекотала ему пузико:

- Сожрёшь хомяка - я тебя не прощу, Трюфелёк, - потрепала она любопытного кота по холке. - А ты, Кредель, наслаждайся свободой от своего колеса. Хватит в нём бегать, пора на свободный выгул...