Приключения поваренка Бублика

Глава девятнадцатая Побоище на кухне

Разбойников, как водится, обнаружить не смогли.

Зато нашли Главного Мажордома и отнесли в лазарет, где уже находился Главный Повар.

Их положили рядышком и выглядели они одинаково.

Но тётушка Гирошима внимательно осмотрела обоих бессознательных, хмыкнула, и поднесла к носу Главного Мажордома флакон с нашатырём.

Главный Мажордом чихнул и очнулся.

– Унесите в комнату, – безжалостно сказала тётушка Гирошима.

– А лечить? – робко спросил один из лакеев.

– Горячей манной кашей! – отрезала тётушка Гирошима и занялась Главным Поваром.

Его состояние было тяжелым, и в сознание он не приходил, несмотря на все старания.

Маленькие люди держались рядом с лекаршей, видимо не доверяя стражникам дворца. А поскольку они выполняли все распоряжения значительно быстрей и толковей остальных, то в глазах поваров стали кем-то вроде лекарских помощников и никто не спрашивал, откуда они взялись и что делают в башне Акватики.

Бублик тоже был в лазарете и пока тётушка Гирошима занималась больными, пытался хоть немного навести порядок.

Тётушка Гирошима заново обработала раны Главного Повара, перевязала чистым полотном, влила в него несколько кувшинов разных снадобий, но Повар так и не пришёл в себя.

– Да-а, – вздохнула тётушка Гирошима. – Дело куда хуже, чем я думала. Ну ладно, уже пора обедать, пойдёмте. Сдается мне, никто и не заметил нашего отсутствия, все только-только просыпаются.

Они вчетвером пошли на кухню.

Там сидели помятые и опухшие после весёлой ночи повара, зевали и лениво цедили сваренный на первое жидкий супчик, который разливал по мискам Оранжевый Платок.

Увидев его, маленький человек издал дикий вой.

Бублик его уже слышал, а все остальные нет. Из рук остолбеневших поваров попадали ложки.

Пока повара приходили в себя, человечек одним махом вскочил на длинный кухонный стол, понёсся прямо на Оранжевого Платка, прыгнул с края и вцепился повару в горло обеими руками.

Оранжевый Платок и человечек упали под стол, своротив кастрюлю с супом и там, на полу, в луже жирного бульона, посреди кусочков моркови, колечек лука и длинных плетей лапши разыгралась яростная схватка.

Бульон летел во все стороны!

Оранжевый Платок оторвал от себя мокрого человечка, отшвырнул его по скользкому полу к печам и встал, облепленный лапшой и морковкой.

В пылу драки платок у него слетел, – и все увидели золотые серёжки, болтающиеся в ушах!

– Он из их шайки! – загудела, как корабельная сирена, тётушка Гирошима.

Повар с Перекрёстка схватил нож для резки хлеба, вскочил на столешницу и побежал к выходу, сшибая по пути миски.

– Кто шевельнётся, – убью… – вопил он, размахивая ножом.

Сонные повара обмирали от страха и съезжали под стол, чтобы не попасться ему на глаза.

Маленький посол схватил громадный блестящий поднос и встал перед тётушкой Гирошимой, защищая ее подносом, как щитом.

Оранжевый Платок пересёк по столу кухню, спрыгнул на пол, рванул ручку двери и, оглядываясь, пообещал напоследок:

– Ещё поквитаемся!

Хлопнула дверь, – кухня отмерла.

Все загомонили хором.

– Вот кто нам гадил!

– Это он яйца перебил и дружков своих в курятник запустил!

– И в кладовую!

– И корову опоил!

– И книжку украл!

– Что сейчас орать-то? – ехидно спросила тётушка Гирошима. – Ловить надо было.

Человечек, украшенный морковкой и лапшей со всех сторон, встал, и, утираясь оранжевым платком, сказал:

– Шибко плохой человек! Злой и хитрый. Один раз я ему ногу ломал, надо было два раза сломать!

Человечка, как героя, отмыли от супа, лужу на полу подтёрли – и обед продолжился, ведь ещё осталось второе и третье.

– Вы, двое из сундука, – сказала тётушка Гирошима, принимаясь за компот. – Рассказывайте при всём честном народе, откуда вы, кто вы и почему из-за вас такая каша заварилась.

Посол осадил вскочившего телохранителя, и мягко сказал:

– Разрешите мне объяснить. Дело в том, что люди в серёжках – известные на все Западное море разбойники и пираты. Морские Ястребы – так их называют. Главная база пиратов расположена как раз на Перекрёстке, в доме без лестниц, чтобы удобнее было обороняться.

А на рынке они держат пивную, в которой узнают от подвыпивших моряков всё, что их интересует. Потом неожиданно появляются на быстроходных кораблях, грабят города, острова и суда.

Они побывали и у нас на острове, под видом купцов. Меняли товары на маленькие раковинки. Мы используем раковины вместо денег. Добываем на отмелях у острова и меняем на все, что нужно.

– А жемчуг? – перебила его тётушка Гирошима.

– Жемчуг священен, – объяснил посол. – Весь жемчуг, который собираем, относим в Храм Покровителя всех перловиц. Пираты проведали наш обычай и похитили жемчуг, собранный в этом году. Храм осквернили.

Не сразу, но мы всё равно узнали, откуда приплыли на остров купцы в золотых серёжках. Старейшины отправили меня и моего телохранителя вернуть жемчуг.

Мы добрались до Перекрёстка, нашли дом Морских Ястребов. Договорились с судном, которое должно было доставить нас на родной остров.

Раутаутам забрался в крепость на скале, нашёл жемчуг и скинул мне вниз. Но тут некстати попался ваш поварёнок, на которого мешок и упал.

Примите, уважаемый Бублик, наши глубокие извинения за этот досадный инцидент! – совершенно серьёзно обратился посол к Бублику.

– Принимаю, – кивнул Бублик. – А что дальше?

– Раутаутам успел спуститься, и мы исчезли, пока охрана поняла, что к чему. Их сбило с толку ваше, уважаемый Бублик, бегство, они посчитали вас соучастником и стали за вами следить. Но кроме этого они сразу же направили людей в порт к кораблям, которые отплывали на юго-восток.

На ваш же корабль никто внимания не обращал, потому что он шёл совсем в другую сторону.

На Перекрестке нам оставаться было нельзя, вот мы и пробрались на «Невесту ветра». Спрятались в сундуке госпожи лекарши.

Да только Морские Ястребы узнали, откуда поварёнок и подумали, что жемчуг у него. Решили заслать на корабль своего человека.

Посол глотнул компоту и продолжил:

– После истории в пивной ваш Главный Повар добровольно взял на борт разбойника из разбойников. Оранжевый Платок должен был узнать, где поварёнок прячет жемчуг. Он и стал рыскать по ночам тут и там.

Но мы тоже, как стемнеет, выбирались из сундука и прыть его немного укротили.

Только пираты на одного Оранжевого Платка не надеялись, – они поплыли за «Невестой ветра», и здесь, в столице Архипелага, оказались ещё раньше. И по-прежнему думали, что Бублик знает, где жемчуг.

– Поэтому ломились ко мне и в дверь, и в окно? – уточнил Бублик, хотя это и так было ясно.

– Ну да, – подтвердил посол. – Ты им был нужен позарез.

– Просто удивительно, – воскликнула тётушка Гирошима, – как вы, живя в моем сундуке инкогнито, смогли быть в курсе всех событий!

– Мы внимательно слушали, – объяснил польщённый посол. – А ночью выбирались, чтобы сделать всякие дела. Поесть, попить и всё такое.

– Но ведь дверь была закрыта! – воскликнул Бублик.

– Мы уходили через окно. Там удобный парапет.

“Ничего себе удобный! – подумал Бублик. – Птичке негде вторую лапу поставить. Хотя… Если уж они умудрились забраться в дом к Тяжёлым Шагам, то есть Морским Ястребам, что им тогда эта башня…”

– Но зачем они похитили книжку с рецептами и продукты уничтожали?

– Как зачем? – удивился посол. – Бублик жил в лазарете, добраться до него было невозможно. Они хотели вывести Главного Повара из себя, расстроить все его дела, а потом предложить сделку: поварёнок в обмен на прекращение неприятностей. Эта их излюбленная тактика. Только Главный Повар, судя по всему, даже слушать не стал, сразу накинулся на них со скалкой. Вот они его и отделали.

А потом и Бублик, и тётушка Гирошима сами попали им в руки. Мы тоже чуть не попались, когда в лазарет ворвались Ястребы и принялись искать жемчуг. Успели уйти через окно и стояли снаружи, прижавшись к стене. Когда же они ушли, я перепрятал жемчуг в более надёжное место. А потом, к нашей радости, появился Бублик.

– Я узнал этих Морских Ястребов: они пытались увести меня из зала во время второго тура. Они были одеты в форму лакеев Императора, – вспомнил Бублик.

Посол кивнул.

– В неразберихе, что царит во время турнира, они могли успешно выдать себя за кого угодно. Хоть за самого Императора, – добавил он ехидно, видимо оставаясь невысокого мнения о страже дворца.

– Как хорошо, что неприятности уже позади! – сказала тётушка Гирошима.

Тётушка Гирошима ошиблась.

Тяжёлые Шаги, они же Морские Ястребы, оказались на удивление настырными.

Из дворца они улетучились, но пакость напоследок сделали: поздно вечером загорелась кладовая. В ней пылали облитые маслом продукты, плавились мешки с сахаром, горели мешки с орехами, ящики с сухофруктами.

Когда Оранжевый Платок сбежал, никто не догадался, что повара, караулящие у кладовой, не знают о последних событиях.

Оранжевый Платок на клочке бумаге почерком Главного Повара легко изобразил распоряжение и пошёл с ним к караульным.

Он сказал, что Главный Повар вернулся и требует продукты.

Повара беспрепятственно пропустили пирата в кладовую и, прикрыв за ним дверь, продолжили играть в карты.

Оранжевый Платок открыл бочонки с подсолнечным, арахисовым, оливковым, ореховым, маковым, конопляным, соевым маслами и стал поливать продукты. Пустые бочонки свалил в дальнем углу, облил ромом и аккуратно запалил рядом свечу.

И удалился, прихватив на память два ведра варенья и горсть цукатов.

Повара закрыли за ним тяжёлую дверь, навесили громадный замок и продолжили игру.

Свеча горела, горела… – в рассчитанное Оранжевым Платком время подожгла пустой бочонок.

Бочонок разгорелся не сразу, но когда запылал, за ним вспыхнули другие, – и вскоре горела вся кладовая.

Когда из-под двери стал просачиваться едкий дым, караульные, наконец, забеспокоились, открыли дверь, – получившее приток свежего воздуха пламя забушевало с новой силой.

Тушили пожар всю ночь.

Повара только успевали подтаскивать к кладовой воду.

Дворцовая стража искала Морских Ястребов, лишних людей не было, поэтому команде Акватики никто не помогал, ведь по каменным коридорам пламя не могло распространиться далеко. Дворец был в безопасности. А акватиканцы спасали своё имущество.

Хорошо, что Главный Повар был без сознания: вынести, как горят заботливо отобранные для конкурса продукты он бы, наверное, не смог.

На полу кладовой образовались лужи расплавленного сахара вперемешку с вытекшим из лопнувших бочонков вареньем. Дочиста сгорели грецкие орехи, миндаль, фундук, арахис и фисташки. Ничего не осталось от цукатов и мармелада.

Уцелел лишь глиняный кувшин с содой.

Повара измазались в чёрной липкой саже от макушки до пяток, пытаясь хоть что-то спасти, – но бесполезно.

Угрюмые и смертельно уставшие, они собрались на кухне, где их ждали посудомойки и поварята.

– Вот! – поставил почерневший кувшин с содой на стол старший помощник Главного Повара. – Это всё.

– А четвёртый тур? – спросил испуганно поварёнок Укроп.

– Без нас перебьются, – проворчал повар. – Отсоревновались.

Повара отправились спать, а поварята побежали в лазарет к тётушке Гирошиме.

Но ей было некогда.

Главному Повару стало хуже и она суетилась около больного.

– Нет, ребята, – сказала лекарша, выслушав поварят. – Похоже, нам в четвёртом туре не участвовать. Вот подумайте: продуктов нет, повара после пожара никакие. Я от раненого отойти не могу. Разве что сами что-нибудь придумаете… Да если и не придумаете – не расстраивайтесь. Мы честно прошли три тура, прошли бы больше, если бы не эти подлецы!

Поварята побрели на кухню держать совет.

– Давайте, и правда, хоть что-нибудь состряпаем! – сказал поварёнок Огурчик. – Только что мы можем сделать?

– А продукты какие остались? – спросил Укроп.

Кинулись проверять шкафы, полки и кастрюли.

– Три булки хлеба, лапша, лук и морковка, специи, – уныло перечислил Огурчик. – Из этого набора ужин хороший не приготовишь, не то что блюдо на конкурс. Сахара ни крупинки, ни яиц, ни муки, оливкового масла три ложки. Тётушка Гирошима была права.

Поварята приуныли.

– Давайте хоть сухарей насушим… – с горя предложил Бублик. – Подсолим их, поперчим, ещё чего-нибудь добавим. Чтобы были остренькие и хрустящие.

– С ума сошёл? – накинулись на него поварята. – Там все торты выставят до небес, пирожные и печенья невиданные, а мы – сухари.

– А что тогда? – невинно спросил обидевшийся Бублик.

И наступила тишина, больше ничего не придумывалось.

– Можно размочить лапшу и из получившегося теста нажарить лепёшек, – предложил Укроп. – Они тоже вкусные.

– Ты умеешь жарить на трёх ложках масла? – спросил Огурчик.

– Сам дурак, – отозвался Укроп.

– От дурака слышу! – огрызнулся Огурчик.

– Оба вы дураки, – вставил Бублик.

– А ты молчи! – закричали хором Укропчик и Огурчик. – Ты ещё больший дурак, чем мы вместе!

Через пять минут дураками были все и по кухне каталась куча мала, в которой каждый, пихаясь руками и лягаясь ногами, старался доказать остальным, что он не дурак.

Когда потасовка кончилась, поварята разобрали с пола помятые и испачканные колпаки, нахлобучили их и дружно решили сделать сухарики по рецепту Бублика.