Разбор Фрица

Глава 8. Миша Длинный

После убийства в 2001 году ответственного от ОПС «Общак» за город Хабаровск Меркумьянцева Сергея Федоровича по кличке Сосед ответственным за Хабаровск комсомольские воры поставили Краба. Краб вскоре, буквально месяцев через шесть-восемь, сообразил, что тащить такое огромное хозяйство вместо того, чтобы кайфовать от жизни и просто зарабатывать бабки, глупо. Вскоре новоявленный хозяин города «съехал с темы».

Тут нужно немного объяснить именно хабаровскую структуру ОПС «Общак». В городе были две крупные группировки: крабовская численностью человек двести и соседовские, куда вместе с активными членами группировки входили и всякого рода стремящиеся (стремяги), это те, которые на похоронах преступных авторитетов надевали черные рубашки и сотнями дополняли похоронную процессию, так называемая «шершавая публика». Впоследствии за «шершавыми» не было никаких дел, кроме как участие в черных рубашках в различных траурных мероприятиях. Посчитать полностью численность группировки Соседа не представлялось возможным, но я думаю, что по самым скромным оценкам входило в нее человек пятьсот.

Крабовские и соседовские не особо ладили между собой, хотя обе централизованно входили в ОПС «Общак», возглавляемый комсомольскими ворами в законе. Как сказал один мой хороший товарищ, ранее примыкавший к соседовским: «Мы ворам были роднее». Сосед был лидер более мягкий, чем его оппонент Краб, и более рассудительный. Крабила более физически сильный и сам лично пускающий в ход кулаки, не особо заморачиваясь над последствиями, не был распложен тянуть всю городскую структуру общака, а, как я уже говорил, был сосредоточен больше на бизнесе своей группировки и своем собственном, в частности.

В принципе Сосед не особо мешал Крабу, проигрывая деревенскому боксеру и физически, и административным ресурсом. Меркумьянцев более рассчитывал на прикрытие воров, чем на бойцов своей группировки и связи с чиновниками краевой администрации. Убить Соседа, с моей точки зрения, был глупый и непродуманный шаг. На это шаг Морепродукта, так называли соседовские Краба, неосознанно подбили приморские криминальные авторитеты, которым импонировал крепкий деревенский паренек, способный решить уличный вопрос собственной физической силой, не прибегая к помощи воров. Как я уже писал в своей книге «Последний эшелон», Морепродукт в ближайшем обозримом будущем планировал устранить всех криминальных авторитетов города и единолично править в крае. Конечно же, это была полная бредятина. Хабаровск в то время был административной столицей Дальнего Востока и сверх меры наводнен различными спецслужбами, которые элементарно не позволили бы бандиту взять власть в свои руки. Морепродукт ориентировался на теневого губернатора Находки, который примерно так и решил вышеуказанный вопрос в своем городе. Но Находка — маленький городок, к тому же находящийся как бы в тупике, в стороне от федеральных трасс. Возможно, Краб рассчитывал на свои связи в правительстве Хабаровского края, но тем не менее его план был чистой утопией, и убийство Соседа в стратегическом смысле никаких дивидендов Морепродукту не принесло.

Вернемся к Мише Длинному, который после смерти Соседа стал «исполняющим обязанности начальника» соседовской группировки. Миша был сухой сорокалетний мужик действительно довольно высокого роста, за метр девяносто, не обладающий какими-либо выдающимися личными качествами. Думаю, он был утвержден ворами на группировку по принципу утверждения руководителей в МВД — по старшинству возраста и по сговорчивости. Данные личные качества Длинного мало помогали ему в общении с представителями крабовской группировки и самим Крабом. Мише, помимо группировки, перешла в наследство и база общака в Хабаровске — закрытая территория с офисом в районе ж/д вокзала, бывшая трамвайная диспетчерская. На этой самой базе каждый день проходили городские стре́лки, где решались различного рода криминальные вопросы, от встречи гостей из других регионов до координации возврата похищенного автотранспорта и другого имущества граждан Хабаровска. Краб, как положенец ОПС «Общак», на этой базе какое-то время проводил городские стре́лки.

Мне рассказали смешную историю про то, как Длинный встречал Краба на базе.

— Дай мне свою куртку! — обращается Длинный к кому-то из соседовских, недавно купившему дорогую и модную кожаную куртку.

— Зачем, Миша? — недоумевает паренек. — У тебя и своя джинсовая неплохая.

— Краб на базу едет. Я у вас теперь старший, должен солидно выглядеть. Не базарь давай, скидывай куртку. Морепродукт уедет, получишь обратно.

В итоге Миша, пока разговаривал с Крабом, от волнения прожог сигаретой куртку паренька, который после этого всей группировке «разогнал» новость, что Длинный, пока ждал Краба, переволновался и прожег его дорогую куртку. Как вы думаете, после такой новости был ли Миша авторитетным лидером?

Я с этим «авторитетным» лидером столкнулся вот при какой ситуации.

Приводят ко мне женщину-заявительницу. Привел кто-то из наших оперов (кто, уже точно и не вспомню).

— Вадим, поговори с потерпевшей, ее сына напрягают общаковские, уже обращалась в Железнодорожный РОВД, там ничем не помогли.

— А в чем вопрос?

— У сына отобрали две иномарки и заставляют переоформить на кого-то из бандитов. В Железке руками разводят, говорят, ничего сделать не можем, доказухи, что пацана напрягают, нет.

— Хорошо, веди. Посмотрим, что можно сделать.

Встречаюсь с заявительницей и слушаю интересную историю из тех, которых в то время было хоть отбавляй.

— Мой сын связался с бандитами, — начинает рассказ женщина.

— Откуда вы знаете, что с бандитами?

— Дежурил на какой-то базе на железнодорожном вокзале, в основном, как я поняла, исполнял функции диспетчера.

База оказалась той самой, где Длинный прожег сигаретой куртку.

— Да, действительно, база общаковская, — соглашаюсь я.

— Сын встретил девушку хорошую, нашел работу и решил, что ему с этими бандитами не по пути, о чем и сообщил прямо старшему этих бандитов, Миша Длинный они его называют. Так они за то, что сын от них уходит, забрали у нас две автомашины-иномарки, общей стоимостью примерно десять тысяч долларов США.

— Приличная сумма, — качаю головой. — Я так понял, вы уже в милицию обращались?

— Обращались и заявление писали, нам отказали в возбуждении уголовного дела. Говорят, что сын сам бандит и машины отдал добровольно.

— Интересная ситуация. То есть Длинный уже знает, что вы в милицию обращались и там вам отказали в возбуждении уголовного дел?

— Все так и есть.

— Хорошо, попробуем вам помочь. Только вы с сыном готовы с нами до конца идти, до суда? Потом не испугаетесь, как мы вам машины вернем, заявление не заберете?

— Даю честное слово, — пообещала женщина.

Стали голову ломать. По данному факту уже есть отказной в возбуждении уголовного дела, заново его отменить не так просто.

Машины-то, конечно, у Длинного мы могли забрать, надавив собственным авторитетом, но не каждый день заявления на лидеров преступных группировок поступают. Можно было попробовать привлечь к уголовной ответственности самого Длинного.

Оформили на меня в специализированном отделе легенду: коррумпированный сотрудник милиции, — обвешали диктофонами и решили получить аудио- и видеозаписи объяснений лидера ОПГ в нейтральном месте (не в кабинете), о том, как у него в собственности оказались чужие иномарки.

Чтобы понять, насколько раскайфованные в то время были лидеры организованной преступности, почти дословно передам мою беседу с Длинным.

— Миша, привет! Человечек к нам обратился, машинки ты у него по беспределу забрал. Нужно вернуть.

— Нет, Геннадьевич, «японки» не отдам. Пацан у меня в бригаде был, двигался с нами, дела кое-какие делал, а сейчас решил, что он не при делах. Так не пойдет, за все нужно нести ответственность.

Примерно к такому разговору я был готов. Длинный знал, что есть отказной, и чувствовал себя в безопасности.

— Миш, ну ты же понимаешь, что вопрос нужно решать как-то.

— Что предлагаешь?

— Значит, Миша, обе машины не вернешь?

— Обе точно нет, — заявляет лидер ОПГ оперу ГУ МВД РФ по ДФО.

— Одну хотя бы отдай, — якобы попросил я у Длинного.

— Ладно, забирай которая подешевле, дорогую у себя оставлю, — снизошел Длинный.

В разговоре с Длинным мне нужно было получить фиксацию его слов, за что конкретно были «изъяты» у потерпевших две автомашины.

Преступник проговорил все досконально. Иномарки отобраны силой за то, что гражданин вышел из преступной группировки. Осталось только правильно квалифицировать данное деяние: как грабеж или вымогательство, или то и другое вместе взятое.

Понесли материал в наше следствие.

— Вадим, нужны вещдоки, запись хорошая, а где иномарки? — вопросил у меня следователь.

— Ну как где? Длинного закроем, тачки изымем, — решил я, как всегда, с ходу, продавить следака.

— А если не изымете?

Следак тоже оказался не лыком шит и постарался по максимуму выжать из опера все возможные преференции перед возбуждением уголовного дела. Был вариант, что после того, как дело возбудится, опера́ переключатся на другие разработки, а следователь должен будет дальше самостоятельно раскручивать дело.

— Так что вы предлагаете? — пытаю следака.

— Проводите оперкомбинацию перед возбуждением УД, желательно чтобы вещдоки, — (иномарки), — были у меня сразу после задержания.

Встречаюсь опять с Мишей:

— Михаил, так как, машину, ту, которая подешевле, будешь возвращать?

— Геннадьевич, терпилы у тебя полностью под контролем?

— Конечно, — успокаиваю Длинного.

— Тогда встречаемся сразу возле ГАИ, я прихожу с документами и одной тачкой, которую ты заберешь. Терпилы со мной в ГАИ заходят и вторую иномарку сразу на меня переоформляют.

— Как же ты вторую по одним документам переоформишь? Машину нужно гаишникам на осмотр предоставить, — пытаюсь сразу выманить вторую «японку» на встречу возле ГИБДД — потом найти автомобиль будет труднее.

— С гаишниками решу, там свой человек, — не ведется Длинный.

Назначаем день встречи. В этот день ничего не получилось.

Длинный объясняет:

— Представляешь, Геннадьевич, уголовный розыск на базе «маски-шоу» проводил. Человек сто с базы прихватили, ну и меня тоже. В основном шестой отдел так делает. Чего розыск туда занесло, они вообще имеют право нами заниматься?

— Ну и?

— У меня с собой были документы на эти две иномарки. Доки оформлены на терпилу. Опер розыска у меня их изъял для проверки.

— Назначай встречу в ГИБДД, документы я в розыске заберу.

Еду к начальнику УР края, объясняю ситуацию с оперативной комбинацией в отношении Длинного. Начальник УР смотрит недоверчиво, но решает помочь, звонит оперу, у которогонаходятся изъятые доки: «Алексей, сейчас к тебе Вадим Курасов подойдет с главка, отдай ему ПТС, изъятые у Длинного, у них оперативная комбинация срывается».

Захожу в кабинет к оперу.

— Так вот ты какой, Курасов Вадим! — смеется оперуполномоченный краевого розыска.

— А что такое? — интересуюсь.

— Да вот, когда Длинного задерживали, он просил эти документы не забирать: Курасов с главка, дескать, в курсе этой ситуации. Я ему говорю: я не знаю, кто такой Курасов, документы не на тебя, поэтому я их изымаю. «Курасова не знаешь?!» — Длинный искренне удивился, — рассказывает мне опер Леха. — Не знаю, отвечаю ему, а должен?

— Удивил ты, в общем, Алексей, лидера ОПГ, — тут уже я смеюсь над ситуацией.

Вижу, парень порядочный. Пришлось объяснить ему, что мы задумали. Уже кучу бумаг на составление моей легенды исписали, видео- и аудиозаписи сделали. Пошел Алексей навстречу, отдал Длинному документы.

В назначенный теплый летний день встречаемся с Длинным возле ГИБДД Железнодорожного района.

Миша в хорошем настроении, документы у него, через несколько минут он станет на халяву обладателем свежей иномарки. Проговариваю на запись еще раз на всякий случай ситуацию:

— Михаил, ну что, все, как договаривались? Одну «японку» отдаешь, вторую себе оставляешь, и проблем у парня больше не будет?

— Я же обещал, Вадим! Мое слово — кремень!

Длинного буквально раздувает от собственной значимости. Он лидер многосотенной — черносотенной — ОПГ, к нему лично уже обращаются люди по решению сложных вопросов, в том числе опер главка пришел с челобитной.

— А где наша машинка-то? Что-то не вижу.

— Ты один пришел на встречу? — для проформы интересуется Длинный.

— Конечно, — успокаиваю авторитета.

Недалеко, перекрыв выезды с площадки ГАИ, контролируют мой разговор с авторитетом мои товарищи и бойцы СОБР, готовые бежать, ломать, крутить и задерживать.

Дальше все как обычно.

Длинный передает мне ПТС на «мой» автомобиль и дает условный сигнал пареньку, который терся рядом «на стреме», подогнать «японку». Только автомобиль подъезжает, мое прикрытие вытряхивает двоих смешных обормотов из иномарки, а я вяжу Длинного. Когда вся лихая бригада уже в наручниках, задаю вопрос Длинному:

— Михаил, где вторая иномарка?

— Геннадьич, ты же обещал! Вот и верь после такого ментам! — обижается преступный авторитет.

— Подожди, Длинный, ты знал, кто я такой?

— Знал, — отвечает криминальный лидер.

— Значит, должен был осознавать последствия своего поступка. Отобрал имущество у людей, тебя сотрудник милиции «попросил» вернуть. Ты что ответил?

— Получается, сам виноват?! — доходит до криминального авторитета.

— Ты сам все, оказывается, понимаешь, — успокаиваю Мишу.

Вторую иномарку, которую так же изъяли и приобщили к уголовному делу, Длинный уже «выкатил» добровольно, в условном месте.

Потерпевшие и в правду пошли с нами до конца и на суде подтвердили все свои первоначальные показания. Мою легенду рассекретили, и я выступал в суде как свидетель обвинения. Криминальный авторитет получил двенадцать лет строгого режима. Так и закончилась карьера криминального авторитета, не успев толком начаться.