Роберт Асприн Линда Эванс Разведчики времени (Вокзал Времени — 1)

Глава 1

Отличить туристов от постоянных обитателей восемьдесят шестого было несложно. Туристы — это те, что с разинутыми ртами, круглыми от удивления глазами и постоянно убывающими банковскими счетами. Словно дети, нашедшие на бабушкином чердаке и напялившие на себя давно забытое тряпье, они были разодеты во всякую всячину, объявленную костюмерами нынешней «модой века». Всегдашняя неловкая возня с непривычными предметами туалета, диковинного вида багаж и монеты, привезенные бог весть из каких стран, выдавали их даже быстрее, чем, скажем, приезжих на улицах Нью-Йорка задранные вверх головы.

Здешние, из восемьдесят шестого, напротив, отличались тем, что ничего подобного не делали. Они никогда ни на что удивленно не глазели, им совершенно несвойственна была самая несносная из туристских привычек — корчить из себя всезнаек, которые только и ждут, с кем бы поделиться своими познаниями — типичная бравада! — да они не смогли бы отличить драхму от сестерция, даже если бы от этого зависела их жизнь.

Что здесь, на ВВ-86, вполне могло случиться.

Нет, как раз здешние, из восемьдесят шестого, и присматривали за багажом, находили потерявшихся детей прежде, чем те успевали попасть в серьезную беду, успокаивали растерянных или скандалящих туристов на трех разных языках за три минуты, не натыкались ни на одну даму с ужасно неудобными в носке викторианскими турнюрами, и все складочки на их римских тогах, которые якобы невозможно правильно задрапировать, оставались при этом безукоризненными.

Здесь, в этой Ла-ла-ландии, ребята из восемьдесят шестого были у себя дома.

Честно говоря, Малькольм Мур не мог себе представить, как бы он жил где-нибудь еще.

Вот потому-то он сейчас и шел через Общий зал, облаченный в свою самую потрепанную шерстяную тунику (ту, что весьма живописно запятнана вином и навозом), свои самые грязные дешевые сандалии и свой самый лучший бронзовый ошейник (с надписью MALCOLUM SERVUS ____).

Пустое место на ошейнике предназначалось для имени любого, кто предложит ему работу. Добавить к надписи имя клиента Малькольм мог за несколько секунд с помощью своего гравировального карандаша на батарейках, а в его комнате был шлифовальный круг, чтобы убрать это имя, готовясь к новому путешествию. Сейчас металл был столь же сияющим, как его надежды, и столь же пустым, как его желудок.

Иногда Малькольму казалось, что само его имя навлекает на него несчастья — ведь MAL по-латыни означало «зло».

— Должно же мое невезение когда-нибудь кончиться, — пробормотал он себе под нос, метафорически препоясывая чресла перед битвой.

Он направлялся, разумеется, к Шестым Вратам. Туристы начали собираться на площадке ожидания перед этими Вратами, слоняясь шумными компаниями и небольшими группками. Зеваки уже толпились в огромном Общем зале, чтобы просто поглазеть на это представление. Отбытие экскурсантов через Шестые Врата — это было зрелище, на которое стоило посмотреть даже тем, кто не собирался лично принять участие в экскурсии. Места за столиками в маленьких кафе и барах, особенно расположенных в той части вокзала, которая называлась «Urbs Romae» — «Римский город», — быстро заполнялись.

В «Urbs Romae» киоски для продажи хот-догов были оформлены под древние лотки торговцев винами и колбасками, наподобие тех, что можно было увидеть на улицах Древнего Рима, и оборудованы котлами с горячим маслом, в которых шипели хот-доги. Широкогорлые амфоры на прилавках этих «таверн» пенились вином лучшего качества, чем то, что можно раздобыть в прошлом. Кафе пошикарнее оформлялись, как храмы, внутренние дворики богатых вилл и даже как сады с колоннадами, фонтанами и цветочными клумбами. Звон бокалов, густой аромат кофе, горячей выпечки и дорогих ликеров ласкали слух и обоняние Малькольма, возбуждая, как прикосновения любовницы. У него заурчало в животе. Боже, как он проголодался…

Он кивнул нескольким знакомым, уже усевшимся за столики кафе. Они помахали ему в ответ и тактично не пригласили его присоединиться к ним, поскольку он явно был одет для дела, а не для болтовни. Проходя мимо узкого, плохо освещенного фасада бара «Нижнее Время», наполовину скрытого за опорами галереи второго яруса (изобретательно стилизованными под мраморные колонны и балкон), он заметил Маркуса и помахал ему. Его молодой друг был занят расстановкой стаканов на столике у окна, одном из тех, которыми гордился этот бар. Трехфутовый иллюминатор создавал впечатление, что вы смотрите в него изнутри древнего морского судна.

— Бона фортуна, — неслышно, через стекло ответил бармен, затем покрутил пальцем у виска и подмигнул. Малькольм улыбнулся в ответ. Маркус — другого имени у него не было — однажды высказал мнение, что всякий, кто хочет посетить настоящий Urbs Romae, слегка чокнулся.

— Вернуться обратно? — сказал он как-то раз, когда Малькольм предложил ему объединить их таланты и познания и стать партнерами в нелегком бизнесе независимых гидов по прошлому. — Ты оказываешь мне честь, дружище. Но спасибо, не хочу. В Шангри-ла веселее. — Напряженность его улыбки подсказала Малькольму, что нужно сменить тему и запомнить, что к ней больше никогда не следует возвращаться.

«Римский город» был излюбленным местом Малькольма на станции Шангри-ла, наверное, потому, что он был специалистом по Древнему Риму. По обе стороны от входа в гриль-бар «Нижнее Время» Общий зал простирался, как некий огромный универсальный магазин, спроектированный Эшером[1]. Занимая двести ярдов в ширину и почти втрое больше в длину, он представлял собой многоэтажное нагромождение балочных ферм, широких галерей, трапов и пандусов, балконов и торчащих из стен платформ; все эти конструкции были стилизованы самым причудливым образом, причем многие из них не вели абсолютно никуда.

Изящные фонтаны и бассейны сверкали бликами под неугасимым сиянием фонарей Общего зала. Порой на фоне голубой плитки фонтана мелькало яркое пятно — это проплывала какая-нибудь экзотическая рыба: их разводили, чтобы очищать бассейны от водорослей. Пол «Римского города» был выложен цветными мозаичными панно, имитирующими творения древних римлян, — в основном на средства владельцев соседних лавочек. На стенах кое-где встречались надписи и стрелки-указатели; мимо фасадов лавок и окон отелей вверх по стенам тянулись лестницы, ведущие на невидимые снизу этажи.

Некоторые пандусы и галереи все еще сооружались или по крайней мере выглядели неоконченными. Многие из них вели к ничем не примечательным участкам бетонной стены, другие — к изолированным платформам, вознесенным на высоту четырех-пяти этажей и опирающимся лишь на ажурные металлические леса наподобие тех, что возводят вокруг реставрируемого собора. Несколько пандусов и лестниц тянулись от беспорядочно раскиданных там и тут площадок и обрывались в воздухе, предоставляя зрителю гадать, ведут ли они вверх к чему-то невидимому или свешиваются вниз из какой-нибудь дыры в пустоте.

Малькольм усмехнулся. Большинство туристов, впервые попав в Шангри-ла, приходили к выводу, что распространенное название этого вокзала Времени, Ла-ла-ландия, происходит от безумных, лунатических прогулок в никуда.

Здоровенные щиты с объявлениями, написанными аршинными буквами, окружали со всех сторон несколько пустых участков, где балконы и галереи были перегорожены цепями. Эти конструкции даже не пытались стилизовать под остальную часть «Римского города». Объявления на нескольких языках предостерегали об опасности неисследованных Врат. Цепные ограждения предназначались не столько для того, чтобы что-нибудь случайно не забрело внутрь станции, а скорее чтобы ничто случайно не вышло наружу. Эти объявления, конечно, были лишь данью юридическим формальностям. Вряд ли кто из туристов был настолько глуп, чтобы без гида проходить через открытый портал. Но на других станциях бывали подобные несчастные случаи, и семьи пропавших возбуждали судебные иски против администрации. Обитатели ВВ-86 были признательны своей администрации за эти предосторожности.

Никому не хотелось, чтобы вокзал Времени был закрыт из-за небрежного руководства.

Никому.

Туристы сегодняшней группы выглядели, как статисты на съемках фильма «Спартак». Большинство мужчин чувствовали себя неловко в похожих на женские платья туниках. Они старательно избегали встречаться друг с другом взглядами. Шишковатые, коленки и волосатые ноги всем бросались в глаза. Ох уж эти Шестые Врата… Малькольм держался в своей потрепанной тунике с привычной непринужденностью, выработанной долгой практикой. Он чувствовал себя в своей «рабочей одежде» почти так же удобно, как в обычном костюме, хотя и обратил внимание, что ремень его сандалии снова нуждается в починке.

Женщины в изящных римских стОлах оживленно болтали, разбившись на маленькие группки, сравнивая ювелирные украшения, вышитые каемочки и элегантные прически. Другие прошли на площадку ожидания перед Вратами, где расселись в удобных креслах, потягивая напитки из бумажных стаканчиков и наблюдая за происходящим. Этим, как с первого взгляда понял Малькольм, уже приходилось бывать в Нижнем Времени, — видимо, денег у них хватало. Туристы, впервые отправляющиеся в подобное путешествие, слишком волновались, чтобы усидеть в креслах. Малькольм обошел по краю толпу, выраставшую с каждой минутой, высматривая потенциальных клиентов.

— Привет, Малькольм.

Обернувшись, он увидел Скитера Джексона, одетого в изящный хитон греческого покроя. Едва удержавшись от стона, он выдавил улыбку.

— Привет, Скитер. — После краткого рукопожатия он проверил, все ли его ногти на месте.

Скитер кивком показал на тунику Малькольма:

— Ты, я вижу, все еще надеешься на этот старый фокус «гид-раб». — Его карие глаза заискрились. — Потрясные пятна. Мне бы как-нибудь взять у тебя рецепт. — Единственной неподдельной чертой Скитера, как многие здесь успели убедиться, была его неотразимая, ослепительная улыбка.

— Ну конечно, — рассмеялся Малькольм. — Одна кварта разведенного конского навоза, две кварты скисшего римского вина и три пинты ила из Тибра. Тщательно нанести кисточкой для живописи, посушить недели две и затем простирать в холодной воде. Чудесно действует на неотбеленную шерсть.

Скитер сделал круглые глаза:

— Бог ты мой. Ты говорил серьезно. — Его собственные одежды, как всегда, были щегольски опрятны и явно новы. Где он их доставал, Малькольм и знать не хотел. — Ну что же, удачи тебе, — пожелал Скитер. — Мне нужно не опоздать на встречу. — Он подмигнул. — Увидимся.

Улыбнувшись, как бесенок, считающий души грешников, изящный молодой человек смешался с толпой. Малькольм украдкой проверил висевший у него на поясе кошелек и убедился, что гравировальный карандаш и визитки все еще там.

— Ну что же, — сказал он сам себе, — по крайней мере он, похоже, никогда не надувает никого из нас, здешних. — Он взглянул на один из нескольких десятков хронометров, свисавших с высокого свода, и проверил, скоро ли откроются Шестые Врата.

Пора было браться за работу.

Толпа все прибывала. Гул стал громче. Наемные носильщики багажа старались не рассыпать неудобные ноши, состоящие из всевозможных пакетов, свертков и кожаных сумок, пока гиды из «Путешествий во времени» еще раз проверяли списки своих клиентов и давали последние наставления. Билетные контролеры у входа на главную рампу у Шестых Врат пропустили двух служащих компании, поднимавшихся проверить верхнюю платформу. Как прикинул Малькольм, здесь собралось уже свыше семидесяти человек.

— Слишком много для туристской группы, — пробормотал он. Алчность компании «Путешествия во временя», похоже, росла неудержимо. Голоса туристов и носильщиков, стонущих под своими ношами, отражались от балок наверху и создавали гул многократного эхо. По крайней мере в такой большой группе он сможет найти хоть одного клиента. Он изобразил широкую жизнерадостную улыбку, выудил из кошелька у себя на поясе визитную карточку и занялся делом.

— Здравствуйте, — обратился он к первому предполагаемому клиенту и протянул руку высокому, крепкому мужчине — судя по бронзовому загару и светлым волосам, это был калифорнийский магнат. — Разрешите представиться. Малькольм Мур, независимый гид.

Мужчина настороженно пожал ему руку и покосился на протянутую визитную карточку. Там было напечатано:

Малькольм Мур, гид по прошлому.

Рим, 47 г. до н. э. *** Лондон, 1888 г. *** Денвер, 1885 г.

По требованию клиента возможны другие маршруты.

Увлекательные приключения без суеты групповых экскурсий!

Индивидуальные туры вне обычных маршрутов и глубокое ознакомление с эпохой для отдельных лиц, семей и компаний.

Лучшие цены в Шангри-ла

Обращаться по адресу:

ВВ-86, комната 503, #111-1814

Магнат прочитал карточку и посмотрел на Малькольма.

— Вы независимый гид? — Его тон был более полон сомнения, чем Малькольму когда-либо приходилось слышать.

— Моя специальность — Древний Рим, — сказал Малькольм с теплой, искренней улыбкой. — У меня докторская степень по классической античности и антропологии и почти семь лет практики в качестве гида. Формальные экскурсии, — он кивнул в сторону служащих «Путешествий во времени», проверявших билеты и отвечавших на вопросы туристов, — включают гонки на колесницах и гладиаторские бои в цирке, но «Путешествия во времени» оставляют в стороне исключительно захватывающее зрелище…

— Благодарю, — сказал мужчина, возвращая карточку, — но я этим не интересуюсь.

Малькольм с усилием заставил себя продолжать улыбаться:

— Ну конечно. Может, как-нибудь в другой раз.

Он перешел к следующему потенциальному клиенту.

— Разрешите представиться…

Но уговорить других туристов оказалось ничуть не легче.

Судя по тому, как холодно отнеслись к его предложениям в этой толпе, компания «Путешествия во времени» заранее наговорила своим клиентам кучу гадостей про независимых гидов. У Скитера Джексона, проходимца проклятого, похоже, дела шли неплохо, чем бы он там ни промышлял в том дальнем углу. Его улыбка сияла ярче фонарей над головами.

Когда хронометр, отсчитывающий время до открытия Врат, показывал десятиминутную готовность, Малькольм начал подумывать, не наняться ли ему сейчас носильщиком — просто чтобы заработать на несколько обедов, — но решил, что у мужчины должна быть своя гордость. Он же был гидом, и притом чертовски хорошим. Если он утратит то, что еще оставалось от его профессиональной репутации, ему здесь больше не жить. Он снова окинул взглядом толпу туристов, начав с одного края и разглядывая головы и костюмы, и пришел к невеселому выводу, что он и в самом деле уже поговорил здесь с каждым.

Что же… проклятие.

Отчаянно пытаясь сохранить достойный вид, Малькольм отступил. Он ушел с участка, непосредственно прилегающего к Шестым Вратам, и вновь его захлестнули невеселые мысли. Где раздобыть денег, чтобы расплатиться за комнату и еду на ближайшие несколько дней? Но еще больше Малькольма расстроило нечто иное, не имевшее никакого отношения к деньгам или к потере его прежней постоянной работы. Ему было трудно представить, что ощущают гиды больших туристических агентств вроде «Путешествий во времени», но для него самого пройти через портал в другую эпоху означало испытать нервное возбуждение, куда более притягательное, чем возможность регулярно питаться, и едва ли не более сильное, чем секс.

Ради этого он и оставался на ВВ-86, предлагая свои услуги каждой отбывающей группе, куда бы та ни направлялась: просто чтобы снова пережить этот восторг.

Малькольм решил укрыться в тени увитого виноградной лозой портика. Это было достаточно близко к Шестым Вратам, чтобы наблюдать за представлением, но достаточно далеко, чтобы не привлечь внимания знакомых; сейчас бы он не вынес их сочувственных взглядов. Монтгомери Уилкс, выглядевший очень нелепо в своей темной униформе из Верхнего Времени, протопал сквозь толпу с решимостью атакующего носорога. Даже туристы разбегались перед ним. Малькольм удивленно поднял брови. Что Уилкс делает тут, зачем он покинул свое логово? Шеф ДВВ Ла-ла-ландии никогда не приходил смотреть на открытие Врат. Малькольм снова взглянул на ближайшее хронометрическое табло над головой и нашел ответ на свой вопрос.

Врата в Первый зал тоже вот-вот откроются. В суетливых поисках работы он совсем запамятовал, что сегодня из Верхнего Времени прибывает новая группа туристов. Малькольм потер кончик носа и улыбнулся. День двух Врат… Может, ему все же повезет. Даже если он не найдет работы, это все равно должно быть занятно.

Там, у Шестых Врат, уже вовсю кипел ажиотаж последних покупок перед отбытием. В толпе проворно сновали лоточники, нагруженные всякой всячиной: гирляндами «безопасных» колбасок, запасными кожаными сумками для сувениров, наборами для выживания (вы непременно должны иметь все это с собой!) и римскими монетами для тех, кто оказался настолько глуп, что не обменял свои деньги раньше.

Малькольм задумался, не податься ли и ему в лоточники. Они всегда, кажется, неплохо зарабатывали, и это стабильная работа. У Конни, может быть, найдется для него что-нибудь. Он рассеянно покачал головой, наблюдая, как из рук в руки переходит всякая мура, от последних стаканчиков кофе до аляповатых ювелирных украшений. Нет, ему слишком быстро наскучит поденщина, даже здесь. Об открытии собственного дела не стоит и мечтать. Не говоря уже о том, что за аренду помещения для коммерческих нужд придется платить гораздо больше, чем за жилье, и заниматься ненавистным ему бумагомаранием для государственных налоговых служб, где ему взять капитал для закупки оборудования? Инвесторы не заинтересованы в бывших гидах, им подавай шустрых бизнесменов с деловым чутьем и большим опытом управления торговыми предприятиями.

Конечно, он всегда может снова начать разведывать прошлое.

Малькольм невольно взглянул на ближайшие заграждения. Этот участок был огорожен барьерами из-за того, что открывшиеся там Врата были или еще неисследованы, или неустойчивы. Малькольм лишь дважды рискнул заняться исследованиями прошлого как независимый разведчик. Мурашки пробежали у него по спине. Кит Карсон, первый — и самый лучший — разведчик прошлого был всемирно известен. И чертовски удачлив, раз остался в живых. Малькольм был не то чтобы трус, но разведку прошлого не считал подходящей для себя карьерой. С него вполне хватало быть накоротке с гигантами разведки и делиться рассказами о ратных подвигах с подлинными героями ВВ-86 за кружкой пива с чипсами.

Внезапно раздался пронзительный гудок, отразившийся гулким эхом от свода, возвышавшегося на пять этажей. Разговоры оборвались на полуслове. Так же внезапно гудок смолк, сменившись лающим голосом, гремевшим изо всех громкоговорителей. Давнишние обитатели наклонились вперед в своих креслах, рассеянно вертя в руках бокалы или чертя кончиками пальцев узоры на запотевших столешницах. Суматоха на площадке ожидания затихла.

— Прошу внимания. Шестые Врата откроются через три минуты. Возвращающиеся группы пользуются приоритетом на проход через Врата. Всем отбывающим оставаться на своих местах, пока гиды не будут уведомлены, что Врата свободны.

Объявление повторили три раза на разных языках.

Малькольм пожалел, что у туники нет карманов, чтобы сунуть туда руки. Вместо этого ему пришлось скрестить их на груди и ждать.

Снова раздирающий уши рев гудка.

— Прошу внимания. Первые Врата откроются через десять минут. Извещаем всех отбывающих, что, если вы не прошли медконтроль, вам не будет разрешено войти в Первый зал. Приготовьте ваш багаж для таможенного досмотра…

Дальше Малькольм не слушал. Он уже много лет помнил наизусть напутствие отбывающим вверх по времени. Кроме того, наблюдать отбытие вниз по времени всегда было куда интереснее, чем смотреть, как кучка государственных служащих роется в багаже. Настоящее веселье в Первом зале не начнется, пока там не появятся первые новоприбывшие из Верхнего Времени. Малькольм отыскал взглядом таймер Шестых Врат. С этого момента в любую секунду…

Гул низкочастотных вибраций прокатился по вокзалу Времени, когда Шестые Врата, самые крупные активные Врата на ВВ-86, проснулись. Куда более низкий, чем могло расслышать человеческое ухо, и все же воспринимаемый каждым через вибрацию костей у основания черепа, этот звук, который не был звуком, все нарастал. По всему Общему залу туристы зажали уши ладонями, тщетно пытаясь ослабить это неприятное ощущение. Взгляд Малькольма невольно устремился вверх, к двум широким пандусам — тому, что спускался вниз к накопительной площадке с просторной галереи, и другому, по которому должны были подняться отбывающие, — и застыл в напряженном ожидании.

Наверху, на краю галереи, ничем не примечательный участок голой стены начал едва заметно дрожать. Так мерцает и струится горячий воздух в жаркий полдень над шоссе. Радужные пятна, меняя форму и цвет, заиграли на стене неправильными, причудливыми очертаниями. С площадки ожидания донеслись стоны, ясно слышимые сквозь шум толпы. Затем прямо в центре глухой стены появилось черное пятно.

Туристы разинули рты и начали тыкать в пятно пальцами. Большинству из них лишь во второй раз довелось увидеть собственными глазами на близком расстоянии, как открываются темпоральные Врата, — первый раз, конечно, они видели это в Первом зале, когда вниз по времени спускались в Шангри-ла. Болтовня, снова вспыхнувшая было после появления радужных пятен, прекратилась. Носильщики наконец закончили увязывать свою поклажу. Деньги опять потекли из рук в руки — новые сделки, заключенные в последнюю минуту. Не один гид отхлебнул последний глоток обжигающего кофе — теперь им две недели предстоит обходиться без него.

Пятно на стене расширялось, разрастаясь, как плесень на хлебе, если заснять ее рост на пленку и прокрутить на повышенной скорости. В центре этого островка тьмы Малькольм разглядел, как в перевернутый бинокль, очертания пыльных полок и крохотных амфор, аккуратно составленных рядами у задней стены длинной, уходящей вдаль комнаты. Затем, как мерцающая звезда, вспыхнул огонек: кто-то по ту сторону Врат зажег лампу.

Туристы внизу удивленно вскрикнули и нервно рассмеялись с явным восхищением, когда какой-то мужчина в одежде римского раба решительно и властно, как и подобает организатору экскурсий «Путешествий во времени», шагнул во Врата. Он со стремительностью бейсбольного мяча надвинулся на них, в мгновение ока вырос в размерах от нескольких дюймов до нормального человеческого роста и затем спокойно шагнул через дыру в стене на металлический решетчатый пол галереи. Он выпрямился и стал резким голосом выкрикивать приказания.

Туристы хлынули через открытые Врата на галерею и стали спускаться по пандусу. Некоторые выглядели сонными и больными, другие оживленно беседовали, но у всех был явно измученный вид. Большинство сжимали в руках сувениры. Некоторые цеплялись друг за друга. Гидам пришлось напоминать почти каждому, что нужно опустить свою Карточку времени — размером с визитную карточку — в щель шифровального устройства в нижнем конце пандуса. Малькольм снова улыбнулся. Этот ритуал был неизменен. Те, что не забывали «отбить часы» у Porta Rotnae — Римских Врат, были опытные путешественники во времени. Те, что цеплялись друг за друга, вдруг обнаружили неожиданный для них самих глубоко запрятанный страх перед путешествиями во времени — либо из-за того, что прошлое показалось им слишком грязным и жестоким, либо из-за того, что в течение всей экскурсии тряслись от страха совершить ошибку, которую гид не сумеет исправить.

Те, что выглядели сонными или больными, то ли не получили от гладиаторских боев того удовольствия, на которое рассчитывали, то ли все еще пытались прийти в себя после безудержного пьянства. Клиенты Малькольма никогда не возвращались в таком виде, что их в пору было класть в больницу. Конечно, люди, которым хватило здравого смысла нанять личного гида хотя бы для стандартной экскурсии вроде тех, что предлагало агентство «Путешествия во времени», редко оказывались настолько глупы, чтобы две недели подряд накачиваться содержащим свинец римским вином.

Уже не в первый раз Малькольм позволил себе на краткий миг горько пожалеть, что он не служит в «Путешествиях во времени», с их хорошо налаженной и прибыльной работой. Если бы только не их подлые обманные фокусы…

— Они гроша ломаного не стоят, — сказал кто-то рядом с ним.

Он вздрогнул и обернулся. Прямо на него смотрела Энн Уин Малхэни. Он с облегчением улыбнулся. Должно быть, она пришла прямо из тира, услышав гудок. Она даже не потрудилась убрать в кобуры пистолеты, торчавшие у нее из-за пояса, или распустить свои волосы, прихваченные резинкой, чтоб не мешали стрелять. Ростом всего пять футов и пять дюймов, Энн была чуть пониже Малькольма, но как раз вровень со Свеном Бейли, который подошел и встал позади нее. Он тоже был одет для упражнений в тире.

Должно быть, они только что закончили занятия с новыми учениками, наверное, с той группой, что должна отправиться в Лондон. Свен, весивший почти вдвое больше изящной маленькой Энн, хотя и был одного с нею роста, вежливо кивнул Малькольму и стал наблюдать за отбывающими туристами, неодобрительно покачивая головой.

— Что за жалкий сброд, — заметил он, ни к кому конкретно не обращаясь. — И глупый к тому же, если ты все еще здесь. — Он мельком взглянул на Малькольма.

Тот пожал плечами, принимая этот чистосердечный комплимент, и ответил на вопрос Энн:

— Я просто смотрю на представление, как и все прочие. А как дела у вас обоих?

Свен, признанный мастер владения холодным оружием, недовольно хмыкнул и не удостоил Малькольма ответом. Энн рассмеялась. Она принадлежала к числу тех немногих здешних обитателей, которые отваживались смеяться над самим Свеном Бейли. Она взмахнула своим «конским хвостом» и положила узкие ладони на бедра.

— Он продул свое последнее пари. Пять выстрелов из шести, проигравший платит по счету в «Нижнем Времени».

Малькольм улыбнулся:

— Свен, неужто ты еще не понял, что тебе не стоит состязаться с ней в меткости стрельбы?

Свен Бейли пристально рассматривал свои ногти.

— Ага. — Потом поднял голову, саркастически улыбаясь: — Беда в том, что наши ученики по-прежнему стараются истратить свои денежки. Что еще парню вроде меня остается делать?

Малькольм пожал плечами:

— Как мне говорили, вы двое делитесь своими дополнительными доходами.

Свен лишь притворился обиженным. Энн громко рассмеялась:

— Какая дикая сплетня. — Она подмигнула. — Ты не прочь присоединиться к нам? Мы направлялись в «Нижнее Время» немного поостыть и чего-нибудь перекусить.

Малькольм уже давно миновал ту стадию, когда он краснел от смущения всякий раз, как ему приходилось отклонять приглашение посидеть в баре из-за отсутствия денег.

— Спасибо, но я вынужден отказаться. Я думаю посмотреть отбытие до конца и отправиться вверх в Первый зал, попытаться отыскать возможных клиентов среди новоприбывших. И мне опять нужно чинить эту сандалию. У нее то и дело отрывается подметка.

Свен кивнул, молча принимая его отговорки, целью которых было сохранить лицо. Энн хотела было возразить, но посмотрела на Свена и только вздохнула.

— Если ты передумаешь, приглашаю тебя выпить со мной. Или, еще лучше, пусть Свен заплатит по счету из тех денег, что я выиграла. — Она подмигнула Малькольму. Свен лишь скрестил руки на груди и фыркнул, напомнив Малькольму здоровенного бульдога, с юмором наблюдающего за вспугнутой трясогузкой. — Кстати, — улыбнулась она, — мы с Кевином собирались пригласить кое-кого завтра на ужин. Если ты будешь свободен, ну, скажем, часиков в шесть, загляни к нам. Дети обожают, когда ты приходишь.

— Конечно, — сказал он, на самом деле вовсе не собираясь воспользоваться этим приглашением. — Спасибо.

К счастью, они ушли прежде, чем заметили, как у Малькольма покраснела от стыда сначала шея, а затем и все лицо. Он бы скорее съел свою сандалию вместе с лопнувшим ремешком и всем прочим, чем поверил, что Энн Уин Малхэни и в самом деле заранее запланировала на завтра вечеринку. От ее выдумки, однако, у него потеплело на душе. Он потер шею и пробормотал себе под нос:

— Я должен найти постоянную работу хоть где-то.

Но только не в «Путешествиях во времени».

Ни за что на свете он не станет там работать.

Уж лучше сдохнуть с голода.

Туристы у Шестых Врат начали подниматься по пандусу, и каждый по очереди предъявлял свою Карточку времени, чтобы его отбытие было зарегистрировано как положено. Взвизги и нервный смех взволнованных женщин были слышны на весь Общий зал, когда те набирались храбрости, чтобы шагнуть через открытый портал. Этот ритуал тоже был неизменен. Ходили слухи, что «Путешествия во времени» предпочли оборудовать звукоизоляцией противоположную сторону всех своих Врат, но не пытаться заставить туристов вести себя потише. Он хмыкнул. Он на самом деле не мог упрекать их за это. Впервые пройти через портал было действительно нелегко.

И конечно, как всегда, — на сей раз это случилось, когда три четверти группы уже прошли на ту сторону, — кто-то выронил кипу плохо увязанного багажа. Пакеты рассыпались по галерее, мешая проходу туристов. Сразу три гида, поглядывая дикими глазами на висевший над головами хронометр, бросились к куче рассыпанных пакетов и кое-как сгребли все это в охапку. Четвертый только что не пинками протолкнул оставшихся туристов сквозь открытые Врата. Края Врат уже начали медленно стягиваться к центру.

Малькольм покачал головой. С их многолетним опытом «Путешествия во времени» должны бы уж, казалось, научиться избегать подобных накладок. Он застонал. Вот что получается, если ненароком забредших на станцию людей из прошлого заставлять работать носильщиками багажа. Кто-то действительно должен позаботиться об этих несчастных, случайно прошедших через открытые Врата и оказавшихся в чужом мире. Агентство, в котором он прежде работал, никогда не использовало их в качестве дешевой рабочей силы.

Впрочем, надо признать, агентство, в котором он прежде работал, потихоньку обанкротилось.

Гиды, подобрав рассыпанные пакеты, нырнули во Врата и исчезли. Всего секунду спустя Шестые Врата мигнули и закрылись на следующие две недели. Малькольм вздохнул и вспомнил про Первый зал. Взглянув на хронометр, он тихо чертыхнулся. Только-только успеть, если поспешить. Покинув «Римский город», он почти бегом проскочил «Приграничный поселок» с его салунами и праздношатающимися «ковбоями» и рысцой помчался по «мощеным» улочкам «Вокзала Виктория», вдоль которых тянулись витрины лавок с изящными викторианскими платьями и мужскими фетровыми шляпами. И тут раздался раздирающий уши гудок, снова заставивший Малькольма тихо чертыхнуться.

— Прошу внимания. Первые Врата откроются через две минуты. Извещаем всех отбывающих, что, если вы не прошли медконтроль, вам не будет разрешено войти в Первый зал. Приготовьте ваш багаж для таможенного досмотра…

Малькольм срезал угол, наискосок промчавшись по задворкам «Замка Эдо» с его причудливыми садиками, средневековой японской архитектурой и прохаживающимися с важным видом туристами, разодетыми в костюмы самураев. Он пулей проскочил мимо отеля «Новый Эдо», обогнув группу женщин в кимоно, остановившихся, чтобы полюбоваться на фреску в вестибюле. Портье улыбнулся и помахал ему рукой, когда он пробегал мимо.

Первый зал, расположенный не далее чем в ста футах от дальнего конца «Замка Эдо», состоял из впечатляющего скопления заграждений, вооруженных охранников, пандусов, барьеров, детекторов металлических предметов и рентгеновских установок для просвечивания багажа, а также двух отдельных постов медконтроля. Все это располагалось у нижнего конца широкого пандуса, уходившего вверх на пятнадцать футов и там просто обрывавшегося. Малькольм как-то раз поинтересовался, почему вокзал не был спроектирован так, чтобы его пол располагался прямо на уровне Первых Врат, или Предбанника, как их называли все постоянные обитатели.

Поговорив с чиновниками из Бюро Допуска к Вратам Времени, Мальком решил, что ДВВ, должно быть, настояло на таком проектном решении ради его обескураживающего психологического воздействия. Монтгомери Уилкса, инспектирующего все, как рыскающий леопард, было нетрудно обнаружить — просто по бешеной суете, возникающей всюду, где он появлялся.

Малькольм нашел удобный наблюдательный пункт и прислонился к стене станции, искренне радуясь, что ему не приходится работать на этого агента ДВВ. Он взглянул на ближайший хронометр и вздохнул. Так-так… Остались считанные секунды. Уже образовалась очередь возвращающихся в Верхнее Время бизнесменов и туристов, проходящих мимо Малькольма через ряд отгороженных канатами проходов. Таможенники готовились начать досмотр.

Кости черепа Малькольма предупредили его за мгновение до того, как открылись Главные Врата, ведущие в Шангри-ла. Затем прибывающие из Верхнего Времени один за другим хлынули на станцию через открытый портал, пока отбывающие проходили таможенный контроль после обычного безрезультатного досмотра. Новоприбывшие останавливались у поста медицинского контроля рядом с неогражденной частью площадки перед Вратами, где их медицинские карты проверялись, регистрировались и вводились в базу данных ВВ-86. Как всегда, здесь были небольшие группки туристов с круглыми от изумления глазами, бизнесмены в серых костюмах, гиды в униформе своих компаний и правительственные чиновники в мундирах, в том числе почтальон ВВ-86 из Верхнего Времени с обычным грузом писем, лазерных дисков и посылок — он обошел медпост стороной и влился в управляемый хаос Ла-ла-ландии.

— Ладно, — пробормотал Малькольм себе под нос, — посмотрим, какие подарки на сей раз принес Санта-Клаус.

Тот, кто хоть раз побывал гидом по прошлому, навсегда им остается. К этой профессии привыкают, как к наркотику.

Он снова внимательно изучил большое хронометрическое табло. Следующее отбытие — через три дня, в Лондон. Денвер следовал через двенадцать часов после Лондона, а еще через сутки — Эдо. Один из трехмесячных туров в Монголию двенадцатого века должен начаться через шесть дней. Он покачал головой. О Монголии и думать нечего. Никто из новоприбывших не выглядел достаточно сильным, чтобы выдержать три месяца в дикой стране, населенной еще более дикими людьми.

Через Пятые Врата проходило не так уж много народу, даже когда они были открыты.

Он стал рассматривать прибывших. Лондон, Денвер или древний Токио… Большинство туристов, направлявшихся в Эдо, были японскими бизнесменами. Они, как правило, держались гидов-японцев. Единственный раз Малькольм побывал в Эдо шестнадцатого века с плановой экскурсией от своего старого агентства, и в тот раз он был сильно загримирован. Сегуны династии Токугавы имели скверную привычку казнить любого попавшегося им в руки иностранца, даже если ему просто случилось потерпеть кораблекрушение и оказаться выброшенным на побережье Японии. После этого первого посещения Малькольм твердо решил, что он легко отделался и почти задаром узнал достаточно много о Японии, Португалии и Голландии шестнадцатого столетия.

Значит, Лондон или Денвер… У него оставалось по крайней мере три дня, чтобы подыскать себе клиента. Его взгляд остановился на подходящего вида женщине средних лет, замершей в явной растерянности, в то время как трое маленьких детей сбились в стайку у нее под боком, заткнув себе рты кулачками и вцепившись в багаж, облепленный наклейками с индейцами и ковбоями. На младшем мальчике была широкополая пластиковая шляпа и игрушечный пояс с шестью пистолетиками. Мамаша вертела головой из стороны в сторону, вверх и вниз, ошалело глазела на хронометр и выглядела так, словно вот-вот разревется.

«То, что надо. Туристка, нуждающаяся в помощи».

Он не успел, однако, сделать и трех шагов, как к нему, подобно пикирующему ястребу, кинулась какая-то рыжая девчонка, одетая в черную кожаную мини-юбку, ажурное черное трико и черные кожаные сапоги до бедра. В руке она тащила небольшой чемодан, выглядевший так, словно он весил не меньше ее самой.

— Эй! Я ищу Кита Карсона. Не знаете, где бы он мог быть?

— Хм… — глубокомысленно промычал Малькольм, вдруг почувствовав, как каждая капля крови отливает от его мозга и бросается совсем в другую сторону. К тому же Малькольм и понятия не имел, где сейчас мог шататься отставной разведчик прошлого…

«Боже… Нужно запретить выглядеть подобным образом!»

Ясное дело, слишком уж давно Малькольм в последний раз…

Он раздраженно одернул себя. Где все же она могла бы найти Кита? Наверное, в отеле его сейчас нет, уже слишком поздно для этого; но и для выпивки еще слишком рано. Ну конечно, он развлекается, наблюдая за отбытием туристов, как и все прочие обитатели восемьдесят шестого.

Эта прелестная маленькая проказница, что набросилась на него, от избытка сил нетерпеливо притопывала своей обтянутой кожей ножкой. С коротко стриженными рыжими волосами, веснушками и ясными зелеными глазами она походила на бродячую кошку, сосредоточенную на своих делах и раздраженно отметающую все, что встает у нее на пути. Как показалось Малькольму, она была самой хорошенькой штучкой, прошедшей через Предбанник за последние месяцы. Он внимательно посмотрел ей в лицо.

— Попробуйте поспрашивать в гриль-баре «Нижнее Время». Если кто-нибудь вообще в курсе, то это могут быть тамошние завсегдатаи. Или же вы можете…

Он умолк, не кончив фразы. Ее уже словно ветром сдуло. Эта чертова кожаная мини-юбка сыграла скверную шутку со способностью Малькольма ровно дышать.

— Ну что ж. — Малькольм уперся ладонями в бока. — Если это только не… — Он никак не мог взять в толк, на кой черт столь юной девушке — и к тому же так спешно — вдруг понадобилось разыскивать не кого-нибудь, а именно Кита Карсона. — Ха.— Он попытался выбросить ее из головы и повернулся, чтобы найти ту самую растерянную туристку с хорошенькими детками. Работа была ему нужнее, чем чья-то загадочная история. — Ох, что за чертовщина.

Скитер Джексон, этот подонок, уже приклеился к озабоченному семейству и вовсю играл с младшим мальчиком. Его мамаша сияла. Помоги им Господь.

Он подумал, не предостеречь ли ее, затем поглядел на свою художественно замаранную тунику и снова выругался себе под нос. В таком наряде, учитывая лощеный вид Скитера Джексона, у него не было никаких шансов. Возможно, попозже ему удастся отозвать ее тихонько в сторонку и объяснить ей разницу между надежными гидами и всякими Скитерами Джексонами. Малькольм вздохнул. Если ему и дальше будет так везти, как в последнее время, она, наверное, залепит ему пощечину за клевету на этого «милого молодого человека».

Он подумал, что, может быть, стоит принять приглашение Энн в конце-то концов. Малькольм поплелся обратно через Общий зал, пройдя мимо «Замка Эдо», «Вокзала Виктория» и «Приграничного поселка». Он вошел в «Римский город» как раз в тот момент, когда прозвучал гудок о закрытии Предбанника, предупреждающий всех, что ВВ-86 будет отрезан от внешнего мира в течение по крайней мере двух дней. Там впереди эта маленькая нахалка из Верхнего Времени, разыскивающая Кита Карсона, проскочила прямо мимо бара «Нижнее Время», не заметив его. Малькольм улыбнулся и решил посмотреть, сколько ей понадобится времени, чтобы взмолиться о помощи.

Так чего же ей на самом деле нужно от Кита Карсона?

Что бы это ни было, у Малькольма появилось такое чувство, будто ближайшие несколько дней обещают быть очень веселыми.

* * *

Марго топала вдоль длинного, хаотически спланированного вестибюля, на ходу кляня свою опрометчивость.

— Подумать только, — вскипая от досады, бормотала она, — первый человек, к которому ты обратилась, был парень в римской тунике и ошейнике раба! Это, наверное, какой-нибудь бедолага из Нижнего Времени, забредший сюда через неустойчивые Врата, как предостерегали статьи в журналах. Дура я зеленая…

Марго вовсе не нравилось выглядеть дурой.

— Стоит ли удивляться, что он так долго думал, прежде чем ответить. Ему, наверное, сначала нужно было перевести на свой язык то, что я сказала. Хорошо еще, что он хоть как-то говорил по-английски. И я все же попала на нужный вокзал, это уже стоит отпраздновать, — добавила она шепотом, взглянув с едва сдерживаемым трепетом на разбегающийся во все стороны гигантский комплекс, границы которого терялись вдали в паутине галерей, ларьков, площадок ожидания и пересекающих главный вестибюль коридоров, уводящих бог знает куда. Тщательность, с которой она изучила план Вокзала Времени, даже приблизительно не подготовила ее к встрече с реальностью этого места. Оно было огромно, ошеломляюще. И ничто из найденной ею информации не описывало жилые секторы вокзала, маняще мелькавшие порой по сторонам Общего зала. Она осознала, что ей хочется изучить…

— Но сначала, — строго сказала она себе, — я должна найти Кита Карсона. Все остальное потом. Этот римский олух сказал, что он должен быть в каком-то баре, так что все, что мне теперь нужно сделать, это отыскать тот бар. Я могу уговорить кого угодно на что угодно. Лишь бы только найти его…

Увы, она не нашла «Нижнее Время» ни в главном проходе Общего зала, ни на каком-либо из соединенных с ним балконов. Марго поставила на пол свой тяжелый чемодан, чуть перевела дух и покосилась на пустой ряд кресел рядом с закрытыми Вратами.

— И где же этот чертов гриль-бар «Нижнее Время»?

Марго с мрачным видом снова взяла чемодан, пожалев, что решила упаковать в него все свои вещи. Она осмотрелась вокруг в поисках справочного табло с информацией о размещении всяких служб вокзала, что-нибудь вроде того, что она привыкла видеть в больших универсальных магазинах, но не обнаружила ничего хотя бы отдаленно напоминающего столь необходимую ей вещь. Спрашивать кого-нибудь и показывать тем самым свое полное, невежество она постеснялась. Ей отчаянно хотелось выглядеть взрослой, бывалой путешественницей, способной самой позаботиться о себе.

Но гриль-бар «Нижнее Время», видимо, приходился близким родственником Летучему Голландцу, поскольку его, похоже, просто не существовало. Может, он и в самом деле располагался в Нижнем Времени? «Не будь дурой. Никто не стал бы устраивать бар по ту сторону Врат». Наконец она начала последовательно обходить лабиринт пересекающихся, соединенных между собой коридоров, образующих частный сектор ВВ-86. Лестницы вели в коридоры на других уровнях, некоторые из них были ярко освещены, другие тонули в полумраке и казались совершенно безлюдными. Через несколько минут она безнадежно запуталась и заблудилась.

Она снова поставила на пол свой чемодан и стала растирать затекшую ладонь.

— Неужели им было лень вывесить хоть где-нибудь справочное табло?

— Могу я вам чем-нибудь помочь?

Голос был вежливый, мужской, и донесся прямо у нее из-за спины.

Она обернулась.

Тот самый парень в тунике. Вот черт… После Нью-Йорка она всегда была так осторожна, — а ведь это был тип из Нижнего Времени, и Бог знает, зачем он за ней увязался…

— Вы следили за мной? — спросила она, разъяренная тем, что ее голос прозвучал испуганно и устало, а не спокойно и уверенно, как ей хотелось.

Он почесал шею под широким бронзовым ошейником.

— Хм, я не мог не заметить, что вы проскочили мимо «Нижнего Времени» и затем свернули явно не туда, прочь от Общего зала. Тут, в этом лабиринте, легко заблудиться.

Сердце Марго застучало так бешено, что у нее закололо в груди. Она попятилась на шаг назад.

— Должна предупредить вас, — сказала она тоном, который должен был прозвучать предостерегающе, — что я владею боевыми искусствами.

— По правде сказать, я тоже. «О, Бог ты мой…»

Он обезоруживающе улыбнулся, вдруг напомнив Марго ее школьного учителя истории.

— Большинство гидов по времени владеют ими, вы же знаете.

«Гид по времени?»

Он протянул ей визитную карточку, изящно держа ее двумя пальцами.

— Малькольм Мур, независимый гид по времени.

Марго почувствовала, что краснеет от смущения.

— Я… хм… — Ну конечно, он прекрасно понимал, что она подумала, и, кажется, находил это забавным. Она нерешительно взяла карточку и рискнула взглянуть на нее. Карточка выглядела совсем как настоящая. — Э-э, привет. Меня зовут Марго.

Если он и обиделся, что она не назвала своей фамилии, то этого не показал. Он сказал только:

— Рад с вами познакомиться, Марго, — и церемонно пожал ей руку. — Если вы не возражаете, я мог бы проводить вас обратно, к «Нижнему Времени».

Она колебалась.

Он улыбнулся.

— Бесплатно. Я беру деньги лишь за экскурсии по ту сторону Врат.

— А-а. Ладно. — И затем сухо, сконфузясь, что не догадалась сделать этого раньше, Марго сказала: — Спасибо.

— Не стоит благодарности.

У него была приятная улыбка. Наверное, ему можно доверять хотя бы немного. «Однако ей лучше было бы надеть что-нибудь другое». Его взгляд скользнул по ней с неизбежным — она почти могла сказать невольным — интересом. Большинство мужчин смотрели на нее так, думая, что ей по крайней мере восемнадцать, как ей хотелось казаться, а не почти семнадцать, как было на самом деле. Да, ей лучше было бы надеть что-нибудь другое. Но ее сапоги были слишком длинными, чтобы их можно было засунуть в чемодан, а ей хотелось подчеркнуть все свои достоинства, когда она наконец окажется лицом к лицу с Китом Карсоном… «Что же, ты ведь сама этого хотела. Получай то, на что напрашивалась». Марго схватила свой чемодан и пошла за гидом обратно к коридору, который, она была уверена, ведет не в том направлении, и вдруг вышла в поперечный коридор, уже знакомый ей: по нему она проходила, удаляясь от Общего зала. Марго вздохнула и подумала, что ей придется преодолеть еще одно препятствие на пути к своей цели: репутацию дуры. Может быть, мистер Малькольм и не скажет ничего про то, что ему пришлось за ручку выводить ее из этого лабиринта, но кто его знает? И у нее уж точно нет денег заплатить ему за молчание.

До Общего зала они, слава Богу, дошли молча. Когда они приблизились к огромному участку, обнесенному решетками, чтобы туда не проникли туристы, Марго насупилась. Она и раньше видела это, но лишь мельком. Внутри клетки из стальных прутьев в бетоне зияла неправильной формы дыра.

— Что это такое? — нерешительно спросила она, боясь, что заранее знает ответ. «Неустойчивые Врата…» Малькольм Мур посмотрел вокруг.

— Вы о чем? А, это неустойчивые Врата.

— Я читала о таких.

— Ага. Ну, пол обрушился, когда эти Врата открылись под ним. И в дыру провалился кофейный киоск.

Она подошла поближе и побледнела. Это зрелище было не для слабонервных. Воздух у дна ямы, казалось, странно дрожал и струился. Каждые несколько секунд ей слышался всплеск воды. Кости черепа у нее за ушами начали неприятно вибрировать.

— Провалился куда?

— Мы думаем, что там находится Бермудский треугольник. — Его тон был совершенно нейтральным, без всякого намека на шутку.

— Бермудский треугольник? Не пудрите мне мозги!

— Эй, — сказал он, выставив вперед обе ладони, — кто тут объявлял войну? Честно, мы считаем, что там находится Бермудский треугольник. Кэти и Джек Шерман чуть не утонули, когда эти Врата впервые открылись. Их кофейня рухнула прямо на дно. Я был в спасательном отряде, который прошел сквозь эти Врата, разыскивая их. Мало того, что они нестабильны, эта чертова штука ведет к целой связке других Врат, то и дело открывающихся и закрывающихся. Это было убийственное занятие — найти среди них те, что вели обратно в Ла-ла-ландию. Мы сделали пять безуспешных попыток и чудом вернулись назад.

— А-а. — «Вот здорово. Неустойчивые множественные Врата». — Я знаю про неустойчивые множественные Врата, — пролепетала Марго, удивившись, почему после всех своих изысканий нигде не встретила и намека, что такие штуки бывают на свете. Может быть, правительство не хотело пугать людей? — Я бывала прежде на Вокзалах Времени.

Кажется, он поверил в эту ложь. Она бы скорее предпочла умереть, чем сознаться, что ей пришлось продать почти все, что у нее было — и, пожалуй, чуть больше этого, — чтобы купить билет в Нижнее Время на ВВ-86. Марго смотрела на дыру в полу с некоторым опасением и дурными предчувствиями. Что же, она ведь оказалась здесь в поисках приключений, разве не так?

— Так где же этот бар? — требовательно спросила она, повернувшись спиной к водной бездне. — У меня есть дело к мистеру Карсону.

Малькольм Мур рассматривал ее на мгновение дольше, чем следовало бы. Неужели он что-то заподозрил? Люди из ДВВ лишь мельком взглянули на ее поддельное удостоверение личности и удовлетворились этим. Потом он пожал плечами и мотнул головой.

— Это вон там, в «Urbs Romae». «Римском городе» — перевел он, полагая, что ей неизвестно значение слова «урбс».

Марго пролепетала:

— Я знаю, откуда произошло слово «урбанистический». — Это было почти все, что она знала по-латыни, но это она знала.

В уголках его глаз появились симпатичные морщинки, когда он улыбнулся. Марго решила, что в конце концов Малькольм Мур не похож ни на одного из знакомых ей мужчин.

— Пойдемте. Я покажу вам, где это. Его не так легко заметить.

Она пошла за ним, таща чемодан, становившийся тяжелее с каждой минутой. Когда ей стало трудно поспевать за ним, он оглянулся и чуть сбавил шаг, чтобы приноровиться к ее темпу.

— Вы случайно не собираетесь посетить Лондон? Или Денвер?

— Почему вы об этом спрашиваете? Он сделал выразительную гримасу.

— Просто так, на всякий случай. Я ищу клиента на одну из предстоящих экскурсий. Нам, независимым гидам, приходится самим искать себе работу.

— А-а. Нет, я не собиралась ни на какую экскурсию. Извините.

— Не стоит извиняться. — В его глазах, однако, по-прежнему светилось любопытство. Интересно, как часто все же Кита Карсона кто-нибудь навещает? Если самый прославленный в мире разведчик прошлого окажется чокнутым отшельником… Судя по тому, с каким трудом ей приходилось выискивать свежие новости о нем, такое вполне могло случиться. Что ж, опыт общения с ее собственным отцом должен был бы достаточно подготовить ее к тому, как суметь справиться с самым угрюмым и капризным мужчиной. Благодаря этому опыту она сумела живой выбраться из Нью-Йорка, ведь так?

Малькольм Мур провел ее по крайней мере через половину длиннющего Общего зала, через места, напомнившие Марго иллюстрации из книг по истории. Она знала, куда ведут разные Врата, изучив ВВ-86 со всей возможной дотошностью, прежде чем пуститься в путь. Вот отсюда отправлялись в древние Афины, а вон та секция была оформлена, как город в Андах. Они миновали лавки, восхитившие ее экзотическим декором. Один ресторан был оформлен в виде южноамериканской пирамиды; вход в него был копией Солнечных Врат Теотиуакана.

Пройдя дальше, Марго разглядела хитроумные орнаменты из сплетенных стеблей и тел мифических животных, украшавших резные наличники входной двери в какую-то лавку. Один из ресторанов помещался внутри корабля с фигурой дракона на форштевне и вывеской, шрифт которой напоминал руническое письмо викингов. Ароматы, доносящиеся из распахнутых дверей ресторанов, заставили ее пустой желудок жалобно урчать.

«Мне следовало бы поесть, прежде чем отправляться вниз по времени. Цены здесь наверняка дикие». В Нью-Йорке она хоть могла бы купить дешевые хот-доги у уличных торговцев. Они вошли в сектор с мозаичными полами и оформленными в романском стиле фасадами лавок, затем ее провожатый нырнул в лес поддельных колонн и стальных опор и показал на скрытый в полумраке вход. Стук кружек и безошибочно узнаваемый запах пива донеслись изнутри. Нигде не было видно никакой вывески. Неудивительно, что она проскочила тогда мимо этого заведения. «Должно быть, это пивнушка, где опохмеляются лишь местные, если они никак ее не рекламируют».

— Вуаля, — с улыбкой и любезным поклоном сказал Малькольм Мур. — Гриль-бар «Нижнее Время».

— Спасибо. — Она признательно улыбнулась ему и направилась к плохо освещенному входу, предоставив ему самому решать, входить ли вслед за ней или побрести прочь, — как ему будет угодно. Ее внимание уже полностью переключилось на то, что она должна сказать легендарному Кеннету «Киту» Карсону, человеку, от которого зависело теперь все ее будущее — и даже больше того. С пересохшим ртом, с вспотевшими ладонями, Марго крепко сжала ручку своего чемодана и решительно шагнула через порог.

— …Как бы то ни было, — засмеялась Энн, заглушая своим смехом резкий стук бильярдных шаров в задней комнате, — он получил ценный урок насчет умения не отвлекаться на линии огня. Маркус, привет, да, я выпью еще.

На противоположном конце стола Свен театрально застонал. Музыкальный смех Рэчел Айзенштайн составил комический контрапункт мрачности Свена Бейли.

— Ох, заткнись и допивай свое пиво, — сказала ему Энн. — Я выиграла бесспорно и честно.

— Я знаю. Это-то меня больше всего и расстраивает.

Энн подмигнула Маркусу, а Рэчел отпила глоток вина из бокала и продолжала беззвучно смеяться. Свен еще отхлебнул из пивной кружки и вздохнул. Молодой бармен улыбнулся и отправился искать, чем бы снова наполнить их кружки и бокалы.

В бар, пригнувшись, чтобы не задеть притолоку, ввалился Грэнвилл Бакстер и задержался у входа, давая глазам привыкнуть к царящему внутри полумраку. Его серый деловой костюм все еще был свежим и опрятным, но одетый в него человек смотрел устало и понуро, в его взгляде ясно читалось: «Мне нужно выпить. Немедленно». Рэчел помахала ему и показала рукой на свободный стул. Масайское происхождение Бакстера по материнской линии и несколько предков по отцовской, бывшие звездами Национальной бейсбольной ассоциации, обеспечивали ему преимущество в росте над любым другим постоянным обитателем Ла-ла-ландии. Грэнвилл Бакстер, однако, вовсе не интересовался спортом, разве что иногда проталкивал специальные сделки «Путешествий во времени» ради щедрых комиссионных.

«Путешествия во времени» считали Бакстера гением маркетинга.

— Вы не против, если я присоединюсь к вам? — спросил он, неизменно вежливый даже здесь, в «Нижнем Времени».

Свен показал на свободный стул:

— Давай сюда.

Служащий «Путешествий во времени» со вздохом откинулся на спинку стула, вытащил из кармана носовой платок и вытер пот со своего смуглого лба.

— День двух Врат, — сказал он. Для всякого постоянного обитателя восемьдесят шестого это было исчерпывающее объяснение.

Энн помахала Маркусу и кивком показала на Бакстера. Бармен кивнул в ответ и взял глиняную кружку, чтобы налить в нее любимого пива Бакса.

— И как это прошло? — спросил Свен, сделав долгий глоток из своей собственной кружки.

Бакс, который порой говорил ужасные вещи насчет решения своих родителей назвать его «Грэнвилл», поморщился.

— Опять накладки с багажом. В остальном все прошло гладко. Ну, как обычно, трое или четверо туристов решили изменить маршрут после прибытия на вокзал, и одну женщину вырвало прямо на некое семейство по другую сторону Врат, но ничего особенного. Забыла свой пластырь от укачивания. Я вам говорю, если мой новый менеджер по отправке багажа не наведет порядок к следующему отправлению в Лондон, ему придется искать работу где-нибудь еще. Ох, Маркус, дай тебе Бог удачи.

Полкружки пива исчезло после одного долгого глотка.

Энн с сочувствием отнеслась к его рассказу. Один перевод на другую станцию, одно повышение в должности и одна семейная ссора привели к тому, что за последние полгода на ВВ-86 сменилось уже четыре менеджера по отправке багажа компании «Путешествия во времени». Бакс и сам может оказаться следующим потерявшим работу, если носильщики снова оплошают. Богатые туристы очень нетерпимо относятся к ошибкам наемной обслуги. Даже гении могут оказаться не столь уж незаменимыми, если подходящий турист устроит достаточно громкий скандал.

Маркус поставил на стол выпивку для всех остальных.

— Итак, — спросил Бакстер, — у медиков есть какие-нибудь проблемы с новоприбывшими?

Рэчел только собралась ответить, как вдруг некая потрясающая юная леди, броско одетая в черную кожу и кружева, с короткими рыжими волосами и чемоданом, ручку которого она стиснула, как пару нунчаков, влетела во входную дверь, направляясь прямо к их столу.

— Здравствуйте, — сказала она из середины зала, — я ищу Кита Карсона. Мне сказали, что он может быть здесь.

Энн и Рэчел переглянулись. Даже Бакс приподнял одну бровь.

— Нет, — ответил он дружелюбным тоном. — Боюсь, его здесь нет, разве что он играет в бильярд в задней комнате.

Девица развернулась, явно готовая прервать игру. Все мужчины в зале следили за взмахом ее короткой юбки.

— Нет, он не в задней комнате, — сказала Энн, упреждая ее. — Там только Скитер и Голди, стараются перехитрить друг друга.

Стук бильярдных шаров подчеркнул ее слова. Рыжеволосая девушка ничуть не смутилась.

— Кто-нибудь представляет себе, где мне его найти? Это важно.

— Что же, — сказал Бакс, почесав в затылке, — вы могли бы придвинуть стул и промочить горло, пока Кит не пришел сюда. — Бакс с надеждой взглянул на девушку. — Он здесь появится рано или поздно и, наверное, скоро. Кит всегда сюда заходит, особенно в день открытия Врат.

Кем бы она ни была, эта девушка явно не собиралась просто так сшиваться здесь и ждать. Маркус на своем забавном английском решил помочь.

— Он иметь отель. Он там быть?

Ее глаза просияли.

— Отель? Какой отель?

Свен опустил кружку на стол. Стекло чуть звякнуло о деревянную столешницу.

— «Новый Эдо». Это прямо в Общем зале, за большим рыбным прудом, его вход выглядит как…

Он не успел докончить фразу, а ее уже как ветром сдуло.

— Ну и дела, — удивился он.

Прежде чем кто-либо успел сказать хоть слово, в бар вошел Малькольм Мур. Он был все еще в тунике и лукаво улыбался.

— Как я вижу по вашим разинутым ртам, вы все встретились с Марго. Кто-нибудь разнюхал, зачем она ищет Кита?

— Марго? Ты ее знаешь? — спросил Бакс. — Кто она такая?

Малькольм подтащил свободный стул. Энн привстала и помахала Маркусу рукой, требуя еще пива.

— Нет, — уныло признал Малькольм, — я ее не знаю. Она пулей пролетела через Предбанник, вцепилась в меня, спросив о Ките, и тут же потерялась в жилой зоне, разыскивая «Нижнее Время». Я надеялся, что вдруг она расскажет вам, ребята, зачем ей понадобился Кит. Такой маленький колючий цветок кактуса эта девчонка, верно?

Свен рассмеялся, увидев выражение лица Грэнвилла Бакстера:

— Бакс, она загонит тебя в гроб раньше времени. Держись «Путешествий во времени», если хочешь умереть молодым.

Бакс свирепо взглянул на него и опустил глаза на свою пивную кружку.

— Что же, — заметил Малькольм, с благодарностью кивнув Маркусу, поставившему перед ним запотевшую кружку, — у меня такое предчувствие, что тут некоторое время будет нескучно. — Он поприветствовал компанию, подняв вверх свою кружку, и улыбнулся.

— Ты, — проворчал Свен Бейли, — только что сказал истинную правду, черт побери. Вот вопрос на шестьдесят четыре тысячи долларов: нужно ли нам предупредить Кита?

Энн и Рэчел переглянулись, Бакс поперхнулся своим пивом, а на другом конце бара даже Маркус рассмеялся. Малькольм усмехнулся:

— Бедняга Кит. Что ж, поставим это на голосование, так? Все «за»?

С серьезным видом, но с озорно блестящими глазами друзья Кита проголосовали поднятием рук. Малькольм вытянул несколько ниточек из потрепанного подола своей туники:

— Кто вытащит короткую, тот ему и сообщит.

Короткая нитка, разумеется, досталась Малькольму. Как всегда. Он вздохнул, в ответ на неизбежные насмешки лишь молча отпил большой глоток пива и пошел к телефону.


Загрузка...