Развод. Сын моего мужа

Глава 10

— Как познакомились?!

Вопрос вылетает со свистом из меня. Огненным дыханием обжигает внутренности.

Познакомил?! Он уже познакомил моих девочек со своим Назаром?!

И после этого будет ещё мне что-то рассказывать. Не знал, не видел, вчера познакомились.

А дети чисто случайно познакомились?

Хочется погнать домой. Вытрясти из Вити все ответы, и плевать мне, какие последствия будут.

Измена это измена. Перманентная боль.

Но…

Вот так меня дурочкой считать — это действительно оскорбление! Витя ведь никогда не относился ко мне как к идиотке.

Он знал, что я выбираю семью и спокойную жизнь домохозяйки. Но не потому, что ничего другого не могу. Бизнес — тому подтверждение.

А теперь…

Или муж так ко мне всегда относился? Заскучавшая домохозяйка, которая ничего не смыслит?

Это… Обидно. Правда.

— А мы играли, — дочь прикусывает кончик карандаша. — На площадке. А Назар хороший. Он меня на качельке качал.

— Качал, значит. И почему ты мне ничего не рассказывала? Раз с хорошим мальчиком познакомилась?

— Я говорила! Я сказала о мальчике тебе. Он ещё Алисе косичку поправлял. Помнишь? Ты сказала, что он воспитанный.

— Точно. Да. Но ты имя его не называла.

— Я забыла.

Соня пожимает плечами. Помогает младшей сестричке нарисовать траву внизу бумаги.

Я вспоминаю этот разговор. Но… Малышки часто рассказывают о новых знакомых. По тысячи историй за вечер выдают.

Ничего особенного не было в рассказе дочерей, чтобы я заволновалась. Действительно.

Какой-то мальчик помог грустной Лиске косичку переплести. Из слов дочерей казалось, что он очень воспитанный и хороший.

А теперь, оказывается, что это Назар был.

И я уже не уверена, что всё так невинно было!

Может, мальчик специально хорошим прикидывался, чтобы понравиться всем!

Нельзя в таком ребёнка винить, но… Слишком уж он взрослый для своего возраста. И этим пугает.

А ещё… В этот день меня не было на площадке! Я поехала в кондитерскую, а Витя освободился раньше.

Он забрал малышек на детскую площадку!

— Папа тебе что-то говорил? — я мягко отвлекаю дочь от рисования, разворачиваю к себе.

— А? Когда? — Соня прищуривается. — А папа… Я не помню. Он там был?

— Сонечка… Когда вы с Назаром познакомились, папа забрал вас. Помнишь? Ещё шарики купил.

— А, да. Только мой лопнул.

— Да. Тогда, — сглатываю, слова подбираю. — Папа тебе что-то говорил о мальчике?

— Эм… Нет? Нет. А что?

— Хочу понять.

— Я не помню! Папа вроде… Не видел его? Или… Не помню.

— Всё хорошо.

Я глажу малышку, которая сейчас выглядит растерянной и грустной. Пытливо смотрит на меня, пока я прижимаю к себе.

— Ничего страшного, что не помнишь, Сонечка. Ты только… Ты только не обманывай меня, хорошо?

Малышка серьёзно кивает, а я расслабляюсь. Я не переживу, если Витя попытается наших дочерей такими же обманщиками сделать.

Я отпускаю плохие мысли. Погружаюсь в игры с детьми. Провожу с ними время, будто остального мира не существует.

— Мама — ты вода!

Алиса неожиданно хлопает меня по ладони. Убегает со смехом. Любимая игра малышки. Она в любой момент всех пытается утянуть за собой.

Я подчиняюсь. Смеюсь, бросаясь за малышками. Поддаюсь, а после — резко хватаю дочь на руки.

— Мама!

Алиса визжит от щекотки, смеётся громко, изворачивается. Зовёт сестру, чтобы её спасли.

Сердце греет то, какие мои малышки счастливые. Маленькие, беззаботные. Мне хочется для них это состояние продлить.

— Деда! — вскрикивает Соня. — Помоги! Мама Алиску щекочет.

— Хм, — отец упирается на трость, серьёзно выслушивает. — Не хорошо это.

— Да!

— Её щекочет, а тебя кто? Ну-ка иди сюда…

— Мамочка!

Дочь срывается ко мне, теперь в моих руках ищет защиты. Я прижимаю малышек к себе, шутливо собой закрываю.

Им невдомёк, что «деда» не сможет так играть. Папа не подаёт виду, но я знаю, что ему тяжело. На трость сильно упирается.

Колено его беспокоит постоянно. Не может ходить как раньше. А для отца, который бегать привык — это сильный удар.

— У меня другая игра есть, — предлагает папа. — Чаепитие будем устраивать? Ваша бабушка уже всё готовит. Но ей помощь нужна. Вдруг злая фея прилетит и чай испарит.

— О, нет.

Алиса прикрывает рот ладошкой, смотрит с беспокойством. Начинает бежать домой, прихватив какую-то веточку.

Видимо, для того, чтобы от фей отбиваться.

— Хах, — хмыкает Соня. — Все знают, что феи не боятся такого. И чай они не портят.

— Сонь…

— Ну а что? Они сладости крадут! И их нужно песнями отгонять. Алис, подожди!

Громкий смех затихает в доме, я выдыхаю. Отец притягивает меня к себе. Целует в висок, привычно щекочет своими усами.

— Ну что, Полька, — смотрит на меня. — Как всё прошло?

— Ох, пап… Пошли сядем? Я так устала.

Прикрываю заботу об отце, потому что он такого не любит. Первой усаживаюсь на садовые качели, а папа следует за мной.

Я пересказываю отцу всё, что приходило. Не утаиваю, так как у меня никогда не было…

Ой, ладно, у всех секреты есть от родителей. Первый алкоголь, поцелуй с мальчиком, несогласованная вылазка в клуб…

Но это мелочи, чтобы подросткам веселее жилось. Вкусить адреналина немного.

А вот всё серьёзное — папа всегда знал. Проблема с сессией, мальчик настырный, замуж собралась…

Так у нас в семье принято было. Подруги обидели или мальчик понравился — это к маме. А вот если проблемы или совет надо, то тут папина работа.

— Мда, — тянет зло. — Надо давно было твоего муженька притопить где-то. Была же возможность.

— Пап!

— А что? Кто такое творит? Ещё и детей впутал! Шкуру ему спустить надо. А лучше…

— Я просто хочу развестись. Адвокат уже будет готовить документы, в процессе. Но… Я хотела попросить тебя об одолжении.

— Конечно.

— Я буду закрыть свою кондитерскую.

— Как? Почему? — отец хмурится. — Этот твой замешен?!

Папа мрачнеет, словно уже готов ехать на разборки с Витей. И это… Приятно. Знать, что, несмотря ни на что, рядом есть близкие люди.

Которые поддержат и защитят, сколько бы тебе ни было лет.

— Не совсем, — я веду плечом. — Но я не хочу, чтобы были проблемы. Чтобы хоть как-то Витя мог претендовать.

— И что? Назло пойду утоплюсь? Бросать всё не выход!

— Конечно, папуль. Поэтому и будет к тебе просьба. Как ты относишься к тому, чтобы открыть собственный бизнес? Это временно! До развода.

Заметив, что отец внимательно слушает, я пересказываю идею. Довольно простую и банальную.

Пока папа будет получать все документы — я продолжу работать под своим именем. А после просто закрою свою фирму. Предупрежу мужа об этом решении, конечно, но чисто формально.

И тогда он не будет иметь никаких прав на моё детище.

— Сначала там будет субаренда, — продолжаю я. — Пока ты не сможешь работать. Тогда я просто закрою. А даже если вдруг появятся проблемы — я просто «уведу» регистрацию в другое место, и будет пустой бизнес. Но проблем не должно быть. Вот.

Выдыхаю, с надеждой смотря на отца. Я пересказываю всё сумбурно, юрист справился бы лучше.

Хорошо, что он и будет этим заниматься. Потому что я в таких деталях очень сильно плаваю.

Конечно, пыталась разобраться, но… Я не могу быть специалистом во всех сферах. Особенно сейчас.

Голова кругом, мысли в кучу. Каждый стук сердца — словно сильнее ножик вонзается. Не могу отделаться от болезненных ощущений в груди. На это время надо.

А пока…

Я некстати вспоминаю свою знакомую Карину. Завидую, что не могу быть как она.

Мне кажется, на неё метеорит упадёт, а она отряхнётся и пойдёт дальше. Я так не умею.

Я разваливаюсь уже, когда ещё ничего не началось толком.

— Эм, ладно, — отец кивает медленно. — Всё, что тебе нужно, Поль. Только ты знаешь… Я в этих ваших бизнесах не понимаю. Что, куда…

— Этим займётся юрист. От тебя только пару подписей. Я клянусь, пап, что всё будет хорошо.

— Я в тебе и не сомневаюсь.

Я расплываюсь в объятиях папы. Окружена теплом и семейной поддержкой. Мгновенно становится легче.

Хоть с одной проблемой, но я разобралась.

Новая проблема не заставляет себя ждать. Стоит поужинать, как мне звонит Витя.

Мелочно хочется не брать, игнорировать. Просто сделать вид, что я не знаю этого мужчину, которому восемь лет своё сердце дарила!

Но всё же, стиснув зубы, я отвечаю.

— Что? — бросаю рвано и зло.

— Хотел поговорить с тобой. И с малышками. Мы договорились, что ты дашь мне шанс, но при этом…

— Шанс я дала, — вру я. — Но это не значит, что я обязана помогать тебе. Если ничего срочного, Вить, то пока. Я не в настроении слушать ещё одну ложь.

— Какую ложь?

— Не знал ты Назара, правда? Но чисто случайно познакомил его с детьми раньше? Несколько недель назад!

— О чём ты?

Муж идёт в отказ. Как только я ему рассказываю, то мгновенно отнекивается.

Злит. Злит. Злит!

Он даже не может просто признать свою вину. Честно покаяться. А продолжает врать со всех сторон.

Разве я хотя бы не заслужила правды?

Обычной, маленькой правды?

— Наверное, Сонька что-то перепутала, — отмахивается Витя. — Такого не было. Я бы не стал так знакомить Назара с детьми за твоей спиной. Не вот так. Это было бы неправильно.

— Конечно, куда лучше было бы привести его на мой праздник. Вот это правильно.

— Мне жаль. Жаль, что я растерялся и поступил тупо. Жаль, что единственным вариантом было привести Назара вот так. Ты же знаешь меня, я не стал бы причинять тебе боль намеренно.

— Знаю? Нет, Вить, я тебя больше не знаю.

— Поль…

Муж тяжело вздыхает. И в этой тишине звучит всё. Моя усталость и боль. Растерянность Вити, который не знает, что со мной делать.

Растерялся, потому что не всё так просто оказалось.

— Полюш, возвращайся домой, — просит хрипло. — Я снял отдельную квартиру. Я съеду, а ты с малышками — возвращайся, хорошо?

— Даже так?

— Да. Я… Мне невыносима мысль, что вы будете жить отдельно. Не со мной. Но если так… Возвращайтесь домой, а я поживу в другом месте. Так мне спокойнее будет.

Витя убеждает, но я не могу отделать от мысли, что где-то есть подвох. Только в чём именно?