Развод. Сын моего мужа

Глава 32

— Полина Захаровна, с вами всё хорошо?

— Да-да, минутку!

Я опускаю ладони под поток холодной воды, растираю шею. Кожа покрывается мурашками, я ёжусь.

В который раз умываюсь, избавляясь от остатков слёз. Да, я расплакалась при Вите. А потом в машине.

И ещё раз, в уборной своей кондитерской.

Эмоций так много, что мне просто выворачивает. Разрывает в моменте бомбой чувств.

Я выговорилась, мне должно было стать легче. В каком-то смысле, мне и стало. Просто душу не распахнула, а разорвала, чтобы показать всё.

Я так устала от всего этого. Действительно устала.

Должна .

Быть умнее, прощать, думать обо всём сразу. Должна найти в себе силы простить мужа, закрыть глаза, должна…

Что там ещё?

Принять, что всё было давно. Можно и простить. Ну а обрушил на мою голову Витя бомбу в виде сына… Так это мелочи. Сын же давно появился.

Я встряхиваю головой, подвожу глаза к потолку. Медленно выдыхаю, стараясь проглотить всё недовольство.

Легче ли мне из-за того, что мужу было страшно всё это время? Нет. Мне никогда не было хорошо потому, что кому-то плохо.

Но страдал, значит, понимал свою вину. Знал, насколько неправильно поступил.

И я ведь сказала правду. Дело не только в измене. Вначале разве что, но на самом деле…

Я сказала мужу правду. Убивает не то, что он переспал с Марго. А все его поступки дальше.

Трусость, подлость, вечный обман.

Уверена, если бы изменщицей была я, Витя бы никогда меня не простил. Потому что для этого нужно слишком много сил, которых у мужчин никогда нет.

Вот и я без сил. Слабая.

Потому что рядом будет Назар всегда. Как ежесекундное напоминание того, через что я прошла.

А я не хочу этого.

Действительно не хочу.

Я была верной Вите. С момента, как мы познакомились, для меня существовал только он.

Шесть с половиной лет я старалась быть идеальной женой. Понимающей, поддерживающей во всём.

И не страшно, что на нашу годовщину нужно уехать по работе. И вот Рождество в другом месте. Всё-всё понимала и принимала, потому что любила.

Видимо, на прощение у меня любви недостаточно.

Собрав себя по кусочкам, я выхожу в зал. Занимаюсь работой, стараясь не думать ни о чём больше.

Вечером и утром девочки.

День — работа.

Так день за днём, как цикленная. Мой график забивается до неприличия. Буквально опоздание на пять минут рушит весь план.

Но я не торможу. Больше, больше. Нужно так много задач, чтобы ни одна лишняя мысль не просочилась.

И становится немного легче. Всего на капельку. Когда нет времени с подругой поболтать, то на боль тоже времени немного.

Тем более что муж делает мне самый значимый подарок. Он услышал меня, не трогает лишний раз. Даёт зализать душевные раны.

Мы видимся с ним всего раз в неделю, и то если повезёт. Когда муж проводит час или два с детьми. И мне так хочется кричать от этого. Так несправедливо.

Какого черта, Вить?!

Развод со мной не делает тебя воскресным отцом. Ты же сам рассказывал, как не хочешь девочкам вредить.

Я не против, пожалуйста. Забирай на выходные, вечерами с ними встречайся. Я готова подвезти куда нужно.

Но Вите сложно, конечно же. У него работа, встречи. Он привык, что можно по вечерам немного провести время с девочками, а дальше отдыхать. Или на выходных поиграть, а после отвлечься.

Витя хороший отец, да.

Но очевидно хорошим быть проще, когда тебе не нужно лишний раз напрягаться.

— Мамуль, — зовёт меня Соня с заднего сидения. — А папа сегодня будет?

— Папа, — я глушу все протесты, мило улыбаюсь. — А сейчас давайте позвоним и узнаем.

— Да!

Девочки в два раза счастливее становятся, когда говорят с отцом по телефону.

— Ты можешь отвезти их к моим родителям? — просит Витя. — У меня сейчас встреча с юристом… Но я через часа два подъеду.

— Я хоть на луну их отвезу, Вить. Ты просто проводи с ними время.

Укол остаётся без ответа. Оглядываюсь на малышек, но они тоже не замечают.

— И баба с дедой? Класс!

Хорошо быть ребёнком. Так мало проблем, так много поводов для радости.

Я и сама не против. То, что у меня с мужем разногласия, никак не касается его родителей. С ними отношения, даже если не были тёплыми, но и плохого они мне не делали.

Звоню своему репетитору, переношу занятие на следующий день. Не шутила, когда говорила, что у меня много разных занятий.

Реклама в соцсетях, спорт, различные мастер-классы с детьми. Вон, испанский изучаю.

Я всегда хотела побывать в Барселоне, но муж терпеть не может этот город. Не зашла ему атмосфера.

— Здравствуй, Полиночка, — свекровь меня во дворе встречает. — Быстро вы.

— Пробка рассосалась быстрее, чем я думала. Если у вас ещё дела…

— Ну что ты. Для моих внучек у меня всегда время есть, да? Как вы?

— Ба!

Я отстёгиваю малышек, помогаю им спуститься на землю. Они тут же бросаются к бабушке, облепляя её со всех сторон.

Свекровь суетится, но при этом её взгляд постоянно направлен к пешеходной дорожке. Словно она очень ждёт чьего-то прихода.

Или опасается.

— А деда где? — деловито уточняет Соня.

— Придёт скоро. Мы дома его подождём.

— Вы не только за девочками присматриваете, да? — я контролирую голос, чтобы не звучало претензией. Понимаю всё быстро. — Назар здесь? Витя не предупреждал.

— Они все мои внуки и внучки, — свекровь пожимает плечами. — Поэтому… Как мать ты меня должна понять, Полина. Когда у твоих детей появятся свои…

— Мария Владимировна, я же без претензии. Просто мне хотелось бы знать о подобном заранее. Я не… Я стараюсь ограничить общение девочек с Назаром. Они ещё ничего не знают. И мне не до конца нравится поведение Назара…

— Я понимаю, что тебе больно, но сейчас ты наговариваешь зря. Назар отличный мальчик.

Я поджимаю губы, скрывая недоверчивую улыбку. Ничего не говорю, потому что не собираюсь быть «злой бывшей».

Мне нужно думать о том, как сейчас правильнее поступить.

— Ты пойми, Полин, — продолжает свекровь. — Я не одобряю то, как поступил Витя, но…

— Он ваш сын.

— А Назар…

— Внук, да.

Я киваю, понижаю голос так, чтобы девочки не слышали. Но они не обращают внимание, уже пытаются отковырять какую-то палку из земли.

Витя говорил, что его родители не приняли ситуацию, но я знала, что это временно. Родители всегда поддержат своего ребёнка.

Внутри клокочет злость. Будто маленькие бомбочки взрываются. Шрапнелью врезаются во внутренности. Терзают без конца.

Муж знал, насколько мне сложно! В том числе — видится с Назаром. И при этом отправил меня сюда.

Зная всё, он так поступил…

И как мне на это реагировать?

У меня, по факту, есть три выхода. Забрать девочек и уехать. Остаться, погулять с девочками, отдать их только Вите. И просто принять ситуацию и уехать.

Я не смогу ограничивать общение девочек с Назаром всегда. Это факт, придётся принять.

— Они не знают, — произношу я, глядя в глаза свекрови. — Обо всей ситуации. Назар для них просто друг.

— О, — она поджимает губы. — Не думаю, что скрывать от них…

— Вы мать, Мария Владимировна. И я тоже. Позвольте мне самой решать этот момент. Мне и Вите.

Я говорю сухо и жёстко, но не добавляя агрессии в голос. Просто доношу свою мысль.

Свекровь тяжело вздыхает, но по взгляду вижу, что она принимает моё решение. Не станет спорить.

А Назар вроде как показал себя смышлёным. В прошлый раз он выкрутился, не стал раскрывать правду.

Надеюсь, сегодня ему тоже хватит сообразительности помолчать.

— Мартышки, ведите себя хорошо, — присаживаюсь возле них. — Слушайтесь старших, хорошо?

— Ага, — соглашается Алиса.

— Ховосо, мам, — серьёзно кивает Соня.

Я целую их в щёчки, поправляю рюкзачки. Отправляю вместе со свекровью, уже придумывая, какими словами обложу Виктора.

Так не делает! Это очень подло. И как-то даже… Отвратительно в желании столкнуть меня с Назаром.

Либо муж действительно ничего не понимает, и тогда вообще не о чем говорить.

Я провожу ладонью по лицу, наплевав на макияж. Резко выдыхаю, напоминая себе о других задачах.

Испанский. Танцы. На бокс записаться? Поколотить кого-то очень хочется. Или…

— О, Полина?!

Детский вскрик разносится на весь двор. Я интуитивно вздрагиваю. Ничего не могу с собой поделать.

Свёкор идёт рядом с Назаром. Мальчик едва с места не срывается, заметив меня. А нет, всё же срывается.

Насколько по-детски будет спрятаться в машине? Даже если бы я и хотела, то не успеваю.

Дети в наше время слишком быстрые.

— Вы приехали…

— Я уезжаю, — останавливаю его. — Я очень спешу, Назар.

— Но, — он начинает жевать губу, рассматривая носки кроссовок. — А если… Можно я… Вы правда папу бросили? Совсем-совсем? Я слышал, как он по телефону говорил.

— Я не бросала. Но обсуждать с тобой это не намерена. Это только между мной и твоим отцом, Назар. Никак тебя не касается. И происходит тоже не из-за тебя.

Я произношу это мягко, стараюсь донести до мальчика правду. Потому что очевидно, что никто другой этого не делает.

Разве Витя не видит, насколько его сын травмирован? Недолюблен. Да, во многом играет, но во многом — ему больно.

Вот только это не моя работа — заниматься Назаром, вытаскивать его самооценку, успокаивать.

Витя же хотел себе сына. Пусть хоть немного пошевелиться!

— Ошибку сделал Витя, не ты, — веду я плечами. — Он взрослый. Назар, твоей вины тут нет. Хорошо?

— Но до того, как я появился, вы же его не бросали! Это из-за меня. Не сердитесь на папу. Правда из-за меня, я виноват.

— Назар, ты ребёнок…

— Нет, это я появился! Мама… Мама меня не привозила в офис. Я сам к папе сбежал. Я просто хотел папу, понимаете?