Развод. Сын моего мужа

Глава 35

Я напрягаюсь от такого наглого вторжения в моё личное пространство. Даже малышки затихают, нахмурившись.

Грубиян кривится, хмурится ещё сильнее. Очевидно набирает побольше воздуха, чтобы нервную тираду продолжить.

Но не успевает.

— Чем облили? Водой? — уточняет мой «спаситель». Я киваю. — Отлично, обсохнет. Пошли.

Меня тянут за собой, я едва поспеваю за мужчиной. Перехватываю дочек, чтобы они никуда не делись.

Но ощущение такое, что они настолько ошарашены происходящим, что как на ниточке следуют за мной.

Ладонь с плеча никуда не исчезает. Давление становится только сильнее, пока мы пробираемся сквозь толпу.

Я успеваю и уловить лёгкий травянистый запах парфюма. И ощутить шероховатость стёртых ладоней, когда ладонь задевает оголённую кожу.

— Порядок? — усмехается.

— Да, но не нужно было, — я поджимаю губы. — Я не девочка в беде, Денис, не обязательно меня спасать.

— Благодарность принимается.

Мужчина подмигивает, ничуть не обижаясь. Ястребов проходится по мне цепким взглядом, словно пытается понять — пострадала я или нет.

— Всё в порядке, — я улыбаюсь. — Он просто грубил, ничего страшного.

— Если у него желание ругаться — это его проблемы. Тебя касаться не должно. Зачем настроение портить?

— Незачем, ты прав. И… Спасибо тебе.

Если бы Денис не вмешался, я бы ещё долго разбиралась. Обогнуть крупного мужчину, сильнее тебя раза в три — не так-то просто.

— А что ты тут делаешь?

Я показательно киваю на толпу носящихся детей. Ястребов не походит на фаната звёзд.

— Я… А, вот.

Мужчина выхватывает из толпы паренька. Поднимает его в воздух, удерживает на руках.

Мальчик ещё по инерции пытается перебирать ногами, но замирает, поняв всю безвыходность ситуации. Вздыхает.

— Ты меня потерял опять?

Мгновенно выкручивается, невинно хлопает глазками с детской непосредственностью.

Я узнаю мальчика. Тот самый, что меня с Денисом «свёл». Его племянник, кажется. Тоже потерялся в тот раз.

Как же его звали…

— Коль, ты давай не наглей, — Денис подбрасывает его, вызывая смех. — Я тебе шнурки завязывал?

— Да.

— Поднялся?

— Да?

— Ты куда за эти секунды делся?

— Туда!

Без сомнений показывает пальчиком в сторону аниматора. А я только и успеваю своих перехватить, чтобы и они не рванули туда.

Обещаю, что сходим чуть позже. Но опять сквозь такую толпу пробираться — нет никакого желания.

Сегодня планетарий полностью забит. Ощущение, что весь город пришёл на детское представление.

На всякий случай я уточняю у работницы, что аниматор ещё будет. Тут целый спектр различных развлечений запланирован. Всё успеем.

— Драсьте, — Соня с прищуром смотрит на нового знакомого. — А вы высокий.

— Сонь, — я одёргиваю, но сама посмеиваюсь.

— Это плохо или хорошо? — любопытствует Денис.

— Не знаю. А вы кто?

— Я — друг вашей мамы. Денис. А вы?

— Мы мамины дочки! Она не говорила?

Ох, Соня так недовольно на меня смотрит, что аж извиняться хочется. Но её серьёзность только умиляет.

А ещё… Ну, она довольно хорошо выпытывает информацию из людей. И разбалтывает так же.

Сразу сдаёт, что папа уехал по делам, не взял их сюда. И вообще, мы живём без папы теперь.

То есть, Денис в курсе, но… Всё равно это личное.

Зато я узнаю, что Дениса сюда сослала сестра. У неё смена в больнице, задержалась. А отец мальчика — работает на вахте, редко бывает, чтобы помочь.

Вот «дядя» и отрабатывает свой статус.

А сюда они едва не опоздали, потому что выбрали место в последний момент.

— А у вас дети есть?

— Нет, Сонь, нету.

— Непвавильно, — вмешивается Алиса. — Нету свова нету.

— Точно. Научишь, каких ещё слов нет?

Малышка задумывается, а после дёргает меня за штанину. Тянет ручки, чтобы я её подняла. Подчиняюсь.

Соня тут же начинает кукситься и пыхтеть. Потому что осталась единственной, кто ходит на своих двух.

А для ребёнка пяти лет — это действительно трагедия.

— Так, Колян, — Денис опускает его на пол. — Ты же мужчина у нас?

— Да, — важно кивает.

— А девочкам нужно уступать, правда? Давай, марш-бросок до входа в зал. Сонь, пойдёшь ко мне?

— Хм, — вздыхает, но глазки уже загораются. — Можно, мам? — лишь после моего кивка — соглашается.

Такой неожиданной компанией мы добираемся до входа. Оказывается, что у Дениса места в самом низу. Очень неудобное место. Особенно для ребёнка.

Я прикусываю губу, поглядывая на Колю. Мальчик что-то усердно высматривает на потолке, пока Денис не позволяет ему потеряться.

Вот чую я, что ещё пожалею об этом. Но моя жалостливость в отношении детей не даёт поступить по-другому.

— Мы можем отправить Колю на моё место, — предлагаю я. — Я всё равно планировала выйти — у меня урок начнётся скоро. Хочу хоть послушать.

— Ну…

Денис чешет затылок, а после его взгляд загорается. Нехорошим таким огоньком.

В школе так же смотрел. Перед тем как какую-то гадость сделать.

Я напрягаюсь, в предвкушении вся, пока мы усаживаем детей. Спускаюсь вниз, но на выход меня не пускают.

Ястребов сжимает моё запястье, тянет к своему месту.

— Послушаешь свой урок, — отвечает он на все мои претензии. — Учиться и смотреть на звёзды — что может быть круче, воробушек? Не бросай меня одного.

— Уверена, ты справишься один.

— Не-а.

Легко отмахивается, усаживая меня рядом. Естественно, я остаюсь. Потому что, когда Денису что-то нужно — он прёт как танк.

Осталось понять, что ему нужно.

Я не понимаю Ястребова. То он ведёт себя, как взрослый, решительный мужчина. А в следующее мгновение — знакомый наглый парень.

И…

Вот что ему от меня нужно? Или настолько скучно в обществе ребёнка, что он даже со мной решил подружиться?

Я знаю. Я давно не подросток, чтобы не понимать вещей из разряда «дружба между мужчинами и женщинами», и прочее.

И я симпатичная, на меня засматриваются. Хоть я и игнорировала чужое внимание, но знала о нём. Просто…

Я в состоянии развода, с двумя маленькими детьми. И с Ястребовым мы виделись пару раз. Недостаточно, чтобы влюбиться без памяти.

Я утрирую специально. Но чтобы чётко понять — тут не может быть банальной заинтересованности во мне. Что-то другое происходит.

Зал погружается в темноту, по потолку скользят белые вспышки. Щеку будто покалывает, щекочет взглядом Дениса.

Я демонстративно достаю наушники, подключаюсь к уроку. Я предупредила, что сегодня без голоса, поэтому буду только слушать.

Хотя, мне и это нравится. Испанский язык звучит очень красиво. Мелодично, громко, словно быстрый, но чувственный танец.

Черт.

Репетитор проигрывает базовые разговоры, чтобы я училась воспринимать на слух. А я залипаю на мелькающих созвездиях.

Слушать и смотреть — потрясающе.

Чертов Ястребов оказался прав.

Ощущение, что я где-то загородом. Сбежала с какой-то вечеринки, чтобы полюбоваться ночным небом. Вдалеке звучат разговоры испанок, кожу обжигает тёплым воздухом…

А нет, не воздухом. Мы с Денисом делим подлокотник на двоих, прижимаемся руками. Но сейчас меня это не волнует.

Всё пустое, всё неважно.

Главное — ощущения внутри. Такое… Господи, спокойствие. Поразительное спокойствие, ощущение полноценной гармонии внутри.

Словно в этом огромном космосе я нашла местечко для минутного отдыха. Потрясающе.

Я опускаю веки почти до конца, из-под ресниц наблюдаю за полётом по галактике. Кайф.

— Ястребов!

Шиплю на него, чтобы не мешал. Я только порадоваться успела, что рядом дети не ёрзают. А он…

— Чшш, — ещё и шипит на меня, забирая второй наушник. — Нужно делиться, воробушек.

Я хмыкаю. Сомневаюсь, что он поймёт рассказ о погоде. Но пусть. Я сосредотачиваюсь на своём кайфе.

Но краем глаза всё равно наблюдаю за Денисом. Любопытствую. Его лицо немного вытягивается, когда он вставляет наушник в ухо.

Густые брови сходятся на переносице, а после уголки губ ползут вверх. Узнает язык.

В темноте зала сложно рассмотреть досконально, но блики света выделяют квадратный подбородок и вздёрнутую бровь. Расслабленную улыбку.

Ястребов такой Ястребов.

Ничего не меняется.

Кроме того, что в этот раз мне не хочется стукнуть его учебником по голове.

Я даже не могу описать, что со мной происходит. Наблюдаю за рождением Вселенной, а словно сама рождаюсь.

Состояние блаженства и… Паузы, да. Будто замираю, крошечная частица в этом огромном мире. Не двигаюсь. Дышу.

Хорошо.

Господи, как же хорошо. Просто от того, что можно замереть. Не бежать, не спешить, не волноваться. Просто наслаждаться моментом.

— Польк…

Как дуновения ветерка. Я чуть ёрзаю, когда ощущаю прикосновения к коже. Пальцы поглаживают шею, действительно невесомо.

Я вздрагиваю, резко распахиваю глаза. Понимаю, что уснула. И пристаёт ко мне Денис.

— Доброе утро, — усмехается он. — Всегда знал, что ты только притворяешься усердной ученицей.

— Что? Ох, — я моргаю, осматриваюсь. Зал уже пустой, а в наушнике тишина. — Урок…

— Закончился. Ну, по крайней мере она попрощалась.

— Ты знаешь испанский?

— Нет. Но «адьйос» я как-то смог расшифровать. Троечники сообразительные, знаешь ли.

Я закатываю глаза. Ну сотню лет назад что-то сказала про его оценки, а Денис оказался злопамятным.

Я встаю, потягиваясь. Разминаю затёкшую шею, убеждаясь, что дети на своих местах. Терпеливо ждут, когда я поднимусь.

Даже малой Дениса на месте. Хотя взглядом стреляет в сторону выхода. При чём не похоже, что Ястребов плохой дядя и от него хотят сбежать.

Просто кто-то любит бегать и суетиться.

Мои дочки тоже наперебой щебечут про звёзды, пересказывают мне всё увиденное.

— А ты знала… Мам, там… О, аниматор!

Дочки держат меня за ладони, синхронно тянут в нужную сторону. Я едва успеваю обернуться, чтобы попрощаться с Денисом. Но он уже пробирается следом.

Малышки неплохо начинают общаться с Колей, мгновенно записывая его в категорию лучших друзей.

— Почему испанский?

Денис останавливается рядом, пока дети наблюдают за мини-шоу из мыльных пузырей.

— Хочу в Барселону, — отвечаю без утайки. — Что?

— Ничего. Был там, не зашёл мне город.

Я фыркаю. Что Витя, что Денис… Может, это какое-то проклятье Барселоны? Не нравится мужчинам?

— Но похвально, — Ястребов улыбается. — Мало кто язык учит для поездки. Ты молодец.

— Спасибо. А ты чем… Вот я хотела спросить: чем ты увлекаешься; но поняла, что вообще ничего о тебе не знаю. Только то, что ты начинаешь походить на моего сталкера.

— Ну хоть скажи, что я лучший из твоих сталкеров.

Я фыркаю на это, а Денис начинает посмеиваться. Разговор прерывают мартышки, которые виснут на мне с двух сторон.

— А когда мовоженое? — просит Алиса. — Уже? И торт!

— Торт-мороженное, — поправляю я. — Да, можем уже ехать.

— И я хочу мороженое!

Коля разворачивается к дяде, старательно супится. Такой лапочка, что я не могу скрыть умиления.

Денис треплет племянника по волосам, но взгляд его направлен на меня. Лёгкий и посмеивающийся.

— Пригласишь, воробушек? А я отвечу на все твои вопросы.