Russian Mafia 2 (СИ)

Глава 5 Тайский суп и немецкий тир

Когда собрался уже уходить, Жека решил пригласить партнёра на завтрак.

— Ты не желаешь позавтракать? — спросил Жека у Эмилии. — Мне есть охота — не могу.

— Уже время к обеду, скорее, — засмеялась Эми, взглянув на часы. — Давай сходим. Составлю тебе компанию. Предлагаю посетить кафе «Абсолют». Оно здесь же, в «Грин хаусе».

— Чё за кафе? — с интересом спросил Жека. Любил он хорошо поесть, сто уж тут скрывать. Никогда не отказывался от новых мест, выбирая всё подряд — от украинской кухни до китайской.

— Оригинальное кафе, — заявила Эмилия. — Они в воскресенье, в конце недели крутят барабан и выбирают на будущую неделю страны, чьи блюда будут готовить. Поэтому посещение этого кафе всегда как лотерея. Никогда не знаешь, что именно сегодня в меню. Естественно, кафе пользуется бешеной популярностью по вечерам. Там никогда нет свободных мест, надо бронировать заранее. Но сейчас, среди дня, места как правило, есть, и я частенько захожу туда пообедать, благо это недалеко, на втором этаже.

— Странно, — заметил Жека. — Как же им удаётся удержаться на плаву? Это же надо иметь либо шеф- повара суперпрофессионала, знающего всю мировую кухню, либо приглашать других поваров из национальных заведений.

— Именно так и делают! Повара тут разные каждый день! — заверила Эмилия, выходя из офиса в открытую Жекой дверь.— Но очень трудно объяснить наличие национальных алкогольных напитков. Если только они опять же, покупают их в специальных заведениях. Выбор алкоголя у них прекрасный — что ни закажешь, всё принесут.

Кафе «Абсолют» было расположено на втором этаже небоскрёба «Грин Хаус», куда вела отдельная широкая лестница из гранита. Перед большой стеклянной входной дверью на чёрной лакированной доске, похожей на школьную, было написано «Вторник. Таиланд».

— Тайская кухня, — лукаво улыбнулась Эмилия. — Как ты к ней относишься? Она острая.

— Ерунда! — уверенно ответил Жека. — Китайскую еду я пробовал. Эта, я думаю, не слишком острее.

Ох как Жека оказался неправ! Естественно, вся южноазиатская кухня была острой, потому что при влажном и жарком тропическом климате очень высок риск словить кишечную инфекцию. В любое азиатское блюдо перец добавляли чуть не горстями.

В тайской кухне Жека не ориентировался и полностью доверился более опытной Эмилии, внимательно изучавшей меню.

— На первое я бы посоветовала суп Том Ям Кунг. Это кисло- острый суп из королевских креветок и шампиньонов на кокосовом молоке. Очень вкусно и необычно. Но в тоже время суп острый, с перцем чили. На второе… Попробуй курицу с рисом и креветками. Вкус очень оригинальный. Нечто вроде тайского плова. На десерт… Пудинг из бананов, манго и кокосового молока. А на аперитив давай возьмём фруктовый фреш с белым ромом Санг сон.

Все блюда оказались с необычным вкусом, но Жеке очень понравились. Суп был очень острый, как Эми и предупреждала, но с ним подавали отварной рис в небольшой тарелочке для смягчения остроты вкуса и в целом эта смесь оказалась очень аппетитной.

— Всё очень вкусно! — признал Жека после того, как съел обед и пробовал из соломинки коктейль с ромом. — И даже этот коктейль очень вкусный. Сразу бутылку бы выпил.

— Тогда уж лучше чистый ром, — рассмеялась Эмилия. — Например со льдом, колой и кусочком авокадо.

Обедали не спеша, около часа, болтая обо всём на свете. Жека любил общество красивых умных женщин ещё со времени своей сибирской жизни. Когда принесли счёт, хотел заплатить и за Эмилию, но она оказалась непреклонна.

— У нас принято, что каждый платит за себя! — заявила она. — Общий счёт в заведениях только у людей семейных.

После обеда Жека проводил Эми до офиса и решил съездить до психушки — посмотреть, как там идут дела. После того, как доверил этот объект Сахарихе, сам сюда уже не приезжал ни разу, ограничиваясь устными отчётами любимой.

Снаружи дом почти не изменился, если смотреть издалека. Когда подъехали ближе, стали видны изменения. Сторож строительной компании встретил босса и провёл небольшую экскурсию.

— Поставили новые окна, — заявил сторож, сорокалетний немец в синей спецуре и белой каске. — Изготовили их в кратчайший срок, что было нелегкой задачей из-за размера и старинной формы. Фундамент усилили, наварив арматуры мюи залив её бетоном. Усилили стены, замазав щели и дыры между кирпичами. Крышу трогать не стали — и эта простоит ещё несколько десятков лет — лучше старинной черепицы ничего ещё не придумано.

Внутри всё было вычищено и выскоблено. Полы выломаны и вывезены, штукатурка с несущих стен и перегородок удалена. Проведены новые трубы водо и газоснабжения до подвального инженерного модуля и установлен новый трансформатор высокого напряжения. Сейчас пока стройка встала — ждали проект заведения, который в ближайшие дни должны закончить. По нему будет видно, какие стены убирать, какие оставить и ещё более усилить, установив колонны. Куда дальше проводить трубы и электрические кабели.

В целом Жека остался очень доволен инспекцией и велел Олегу везти себя домой, решив, что инспекция на этом закончена. Но Олег предложил съездить в тир на Данте Штрассе, про который он раньше говорил и куда всё время хотел заскочить Жека.

— Это тот, куда ходит тот мусор, Конрад? — вспомнил Жека. — Ну давай заедем. Посмотрю что там.

Данте Штрассе была тихой респектабельной улочкой на окраине престижного квартала с особняками. Жили здесь бизнесмены средней руки, полицейские чины не меньше чем комиссар участка, офицеры близлежащих частей бундесвера, врачи, юристы, профессора и тому подобная чистая публика среднего уровня дохода, тот самый пресловутый соседний класс, на котором покоится благополучие Европы.

Естественно, развлечения у достопочтенных герров с излишними деньгами были соответствующие — от борделей с малолетними шлюхами до тиров, где легально можно было пострелять из всех видов оружия, а нелегально из чего хочешь. Тир пользовался популярностью у полицейских, военных и отбросов общества.

— Там вся движуха вечером и ночью, — заявил Олег, подруливая к небольшому особняку. — Но есть народ и сейчас. Те, кто хочет пострелять в одиночку. Или просто стесняется больших компаний. Место хорошее и уютное, как клуб по интересу.

На улице вдоль кирпичной ограды дома стояли две машины. Олег остановился за ними и дал знак выходить. На территорию вели большие железные ворота и небольшая калитка. За оградой дорожка из брусчатки с вазонами по краям, из которых торчали пожухлые стебли цветов. Пустой фонтан, беседки для летнего отдыха, подстриженные кустарники и деревья. Владение выглядело респектабельным и ухоженным.

У особняка стоял охранник — пожилой мужик в тёплом твидовом костюме и тирольской шляпе с пером. На плече у него висело охотничье ружьё. «Он же на охотника из какого-то фильма по сказке Шарля Перро похож» — догадался Жека.

— Он тут чё, весь день торчит? — удивился он. — Холодно же. Да и от кого тут охранять, если все свои ходят?

— Да. Целый день торчит, — согласился Олег. — Их должно быть трое. Дежурят по очереди. Тир входит в старинный местный стрелковый охотничий клуб, которому хрен знает сколько лет. А они, его члены, типа, несут стражу. Может, она и нужна, тут же много оружия.

По-видимому, Олега тут хорошо знали, потому что охранник явно обрадовался, увидев его. С Жекой и Витьком он поздоровался из вежливости, слегка кивнув головой и жестом приглашая внутрь.

Внутри обстановка старинная, словно в какой-то дворянской усадьбе, обитатели которой были охотниками. Дубовые панели, дубовый паркетный пол, тяжёлая мебель из ценных пород дерева, инкрустированная костью. На стенах — головы оленей, кабанов, волков и медведей, рядом висят кремнёвые ружья. С потолка свисают хрустальные люстры со стильными лампочками в виде свечей. Громко потрескивает камин. В креслах и на диванах сидят трое человек, потягивая пиво. Олег поздоровался со всеми за руку и представил Жеку и Витька как своих друзей.

Имена тут называть было не принято, как заметил Жека, так же как и своё положение в обществе. Но по виду сидящих, оно было очень высоким. А одного мужика, кажется, Жека уже вроде бы видел в мэрии, когда таскался с бумагами для открытия фирмы.

— Пойдёмте в тир! — предложил Олег. — Потом и выпить можно. Нетрезвых к оружию не пускают.

Стрелковый зал находился под землёй, отчего звуки выстрелов не были слышны ни внутри дома, ни у его окрестностях. Однако когда Олег открыл массивную стальную дверь, за которой находилась лестница, ведущая вниз, звуки выстрелов стали отчётливо слышны.

Спустившись по широкой лестнице вниз на высоту этажа, Олег толкнул ещё одну дверь и пригласил внутрь. Жека думал, что увидит нечто примечательное и сильно отличающееся от всего, что он когда либо видел, но нет. Тир конечно же, был посовременнее, чем тир общества охотников и рыболовов Н-ска, где Жека набивал руку в стрельбе, заходя туда после технаря. Этот немецкий тир смотрелся посовременнее. Таким же, какой показывали в фильмах, например, где копы занимаются стрельбой. Стенды, разделённые перегородками. Столы для оружия и боеприпасов рядом. Мишени на расстоянии 30 метров в виде фигуры человека с изображением жизненно важных органов. Ничего примечательного.

Двое стрелков палили по мишеням из охотничьих ружей. Было им глубоко за 60 лет, похоже, деды эти — члены стрелкового охотничьего клуба. В углу стоял компьютерный стол, за которым сидел моложавый мужик лет пятидесяти, в джинсах, клетчатой рубахе и безрукавке, с длинными волосами под бейсболкой. На лице усы и борода. Жека почему-то подумал, что этот мужик — американец. И точно. Не ошибся! Внешность типичная для штатовца. Олег поздоровался с ним за руку и представил Жеке.

— Знакомься, Жека, это Смит. Мистер Джон Смит, — рассмеялся Олег. — Единственный америкос среди нас. Наблюдающий и инструктор.

— Привет, — Смит встал из-за стола и крепко пожал руку Жеке, внимательно глядя на него. Американец почему-то сразу вызвал доверие — в его пронзительных синих глазах не было лжи. Улыбаясь из-под густых усов, он смотрел на Жеку и тоже видать, оценивал, что он за фрукт. На безымянном пальце правой руки американца был белый перстень с черепом — знак принадлежности к какому-то обществу, но к какому именно, Жека не знал.

— Пострелять пришли? — улыбнулся американец. — Погодка сегодня холодная. Самое время поднять дух, разрушив несколько мишеней. Выбирайте, чего хотите.

Американец нажал на скрытую кнопку внизу стола и открылась почти незаметная металлическая дверь рядом с ним. Сразу же внутри зажёгся свет. В проёме видно длинный коридор, по обеим сторонам которого стояли стеллажи с оружием. Чего тут только не было! Жеке казалось, он на выставке оружия, свезённого со всего света. Автоматы, пулемёты, винтовки, ружья, пистолеты всех видов, размеров и марок.

Жека долго ходил и высматривал, из чего бы попалить. Потом, недолго думая, взял «Макаров» и АКМ — то, к чему привык в своих делах. Проходя мимо стеллажа и уже почти у самого выхода, заметил «Винторез», небольшую снайперскую винтовку, оружие «Альфы» и спецназа КГБ СССР. С «Винторезом» он был неплохо знаком и успешно применил его уже два раза против боссов преступных группировок, перешедших ему дорогу.

Мистер Джон Смит, увидев Жекин выбор, лишь едва заметно усмехнулся и показал рукой на стенд. Приступай, мол, парень. По стволам видно, что ты русский.

Жека неспеша разложил на столе оружие и боеприпас. Оружие выглядело ухоженным и смазанным, и совсем новым на вид. Явно захвачено не с поля боя, а куплено в магазине. Или у старшины или у какого-нибудь сержанта- лейтенанта армии другой страны…

Приготовив оружие, Жека оглянулся. Джон Смит выглядел как ковбой. А ещё у него был вид профессионала, который в стрелковом оружии знает толк. Несмотря на то, что Олег и Витёк тоже приготовились к стрельбе, основное внимание Джон Смит уделял Жеке, безошибочно определив в нём главного.

Жека надел наушники, взял в руки Макаров и тщательно прицелился в мишень. Решил не распыляться по мелочам, а бить точно, в одну точку. Расстояние в 30 метров было приличным при стрельбе из пистолета, но попал точно. Посреди головы мишени зияла дыра. Все восемь пуль попали в одну точку максимум пятьдесят миллиметров в диаметре.

— А ты хорош! — одобрительно кивнул головой Джон Смит, стоявший чуть в стороне от Жеки и внимательно наблюдавший за ним.

Жека взял АКМ, прицелился и начал стрелять одиночными. Очереди он не любил — не в армии, чай. Все стычки проходили, как правило, вблизи, или в замкнутом пространстве, где большое значение имели точность и кучность стрельбы, а не разброс пуль в разном направлении. Хотя… Попадались ситуации, когда нужно было подавить противника огнём, выпустив в него десятки пуль, например, если он укрылся в машине. Жека вспомнил, как два года назад завалили Шамиля, кавказского криминального авторитета, расстреляв за городом две его машины из автоматов, меняя рожки каждые полминуты.

Однако сейчас он стрелял медленно и точно. Один выстрел, второй, третий, четвёртый… Жека вёл линию попаданий на уровне груди и когда закончил стрелять, расстреляв рожок, верхняя часть мишени, с головой и руками, грохнулась на пол. Тут же хитрый механизм убрал старую мишень, и поставил новую.

— Да ты монстр! — чуть улыбнулся Джон Смит. — Здорово палишь!

Пока Жека лупил по мишени из АКМа, бросили стрелять и Витёк с Олегом и пожилые охотники, почуяв, что не зря Смит стоит у этого молодого русского.

Жека взял Винторез и прицелился в оптический прицел. Оружие состояло на вооружении спецподразделений СССР и России, поэтому имело глушитель. Точно из такой же винтовки Жека вальнул авторитета Фотьяна и московского авторитета Салмата. Стрелять из винтовки легко и просто.

Отцентровав и проверив оптику, Жека прицелился в голову мишени и отшиб её одним выстрелом. С такого малого расстояния бронебойная пуля 9 миллиметров била с такой силой, что разрывала фанерную мишень на части. От второго выстрела отлетела правая рука, от третьего выстрела левая рука. От четвертого и пятого выстрелов отвалились ноги. Безголовая и без конечностей мишень болталась в клубах пыли.

— Молодец! — ещё раз похвалил Жеку Джон Смит и протянул руку для крепкого рукопожатия.

— Я знаю! — скромно ухмыльнулся Жека и обернулся к своим охранникам. — Я стрелять уже не буду. Надоело что- то. Я хорошо стреляю.

— А почему ж тебе надоело? Хорошо стреляешь? — спросил сзади знакомый голос. Конрад! Тот мусор, знакомый Олега! Сейчас стоял в паре шагов от Жеки, у соседнего стенда. Одет в мусорскую форму и в фуражке. Лицо бледное и наглое, как у любого настоящего фрица, имеющего о себе очень высокое мнение. Впрочем, Конрад имел на это полное право.

Вытащив из кобуры табельный пистолет, он навскидку, по-ковбойски, не целясь и почти не глядя, оперев правую руку с пистолетом на левую руку, согнутую в локте, выстрелил несколько раз. И всё разы точно попал в сердце мишени.

Конрад стрелял из разного положения — стоя, сидя, опёршись одним коленом о пол. Держа пистолет пред собой, одной и двумя руками, сбоку, скрыто. И всегда он точно поражал мишени, меняющиеся как перчатки из-за того, что приходили в негодность.

— Вот как надо стрелять! — довольно ухмыльнулся Конрад.

— Ты силён, как всегда, — согласился Джон Смит. — Не желаете, господа, пропустить по стаканчику виски или бутылочке пива?

Естественно, все согласились. Показать после Конрада было нечего. И Жека нехотя признал про себя, что лучшего стрелка он ещё не встречал…