Russian Mafia 4 (СИ)

Глава 10 Прощай, Нью-Йорк

В бетонной пристройке мерзко воняло. На полу лежали несколько грязных матрасов, между которыми кучей валялись упаковки от еды и пустые бутылки. В углу грязный обосранный толчок. На матрасах лежали два человека, одетых в потасканную грязную одежду — мужчина и женщина, прикованные наручниками к кольцам, торчащим из стены… Вид у них был такой, как будто в Бухенвальде всю молодость провели. Однако одежда, по виду, раньше была нормальной, не как у бомжей и торчков. Мужчина одет в грязный пиджак, рубашку и брюки, женщина лет тридцати была полуголой, в трусах и разорванной блузке. Остатки драной юбки, колготки и туфли на каблуках лежали рядом.

— Это что за херня? — удивился Жека, зажимая нос от непереносимой вони. — Концлагерь, что ли? От чего тут воняет? Не от этих же двоих?

Стал снова разглядывать помещение и нашёл, что искал. У самой двери стояла странная двухсотлитровая металлическая бочка с какими-то тёмными потёками на боках, над которой жужжали мухи. Кажется, больше всего воняло из неё. Воняло гнилым трупом. Жека хотел было открыть крышку и посмотреть, что там, но не решился — и так всё было ясно.

— Похоже, бандиты держали этих людей в заложниках, — задумчиво сказал Смит, осматривая помещение и постоянно задевая ногами бутылки и мусор. — Возможно, за них требовали выкуп. Возможно, эти люди из тех, кто решил продать или купить здесь машину и их взяли в оборот. Возможно… Да всё возможно, чёрт возьми… Девку явно пользовали много раз.

Услышав голоса, заложники зашевелились, присели на матрасах, что-то простонали. Смит нашёл бутылку с водой и подал сначала женщине, потом мужчине.

— О чём они? — поинтересовался Жека.

— Воды попросили, — и пожал плечами Смит. — Просят полицию вызвать.

— Надо вызвать, — заявил Жека. — Мы не звери же какие-то бросать их тут.

Смит что-то сказал заложникам, и они бессильно откинулись на топчаны, а наёмник махнул рукой Жеке, предлагая выйти, потом продолжил разговор.

— С одной стороны, да, мы не звери… — замялся Смит. — С другой стороны, это непрофессионально. У них свои дела, у нас свои дела. И с копами соприкасаться нам не следует. Но с другой стороны, очевидно, что мы встали поперёк какой-то ушлой банде. Ни численность их боевиков, ни где их главный офис, мы не знаем. Очевидно, что они будут искать нас. Поэтому правильней было бы натравить на них полицию. Пусть копают и доставят им несколько неприятных моментов. Этим мы займём и полицию и бандитов. Кстати, прекрасная возможность оставить здесь похищенные видеокассеты. У копов появится версия о причастности этих мразей к нападению на аэропорт.

— Насчёт кассет я тоже самое подумал, — признался Жека.

— Вот и хорошо. Пошли отсюда, — махнул рукой наёмник. — Сейчас позвоню копам прямо из этой конторы, назову фирму и скажу, что здесь была стрельба и орали люди. А ты пока выгоняй машину на улицу.

Когда Жека стал распутывать проволоку с ворот, которой замотал их таксист, как неожиданно появился он сам. Из-за угла выехал знакомый жёлтый «Форд», за рулём которого сидели двое. Водителем был тот самый лысый, который привёз их сюда. Увидев Жеку, он сильно удивился — по его расчётам, лоховатые немцы, не знающие города, давно уже должны быть в бетонном зиндане. А вышло так, что один из них распутывает ворота. Явно что-то пошло не по плану! По идее, сейчас надо было гнать отсюда, со всей силы давя на гашетку, Однако, таксист был туп, поэтому остановил машину, даже не заблокировав ворота, и крикнул по-русски:

— Ты чё тут делаешь, макака?

Жека пожал плечами, показывая, что не понимает его, и таксист повторил вопрос по-английски. Увидев, что и этот вопрос остался без ответа, рассвирепел, заглушил двигатель и вышел из машины, собираясь лично разобраться, что за дерьмо тут творится. Второй приехавший с ним здоровый мордатый мужик в джинсах и белой футболке тоже вышел из такси и направился к Жеке, поигрывая чётками в правой руке.

Блатноватой походной хмыри зашли на территорию стоянки, и тут увидели лежащего боксёра в спортивке и выходящего из офиса Смита с винчестером на плече. Сразу же в ступоре остановились.

— Это что, сука, за нах? — истерически крикнул таксист. — Вы кто такие, черти позорные?

— Люди! — пожал плечами Жека, достал пистолет и выстрелил таксисту в голову. — Ты нахера нас оскорбляешь?

Жаль, таксист не заценил, что его пассажир разговаривает по-русски, потому что с простреленной навылет башкой повалился на асфальт. Можно было, конечно, и не убивать, а сначала допросить его, но, как правильно сказал Смит, местная банда — не их дело.

— Братан, братан! Ты что? — заголосил второй бандит, подняв руки. — Да я тут мимо проходил просто! Да я левый вообще, мимо проезжающий! Не убивай, а?

Жека видел, что, пока бандит забазаривал ему зубы, сам потянулся рукой назад, то ли за стволом, то ли за ножом, поэтому тоже выстрелил ему в башку.

— Извини… Невозможно… — сказал Жека. — Нам не по пути.

Смит подошёл к воротам, посмотрел на два валяющихся трупа и в шутку укоризненно покачал головой, слегка усмехнувшись.

— Тебя ни на минуту оставить нельзя. Ну что, поехали. А то скоро могут и копы нагрянуть.

Копы нагрянули очень быстро — едва джип успел выехать со стоянки и отдалиться от фирмы на квартал, как, мигая люстрами и завывая сиренами, мимо промчались три полицейских машины. Жека осторожно вёл машину, привыкая к здешнему распорядку движения, и почти не смотрел на них. Смит, небрежно развалившись в пассажирском сиденье, давал советы, как лучше ездить по Нью-Йорку.

— Тут все тупые! — с усмешкой заявил наёмник. — За рулём и домохозяйки, и просто идиоты. Едут все медленно, постоянно сигналя друг другу. Так что, даже если будешь ехать медленно, от этого стада сильно не будешь отличаться. А ещё через некоторое время будешь обгонять их только так. На самом деле здесь движение хоть и плотное, но очень медленное.

— Куда ехать-то? — спросил Жека, поглядывая как многоэтажки медленно остаются позади. Впереди была большая трасса на эстакаде, по которой приехали сюда.

— Езжай под эстакадой, потом повернёшь налево и по полосе разгона заедешь на неё, — важно заявил Смит. — По ней мы заедем на мост Куинсборо, по которому вчера мотались на Манхэттен, потом минуем мост и попадём на 59-ю улицу. По ней проедем до первого перекрёстка и повернём направо, на 8 авеню, в сторону Центрального парка. Поедем в сторону Гарлема и Бронкса — нам нужно попасть на восточное побережье,

— То, что ты мне говоришь, для меня — тёмный лес, — рассмеялся Жека. — Лучше скажи, сколько ехать до выезда из города.

— Час езды до северного пригорода Нью-Йорка под названием Маунт-Вернон, — ответил Смит. — Сначала мы доедем до севера Манхэттена, потащимся через Гарлем, через речку Харлем по разводному мосту попадём в Бронкс, и оттуда уже в северный пригород. Вся эта местность донельзя дерьмовая. Море преступности — негры, латиносы. Смотри в оба. Но мы едем на север, и нам эти края никак не миновать, иначе, если мы заглубимся в штат Нью-Джерси, потеряем много времени.

Жека помнил, как ехали сюда на такси, дорога одна и та же. Через 10 минут выехал на трассу, ведущую к мосту Куинсборо, по полосе разгона выехал на неё и притопил к мосту. Как Смит и говорил, движение было плотное и медленное, приходилось подстраиваться. Но время было навалом, так что почему бы и не поехать в своё удовольствие.

Дневной Манхэттен ему не понравился, хоть и забавно было очутиться в месте, которое хорошо знал по многим видеофильмам. И в реальности выглядел он ещё хуже, чем на видео. Среди высочайших зданий пролегают узкие улицы-ущелья, на которых толпы слоняющегося сутки напролёт народа, вечные автомобильные пробки и гудки машин. Вообще, Нью-Йорк не понравился — сплошные каменные джунгли без единого деревца, все закатанные в бетон и асфальт. Ещё и воздух прогорклый от автомобильных газов.

Как Смит и говорил, на первом же перекрёстке после моста Жека повернул направо и поехал дальше, руководствуясь его указаниями. Езда по Манхэттену не показалась сложной, несмотря на очень плотное движение, — улицы были распланированы чётко под прямыми углами, на каждом перекрестке работает светофор, и надо только ехать на зелёный свет.

Но любое событие имеет начало и конец, поэтому, сколько ни тащились по городу, всё-таки миновали его. Миновали Гарлем с его архитектурой конца 19 — начала 20 века. Многие дома явно были старинными, и чем-то напоминали «сталинский ампир», хорошо знакомый Жеке по советским городам. Миновали и Бронкс, где дома уже были чуть поновее, но при этом напоминали унылые бетонные коробки, похожие на трущобы Квинса. Путь пролегал как раз через неблагополучные улицы, и толпы латиносов, тусующихся у этих халуп, угрюмо смотрели на красивый вишнёвый внедорожник, проезжавший мимо, за рулём которого сидели два мужика. Как Смит и говорил, примерно через час выехали в пригород Маунт-Вернон.

Сначала пригород ничем не отличался от Бронкса — по краям улицы всё те же офисные высотки, потом сменившиеся на малоэтажные, а через несколько минут и одноэтажные дома. Через некоторое время потянулись склады, заводы, ангары, но вскоре закончились и они. Только через два часа покинули большой город. По обеим сторонам дороги зеленели поля с молодой кукурузой и картофелем, одинокие фермы и крошечные городишки. Теперь можно было и остановиться отдохнуть.

— Найдём мотель поприличнее и остановимся на отдых, — заявил Смит. — Пока нам везёт, хотя мы постоянно попадаем в какое-то дерьмо.

Мотель нашёлся почти сразу. Дорога миновала невысокие холмы, и в предвечернем сумраке, наползавшем с востока, показались яркие огни справа. Съезд с дороги выводил к мотелю, заправке и небольшому дорожному кафе. Позади них стояли два высоких ветряка и ещё какие-то технические сооружения. Пока Смит заказывал комнату, Жека заправил машину и поставил её на стоянку напротив мотеля.

— Держи, это ключ от твоей комнаты! — Смит бросил Жеке большой ключ, закреплённый на большом брелке в виде мягкого бильярдного шара с цифрой 12.

— Дробовик не будешь из машины доставать? — спросил Жека, ловко поймав ключ. Свою сумку с деньгами, пистолетом и документами на машину он взял с собой в номер.

— Не буду, — покачал головой Смит. — Мне он ни к чему. Засунул там под сиденье. Давай так… Отдохни немного с дороги, и подходи в кафе. Поужинаем, пивка попьём, в бильярд сыграем. Играешь в бильярд?

Жека только рассмеялся в ответ на этот вопрос. Умеет ли он в бильярд? Ха! Сто раз выигрывал что у генерала Хромова, что у Сахара-старшего!

Несмотря на то, что вроде бы ничем сегодня не занимался, Жека почувствовал, как устал. Трудная дорога, постоянный нервяк, сказались на физическом и эмоциональном состоянии. Только зашёл в номер, усталость словно кувалдой ударила по голове. Хотел сначала принять душ, потом прилечь отдохнуть, но получилось наоборот — прилёг на кровать лишь слегка перевести дух, но моментом провалился в глубокий сон. Когда проснулся, уже совсем стемнело, и очень хотелось есть, а не идти в душевую. Поэтому, размявшись, Жека сразу же пошёл в кафе, предварительно спрятав сумку с деньгами и оружием под ванной — мало ли чего…

На стоянке к этому времени скопилось порядочно машин, от дальнобойных грузовиков до старых пикапов, на которых ездили фермеры. В кафе под названием «Sweet Emma» народу скопилось навалом — все столики оказались заняты, но Смит, похоже, уже сидел здесь давно, и за его столом у окна обосновалась молодая тёлка карибской наружности. Девка имела длинные иссиня-чёрные волосы, завязанные в причудливую причёску, смуглую кожу и точёную фигурку. Одета в короткое светлое платье, которое гармонировало с её смуглой кожей, и красные босоножки на высоком каблуке, которые смотрелись как знак её профессии. «Смит уже шлюхой обзавёлся», — подумал Жека. «Блин, она же совсем зелёная, ей, поди, и восемнадцати ещё нет».

— Знакомься, друг, это Анита, — по-немецки сказал Смит, показывая на девку. — Привязалась вот. Решил угостить ужином. Можешь не оглядываться. Это подсадная утка. У тебя за спиной, в самом углу, трое мексов, которые её послали к нам. Наверняка, когда ты затащишь её в номер, они ворвутся следом, а с ними ещё кто-нибудь. Скажут, что она несовершеннолетняя, и будут вымогать деньги. Эти ублюдки всегда так делают.

— Так нахера тогда ты притащил её сюда? — удивился Жека. — Слал бы лесом.

— А зачем? — усмехнулся Смит. — Наверняка у них есть и на это действие свой ответ. У них всё продумано, братишка. Если на тебя положили глаз, то уже не уйдёшь. Мне не хотелось бы затевать драку прямо в этом замечательном заведении, на виду у людей. Все проблемы нужно решать наедине. Тет-а- тет. Чтобы никто не убежал живым.

От последней фразы Смит чуть сам не рассмеялся, настолько недвусмысленно она звучала. Девушка ничего н говорила, лишь застенчиво улыбалась и поглощала салат Калифорнию и стейк с фасолью. Иногда через трубочку потягивала коктейль синего цвета из высокого бокала с зонтиком и кружком лимона на стенке. Вид у неё, несмотря на вызывающую одежду, был невинный. Ну чистый ангелочек. Приманка для мужиков в возрасте, мечтающих о молодом теле.

— Обрати внимание, у неё под правым глазом татуировка в виде трёх слезинок, — сказал Смит, потягивая пиво. — Это тюремная наколка. Знак принадлежности к мексиканскому картелю Синалоа. Символизирует печаль и тоску по воле. Наша принцесса минимум три года отмотала в тюряге строгого режима, а учитывая, что скорей всего, заперли её в весьма юном возрасте, думаю, срок она сидела не за кражу булочек в магазине. Может, какому-нибудь гринго горло перерезала в мексиканской фавеле, когда притащила его к себе в гости…

— И что мы будем делать? — спросил Жека. — Я ствол в номере оставил.

— Ну, судя по всему, ты уже выспался, — весело ответил Смит. — Ужинай, а потом мы поедем дальше, до ближайшего городишки с гостиницей. Здесь оставаться, судя по всему, не получится.

— Чего тут заказывать-то? — спросил Жека. — Я в штатовской еде не разбираюсь.

— Я взял говяжью отбивную с картошкой и бобами, и свиные рёбра на гриле с черри, — заявил Смит. — Бери, не прогадаешь. Сейчас я закажу тебе. Пиво тоже тут неплохое.

Смит свистнул официантку и сделал заказ. Жека, пока готовили заказанное, огляделся. Заведение, несмотря на удалённость от цивилизации, выглядело прилично. Негромко играла музыка, что-то из рока. Кафе было длинным, прямоугольной формы. У окон стояли длинные столы на четыре человека с мягкими диванами. Посередине зала стоял ряд небольших столов на два человека. У противоположной от окон стены находился бар с круглыми табуретами и прилавок выдачи кафе, за которым два смуглых парня колдовали над дымящейся плитой, заставленной кастрюлями и сковородами с готовящейся едой. В самом углу зала стоял бильярдный стол с тремя висящими светильниками над ним. Очередь в бильярд была приличная, но, несмотря на это, никаких скандалов не было. Люди ели и пели, присутствовало много женщин.

— Культурно тут всё, — заметил Жека. — В России уже давно бы мордобой случился или разборки с дракой.

— Братишка, какие тут драки, — усмехнулся Смит. — Драка в забегаловке, да ещё и за городом, — это дурная затея. Тут у каждого ствол в кармане может быть.

Когда принесли заказ, Жека не спеша приступил к еде, всё так же поглядывая по сторонам. Особенно его интересовали мексиканцы, про которых говорил Смит. Пару раз, как бы ненароком, оглянулся — они сидели прямо за ними, за соседним столиком. Трое мужиков. Двое молодых и один в возрасте, лет сорока. У всех были татуировки на бритых черепах, а у старшего и на лице были нарисованы какие-то кракозябры.

Анита, уже закончившая есть, сидела и потягивала коктейль, иногда о чём-то переговариваясь со Смитом на смеси английского и испанского. «Он и испанский знает? Ушлый дядя» — удивился Жека.

После того как Жека поел, Смит сказал, что надо собираться, делать тут нечего, да и остаться на ночёвку было бы неразумно.

— Окей, — согласился Жека. — Пошёл я собираться.

— Она сейчас увяжется за тобой, — предупредил Смит. — А следом и эти мудаки… Будь настороже. Я за ними следом пойду.

Жека кивнул головой, помахал рукой Аните, мило улыбнувшейся в ответ, и пошёл в номер — пора было дёргать отсюда…