Сантехник 4

Глава 11

А потом еще немного подумал и не стал никому ничего говорить.

Тереку только волнение лишнее получится без всякой пользы для нашего дела, а нашим зверолюдам излишнюю уверенность придаст, что свои их теперь точно выручат. Раз уж окружили и взяли под охрану единственный выход из подземелья.

«Хотя, такой расклад они, именно с прибытием всего племени, наверно, и так знают заранее. Что придут наши со временем и покажут ненашим силу могучих зверолюдов», — понимаю я.

«Ну, скорее всего, выручать вообще никого не придется на самом деле, а только праздновать для начала появление очень крутых человеческих союзников. Которые несут в себе умение Падшего Бога и помогут его самого найти — вот что они должны понимать первым делом».

Именно такой идеей я легко объясню наше с Тереком появление здесь хозяевам кургана.

Что прибыли сюда найти верных союзников в деле освобождения Падшего Бога от глубокого сна. Ибо обычным людишкам такое великое дело никак не доверишь, даже если сам являешься носителем тайного знания.

Придется серо-зеленых уговорить, привлечь и использовать по полной.

Есть у меня предчувствие, что пройдем мы спокойно через окруживших нас нелюдей, но на всякий случай я их все же пересчитал.

Двадцать шесть рыл, в основном одни только совсем зеленые молокососы, правда довольно крупные телами, настоящих серых всего трое, те двое, которые слушают доклад наших бывших пленников и еще один взрослый нелюдь около люка в бункер дежурит. С ним десяток зеленых, наверно, уже пробовали они люк открыть, чего мы за первой дверью даже не заметили, но быстро обломались.

Но именно открыть если пробовали, а не выламывать или выбивать.

А почти одни только зеленые нелюди здесь собрались в основном именно потому, что большинство серых погибли пару лет назад во время беспощадных штурмов, может даже моей первой крепости. А остатки воинов племени еще около Датума сложили свои не слишком смышленые головушки. Воевали ли они еще потом — мне уже не известно. Но количество воинов в племени за пару лет уже восстановилось более-менее. Еще год-два и уже опять штук тридцать пять наберется настоящих и свирепых бойцов.

За нашу защиту я не переживаю, добраться до нас зверолюдам снаружи не выйдет. Если, конечно, наши соседи не окажут им силовую поддержку и у них что-то подобное вдруг получится.

Но, такой вариант, пожалуй, проще всего выйдет, если нужно будет зачем-то ослабить племя нелюдей именно в ближнем бою, да еще в узком пространстве.

Они начнут весьма неуклюже заскакивать-заползать в бункер, я стану их без проблем вырубать, может быть даже сразу с летальным исходом, только придется оттаскивать тела от входа и складывать их в первой комнате. Но потом все равно обратно вытаскивать, а это тяжелое такое дело.

Не оставлять же их здесь тухнуть на долгие годы?

Но вот выбираться наружу и воевать около самого кургана с меткими лучниками — совсем не вариант даже для таких мастеров ментальных атак, как мы с Тереком. То есть пока только я один такой мастер на самом деле, наемник в таком деле еще совсем начинающий.

Когда серо-зеленые увидят, что в ближнем бою я их валю легко и в массовых количествах, то выжившие тут же ускачут на ту же сотню метров от нас подальше и начнут оттуда неистово рвать тетиву.

Однозначно решат, что не честно мы с ними воюем, значит пришла пора использовать свое великое умение и нас просто перестрелять.

Уворачиваться и отбивать стрелы долго не получится, меткие они, заразы такие, на сто пятьдесят метров довольно точно попадают.

Ну, еще можно дождаться ночи и выйти в полной темноте, когда они такие осоловевшие и плохо соображающие из-за низкой температуры. С ночным прорывом есть определенные шансы, но для этого придется долго наблюдать в экраны нижней комнаты.

'А, черт! Сетки то мы свои забыли перед входом, а теперь Черти их нашли и рассматривают с интересом. Вообще забрать их нужно обязательно, чтобы удирать по степи более-менее безопасно. Если, конечно, точно придется удирать. С такой маскировкой все очень просто получается, без нее тоже можно, нужно только постоянно в подзорную трубу осматриваться и падать на землю заранее, — вижу я, как нелюди рассматривают нашу маскировку, разворачивают сети и проверяют набитые травой ячейки.

Хотя под сетями нас даже с сотни метров рассмотреть не получится, а так нелюди с высоты козлов своих быстро обнаружат нас за полкилометра в плоской степи.

Однако силовой вариант решения возникшей проблемы я пока всерьез не рассматриваю.

Есть у меня нужное знание и понимание того, как должны дальше разворачиваться следующие события.

Ведь мы с Тереком адепты той же самой СИСТЕМЫ и никаких принципиальных различий между нами и зверолюдами особо нет. Только нужно им это дело правильно и самое главное — вовремя успеть объяснить.

Во время объяснения и дальнейшего сотрудничества никакие принципиальные отличия не выказывать, они преданы Падшему Богу на самом деле, а я хорошо знаю, что его больше нет.

Но это знание должен использовать к своей пользе, а и всему остальному человечеству станет немного полегче, когда мои планы окажутся воплощены в этой действительности.

И еще про наемника необходимо не забыть в эту минуту, он-то себя никаким адептом чего-то общего со зверолюдами в принципе не рассматривает. И может очень сильно возмутиться такому сравнению в самый неподходящий момент.

Но тут, разглядывая на гигантских экранах в суперкачестве возню людоящеров вокруг кургана, мне и пришла в голову потрясающая своей новизной мысль, которая полностью изменила мою и Терека судьбу в самом ближайшем будущем.

Ведь я для зверолюдов — теперь самый главный авторитет в деле поклонения Падшему Богу! Однозначно!

«Ну, а в вопросе розыска самого пропавшего Бога так точно главнее меня никого нет!» — это мне абсолютно понятно.

«Они же ничего про его уже случившуюся смерть не знают и продолжают его искать. Вот уже как-то восстановили потерянное знание про бункер под курганом, теперь дальше копают в правильном направлении. Но пока в одном только племени восстановили, что тоже очень понятно. Другим они ничего рассказывать не станут ни за что, есть у зверолюдов такое сильное разделение по племенам еще. Если этих всех перебить, то остальные зверолюды про бункер ничего даже не узнают», — решаю я про себя.

— Хотя, люк по размерам теперь очень хорошо видно, совсем тайну сохранить не получится. Впрочем, если найдется время закрыть его и засыпать землей в уровень с остальным склоном, да еще той же травы сухой навтыкать в щели, то вполне можно замаскировать края. Потом по весне трава здесь везде одинаково растет и цветет, даже без дополнительного полива ничего заметно не будет. Пока снова его не откроешь, — прикидываю я вслух пока.

Вопрос для себя с люком я вроде в теории решил, теперь в теории требуется все племя перебить, а вот это сложное такое дело на практике. Нужно ведь, чтобы никто больше про возможность забраться в подземелье под курганом не узнал.

«Поставят себе СИСТЕМУ в лохматые бошки, разберутся, как ее прокачивать нужно, начнут пленников ловить и приносить их в жертву не на ритуальном камне, а для прокачки самих себя любимых. Крестьян на той стороне Станы еще огромные тысячи в земле копошатся по-прежнему, есть кого ловить и хватать зверолюдам, если они до такого внезапного просветления дойдут. Прокачаются самым серьезным образом на невинных людях первые Обращенные за всего один месяц, тогда начнут остальные племена под себя забирать, создадут настоящую орду с одним главным Слугой своего Бога. Нет, вообще ни к чему все это, чтобы такие возможности предоставлять людоящерам, плохо тогда все получится для крестьян Империи, — делаю я понятный для себя вывод. — Сама Империя мне — враг, но простых людей откровенно жалко».

«Обязательно нужно этих будущих Обращенных забрать с собой, а кресло как-то так обесточить или еще что-то сделать, чтобы только я мог его правильно запустить. А, конспекты еще можно забрать отсюда, тогда зверолюды точно не додумаются до правильного использования кресла со шлемом! — приходит такая простая идея в мою замороченную раздумьями голову. — Это точно проще всего! Всего-то в мешок закинуть и забрать с собой, когда станем последними отсюда выходить!»

Понимаю я, изучив сильно непонятные крепления проводов и прочей техники, без каких-то видимых разъемов и соединений.

— Можно разрубить, наверно, но тогда снова заставить работать уже не получится, — прикидываю я вслух.

«Забрать зверолюдов отсюда с собой я легко смогу, если объявлю им про такое имеющееся у меня знание. Но все они мне точно не требуются, спасать своего Бога пойдут получившие СИСТЕМУ и с ними десяток зверолюдов. Больше на самом деле вообще не требуется, с таким количеством у меня проблем не возникнет. Чтобы завалы в пещере над упокоищем разобрать».

«Ведь я единственный человек в этом мире, который знает, где их, ну и мой, типа, Бог сейчас скрывается. И могу его берлогу показать без проблем, тем более всего один день пути до Станы, потом два дня вдоль нее, а там всего три-четыре часа по лесу проехаться, и мы на месте окажемся. На самом месте захоронение Падшего Бога теперь очень близко от нас всех находится, это обстоятельство хорошо бы правильно использовать в моих интересах. Возвращаться в Варбург и оттуда устраивать новую экспедицию на раскопки упокоища тем более нет никакого смысла, когда будущие археологи и очень старательные чернорабочие, легко могущие откатывать в сторону огромные булыжники, уже здесь имеются в большом количестве. Которых потом не то, что не жалко, а просто обязательно ликвидировать придется».

«Ведь мне точно есть зачем вернуться к той пещере в горах. Наверняка Падший Бог нашел ее в самый последний момент, когда безопасный путь обратно в степи, к своим любимым зверолюдам и этому же Бункеру, уже был отрезан армией Всеединого Бога. Его последние верные люди и звероящеры нашли какую-то пещеру в предгорьях, доставили туда Падшего уже Бога, не знаю каким даже способом. И он остался там, вместе со всем своим добром, а среди него могут оказаться совсем инопланетные, но очень интересные для меня вещи. Такие, например, как мощный лазер или еще что, которым он именно прорезал в каменной толще тот отвесный гладкий спуск, в который я бросал тела убитых по его приказу», — приходит мне первый раз мысль — я точно смогу найти что-то интересное в самом упокоище.

— Тут есть, о чем серьезно подумать! — говорю я сам себе, пока Терек наполняет мехи чистой водой, второй зверолюд все так же размачивает и грызет лепешки, а первый получает в свою голову умение понимать языки людей. — Может ничего и не найду там, но должен однозначно попробовать и закрыть этот вариант навсегда.

Сам я посматриваю на пока не погаснувшие экраны, на которых видно, как зверолюды собираются сидеть в долгой осаде вокруг кургана, дожидаясь нашего появления. Снимают с появившихся пары арб наколотые дрова и сносят их к люку и шатру, где складывают в поленницу. Больше сделать они ничего не смогут, а пытаться взломать или поджечь люк наверно все же не решатся. Будут просто ждать, когда у захватчиков святого для них места закончатся припасы и они сдадутся от голода.

«Один главный выход надежно завален здоровенными камнями и плотно засыпан по щелям каменной крошкой, она даже утрамбована сильно», — вспоминаю я все то, что видел мельком в пещере.

Сначала оказалось совсем не до того, когда я там воевал за свою жизнь, а потом, уже при постоянном контроле своего сознания Тварью, не вышло бы рассмотреть подробно, что там вообще такое сделано.

«Но похоже, что раньше вход в пещеру был расположен именно там, может здесь когда-то жили первобытные люди. В общем Слуги в свете приближающейся погони внесли Тварь в эту пещеру, тщательно замуровали вход в нее и как-то замаскировали-приспособили тот большой камень, который сейчас прикрывает лаз. Наверно она сама нарезала полозья на камне. Этот лаз сделан именно для того, чтобы в безопасное время Слуги вернулись в сильно укромное и вообще незаметное место, сдвинули камень с люка и помогли выбраться своему Падшему Богу из укрытия, вообще не разбирая заваленный проход вниз несколько дней. Судя по диаметру лаза, примерно пятьдесят сантиметров, он не рассчитан на людей или зверолюдов, а сама Тварь может по нему лазить, тем более снаружи сам лаз никак не обнаружить. Старый проход вниз хорошо завален и есть не знать, что это сделано специально, то уже никак не догадаться о том, что внизу есть логово. И в логове кто-то есть, то есть уже только был. Есть там теперь только совсем мертвые тела, — дохожу я в своих логических размышлениях до такого финала».

«Но Слуги ушли оттуда и почему-то не смогли вернуться, скорее всего, были обнаружены дозорами армии победителей или просто попали в засаду. Наверно они все погибли, в общем никто не вернулся в степи, чтобы рассказать о месте, где они оставили спрятанного Бога. Поэтому зверолюды так жестко идут воевать, сами гибнут в огромных количествах, убивают людей, а это все для того делается, чтобы хоть как-то разбудить и вернуть к жизни своего пропавшего Бога. Ведь если бы они знали о том, что он находится так рядом со Станой, то легко оккупировали бы этот малонаселенный кусок имперской земли на той стороне Станы на пару месяцев. Или просто отправили отряд, чтобы добраться до Твари, но степняки ничего такого не сделали. Понятно, что о самом упокоище им ничего не известно».

— А вот теперь могут сделать! Когда у них появился такой мудрый предводитель, как ваш покорный Слуга! — говорю я себе.

— Да, это правильно на самом деле — разобраться с третьим, сильно непонятным местом, после того, как я разберусь со вторым таким, с этим бункером, и получу здесь то, что мне сильно требуется теперь, — говорю я себе.

Первое не очень понятное место — это тот самый песчаный холм на странном болоте, но нам не до него пока.

Поэтому я подхожу к Тереку, забираю уже налитый один мех с водой и негромко общаюсь с ним.

Уговариваю его ничем не возмущаться и никак не проявлять свое отрицательное отношение к тому, чтобы подыграть мне вскоре со зверолюдами по моему плану.

— Да на хрена они тебе нужны? Да еще на том берегу Станы? Среди людей, пусть чертовых имперцев, но все же настоящих людей, — шепотом сразу горячится наемник, невольно оглядываясь на безучастно грызущего кусок лепешки зверолюда.

— Мне они нужны, чтобы добраться до одного места в горах на той стороне Станы и разобрать там очень большой завал из огромных камней. Место сильно непростое, обычным людям ничего лучше про него не знать, а мы с тобой сами не справимся.

— А что буду делать я? С тобой поеду? — явно видно, что наемнику сильно претит мысль тащиться в поездке рядом с врагами рода человеческого, самыми настоящими отъявленными людоедами и вообще просто показаться рядом с ними.

Даже нашим спутникам показаться, ведь от такого клейма сотрудничества с врагами рода человеческого потом никак не отмоешься.

— Нет, ты один вернешься к нашим спутникам. Вы поедете впереди меня со зверолюдами, никак с нами не сталкиваясь, доедете до Станы, переправитесь на другой берег и будете меня потом ждать в городке под названием Патринил. Дня два-три в трактире поживете, нормально отдохнете, служанка там такая сильно пышная есть, помню ее хорошо, мне свои услуги за четверть имперского золотого предлагала, — вспоминаю я свое путешествие год назад.

— Только на постоялом дворе пожить? — не верит наемник в такое простое дело.

— Да, больше ничего и никаких встреч со зверолюдами, наши спутники их вообще не должны увидеть даже. Еще арендуешь мне у рыбаков лодку побольше и перегонишь на другой берег ниже по течению реки, где отдашь мне. Я тебя обратно и отвезу, так что зверолюдов даже ты больше там не увидишь, — сразу успокаиваю я его.

— А потом?

— Потом я вернусь и за пару ходок перевезу их на людской берег. Козлы ихние и так переплывут, так что мы в ночи оставим тебе лодку на уговоренном месте и уедем с раннего утра в лес. Никто ничего из местных рыбаков не должен заметить, а то придется их убирать беспощадно, — проговариваю я свой план.

— Понятное дело, — немного повеселел Терек, когда понял, что всю возню с нелюдями я беру на себя. — Живые свидетели появления таких тайных гостей на людской территории никому не нужны. Нам особенно.

В общем, пока я наблюдаю в экраны наше окружение, все обдумываю и договариваюсь с наемником, прошло время нахождения первого зверолюда на кресле, шлем пропищал несколько раз, экран снова загорелся розовым.

Я отправил второго снимать с побратима шлем, чтобы он сдуру на нас не бросился, а потом проверил первого нелюдя на понимание человеческой речи вместе с Тереком. Понимание оказалось полное, и имперской, и местной речи, так что я поправил пульт, строго следуя указаниям проспектов, на использование его под человека и почти приказал наемнику занимать место на кресле, как он не хотел этого делать.

— А почему не ты первый? — все спрашивает и спрашивает наемник, все же занимая место на кресле.

— Потому что мне сейчас придется очень непросто договариваться с нашими новыми товарищами и объяснять им очень-очень важные вещи, — громко говорю ему, чтобы зверолюды меня тоже слышали.

Я запускаю процесс установки знания языков, теперь Терек неподвижно замирает на кресле, а я иду разговаривать со зверолюдами, которые меня теперь понимают вдвоем, только я ничего от них, кроме жестов подтверждения, не могу разобрать.

Но мне ничего другого от них пока и не требуется, только осознание моих слов и подтверждение моих замыслов.

В общем провожу предварительное оповещение нелюдей, кто я такой и зачем появился здесь.

И при снова отвалившихся крупных челюстях разъясняю им, что я теперь самый Первый и единственный вообще Слуга Моего Бога!

— И что приехал сюда, к кургану, именно затем, чтобы найти союзников, научиться разговаривать с ними, ну и понимать их тоже соответственно!

Естественно, что ВНУШЕНИЕ у меня включено почти на максимум, сознание у зверолюдов очень тугое, можно не бояться перегнуть палку в ментальной работе с ними.

Почти все время, пока Терек провел на кресле, я ввожу изначально недоверчивых нелюдей в курс дела.

Как я случайно стал Первым Слугой, оказавшись вместе с разбойниками около места, где находится глубоко под землей их и мой Бог. Как убил там обоих разбойников и этой жертвой пробудил давно спящего вообще без сил Бога.

Как Бог сделал меня своим Первым Слугой в благодарность за свое пробуждение, поставил в голову свою ТАБЛИЦУ из последних своих сил, для чего изначально наделил меня тоже немалой силой.

— А Наш Бог сказал тебе идти к нам? — вдруг спрашивает уже поверивший в мой рассказ первый нелюдь.

Ну, это он как-то прорычал с огромным трудом, помогая себе жестами лап, но при большом желании этот посыл можно понять. Желание у меня как раз очень большое есть, чтобы понять сильно непонятные звуки.

— В том-то и дело, что ничего такого не сказал. Не успел сказать. Это я уже сам за половину прошедшего года дошел до такой мысли. Он просто поставил мне ТАБЛИЦУ, ту самую, которую вы скоро тоже получите на этом кресле. И больше уже не отзывался на мой зов, кажется, слишком увлекся наделением меня своей силой и снова впал в забытье! Как пробыл уже сто пятьдесят лет в каменном убежище! — рассказываю я о случившимся со мной почти все так, как оно случилось на самом деле, не боясь сбиться.

Ну, кроме, конечно, финальных сцен реального сценария.

Рассказываю, как долго ждал ответа от Моего Бога, как не дождался его, как пошел дальше, набираясь сил, как мне пришлось убегать от погони сумасшедшего норра, как обратил в веру Моего Бога несколько человек, включая того, который сейчас лежит на кресле.

— Он мой Второй Слуга теперь! Но вы тоже станете Первыми Слугами нашего Бога! — закидываю я нелюдям интересную наживку. — Обретете новую силу! Станете первыми среди вашего племени, а ваше племя — самым главным во всей степи!

В общем, время до пробуждения Терека прошло очень плодотворно, он лишнего не услышал, а зверолюды уже признали меня за своего духовного вождя в деле веры в Нашего Бога. И еще самого Верховного Руководителя процесса спасения Нашего Бога, потерявшего пока последние силы в своем убежище.

После чего я быстро проверил Терека, и наемник признал через какое-то время:

— Понимаю в общем, что говорят-воют тебе и друг другу нелюди.

И даже смог прочитать написанные мной в пыли несколько слов на имперском, чего за собой раньше точно не замечал.

— Результат налицо, старина! Ты теперь можешь говорить, писать и понимать несколько языков сразу! Я тоже так хочу, но пока у нас есть одно важное дело!

После чего я снова общаюсь с нелюдями, обещаю им установку ТАБЛИЦЫ Нашего Бога сразу после меня и сам усаживаюсь на кресло.

— Терек, ты за ними присмотри, не должны они ничего такого устроить, так как очень заинтересованы оказаться на этом кресле. Но, на всякий случай — не спускай с нелюдей глаз, — готовлю я его к самостоятельному командованию в бункере.

— Будет сделано, ваша милость, — обещает наемник.

— И это, вокруг нас собралось все племя этих товарищей, так что к люку их тоже не допускай, — лицо у Терека недовольно скисает, для него наше полное окружение — очень неприятная новость.

— Это мы уже утром начнем разговаривать со всеми ними, а ночью пока сидим по очереди на кресле. У меня это последний раз, а им еще каждому придется по разу тут побывать, — показываю я на зверолюдов.

— А обязательно им тоже СИСТЕМУ ставить? — так же недоволен наемник. — Нельзя без этого дела обойтись? Они же сильнее становятся при этом?

— Обязательно, уважаемый. Чтобы слушать меня правильно, они должны получить в свои головы такой явный Путь Бога. Зримо подняться над остальными зверолюдами и стать Первыми его Слугами среди них. Без такого Обращения все может не срастись в моих замыслах или просто главные воины в этом же племени не станут их слушать. Они ведь пока просто шаманы, один из них даже ученик. А вожди племени просто прикажут убить нас с тобой, — привожу ему последний и главный довод. — Не будем рисковать, мне они сейчас нужны.

Терек кивает головой и по моему сигналу включает тумблер начала установки.