Сантехник 4

Глава 7

Мне хорошо видно, что сам Терек на какое-то время просто впал во внутренние рассуждения на пример того:

— Что случилось бы, если бы его приятели закадычные больше слушали мудрые слова будущего графа Варбурга, а не откровенную глупость свою всем наглядно показывали? Слушали прямо, как отца родного?

Это можно понять в тот момент, когда старый наемник разглядел место, рядом с которым его судьба стала разительно отличаться от того, что случилось вскоре со старыми приятелями.

«Нет, отца родного они ни во что вообще не ставили! Если только кого и уважали, то своего бывшего авторитетного командира наемников? Только контракта между ними не имелось никакого и вообще не вояка был тогда тот же самый электрик, так что напрасные все это все мечты», — понимаю я.

Терек после посещения достопамятной таверны едет прямо с потерянным видом рядом, а на лице мечтательное выражение имеется.

— До чего они могли бы вместе дойти в своем развитии? Если бы выжили в тот раз? Смогли бы унести свои задницы дальше в целости и сохранности? — наверняка, что именно так думает.

Стали бы остальные наемники сами тоже благородными мужами или, как у него случилось, примерно похожие посты при замках занимали?

«Ну, думай, не думай, изменить нельзя уже ничего. Приятели встали совсем-совсем в позу, никак их было не перевернуть со своей точки зрения! — вспоминаю я рассказ графа Варбурга, тогда еще просто охранника Андера. — Да еще на такую тонкую, интеллигентную игру с дворянами, как продумал и устроил будущий граф, они вообще не способны ни разу. Головой думать совсем не приучены оказались, только рубиться и гулять на всю ивановскую».

«Скорее бы вам просто дальше очень сильно мешали, вот и все, что тогда могло измениться в будущем», — думаю про себя.

Думаю, но молчу, потому что не хочу мешать человеку мечтать, тем более человеку очень важному для моей задумки.

С Тереком как-то особенно у меня не получается сблизиться, наемник вообще довольно не разговорчив, и еще держит марку перед своими подчиненными. Только слышу от него — «ваша милость» и все, хотя едет впереди каравана рядом со мной, но постоянно отворачивает лицо от меня в сторону и назад.

И сам по себе довольно угрюмый, и еще очень недоволен самой нудной и долгой поездкой.

Граф ему выдал приказ конкретный слушать меня во всем, а наемнику такое положение очень не нравится, тем более я для него не особый пока авторитет. Обычный норр из Империи, а он уже очень много таких повидал за последнее время. Да и сам Терек на руководящих постах забурел так серьезно, довольно большой город с окрестностями лично и жестко контролирует, а тут какая-то непонятная ему поездка, да еще под чужим руководством.

Он-то мне совсем не брат по планете происхождения, в отличии от графа Варбурга.

Тем более Терек не знает моей истинной силы даже приблизительно и, наверняка еще, что сам уверен — сможет взять меня под контроль со своей двоечкой МЕНТАЛЬНОЙ СИЛЫ.

Граф пока не стал говорить ему о том, насколько я превосхожу всех остальных Обращенных. Да и я с таким делом не спешу, знать мои параметры умений никому вообще не нужно до самого такого решающего момента.

Скорее всего наемник сильно недоволен скучной поездкой и всем, что к ней прилагается до сих пор. Пришлось отрываться от привычных дел и сладкой Кситы, да и других баб для приятных дел у бывшего наемника наверно много имеется.

Ксита вообще не близко живет, а целый город, где много женского пола, под его полной властью, бравой такой правой рукой самого господина графа.

Поэтому приказ графа исполняет, но сам не хочет со мной общаться, так как полностью не в курсе, ради чего все действо затеяно.

«Ну, ничего, пройдем болото, отправим повозки обратно и когда повернем в сторону Великого леса, придется ему все же рассказать, — прикидываю я сам про себя. — Без полной ясности он на место своей прежней разбойной жизни возвращаться точно не станет».

Еще три дня скучного, но быстрого пути без всяких приключений, и мы добираемся с помощью постоянных распросов до медной шахты, расположенной среди высоких холмов в диких лесах. Хорошо, хоть почти совсем по пути получилось, всего с час поездки от основной королевской дороги.

Меди на нашем рынке все время не хватает, потому что рудники в Баронствах довольно слабые, а издалека возить сильно накладно получается.

За сто пятьдесят золотых я засыпаю три повозки хорошо обогащенной малахитовой рудой, закрываю сверху грубой тканью и оставляю их стоять около ближайшего постоялого двора на основной дороге.

Гружу сначала не полностью под возможный вес в полтонны, где-то по четыреста килограммов обогащенной до пятидесяти процентов руды размещается на каждой повозке. Но потом решаю все же не жалеть лошадей, пусть едут не спеша, тем более с подменной лошадью, но привезут в Варбург по максимуму руды.

Да и сейчас очень хорошо отдохнут, пока нас дожидаться здесь станут.

«Эх, произвел бы уже нормальные хомуты, так этот вес пара повозок легко бы увезла», — лезут в голову мысли, но я гоню их.

Начинать производство новой упряжи — дело непростое, долгое и весьма затратное, только совсем не хочется, чтобы плодами моих и графа трудов воспользовались соседские бароны или те же имперцы, когда выгонят нас из графства.

«Вот, если разберусь с Тварью, то можно и снова о прогрессорстве серьезном подумать. Я-то прогресс останавливать не стану, наоборот, только подгонять буду!» — и такие мысли в голове имеются.

Как я с ней разберусь — вообще не представляю, но одну похожую уже смог убить, наверно, что и до второй дотянусь как-то.

«Хотя бы горючей смесью в тонкостенных стеклянных бутылях закидаю безжалостно, правда, процент успешного нападения тогда будет совсем невысок», — признаю я.

Здесь эта тонна четыреста килограммов руды стоит всего сто пятьдесят гальдских золотых, так я перевожу местные значения веса в привычные себе, а на рынке Варбурга примерно четыре с половиной сотен. Чистой прибыли выходит под две сотни золотых с трех повозок, но я собираюсь еще по пять монет за поездку выдать возницам дополнительно.

Так что примерно сто пятьдесят-сто шестьдесят золотых заработаю всего за месячную поездку с трех повозок.

Ну это мне, благородному норру, гораздо проще возглавлять караван, хотя такое не очень приличное дело для дворянского сословия, а вот простых купцов будут разводить на деньги почти в каждом отдельном баронстве.

За них-то заступиться некому получается, а охранники купеческие — простые мужики, они ни числом, ни умением сравниться с баронской дружиной не могут. Не то, что мои красавцы, да еще с бравым норром впереди на дорогом коне.

Как говорится — за морем телушка полушку стоит, да перевоз цельный рубль!

— Так, пара стражников остается при повозках оставленных дежурить вместе с возницами, — говорю я Тереку. — Дальше оставляем по своей подменной лошади мужикам, нам с тобой и страже теперь по одной хватит вполне.

— А это-то зачем нужно? — недоумевает он. — Понимаю, что повозки, уже загруженные рудой, нет смысла гнать дальше, можно и здесь оставить под своим присмотром. Но зачем нам нужны шесть лишних лошадей при трех возницах без повозок дальше в пути?

Придется все-таки пораньше с ним переговорить серьезно, чтобы открыть глаза наемнику на наши большие проблемы по жизни, от которых он пока был так далек.

Не обрадуется господин Терек, что я в его место жительства вместе с собой почти неотвратимую беду принес.

«Ох, не обрадуется! А что теперь делать остается? Или его под ментальный контроль брать, чего мне Терек никогда не простит или все же откровенно рассказать свои планы», — задумываюсь на минуту я и решаю все же рассказать.

— Давайте отъедем в сторонку, где я вам все расскажу, уважаемый Терек, — спокойно обращаюсь я к нему, нервно посматривающему по сторонам. — Почему так задумано и зачем граф приказал вам со мной ехать.

Да, явно пришло время объясниться и открыть глаза бывшему наемнику на спрятанный от всех смысл нашей поездки.

Так что пока возницы распрягают тягловых лошадей, стражники устраивают своих и чужих животинок на конюшне, подгоняют груженые повозки поближе к окну своей комнаты на первом этаже постоялого двора, я начинаю разговор с будущим компаньоном.

— Разговор серьезный будет, потому что задача у нас тоже очень сложная впереди стоит…

Рассказываю наемнику про нашу ситуацию, чего мы сейчас ждем и на что надеемся, времени на это уходит с полчаса с постоянными переспросами Терека.

— Так что же — обязательно появятся имперские шпионы в Варбурге? — задает он главный вопрос, явно таким вопросом заинтересовавшись.

Эта ситуация его явно касается, что там ожидается в Варбурге, так что хочет разобраться полностью в ней заранее.

Но тут я пожимаю плечами, мол, все может случиться и даже очень по-разному.

— Но готовиться лучше к самому плохому варианту.

— Шпионы появятся обязательно, — вижу, как недовольно морщится лицо наемника. — Но вот будут ли среди них Слуги — трудный вопрос. Потому что обычные соглядатаи ищут только меня, норра Вестенила из Вольных Баронств и не обратят никакого внимания на особо непростых людей в городе и соседних баронствах.

— Так, если тебя там не будет, то они никого не найдут? — сразу схватывает главную мысль Терек.

— Да, простые шпионы в лучшем для них случае узнают, что я здесь уже был, распродался на рынке и куда-то давно уехал. Стража и возницы мои со мной здесь теперь, остались только Ветрил и Клафия из таких заметных людей, которые ушли с норром Вестенилом из его владения. А список всех людей, с кем я ушел, наверняка у лазутчиков окажется. Клафия дома сидит, на рынке не мелькает, а вот Ветрила в теории могут опознать, или просто узнают, что это именно он мое добро продавал. Выследят его и Клафию найдут тоже. Пусть меня уже нет, а Ветрил научен мной говорить, что я все деньги забрал и уехал с концами куда-то в столицу Ксанфа, но его все равно могут взять, да поспрошать с принуждением. Прихватят и вывезут подальше от города, а там он никуда не денется, все расскажет.

— Ага, тогда нужно его с рынка убирать было или охрану к нему перед отъездом приставить! — сразу же озадачивается Терек.

Правильно Терек понимает, если спрятать Ветрила в каком-то замке вместе с Клафией, то следов от моего каравана вообще не останется в самом Варбурге. Только какие-то неясные воспоминания могут узнать шпионы.

— Ну, шпионы еще не прямо сейчас в Варбурге появятся, они пока с Баронствами разберутся, все их объедут и последят, да еще возьмут языков из замков, чтобы узнать, где я прячусь. Это еще пара месяцев точно пройдет, пока они дальше в королевства двинутся и до Варбурга доберутся. Но лучше все же Ветрила оставить, как приманку, для тех же лазутчиков, иначе, как мы про них поймем, если они под торговцев с товаром хорошо замаскируются? А всех рыночных торговцев придется предупредить насчет тех подозрительных людишек, кто про хозяина парня, норра имперского, расспрашивать станут. Пообещать большую награду за таких любопытных и режим максимального благоприятствования в торговле, так все шпионов и сдадут сразу же, — выкладываю я наемнику свои заготовки.

— Да, это точно сработает, я всех торговцев доподлинно знаю, и чтобы получить хорошее отношение от меня, правой руки графа, они даже без награды с большой радостью всех любопытных мне сдадут, — правильно прикидывает Терек. — Без таких расспросов на рынке никак не узнаешь ничего про того же норра и его прислугу. Простые мужики ничего про рыночную жизнь не знают, это только к местным торгашам обращаться нужно. Тогда и соглядатаев можно будет похватать незаметно, чтобы про их судьбу никто никому не смог ничего рассказать. Ну, то есть тем новым, кто за ними следом придет. В городе они пропали или по дороге к нему — да кто его знает!

В правильном направлении мысли у наемника работают, только это дело не самого ближайшего будущего. У нас впереди совсем другие задачи и проблемы, поэтому я возвращаю Терека к нашим коровам.

— Вот, так и переловим всех шпионов на Ветрила. Там допросим правильно и будем все точно знать, сколько их, кого ищут и где еще такие же группы есть с приметами. Когда первая группа пропадет, туда другие приедут разбираться, но вообще не скоро тогда появятся, а мы уже будем готовы, — обещаю я наемнику. — Только давай о самом первом нашем деле поговорим.

— То есть, ваша милость, нам нужно всех возниц и лошадей загнать на тот песчаный холм? — теперь у него такой вопрос. — Посередине того чертового болота?

— И нам с тобой там побывать необходимо тоже.

— А стражникам?

— Да можно всех, и моих, и графских тоже туда отправить. Получат защиту от ментального воздействия. Но графским это особо не требуется, они точно в Империю поехать не смогут. Это нужно если моим людям только. Но тогда, сам понимаешь, и мы с тобой на них воздействовать не сможем никак ментальной силой.

Тут Терек тоже задумался, лошадей уже выпрягли, три дня на постоялом дворе дружинникам я оплатил, а мы тронулись дальше. Возницы теперь по двое на повозке сидят и за каждой еще по три лошади привязаны, решено их всех на холм загонять на всякий случай.

На следующий день мы добрались до самого Стомбурга и снова после долгих расспросов местного населения доехали до карьера, на котором эту особо ценную цветную глину достают. Там я оставил последние три повозки под постепенную загрузку сырьем и выдал небольшой задаток в двенадцать золотых монет управляющему производства, хитрому такому мужику с бегающими глазками.

Запаса этой глины у него нет, конечно, теперь будут добывать ускоренно, как он мне клятвенно обещает.

— Смотри, чтобы загрузили мне товар через два дня по полной. Для этого оставляю подводы, сам отъеду пока к родне своей в соседней замок, — переводит мои слова Терек.

Мужик, конечно, все обещает, но явно не воспринимает сильно всерьез неместного дворянина, поэтому пришлось рассказать про свою выдуманную родню здесь. И вытребовать бумагу на выданный задаток, а то мало ли какой хитрый тут попадется проходимец. Спрячется где-нибудь подальше, а у нас лишнего времени, конечно, его искать не будет.

Съезд на короткую дорогу к болоту Терек, само собой, уже совсем позабыл, так что пришлось нам ехать до того самого леса и даже проехать его целиком, пока он не признал место, где случилась у них тогда стычка со стражниками до сих пор никому по имени неизвестного барона.

— Точно здесь это было! Еще крыши вон того села были видны! — указывает он на едва виднеющиеся признаки населенного пункта за разросшимися деревьями.

— Значит, поворачиваем обратно в лес и ищем незаметную дорогу с левой стороны? — вспоминаю я рассказ графа.

— Да, там точно влево, а дорога была вполне заметная! — машет наемник рукой.

Лесная дорога, и правда, нашлась быстро, мы свернули на нее и поспешили вперед. Деревня тоже оказалась на своем месте через пару часов поездки быстрым ходом, рожи у мужиков довольно разбойничьи, как рассказывал граф, на большое количество наших свободных лошадей смотрят с явным интересом. Но на одиннадцать воинов при настоящем дворянине лезть, конечно, не собираются, не совсем еще так обнаглели.

— Помнишь, куда теперь ехать? — спрашиваю Терека.

— Куда-то туда, — показывает он рукой.

— Понятно, придется брать проводника из местных, — понимаю я и прошу Терека перевести. — Эй, кто хочет заработать? Нужно ваше странное болото показать! К которому ведет дорога под водой!

Но местные не хотят ничего показывать по доброй воле, им появление такого каравана и наглого дворянина, требующего показать заповедное болото, очень не нравится само по себе. Не любят здесь таких гостей привыкшие к относительной свободе крестьяне, уже немного превратившиеся в лесных разбойников. Разбойниками, конечно, не постоянно выступают, а просто при каждом удобном случае.

Да и на Терека они посматривают постоянно, он сам не сильно изменился за эти десять лет, вот его и запомнили хорошо в тот раз, когда навсегда пропал прежний проводник.

— Придется надавить на них, больно борзые тут живут, — шепчет мне наемник. — Пока не огребут, не пошевелятся!

— Хорошо, возьмем заложников! — отвечаю ему и Терек отдает команду воинам. — Собрать всех жителей на площади! Зарядить арбалеты и держаться по двое! Если будут сопротивляться, то не жалеть эти разбойничьи морды!

Мы тоже с арбалетами в руках ждем, пока стражники соберут жителей лесной деревни по домам. Кто не хочет слушаться, получает плашмя мечом по спине и вскоре сильно волнующаяся толпа мужиков, баб, молодых девок и парней собрана на небольшом лугу. Дети разбежались по огородам и их головы из кустов все время выглядывают.

— Пытались спорить, ваша милость! Что мы не их хозяева и все такое, — показывает Изавил на пару валяющихся без сознания мужиков с окровавленными головами. — Пришлось приложиться! Чтобы головы прояснить шелупони этой!

Всего в толпе человек пятьдесят более-менее взрослых крестьян и крестьянок, но серьезных мужиков и парней не больше десятка наберется. Остальные или в лесу, или еще где промышляют, или попрятались пока.

Я киваю наемнику, чтобы он дальше говорил от моего имени.

— Правильно сделали! Так, слушаем меня, лесные люди! Нам по-прежнему нужен проводник до центра болота! Раз вы от денег отказались, то мы возьмем заложников и так вас заставим слушаться! В любом случае мы получит то, что нам требуется!

Стражники отбирают из толпы десяток парней и девок, отводят их в сторону и начинают вязать.

Наверно, сейчас оставшиеся мужики с парнями окружают деревню с охотничьими луками наготове, но мы все одоспешены и в шлемах, понятно сразу, что только лишнее кровопролитие случится, если попробуют с боем своих отбить.

Ну, убьют или ранят у нас одного-двоих воинов, а мы накрошим половину деревни и сотрем ее с лица земли, дома точно все пожгем.

Да еще шестеро возниц с дубинками стоят около заложников, тоже помогут навести порядок.

— Отпустим на острове, когда все покажете! — провозглашает Терек. — Если попробуете обмануть или напасть, сразу без жалости всех заложников перебьем, а деревню вашу спалим к чертям собачьим! Знаю я ваши морды разбойничьи! Принесите им шапки и прочую одежду для защиты от гнуса!

Из толпы спрашивают его о судьбе проводника, который когда-то пошел показывать дорогу, да не вернулся обратно.

— Вам тогда щедро заплатили за помощь, а вы большего сильно захотели! Проводник тот нас хотел обмануть, когда довел до острова, но потом всю правду рассказал все равно! Что вы собирались в нас из луков стрелять на берегу! Так что давайте быстро нам двоих проводников, а то я еще прикажу заложников добавить! — угрожает Терек на местном языке, который я понимаю едва-едва, но мне его слова переводит Изавил. — Веревок у меня на вас всех хватит!

После недолгих переговоров из смирившейся толпы выпихивают пару взрослых лесовиков, которым общество поручает показать путь к необычному болоту ради спасения молодых жизней своих детей.

Но время уже перевалило за полдень, поэтому в болото мы сегодня не полезем, переночевать придется на берегу, чтобы не рисковать кошмарным ночлегом рядом с летающими кровососами.

Через пару часов пути абсолютно плоская поверхность болота уже лежит перед нами, как мы видим с холма. Останавливаемся на нем же, чтобы не спускаться к болоту, заложников правильно вяжем и складываем внизу, чтобы контролировать сверху, как раз костерок около них жжем. Служивые пощупали девок, пока вязали, но дальше заходить я запретил через самого уважаемого Терека.

Народ военный видно, что недовольный остался, обычное же дело простых девок как следует попользовать, пока в заложницах сидят, но тут и Терек приказал заткнуться всем шутникам со своими предложениями.

— Оно пока все хорошо выходит, а как начнешь тиранить девок половым образом, а они истошно орать станут, так сразу стрелы из кустов полетят, пусть тоже не сильно прицельные. Замучаешься бегать за стрелками в ночи, и зачем вообще нам такое счастье требуется? — сказал стражникам и запретил дальше заходить.

Так что с самого раннего утра мы начали готовиться к переходу, развязали и отпустили заложников и заложниц, чтобы не мешались под ногами, обвязали лошадям морды и спины сетками, нарвали нужной травы, которую указали проводники, и набили ее в сетки. Намазались ею сами, натерли лошадей, нарезали целые охапки длинных веток и двинулись вперед.

Однако из-за очень жаркого лета уровень болота заметно так опустился, теперь мы бредем не по щиколотку в воде, а едва мочим ноги, темную полосу дороги хорошо видно под лучами светила.

— Даже проводники были не нужны, — подскакал ко мне Терек. — Зря вчера деревню нагибали. И так все хорошо видно. А гнуса гораздо меньше сейчас, чем тогда.

— Зря, не зря, мы этого не знали. Сказали бы нам местные, что болото обмелело и мы сами проедем легко, кто бы им поверил? А так да, даже гнуса не так много летает, — отвечаю я, обмахивая себя и свою лошадь без перерыва ветками.

Проводники идут очень шустрым шагом, повозок у нас с собой нет, едем поэтому все время быстрой рысью и уже через полчаса выскакиваем на противоположный низкий берег. Здесь торопимся к песчаному холму, который все так же главенствует над равниной болота.

Вообще-то мы до этого собирались заехать с той стороны болота, но память заметно подвела Терека, да и не смотрел он тогда по сторонам, где именно они выскочили на хорошую дорогу. Не до этого им было, ведь только что, всего день назад, перебили беспощадно наемники баронских стражников и поэтому требовалось уносить ноги без оглядки.

Думали мы стражников с их лошадьми оставить перед болотом, но теперь они идут с нами, а возвращаться обратно мы не собираемся точно, так что все мои соратники попали на этот чертов остров.

— Думаю, нужно всех через холм провести, и возниц, и стражу. Тебе они в Империи могут понадобиться, а мои пусть в Варбурге служат, зато под влияние имперских Слуг не попадут, — предлагает мне наемник. — Ну и лошадей тогда тоже нужно прогнать.

— Согласен с тобой. Столько времени сюда ехали, пусть уж все получат защиту от ментального давления, — я тороплюсь к самому холму, до которого от подводной дороги с километр ехать.

Гнус все равно вьется над головами, привлеченный вкусом плоти и крови, но понемногу отстает от каравана, да и ветки его немилосердно бьют, сгоняя с лошадиных морд и из-под хвостов.

Я первым заскакиваю на сам холм, достаю новую подзорную трубу из тубуса и внимательно рассматриваю берег впереди. Старую на днях отдал наемнику, чтобы тоже посматривал по сторонам, очень порадовал таким подарком Терека.

— Есть! Видно дорогу! — кричу я Тереку и тут почти присаживаюсь на колени, так резко и внезапно закружилась голова.

— Ага, мне блок установлен, — понимаю сразу случившееся по описанию графа.

— Отпускаем проводников, дорога хорошо видна, — я подхожу к угрюмым мужикам и выдаю каждому по паре золотых монет. — Идите домой, от вас больше ничего не требуется!

Не верящие своему счастью мужики тут же подрываются и бегут обратно, загребая ногами песок.

— Думаешь сюда еще не раз приехать? Чтобы без таких проблем проводников находить? — подходит ко мне спустившийся с холма Терек.

— Вряд ли это нужно будет. Теперь дорогу хорошо запомним, напрямик можно будет без лишних проблем кататься, — отвечаю я. — Да и когда это потребуется?

Процесс получения блока семнадцатью людьми и двадцати тремя лошадьми занял часа три в общей сложности. Если люди на верхушке холма чувствуют головокружение через минуту-другую, то лошади стоят гораздо ниже и минут пять каждая ждет ментального толчка, чтобы зашататься на ногах и растерянно заржать.

Заодно я лично проверяю всех людей и лошадей, отдавая им ментальные команды, таким образом все же обнаружил пару лошадей, которые не получили должную защиту. Но, так как они принадлежат воинам графа, я не стал их возвращать обратно на холм.

А скомандовал ехать на берег болота, сам жадно оглядывая весь этот холм из песка.

'Ясно ведь, что здесь лежит какой-то звездолет или еще какая штука от пришельцев! Но времени начинать раскопки нет вообще, теперь нужно спешить забирать подводы с глиной, уже два дня прошло.

Вот так всегда, удивительное — рядом, но оно запрещено, и свидетели ненужные имеются тут же, и времени лишнего просто нет.

«Первым делом сюда вернусь со своими людьми, когда получится», — говорю сам себе.

Так что мы проехали по такой же точно, только более прямой дороге до берега и сразу быстро устремились в путь, чтобы добраться до карьера с глиной засветло.