Сбежать от тёмного эльфа

Глава 1

Очнулась от ощущения, что кто-то больно бьёт меня по щекам. С трудом разлепив веки, с возмущением уставилась на своего мучителя…или спасителя? Память тут же подкинула последнее воспоминание: холод, грязная вода с привкусом тины и сильная рука, тянущая на дно.

В свете луны я разглядела высокого широкоплечего парня с русыми волосами. С него тоже водопадом стекала вода, но в отличие от меня, ему это особо не мешало. У меня же зубы отстукивали какой-то особо прыгучий канкан.

Увидев, что я очнулась, спаситель начал кричать:

— Ты что творишь, Нари, совсем с ума сошла? Это ты так сбежать решила или утопиться всем на зло?

— Ч-ч-чего? — собравшись с силами, прохрипела я и поморщилась от боли в горле.

Только сейчас парень, видимо, заметил, что меня всю трясло похлеще, чем в городской маршрутке на наших дорогах. Да и лежать на мокрой холодной земле было, мягко говоря, не очень.

Тяжело вздохнув, он с лёгкостью подхватил меня на руки и куда-то понёс. Стараясь унять озноб, я ненадолго прикрыла глаза и сама не заметила, как снова отключилась.

Следующее пробуждение было несколько приятнее. По крайней мере лежала я уже не на холодной земле, и по щекам никто не хлопал.

Открыв глаза, осмотрелась. М-да, я-то ожидала очнуться у себя дома, ну или в больнице на крайняк. Но увиденное превзошло все мои ожидания!

Ну, во-первых, я лежала в огромной мягкой кровати с балдахином. Во-вторых, кровать находилась в просторной светлой комнате, где вся мебель была сделана под старину: большой шкаф из тёмного дерева с витиеватой резьбой, в том же стиле тумбочка справа от кровати, а вместо лампы зачем-то стоял подсвечник. Совсем рехнулись! Обычной лампы на нашлось?

Но самое противное то, что вся комната была оформлена в светло розовых оттенках! Меня аж передёрнуло от этой мечты барби. Нет, дело вкуса конечно, но лично я такое мягко говоря не люблю — переросла ещё лет в десять.

Пытаясь осознать происходящее, я посмотрела в окно. Солнце уже клонилось к закату, окрасив небо оранжевыми красками. Это что же, я весь день проспала?

Вдруг в комнату вошла пожилая женщина. Низенькая и слегка полная, в её чёрных волосах, уложенных в обычную гульку, мелькали седые пряди, а серые глаза в обрамлении паутины морщин лучились теплом и добротой. Одета опрятно, в длинное тёмное платье и немного засаленный фартучек. Увидев меня, она тут же всплеснула руками и, пробормотав что-то вроде «очнулось дитя», куда-то убежала.

— М-дааа, все страньше и страньше, — пробормотала я, окончательно сбитая с толку.

С трудом выбравшись из кровати, тут же растянулась на полу, перецепившись о слишком длинную ночнушку. Хорошо, что пушистый ковёр немного смягчил падение. Рубашка была мало того что длинная, так ещё и вся в рюшах! Спасибо, что белая, а не розовая, как всё в этой комнате!

Поминая на чем свет стоит ночные рубашки, странные комнаты и того придурка, который стянул меня в воду, я вышла на балкон и обомлела!

Комната находилась где-то на уровне 3го этажа, а с балкона было видно весь город, уютно умостившийся у подножья горы. Собственно на этой горе и расположилось здание, в которое меня каким-то ветром занесло. Все дома были с синими крышами, но ни одной старой и серой советской многоэтажки! У каменных и деревянных сооружений было максимум 2–3 этажа. Умный мозг тут же констатировал факт: я не в своём городе. Больше всего это было похоже на какой-нибудь исторический район Европы, стремящийся сохранить свою аутентичность дабы привлечь как можно больше туристов.

Перегнувшись через поручень и посмотрев вниз, я увидела странный внутренний двор, окружённый высоким и толстым каменным забором с башнями и шпилями, очень похожим на те, что часто показывают в фильмах и сериалах про средневековье. На таких обычно стоят лучники и палят сверху в приближающуюся вражескую армию, сбрасывают лестницы врагов и выливают кипящее масло на прущую ораву захватчиков. Во дворе туда-сюда сновала куча людей в странной старомодной одежде.

Фильм тут, что ли, снимают, или просто толкиенисты активизировались? Не знала, что в нашем маленьком городишке такие вообще имеются, да и фильмов у нас отродясь не снимали. Только вот я нахожусь не в своём городе. Тогда где?

Вдруг послышался какой-то шум за спиной. От неожиданности я потеряла равновесие и уже готовилась лететь с балкона носом вниз, как за талию схватили сильные руки и тот самый спасший меня ночью парень сгрузил мою слабо сопротивляющуюся тушку обратно в кровать.

Помимо него в комнате находилась уже знакомая сероглазая женщина и высокий властный мужчина, чем-то похожий на моего ночного спасителя. Они тоже были одеты очень старомодно: чёрные штаны, заправленные в высокие кожаные ботфорты, красный камзол поверх белой рубахи у мужчины, и просто белая рубаха у спасшего меня парня. На груди мужчины красовался огромный золотой медальон с изображением солнца.

«Какой хороший косплей, качественный!» — тут же пронеслась мысль, но додумать её мне не дали.

— Нарианн Аилари, — грозно начал мужчина, — как ты посмела сбежать! Ты же знаешь, что этот брак важен для королевства! Ты хочешь опозорить нас и втянуть всю страну в войну? Ну почему ты такая безответственная?!

Мужчина все ругался и ругался, поминая о какой-то свадьбе, королевстве, ответственности и постоянно называя меня «Нарианн». Растерявшись, я испуганно вжималась в кровать, а мой мозг тщетно пытался стянуть в кучу все эти странности и понять, наконец, что здесь происходит! А потом в голову пришла единственная умная мысль: почему я вообще должна отдуваться за какую-то Нарианн?

Моя попытка поделиться этой светлой мыслью со всеми потерпела фиаско, так как вместо слов послышался хрип оголодавшего зомби, из последних сил тянущего руки к вожделенным мозгам жертвы. Прокашлявшись, я всё-таки смогла более-менее внятно прохрипеть:

— Я не Нарианн, я Надя! И я не собираюсь за неё отдуваться! И вообще, я домой хочу! Меня родители ждут, я ещё утром домой вернуться должна была! Что это вообще за место? И кто вы все такие?

Горло жутко болело, но я старалась не обращать на это внимания, так как в данный момент важнее было разобраться в ситуации.

— Можешь идти, Вэл, — кивнул спасший меня парень женщине, и та тихонько выскользнула из комнаты, перед этим сочувствующе на меня посмотрев.

Оставшиеся двое обеспокоенно переглянулись. Похоже, мои слова несколько их озадачили и пару минут, показавшихся мне целой вечностью, мы провели в полной тишине. Наконец, вперив в меня недоверчивый и злобный взгляд, мужчина процедил:

— Опять эти твои шуточки?

— Какие уж тут шутки, — сложив руки на груди, просипела я. — Спасибо, конечно, что спасли меня и все такое, но я бы хотела отправиться домой. Мои родителиодРоПапа волнуются, я ещё утром должна была вернуться с выпускного.

Я старалась не впадать в панику, хотя она уже начала обхватывать меня своими холодными пальцами. Ещё бы! Очнуться в неизвестном месте, окружённой неизвестными людьми, принявшими меня за кого-то другого и определённо не желающими этого понимать.

Сделав глубокий вздох, словно успокаивая себя, мужчина поджал губы, и, явно стараясь не выдавать эмоций, коротко бросил молчавшему парню:

— Данирон, приведи Колина. И быстро!

Парень кивнул и тут же выскочил из комнаты.

Мужчина подошёл к окну и некоторое время молча смотрел вдаль, словно размышляя о чем-то.

— Значит, говоришь, что ты не Нарианн, — он перевёл взгляд с окна на меня.

— Даже не знаю, кто это, — качнула я головой.

Через некоторое время в комнату вернулся Данирон, а сразу за ним семенил странный мужчина в тёмно-синем балахоне. У него были чёрные волосы и такие же чёрные и густые усы. Высокий и тощий, он чем-то напоминал наш потрепанный школьный скелет, отчего у меня на лице появилась непроизвольная ухмылка.

— Колин, проверь, принцесса это или нет, — властно приказал ругавший меня мужчина, отмахнувшись от приветственного поклона вошедшего.

Колин задумчиво сдвинул брови и внимательно окинул меня взглядом, начиная с макушки и заканчивая торчащими из-под одеяла пяток. Затем приблизил своё лицо к моему, заглядывая в глаза, словно пытаясь там найти как минимум клад. После сел на край кровати, взял за руку, и что-то зашептал, закрыв глаза.

Я же посильнее вжалась в кровать. Все происходящее меня немного напугало. Да и вообще с сумасшедшими связываться не хотелось. Хотя, в данной ситуации ещё и не понятно, кто из нас сумасшедший! Судя по всему, всё-таки я.

Наконец, открыв глаза, Колин выдал свой вердикт:

— Ваше величество, это не принцесса Нарианн.

— Спасибо, Колин, ты свободен. Только никому ни слова! — кивнул ему Данирон и тот, отвесив глубокий поклон, быстро вышел из комнаты.

И вот тут я испугалась по-настоящему! На лице «величества» заиграли желваки. Он резко подскочил к кровати и впился пальцами в мои плечи. Его глаза стали холодными как ледники Антарктиды, лицо исказила жестокая гримаса, а крылья носа то и дело раздувались от злости, словно у разъярённого быка: того и гляди сейчас из всех щелей пар пойдёт! И это было бы смешно, не будь это так страшно!

— Где. Принцесса. Нарианн! — процедил он, выговаривая каждый слог и ещё сильнее впиваясь пальцами в мои плечи.

— Я не знаю! — жалобно вскрикнула я, пытаясь одеревеневшими пальцами разжать руки на своих плечах. — Говорю же, я даже не знаю кто это! Отпустите меня, я домой хочу!

— Отец, отпусти её, — Данирон подошёл к нам и спокойно положил руку на плечо разгневанного «величества». — Я думаю, она действительно ничего не знает. Ты же знаешь Нарианн, наверняка без её участия тут не обошлось.

— Но что-то же она должна знать! К тому же, почему она выглядит как Нарианн!?

— Судя по всему, её саму ни о чем не спрашивали. Иначе призналась бы она, что не принцесса?

— В таком случае, она нам не нужна, — отчеканил все ещё злой король и, выдернув меня из кровати, жёстко толкнул на пол. — Заприте её в темнице, а завтра вздёрните на главной площади.

* * *

Я лежала, свернувшись калачиком на старой соломе в холодной камере, и пыталась согреться, кутаясь в тонкое старое покрывало. Из небольшого решетчатого окна под самым потолком бил яркий лунный свет, освещая дальний конец камеры. Собственно, там и освещать толком нечего — крошечное помещение с кучей соломы в одном углу и ведром для справления нужды в другом.

Я не знала, сколько времени находилась в этом месте. Слезы уже закончились, я постоянно всхлипывала, а глаза жгло, словно луком закапали. Вдобавок ко всему из носа начало течь, голова разболелась и шла кругом от долгого плача, а горло резало будто наждачкой. Плюс ко всем этим “прелестям” меня знобило так, что казалось, будто стены камеры сотрясаются от мощного землетрясения.

Похоже, я всё-таки простудилась. Хотя какая уже разница, все равно меня завтра повесят. Но здоровой умирать, наверное, приятнее.

Я уже тысячу раз успела пожалеть, что рассказала, что я не принцесса, что пошла к этому злосчастному пруду со Светкой, и что вообще пошла на этот мать его выпускной! Но кто ж знал, что так случится… да и что вообще случилось не понятно! Как я оказалась здесь, и где вообще это «здесь»? Что это за странное место такое? И что мне теперь делать? Хотя в данной ситуации я и сделать по факту ничего не могу. Остаётся сидеть на вонючей колючей соломе, захлёбываться слезами и ждать казни.

Вдруг послышались приближающиеся шаркающие шаги. Сначала я испугалась: неужели уже идут, чтобы отвести на казнь? Но увидев знакомую женщину, остановившуюся у дверей моей камеры, немного успокоилась.

— Подойди сюда, дитя, — попросила она спокойным и ласковым голосом.

Кое-как завернувшись в тощее дырявое покрывало и с трудом, на подгибающихся от слабости ногах доковыляв до неё, я поняла, что меня затрясло ещё сильнее. Женщина заботливо приложила прохладную руку к моему лбу, отчего по тело пробежался табун мурашек.

— Не бойся меня, — тепло улыбнулась она. — Я Вэл. Выпей вот, легче станет и жар спадёт.

Между прутьев решётки Вэл просунула кружку с чем-то горячим. Ухватившись за неё, как утопающий за спасительную соломинку, я жадно начала пить согревающий напиток, даже не обращая внимания на то, что он неприятно обжигал язык и горло. На вкус это было похоже на куриный бульон с примесью каких-то трав. По телу потихоньку начало разливаться тепло и дышать стало капельку легче. Наконец допив живительную жидкость, я протянула пустую чашку Вэл:

— Спасибо большое.

— Не за что, — тяжело вздохнула она. — Держи вот, я принесла, во что переодеться можно. И одеяло тёплое, а то совсем замёрзнешь! — Вэл с трудом протиснула между прутьев объёмный свёрток.

— Спасибо! — я вложила в это слово как можно больше тепла. — Только, почему вы мне помогаете?

— Не могу смотреть, как они ребёнка мучают! А всё их политика, будь она не ладна! Ты не думай, наш король на самом деле не такой жестокий. Навалилось на него многое.

— А я здесь при чем? — шмыгнула я носом. К глазам снова подступили предательские слезы.

Вэл только грустно улыбнулась и покачала головой.

— Отдыхай. Силы тебе ещё понадобятся.

Развернувшись, она медленным шаркающим шагом ушла в том же направлении, откуда пришла.

Я быстро вытерла катящиеся по щекам слезы рукавом и осмотрела свёрток. Там оказалась чистая одежда: коричневые мешковатые штаны, серая грубая рубашка, чёрные ботинки и большое тёплое одеяло. Скинув с себя грязную ночнушку, я переоделась. Затем завернулась в одеяло, словно в кокон, и как можно удобнее улеглась на солому.

Почему-то после визита Вэл стало немного легче. Постепенно я совсем согрелась, озноб прошёл. Уснула я с мыслью, что просто так не сдамся, и все ещё надеялась, что это просто страшный сон.