Сдавайся, детка

Глава 16

Тимур, конечно, хитрец. Он на что вообще рассчитывал, дразня меня? Наверняка подумал, что я продолжу заниматься бумажными делами, пока он там шляется неизвестно где? Его отговорки меня не заинтересовывают абсолютно, только вид делаю, что все равно, куда он там направляется и с кем. Но стоит лишь захлопнуться двери за ним, как тут же выскакиваю в коридор, с опаской озираясь по сторонам.

В который раз жалею, что у меня нет автомобиля. Ох, как он сейчас пригодился бы. Но к счастью, в последний момент успеваю запрыгнуть в такси на парковке возле кафе, кажется, напугав изрядно водителя своим бешеным взглядом.

— Вон за той тачкой, — запыхавшись, пытаюсь членораздельно объяснить, чего желаю на самом деле.

Тот смотрит ошарашенно, хлопая длиннющими ресницами и пронзая меня колдовским взором зеленых глаз.

— Поторопитесь, — не выдерживаю, видя, как водитель медлит.

Готова вытолкать его из машины, и сама усесться за руль, только бы процесс пошел.

Спустя минуту мужчина все-таки трогается с места. Он движется на расстоянии от авто Тимура, а я все пытаюсь в голове выстроить маршрут его поездки. За окном мелькают здания: банки, офисы, магазины, а Кирсанов тем временем пересекает большую часть города.

Солнце бликами играет в моих прядях, я, кажется, схожу с ума от жары, чуть ли не покусываю костяшки пальцев от нервов. В глубине души неспокойно. Там нарастает ураган, ветер порывом носится внутри, сметая все чувства в клубок, переплетая нити.

— Плачу вдвое больше, — ерзаю на заднем сидении, всматриваясь вперед, боюсь потерять в потоке машину Тимура.

Недовольный водитель кивает, наверное, пожалев уже не единожды, что связался с таким клиентом, но деваться ему некуда.

Мы держим дистанцию, Тимур еще, как назло, петляет периодически, а я уже места себе не нахожу, рисуя в воображении безрадостные картины. Куда его черт понес?! Но когда тот притормаживает у офиса Артема, мои брови ползут вверх, я присвистываю и, расплатившись, быстренько выбираюсь из тачки.

Город живет своей жизнью. Суета, шум, клубы пыли и невозможность сделать полноценный вдох из-за адского зноя.

Пробегаю мимо сонного охранника в холле, взмахнув в знак приветствия рукой. Ему, похоже, до меня нет никакого дело, оно и к лучшему, пожалуй! Немного путаюсь в коридорах офиса Артема, но в итоге все-таки оказываюсь в приемной. Здесь пусто, прохладно и пахнет кофе. В желудке урчать начинает, вспоминаю, что успела только позавтракать с утра пораньше и все, потом поездка с Тимуром, эти дурные гонки… Почему-то становится стыдно на миг. Уши начинают гореть, липкий пот едва не струится по спине, и я кожей чувствую подвох, но толком не понимаю, почему именно. Может, сама атмосфера сегодняшнего дня так давит на меня? Ведь с утра была с одним братом, сейчас получается, что прибежала ко второму и плевать совести, что он мой жених. Я и сама уже порядком устала себе об этом напоминать, однако, ничего не меняется. Все равно ощущение пропасти некой не пропадает, как бы не старалась.

Пользуясь тем, что рядом нет секретаря на цыпочках крадусь к двери ведущей в кабинет моего парня. Из-за нее слышатся голоса, да и к кому еще Тимур мог прибыть, кроме как к Артему?! Вопрос риторический все же.

Прислонившись ухом, молюсь лишь об одном, чтобы сейчас никто не вошел сюда, иначе сгорю со стыда на месте. Подслушивать плохо, очень, но я отдаю себе отчет, что другой возможности что-то узнать у меня попросту нет. Артем ходит постоянно кругами, не желая быть откровенным, Тим играет в одному ему понятные игры, а я как собачонка бегаю от одного к другому, пытаясь разобраться в этих глупых правилах.

Парни явно разговаривают на повышенных тонах, а мое сердце колотится в груди так сильно, что вот-вот свалится к ногам, превратившись в стеклянное крошево.

Руками его не удержать, глубоким дыханием не остановить этот сумасшедший ритм.

— Тебе не надоело везде искать подвох? — хмыкает Артем, а я вся превращаюсь в слух.

— Мне? Не поверь, но дьявольски устал, только никто мне не желает помочь. Приходится все самому. Родители на вопросы не отвечают, ты тоже строишь из себя жертву постоянно.

— А чего добиваешься ты?

— Правды, — отрезает резко Тимур.

В его голосе слышится уверенность, он будто знает наперед что прав на все сто процентов. Он слишком долго бегает за истиной и не хочет останавливаться сейчас, когда, кажется, до финиша осталось немного.

— Ищи ее в другом месте, — усмехается Артем. Ему все равно на желания младшего брата и немые мольбы о помощи.

А я поражаюсь метаморфозам в очередной раз, как быстро меняются не только обстоятельства, но и люди. Разве Артем был таким раньше? Нет, конечно. Я знала его понимающим, благородным, чутким, но в кого он превратился за последние месяцы?

Словно произошла подмена в какой-то момент! Я душой чувствую, как мне не хватает того Артема, прежнего.

— Например? Может, подскажешь маршрут?

— Обойдешься. А насчет плясок, если тебе так любопытно все, обратись к отцу напрямую. Возможно, он будет в прекрасном расположении духа и решится на откровенность.

Хотя сомневаюсь, что узнаешь нечто новое. Мы же семья. Росли вместе, какие могут быть тайны?

— Мое рождение, — выдает Тимур, а я чуть ли отскакиваю от двери, будто меня током пронзает.

— Что твое рождение? Тебе напомнить дату?

— Спасибо, для этого случая у меня имеется паспорт.

— Тим, мой тебе совет, не лезь во все это дерьмо, — произносит Артем и непонятно, то ли он действительно желает брату добра, то ли мечтает, чтобы тот исчез с лица земли.

— Хорошо, не полезу, но знай, я все равно найду отгадки и не говори потом, что тебя никто не предупреждал. Кстати, Аленке вряд ли понравится ходить с рогами.

Что? Аленке? То есть мне? Какие к чертям рога?!

Сжимаю ладошки в кулачки, начинаю пыхтеть, будто чайник на газовой плите. Хочется ворваться в кабинет Артема и устроить разбор полетов, но в этом миг, стуча каблучками, в приемную входит секретарша Кирсанова и у меня ком застревает в горле.

Значит, лет сорок? Толстая и прыщавая? Вот же гад!

Девица смотрит на меня с подозрением, явно собирается с мыслями, чтобы выдать пламенную речь, но поздно!

Распахиваю дверь, влетая внутрь фурией. Глаза горят, на ресницах вот-вот и повиснут слезы, но я держусь, изо всех сил стараюсь не вцепиться в физиономию Артема.

— У меня сегодня вроде бы не день открытых дверей! — вальяжно восседает он в кресле, поглядывая с надменным видом на нас.

— Да? Скажи это своей секретарше, — рявкаю так, что сама пугаюсь на миг. — Давно ты с ней?

— Алена, — поправляет галстук Артем, продолжая строить из себя делового и серьезного. — Это он успел промыть тебе мозги?

— Я все слышала собственными ушами.

— Замечательно. Слышу звон, да не знаю, где он, — парирует мой, кажется, почти бывший. — Браво. О чем он еще тебе поведать успел?

— Пока еще не обо всем, но думаю рассказать о сыне, — чуть лениво заявляет Тимур, стоя за моей спиной.

Его слова заставляют вздрогнуть Артема, а я замираю, потому что последний ударяет кулаком так по столу, что едва не начинают звенеть стекла в рамах.

Неужели брат не понимал, что рано или поздно мы схлестнемся. Камнем преткновения могло послужить все что угодно. В общем, так и получается по итогу. Не скажу, что дико рад присутствию в этот момент рядом Аленки, а с другой стороны, может оно и к лучшему, чем потом она будет задавать уйму вопросов. Артем явно пытается усидеть на двух стульях и оба под ним начинают пошатываться в данный миг, плюс, конечно, утяжеляет карму и измены, а они наверняка были. Я почему-то готов дать руку на отсечение, уверен, что рыльце у брата в пушку.

Что ж… мне хочется узнать тайны этого горе-актера. Сколько он еще намерен прикидываться хорошим сыном, правильным мальчиком, от которого все в восторге. Родители его обожали, на фирме он числился ценным сотрудником, который очень быстренько стал начальником, вовремя успев подсуетиться.

Мне до такого уровня хитрости еще расти и расти. Где-то в глубине даже позавидовал слегка, потому как был бы прозорливее, возможно, не упустил свою девушку так далеко. А теперь локти кусал, не зная, как вернуть Ветрову обратно.

Да и вряд ли Аленка приходила в экстаз от мысли, что мы снова можем быть вместе. По крайней мере, украдкой порой наблюдая за ней, казалось, что она давно живет своей жизнью и я в ее планы не вхожу. Это ранило, но в такие моменты напоминал себе, что женщин на свете пруд пруди, необходимо просто переключить внимание. Попробовать заместить ее, вытравить как-то из головы, не попадать под эту чертову энергетику, от которой напрочь сносит крышу.

Подумать куда легче, чем сделать. С этим я даже спорить не хочу!

— О твоем сыне? Ну давай, нам интересно, — выдает этот гад, называемый моим старшим братом. Вот мерзавец, конечно, решил все же вывернуть все по-своему.

Стою и ухмыляюсь откровенно, глядя на него. Неужели можно быть таким закостенелым непробиваемым кретином, как Артем? Что с тобой случилось за это время, брат? Почему ты стал таким?

— Мне как-то не очень — морщит нос Аленка, между прочим, зря отказывается послушать занимательную историю нашей юности.

Кирюха-то растет, кстати, она его и не видела взрослого! А если бы взглянула, очень удивилась, готов поставить сто басков на это.

— Да, пожалуй, лучше один раз увидеть, — подмигиваю я Артему, — тем более Оля переезжает в наш дом, мальчик тоже.

Брату это не нравится. Он сжимает в ладони карандаш, который тут же с треском ломается напополам.

Артем злится, скорее даже в ярости пребывает. Я кожей ощущаю его гнев и желание свернуть мне шею. Что же у него есть лишь одна попытка!

Но он ею не воспользуется. Найдет другие способы закрыть мне рот: манипуляции, шантаж никто же не отменял.

— Что увидеть?

— Кого! — поправляю я Ветрову, засовывая руки в карманы брюк, покачивая ногой. Беззаботный мой вид раздражает биг босса.

Брат косо посматривает на свою будущую жену, наверняка заранее подыскивая отговорки. А они ему пригодятся, в этом он может не сомневаться.

— Могу вас познакомить, кстати! Ведь еще немного и ты станешь ему…

— Хватит, — рявкает Артем, выскакивая из-за стола, и хватает меня за ворот.

В его глазах плещется вся ненависть мира, кажется. Он готов проткнуть меня авторучкой насквозь или выбросить в окно. Мне хочется почему-то смеяться, возможно, это нервное, но забавно наблюдать, как Артем пытается еще вертеться, словно уж на сковороде. Ощущаю, что зажал брата в тиски. Ему некуда деваться и будь я подонком, точно бы сыграл в коварные игры, но хочу действовать открыто.

— Поджилки затряслись? — обращаюсь к нему, хитро сощурившись.

— Ты переходишь границы. Не боишься, что прилетит ответочка?

— От тебя? — цокаю языком, на самом деле не боясь его действий.

Аленка мельтешит рядом, пытается нас разнять, цепляясь острыми ноготочками за наши пиджаки.

Артем шикает на нее, а мне хочется закатить глаза, демонстрируя некоторое равнодушие к его попыткам надавить на меня.

— Возможно. Считаешь, что я испугаюсь и начну юлить, пытаясь обелить себя. Если ты такой правильный, почему молчал столько времени, принял все как данность. Мог бы еще тогда три года назад откреститься от всего и не вешать на себя лишнее. Но ты же герой, это мы все трусы по сравнению с тобой, да, братишка?

— Потому что ей некому было помочь, — шиплю сквозь зубы, — аборт не выход из ситуации. А она просто дура.

— Какой аборт? — повышает голос Аленка, требуя ответа.

— Неважно, — отмахивается Артем от нее, сосредоточившись на мне полностью.

— Неужели ты думал, Тем, что я буду лишь наблюдателем, позволив ей испортить себе жизнь.

— Ну да, лучше испортить ее мне.

— Эгоист проклятый, — качаю головой, поражаясь его словам.

— По-моему, вы не в себе. И как мне надоели ваши секреты, — запуская пальцы в копну волос, произносит устало Аленка. — Знаете что: во-первых, никакой свадьбы не будет, — уверенно заявляет она, а я скалюсь нагло, — во-вторых, ты, — обращается Ветрова уже ко мне, — подпишешь мне заявление об увольнении. Как вы оба мне надоело! — бросает она на прощание словно и покидает кабинет Артема.

Мы же остаемся вдвоем, чувствуя себя у разбитого корыта, похоже. Доигрались, вашу мать!

— Поздравляю, — выговаривает мне старший брат, делая шаг назад. — Тебе обязательно надо было испоганить все к чему ты прикасаешься?

— Полегче с выводами, — опускаюсь снова я в кресло. — Хотя рад, рад. Очень. Наконец-то Аленка начнет вылупляться из скорлупы и прозреет, может быть. Ты же водишь ее за нос! Свадьба… — рассмеялся зло, ну не смог сдерживаться больше, — это же просто фикция. Ты подаришь ей лишь свою фамилию, а сам продолжишь развлекаться с секретаршами, бывшими подружками.

— Не твое дело, где я и с кем. Оставь свои фантазии при себе лучше.

— Обязательно, но после… Сначала доберусь до самых грязных уголков вашей души. Думаю вот, начать стоит с тебя или папочки? Кстати, а папочка ли он мне? И вообще, мой ли ты брат?! — присвистнул я, поскребя подбородок.

— Попробуй обратиться к психиатру, кажется, у тебя с головушкой назревают крупные проблемы, — цедит Артем, прожигая во мне дыру.

— Непременно, но сначала перевезу Олю в дом и Кирилла, надеюсь, ты не будешь против?!

— Я тебя уничтожу, — нечеловеческим голосом произносит родной брат, а я на этих словах поднимаюсь и направляюсь к выходу.

Мне больше нечего здесь делать. Я, кажется, услышал все, что хотел. Или нет?! Да к черту!

У Артема имеется теперь пища для размышлений, а мне надо отыскать Ветрову. Она вроде бы хотела прокатиться до одного местечка, так почему это не сделать сейчас? Все равно день никак не располагает к трудовым подвигам!

Устраиваюсь в тачке, завожу мотор и словно кто-то толкает в спину. Запускаю руку в карман пиджака, ловя себя на мысли, что сердце колотится как часовая бомба. Еще один удар, и оно взорвется, разлетаясь на искры.

Пытаюсь нащупать внутри конверт, что передал мне Воронов, но не получается. Судорожно выворачиваю карман, запускаю руку в другой, во внутренний… та же история. Пусто. Проклятый конверт исчез…