Глава 4

В гостиной Захаровых впервые за долгое время, собралось столь много гостей. Познакомившись с Езерскими, Юля Николаевна пригласила их остаться на обед.

В комнате царило оживление, молодые люди вели ни к чему необязывающие беседы, изредка поглядывая на двери в ожидании появления прелестной mademoiselle Захаровой. Мужчины только увидев девушку, поднялись ей навстречу. На этот раз Александр опередил Езерского и, подойдя к Татьяне предложил ей руку. Он

повёл её к дивану, где уже удобно расположилась Ангелина. Не решившись спорить в присутствии почти незнакомых людей, Татьяна мило улыбнулась Игнатьеву, не забывая при этом и о своём спасителе. Она села на диван, и расправив юбки, то и дело поглядывала Алексея. Интерес, проявленный mademoiselle Захаровой не укрылся от поляка, и в свою очередь молодой человек то и дело бросал украдкой взгляды в сторону юной чаровницы. Mademoiselle Захарова таила в себе загадку. В ней самым немыслимым образом сочетались искушенность светской красавицы, хорошо знающей силу своих чар и невинность милой очаровательной барышни, еда вступившей в пору своего девичества. В это мгновение она выразительно посмотрела на него своими пронзительными голубыми глазами. Алексей был околдован этой неземной красотой. Единственное, что омрачало его настроение, так это постоянное присутствие Игнатьева. Граф был явно вхож в семью Захаровых, ибо как ещё можно было объяснить, то что он сопровождал Татьяну на ярмарку? Невольно в душе Езерского проснулась ревность к более удачливому сопернику. «О Боже!» — усмехнулся сам себе Алексей. То, что он счёл Игнатьева соперником говорило слишком о многом. Стало быть, столь совершенная красота не оставила его равнодушным. Впрочем, у графа имелся беспроигрышный козырь. Только в его воле было простить непутёвому мальчишке Захарову баснословный проигрыш, и даже сверх того, в обмен на благосклонность его очаровательной сестры. Он никогда не думал, что решится на такое после краткого знакомства. Всю дорогу до самого поместья Захаровых Алексей неотступно думал о девушке, с которой его нынче свела судьба. Однако же то, что граф Игнатьев был столь коротко знаком с ней, вызывало в нём немалую досаду. Хотя возможно, все его опасения были совершенно напрасны. Как он успел заметить, отношения mademoiselle Захаровой с его сиятельством явно не ладились. Возможно, мысль о браке, что пришла ему в голову сразу после знакомства и была преждевременной, но он не отказался бы продолжить общение с прелестницей, сблизиться с ней, понять её желания и устремления, а уж тогда, коли почувствует, что она именно та, что он искал долгие годы, он сделает ей предложение. Пусть всё идёт своим чередом, пусть она привыкнет к нему.

Размышления Езерского были прерваны появлением лакея, объявившего, что кушать подано. Хозяйка дома, Юлия Николаевна, пригласила гостей к столу. Игнатьев сопровождал к столу Юлию Николаевну на правах друга семьи. Владимир же, как гостеприимный хозяин, предложил свою руку Ангелине и Каролине. Езерский подошёл к Татьяне, с намерением проводить к столу. Взгляд, которым одарил Татьяну Алексей, очень напугал её. Что с ней происходит? От чего ей хотелось смотреть на этого человека, которого она совсем не знает?

Он, вежливо поклонившись, спросил:

— Могу ли я проводить вас к столу, Татьяна Владимировна?

Татьяну словно окутало теплом от пристального взгляда тёмно-карих глаз Езерского.

— С большим удовольствием, Алексей Станиславович, — ответила девушка, взяв его под руку. — Могу ли я отказать своему спасителю?

Она немного наклонила голову в сторону, чтобы как следует разглядеть своего спутника.

Темно-русые волосы, красивой волной спадали на широкий лоб и в свете свечей отливали золотом. А темно-карие глаза казались такими глубокими, что Татьяне показалось будто она тонет в их как в бездне. Тата даже покраснела от тех мыслей, что посетили её. Недавно она негодовала от того, что Игнатьев не обращает на неё никакого внимания, а теперь с восхищением смотрит на незнакомого ей мужчину. «Какая я грешная»— вдруг подумала Татьяна, отводя глаза в сторону. «Как могло статься так, что Езерский, которого я вижу впервые занимает все мои мысли?»

Чтобы отвлечься от беспокойных дум, Тата вновь обворожительно улыбнулась Алексею.

— Не скрою, что мне приятно ваше общество, — улыбнулся ей поляк. Он смотрел на девушку, и не мог описать те чувства, которые испытал, заглянув в её голубые глаза. Будто острая стрела поразила графа, забрав навсегда его сердце. Езерский понял, что теперь ничего не сможет быть прежним. Девушка смущено отвернулась, и он, не найдясь с ответом, повел её в столовую. Во время трапезы, Татьяна не упускала из виду Александра. Ей было интересно наблюдать за тем, как он будет обращаться с сестрой Езерского. Действительность превзошла её ожидания. Он любезно беседовал со своей соседкой и не скрывал, что ему приятно её общество. Обед состоял из нескольких перемен, но едва подали горячее, как Тата потеряла аппетит. Гневно водя вилкой по давно пустой тарелки, она не услышала как к ней обратился Езерский.

То с какой тревогой он посмотрел на неё, ещё больше расстроило девушку. Как бы ей хотелось увидеть такую же тревогу в глазах другого человека.

— Татьяна Владимировна, вы неважно себя чувствуете?

— О, нет, конечно, просто у меня нет аппетита, — поспешила заверить своего соседа Тата.

Алексей старался развлечь её лёгким разговором, но Татьяна не слушала его, невпопад отвечая на его вопросы.

Езерский заметил состояние девушки, и немного опечалился. Видимо, он ошибся, полагая, что её сердце свободно, но как он глубоко заблуждался! Татьяна то и дело смотрела на Игнатьева, совершенно игнорируя присутствие самого Алексея. Привычка сохранять лицо в любой ситуации не изменила Езерскому, и несмотря на холодность Татьяны, но он по-прежнему развлекал её беседой. Он рассказал ей о своих поместьях, о Польше, в которой по словам девушки она никогда не была, а также о Петербурге и жизни в свете. Но девушка не слушала его, и когда он спросил, хочется ли ей увидеть Петербург, она ответила, что ей это очень нравится. Нетрудно было догадаться, что мыслями она далека от их беседы.

Татьяна поняла, что допустила какую-то оплошность, но ей не хотелось оправдываться. Она лишь мечтала о том, чтобы ужин поскорее закончился. Подали мороженое, которое могло бы поднять ей настроение, но этого не случилось. Александр один единственный раз поднял на неё глаза, и надо же! В самый неподходящий момент.

Езерский склонился к ней, чтобы спросить что-то, но Татьяна не услышала. Потому как всё её внимание занял Александр, смотрящий на неё насмешливо, будто пытаясь дать понять, что в его глазах, она так и осталась ветреной кокеткой, все мысли которой заняты исключительно собой.

Татьяна довольно рассеянно ответила на вопрос своего соседа. Когда с мороженым было покончено, Юлия Николаевна предложила девушкам перебраться в гостиную, пока мужчины выпьют хереса. Ангелина и Каролина с радостью согласились, и последовали за Татьяной вставшей из-за стола. В ожидании мужчин, барышни оживлено беседовали.

В гостиной Татьяна оживилась. Ей пришло в голову развлечь гостей музицированием и она попросила у бабушки разрешения сыграть какой-нибудь романс. Юлия Николаевна согласилась не видя в этом ничего дурного. Девушки пришли в восторг от подобной затеи.

Вскоре к ним присоединились мужчины, и подыграть Татьяне вызвался Алексей. Он был рад, что у него появилась возможность, побыть ближе к заинтересовавшей его девушке. Романс она выбрала свой любимый, «Не говори: любовь пройдёт».

Татьяна облокотилась на пианино и собравшись духом запела. Нежный девичий голосок окутал слушателей. Алексей едва не сбился, но Татьяна если и заметила его заминку, то виду не подала.

Сыграв последний аккорд Алексей не смог удержаться и взглянул на Татьяну. В этот миг их глаза встретились, и на какой-то момент все вокруг словно растворилось, остались только он и она. Её голубые очи смотрели на него с таким странным выражением, что Езерскому захотелось поцеловать её на глазах у всех, невзирая на присутствие в гостиной стольких свидетелей. Собственно, Алексей никогда не допускал даже мысли, что его могут отвергнуть, ему всегда легко давались амурные победы, но в этот раз его мучили сомнения. Уж слишком явно ему предпочли другого. Татьяна и не думала его отвергать. Она улыбнулась ему, и он не смог скрыть ответной улыбки.

— Вы дивно играете, Алексей Станиславович, — искренне похвалила его Тата. Она и вправду никогда не слышала такой красивой игры.

— А вы чудесно пели, — заметил Алексей, склоняясь к её руке. Он задержал её руку немного дольше чем позволяли приличия, и Татьяну внезапно охватил трепет. Она не могла понять, что с ней происходит. Её бросило в жар, а по телу разлилась тёплая волна.

— Вы позволите вас на пару слов, Татьяна Владимировна? — раздался недовольный голос Александра. Татьяна не заметила, как он появился возле них. Но очарование момента уже пропало, и она поспешно убрала свою руку.

— Конечно, — поспешно ответила mademoiselle Захарова.

Её лицо казалось таким растерянным, она была похожа на маленькую девочку, не понимающую, чего от неё хотят.

Александр отвел её в сторону и усадил на диван.

— Татьяна Владимировна, вы нынче кое-что потеряли, — улыбаясь, заметил Игнатьев. Не было смысла отрицать, что Татьяна растревожила его покой, проникла в его сердце, в душу. Иначе, чем объяснить волнение, злость и ревность, что стали его спутниками в последнее время. Ветреная кокетка, она прекрасно знает себе цену. Татьяна играла с ним, и он как ни старался, влюбился в неё. Теперь-то он подробно изучил mademoiselle Захарову и с уверенностью может знать, чего от неё можно ожидать. Повышенный интерес Езерского, который тот, даже не попытался скрыть, озадачил Александра. Татьяна откровенно кокетничала с ним, не представляя к чему это может привести. Он ненавидел Езерского ровно так же, как и его сестру, однако вынужден был скрывать свои истинные чувства. Езерского, Александр узнал, после того, как обручились Сергей и Каролина. Молодой человек несколькими годами старше самого Игнатьева, он пользовался успехом у слабого пола. Александр никогда не забудет, как в тот день, когда он стрелялся с Сергеем, Алексей заявил, что найдёт способ отомстить ему. Видимо, он его нашёл. Хотя могло оказаться, что его интерес к Татьяне вполне искренен. Желание увести поскорее девушку от Езерского завладело им.

— А что я должна потерять? — поинтересовалась Татьяна, сменив гнев на милость. Александр достал из кармана перчатку, которую нынче обронила девушка.

Таня ахнула. Она и думать забыла, о том, что обронила её нынче.

— Вы мне её вернете, я полагаю? — спросила Татьяна, смотря как он ловко вертит её в руках.

— Конечно, но не сейчас, — ответил Игнатьев, убирая вещицу обратно в карман. Голубые глаза Тани метнули молнии. Уж не хочет ли он сказать, что передаст её только наедине? На минуту Татьяна потеряла дар речи. Он, что же хочет тайно встретиться с ней? Это становилось похожим на сон! Граф Игнатьев желает встретиться с ней. Она не могла поверить!

На сердце стало так легко, вся грусть вечера испарилась, и вместо неё пришло ожидания чего-то особого.

— Можете оставить её себе, — усмехнулась девушка, ей хотелось ответить согласием, но здравый смысл взял вверх над сердечным порывом.

— Как пожелаете, Татьяна Владимировна — от Александра не укрылось, как засияли её глаза, ведь она наверняка поняла, что он имел ввиду. Видимо лишь соблюдение приличий удержали её. Он небезразличен ей, как она стремилась это показать, а значит не всё потеряно.

* * *

Утром всё семейство Захаровых, как обычно отправилось на службу. Татьяна много внимания уделила своему туалету. Небесно-голубое платье из тонкого муслина в крупную клетку красиво облегало стройный девичий стан. Капор в тон завершал наряд, который казался Татьяне самым подходящим. Сидя в экипаже напротив бабушки, Таня не переставала думать о словах, брошенных вчера Александром. Соблазн согласиться был очень велик, но здравый смысл заставил её отказаться. Ныне граф изменился. Он то и дело перед уходом бросал на неё красноречивые взгляды, которые просто лишили девушку покоя. На Езерского она более не обращала внимания, потому как все её помыслы занимал Игнатьев. Алексей судя по всему, понял, что она предпочла ему другого, поэтому старался поскорее завершить свой визит, но прежде чем уйти, о чем-то долго беседовал с Владимиром. Но Татьяне было абсолютно всё равно что о ней подумает поляк. Да, он спас её, но это не значит, что она обязана быть к нему благосклонной. Она была рада вновь увидеть Александра, хотя-бы на миг. Потому столь тщательно выбирала наряд. Экипаж тронулся к храму, и Татьяна, затаив дыхание, замерла в ожидании новой встречи. Спустившись с подножки экипажа с помощью брата, она обратила взор на храм. Покровский храм был отстроен довольно давно и уже не один десяток лет прихожане собирались под его сводами отстоять службу, да и обратиться к Господу со своими чаяниями и надеждами. Первый храм был деревянным и довольно мрачным, но об этом уже давно никто не помнил, ныне здесь возвышалось светлое каменное строение, увенчанное позолоченными луковками куполов.

Татьяна вошла в храм вслед за бабушкой и братом, всё время оглядываясь по сторонам. Нынче собрался почти весь уезд, поэтому яблоку негде было упасть. Захаровы немного припозднились поэтому пришлось пробираться вперёд к своему месту. Юлия Николаевна удобно расположилась на складном табурете, а Татьяна и Владимир встали подле неё. Тата старалась уловить слова архиерея, но ничего не получалось. Место Игнатьевых было позади, и стоящий рядом Александр был так близко, что она чувствовала его дыхание. В голову лезли непристойные мысли и Таня спешно перекрестилась, дабы не бередить душу. Александр заметил, как смущается Татьяна и от этого ему почему-то стало легко на душе. Похоже Езерский для неё ничего не значит. В сердце поселилась надежда на благосклонность Татьяны.

Тихо склонившись к уху девушки, он сказал:

— Мне надобно поговорить с вами, после службы, — он незаметно указал в сторону бокового выхода. Тата на миг замерла, и лишь тихо кивнула. В конце службы, когда все пошли брать благословение у епископа, Александр потянул девушку за рукав, к боковой двери. Идя по дорожке, Таня долго молчала, но потом наконец подняла глаза. Её взору предстали два могильных холмика, и ненароком девушка обронила слезу.

— Зачем вы привели меня сюда, Александр Васильевич? — спросила девушка, достав из ридикюля платочек и приложив его к глазам.

— Я не хотел расстроить вас, поверти но я желаю вас спросить, вы верите в любовь, Татьяна Владимировна?

— Любовь? — тупо спросила Тата, — а, что такое любовь, Александр Васильевич? Увы, я не знаю ответа на ваш вопрос, — покачав головой девушка вновь взглянула на надгробие. Её родители любили друг друга, но много ли счастья принесла им такая любовь? Её маменька, княжна по рождению, не оправдала мечты своих родителей, сбежав с человеком без титула и богатства, разве такуж судьбу хотела себе Татьяна?

— Вы правы, Татьяна Владимировна, никто не знает ответ на этот вопрос, — Александр улыбнулся, и Таня впервые почувствовала себя уютно в его обществе.

— Вы позволите проводить вас к вашим родным, — Игнатьев предложил девушки согнутую у локтя руку, и Таня с благодарностью её приняла. Ангелина, заприметив подругу, подошла к ней, и запечатлев поцелуй на щеке, начала разговор из далека:

— Как быстро закончился вчерашний вечер, — тоскливо промолвила она.

— Отчего же? Мне показалось он тянулся бесконечно, — отмахнулась Татьяна. Она видела по глазам подруги, что та чем-то возбуждена.

— Ma cherie, как тебе повезло, что тебя спас такой красавец, как Езерский, — на одном дыхание выпалила Ангелина, продолжая наблюдать за подругой. Mademoiselle Игнатьева даже не пыталась скрыть как сильно она завидовала подруге. Впервые в жизни она испытала настоящую зависть, но это нисколько не расстроило её, а лишь наоборот. Ангелина всегда с симпатией относилась к Татьяне, но вчерашний вечер заставил её посмотреть на Татьяну по-новому. Татьяна была красива, но её поведение казалось девушке странным. В один момент она глаз не сводит с её брата, а в следующий уже открыто кокетничает с другим. Езерский очень понравился Ангелине, вот только он даже не взглянул в её сторону. Алексей был очень красив и Ангелина потратила весь вечер дабы как следует разглядеть его. Темно-русые волосы золотисто-коричневые глаза, которые вначале показались ей чёрными. Молодой человек пленил сердце юной девушки, а его пренебрежение, настроило её против подруги. Татьяна никак не высказала свои мысли, даже если таковые и имелись. Желание вести откровенные разговоры покинуло mademoiselle Захарову.

— Ты находишь его красивым? По мне он кажется очень женоподобным, не такую красоту я ценю в мужчинах, — слукавила Татьяна вынужденная признать, что Езерский и вправду был очень красив.

— Ну так-то может оно и так, вот только он весь вечер не спускала с тебя глаз. Наверное, ты сумела привлечь его внимание, — обижено заметила mademoiselle Игнатьева, — он даже не посмотрел в мою сторону.

— Он спас меня вчера, поэтому чувствовал ответственность, — заверила подругу Татьяна, хотя она сама сомневалась, что многозначительные взгляды Езерского могли говорить только об ответственности. Александр услышал последние слова mademoiselle Захаровой, и удивился. Неужели она не смогла распознать истинно мужской интерес в глазах Поляка? Игнатьев присоединился к барышням, начав обыкновенный светский разговор. Однако, беседе помешал брат mademoiselle Захаровой, сообщивший, что им нужно вернуться домой. Досада mademoiselle Захаровой была написана у неё на лице, но она не стала спорить с братом и попрощавшись с Игнатьевыми, взяла его под руку. Вернувшись домой, Таня хотела подняться в свои покои, но Владимир задержал её, сказав, что им нужно поговорить. Татьяна покорно отправилась за ним, по пути гадая, что за причина появилась у Владимира для разговора с ней. Ведь не даром же у него столь серьёзный вид. Войдя в кабинет, она удобно устроилась в кресле, на которое ей указал брат.

— О чем ты хотел поговорить со мной, Володя? — не скрывая любопытства поинтересовалась Татьяна.

— Таня, вот ты, как всегда, спешишь, а я хочу, чтобы ты немного научилась ждать, — он улыбнулся, но затем его лицо стало серьёзным.

— Тата, я думаю нам стоит поехать в Петербург, — заговорил Захаров, не спуская с неё глаз. Он надеялся, что эта новость очень обрадует его сестру. Он и сам до недавнего времени не думал, что когда-то вернётся в столицу. После проигрыша, он ломал голову над тем, как вернуть долг.

Денег после смерти родителей оставалось не так много но в его распоряжении было приданое сестры, но он не желал пользоваться им и сам хотел решить свои проблемы. Разговор, который начал вчера Езерский, вселил в него надежду на благополучный исход. Алексей обещал простить ему весь проигрыш, если Татьяна согласиться стать его женой. Такое предложение показалось Владимиру очень заманчивым, но стоило ему подумать о своей избалованной сестре, как тревожные мысли поселились в голове. Татьяна последние время глаз не спускала с Игнатьева и граф тоже, не скрывал своего интереса. Вот только чувствовал Владимир, что из этого ничего хорошего не выйдет. Игнатьев не внушал ему доверия. Тем более своих истинных мотивов он так и не озвучил.

Поэтому Захаров решил пока не поздно, устроить все так, как казалось на его взгляд, станет наилучшим выходом для всех. Алексей сам предложил семье Захаровых перебраться в Петербург, чтобы они с Татьяной могли получше узнать друг друга. Осталось только сообщить об этом Тане, но Владимир опасался, что сестра заупрямится. Импульсная Таня могла выкинуть какой-нибудь сюрприз.

— В Петербург? — после долгого молчания спросила Татьяна. — Но зачем? Неужели жениться задумал? — лукаво спросила она брата.

— Не жениться, но тебя замуж отдать хочу, — подержал её шутку Владимир, но опять стал серьёзным. — Тебе восемнадцать, Танюша, пора уже подумать о будущем.

— Но я не хочу замуж! Я даже об этом не думала, если хочешь знать. Я не встретила ещё человека, который бы имел серьёзные намерения ко мне. Ей очень хотелось бы, чтобы Владимир не говорил серьёзно, потому как уезжать отсюда сейчас ей совсем не хотелось.

— Ошибаешься, моя дорогая, такой человек есть, — он решил рассказать ей всю правду теперь, а не когда будет слишком поздно, ведь Тата никогда не простила бы обман.

— Что? Ты хочешь сказать, что уже нашёл мне мужа? — не скрывая ужаса, спросила Татьяна. Она вскочила со стула и стала мерить комнату шагами. Владимир подошёл к ней и, обняв её за плечи, развернул её к себе.

Две пары голубых глаз встретились.

— Тата, прости меня, но я проиграл всё, понимаешь всё, — не выдержав, промолвил Владимир.

— Как проиграл? Кому?

— Езерскому, — избегая смотреть ей в глаза ответил Захаров.

— Что!? — воскликнула девушка. Она до сих пор не могла в это поверить. — Как ты мог Володя?! Что теперь будет с нами? — она оттолкнула брата и отошла в сторону, дабы остыть от гнева, что грозил выплеснуться наружу.

— Пожалуйста успокойся, всё не так плохо, — начал Владимир.

— Не так плохо?! Да хуже и быть не может. Теперь, чтобы отдать долг, ты хочешь выгодно выдать меня замуж!

— Танечка, поверь всё не так ужасно, — он вновь обнял её за плечи. — Езерский простит мне долг если…

— Если, что? спросила Татьяна, но отчего-то ей стало страшно.

— Если ты выйдешь за него замуж.

В комнате повисла тягостная тишина, и Татьяна едва не лишилась чувств. Выйти замуж за Езерского? Но он ей совсем не нравится. Слезы выступили на глазах девушки, и она поспешно отвернулась. Неужели в мире нет справедливости? Отчего она должна отвечать за ошибки, которые совершили другие? А как же её собственное сердце? Неужели не важно, что чувствует она? Но немного подумав, Таня повернулась к брату:

— Володя, как ты мог? Как ты мог так поступить со мной?

— Прости меня, прости, родная, я совершил глупость, сев играть с таким опытным игроком, как Езерский.

— А нельзя подловить его на нечестной игре? — с надеждой спросила Татьяна.

— Нет, — тяжело вздохнул Владимир. — Есть свидетели нашей игры, и они подтвердят, что он играл честно. Немного погодя, Таня сказала, высоко подняв голову, чем напомнила Владимиру принцессу, которая делает уступку своему поданному.

— Я выйду за Езерского, только пусть не надеяться получить покорную и тихую жену.

— Моя дорогая, ты ведь не собираешься объявлять ему войну? — с тревогой спросил её брат.

— Отчего же? Именно собираюсь, — упрямо заявила Татьяна. — Он покупает себе жену, так он её получит. Голубые глаза гневно блеснули, и Владимир не сомневался, что его сестра устроит Езерскому несладкую жизнь. Вернувшись в свои покои, Татьяна бросилась к туалетному столику, в порыве гнева смахнув с него все безделушки.

— Ненавижу! — в сердцах воскликнула Татьяна.

На шум прибежала Марфа.

— Полегчало вам барышня? — с сочувствием спросила горничная.

Таня, ничего не ответив, бросилась на постель, слезы сами потекли из глаз и все рыдания вырвались наружу.

Ей казалось, что отныне жизнь её потеряла всякий смысл, и, согласившись выйти замуж за Езерского, она совершила самую ужасную ошибку.

Загрузка...