Викинг. Книга 3. Северный Альянс

Глава 7

План нашей поездки по Европе на первом этапе был прост, как три копейки. Встречусь с Потоцким, а дальше еду хрен его знает куда – искать принцессу. Кведлинбургское аббатство я, конечно, найду. Но, ведь не факт, что она будет там, хотя Екатерина сказала мне, что по информации из последнего письма, месяц назад она была на месте. А мне без нее дальше никуда. Потому, как план дальнейших действий будет зависеть от того, что она сможет мне рассказать про финансовые операции своего братца. Разговор с Екатериной и возможная скорая встреча с Софией, снова разворошили костер страсти в моей душе. Я и так не собирался долго засиживаться в Курляндии, но сейчас у меня прямо подгорать начало.

Через десять дней после выезда кортеж герцога Курляндского, состоящий из двух карет и двадцати одного всадника въезжал в Варшаву. Я взял с собой, как и планировал семь троек бойцов под командой Доброго, Вейсмана, Ефрема и Архипа. А в Руэнтальском дворце за старшего осталась Мария, показавшая, что ей по силам руководить людьми и организовать быт огромного дворца, под охраной оставшихся бойцов.

Я, конечно, не знаю точно, как выглядит королевский прием, но Потоцкому стоит отдать должное, встречали нас пышно, с почетным караулом и торжественным приемом в королевском дворце. Меня вся эта канитель доводила до белого каления, но, как говориться «назвался груздем, полезай в кузов». Поэтому, я стоически вытерпел официальную часть и быстро утащил Потоцкого на переговоры тет-а-тет, оставив на растерзание польским вельможам новоиспеченных баронов фон Корфа и фон Вейсмана.

Еще на этапе планирования операции «Курляндия», я прикидывал какие официальные должности могут подойти для моих соратников, не могут же они быть при мне просто так. Вейсману, на мой взгляд, подошла должность статс-секретаря, звучит солидно, не то что, какой-то помощник. Ну а с Добрым было все просто – командир герцогской гвардии. А вот здесь возникала небольшая проблемка. Командир курляндской гвардии барон Емельянов, это звучит как-то не очень, особенно по-немецки. Поэтому пришлось присвоить ему оперативный псевдоним барон фон Корф, а заодно Вейсману добавить приставку «фон» для солидности.

***

Оказавшись в своем королевском кабинете, Потоцкий сразу и легко перешел на неформальное общение, разрешив мои сомнения перед началом беседы:

– Предлагаю мой дорогой брат выпить за наши мечты, которые сбылись!

Сделав большой глоток довольно неплохого вина, Потоцкий продолжил:

– Еще недавно я был пленником в крепости Хотин, а теперь у меня королевская корона и слава победителя Фридриха Великого. Видимо, в добрый час я встретил тебя в Станиславе, что уже само по себе символично. Я пью за тебя мой брат Иван!

Сделав еще глоток, я ответил взаимностью:

– Удача любит тех, кто пишет свои правила. А ты смог прийти в столицу и низложить короля, пойдя против всяких правил. Я пью за тебя мой дорогой брат Станислав!

– Тут ты полностью прав. Я имел честь наяву наблюдать, как граф Суворов пишет свои правила войны и просто уничтожает вдвое превосходящего по численности противника. Да не кого-нибудь, а самого Фридриха Великого. Можешь быть уверен, против него я никогда не выйду на поле брани, так что пока я жив союзу России и Речи Посполитой ничего не угрожает! – снова поднял кубок Станислав.

– Твои слова, как бальзам для моих ушей. Я всегда считал, что с соседями нужно жить в мире, это выгодно всем, а императрица Екатерина полностью поддерживает такое мнение! – ответил я взаимностью.

Закончив вступительную часть, мы обсудили политическую ситуацию в Европе, которая по нашему общему мнению была на пороге кардинального переформатирования, и я передал Потоцкому письмо от Екатерины, в котором она поздравляла его со вступлением на трон, предлагала вести переписку и приглашала погостить в Санкт-Петербурге. Ну а потом мы еще достаточно долго говорили обо всем подряд и здесь мне пришлось нелегко. Ведь, что спрашивать у Потоцкого, он родился и вырос магнатом у всех на виду и ничего в его жизни, до встречи со мной, не было неординарного. Другое дело я, весь из себя таинственная фигура. Поэтому мне пришлось ужом крутиться на сковороде, чтобы не рассказать чего-нибудь лишнего и не запутаться в показаниях при рассказе о Крыме, Карпатах и своем происхождении.

Под конец разговора мы нехило так накидались вином, которое в ходе разговора лилось рекой. А следующие пять дней, как я не пытался соскочить, пришлось повести в выездах на охоту, посещениях различных знаковых мест Варшавы и непрерывных застольях.

Вырвавшись из цепких лап Потоцкого, в середине августа мы смогли продолжить путь на запад, в курфюршество Саксония, на территории которого и находилось Кведлингбурское аббатство. А судя по имеющимся картам, нам предстояло проехать около семисот километров, через Познань, Франкфурт-на-Одере и Берлин. Несмотря на мое стойкое германофобство, стоило признать, что дороги здесь были намного лучше, чем в России, да и плотность дорожной сети, учитывая плотность населения, была на порядок выше. В этом направлении России еще трудиться и трудиться, но для нас, с нашими размерами и климатом, приоритетом все-же должно стать строительство дорог железных.

***

Я, конечно, еще с момента крайнего разговора с Екатериной, начал мысленно готовиться к встрече с Софией, но сборы в дорогу и встреча с Потоцким отвлекали и позволяли не зацикливаться на этом вопросе. После же выезда из Варшавы заняться, кроме чтения книг, особо было нечем и меня начали одолевать мысли. Если в первую нашу встречу с принцессой все было просто, императрица озвучила план, мы с Софией перекинулись парой фраз и она ушла, то теперь, несмотря на кажущуюся простоту ситуации (ведь она уже согласилась стать моей женой), я не понимал, как себя с ней вести. Что в общем то, понятно, я ведь ее совсем не знаю. Но если разобраться, вариантов совсем немного. Светские беседы, а на какую тему? Хорошо еще, после последнего разговора с Екатериной, я затарился в Академии наук книгами по истории Европы и в дороге немного расширил свои познания обо всех этих королевствах, курфюршестствах и маркграфствах. Про местную музыку, танцы и поэзию я нихрена не знаю, да и желания особого нет. Посмотреть вместе романтический сериальчик по телеку в ближайшее время тоже не получится.

Бл…ь, хорошо Доброму, он уже в семье, а там ему с разговорами вообще можно не заморачиваться, Мария за всех отрабатывает. Сиди, да поддакивай с умным видом. Они поначалу тихарились по углам дворца, как малолетки, но меня это задолбало и я как командир и старший товарищ, вызвал их на разговор, а после отвез в единственный православный храм на территории герцогства, где Мария перешла в православие и они обвенчались. Времени на свадебные торжества у нас уже не было, поэтому их перенесли на потом, после нашего возвращения. Вот и получается, что других учу, как делать, а как самому сделать хрен его знает.

Путь до Кведлингбурга должен был, по расчетам, занять у нас примерно две недели. Погода стояла отличная, дорога под колесами и копытами была ровная и ничего не предвещало сложностей, а они всегда появляются, когда их не ждешь.

***

По старой территории Польши, мы проехали спокойно. Эти районы гражданская война между сторонниками прошлого короля и представителями Барской конфедерации практически не затронула, ввиду отсутствия здесь православного населения. Но на восьмой день пути на дорогах начали изредка попадаться свидетельства боестолкновений, в виде разложившихся трупов и следов мародерства.

Перейдя в режим повышенной готовности, мы продолжали путь, но головной дозор вперед пускать не стали. Слишком нас мало для того, чтобы еще и разделяться. Кроме того, лес вокруг дороги был с густым подлеском и практически не просматривался, поэтому смысла в дозоре не было. Их либо пропустят беспрепятственно, либо уничтожат до нашего подхода. Мы же все равно назад не развернемся, спецназ своих не бросает.

Первый день в усиленном режиме мы проехали без происшествий, но к вечеру сложилась ситуация, что на улице уже стемнело, а до постоялого двора мы еще не добрались. Еще раздумывая, как поступить дальше, я услышал Доброго, который сказал Ефрему остановиться.

– Командир, дымом тянет. Но постоялый двор это или нет, неизвестно. Думаю, надо проверить. Источник дыма не может быть далеко отсюда! – предложил Добрый, заглянувший в карету.

Выйдя наружу, я тоже ощутил слабый запах дыма. В принципе, можно было спокойно продолжать двигаться вперед, ночные засады в этот исторический период особо не практиковались. Бандитам нужна добыча, которая ночью сидит по постоялым дворам. Но мы ведь не ищем легких путей. Такая ситуация для диверсанта, это, как перед носом голодного волка помахать куском мяса. Мы ведь все, немного, адреналиновые наркоманы.

К тому же, Потоцкий мне рассказал, что после разгрома прусской армии, в которой было большое количество насильно рекрутированных иностранцев и всякого отребья, на новых польских территориях орудовали банды из этих самых бывших солдат, которым совершенно некуда было податься, а кушать хочется всегда. Почему же, в таком случае, не помочь союзнику и не сделать его территорию более безопасной.

– Добро, давай три тройки потихоньку вперед, копыта обмотать, оружие к бою. Если в паре километров никого не встречают, возвращаются назад! – поддержал я предложение Доброго.

Вернувшиеся через полчаса парни доложили, ничего впереди нет и запах дыма там тоже не чувствуется. Дорога, по их словам, идет от нас практически без поворотов, значит источник дыма, судя по направлению ветра, находится в глубине леса.

***

– Ну что Добрый разомнемся малеха, а то задолбался я в карете сидеть? – потягиваясь, для проформы спросил я, заранее зная ответ.

– Даже не вопрос командир, если это дезертиры, то на них по любому кровь есть! – с ноткой злости ответил Добрый.

– Давай одну тройку на охрану, остальным ночную форму, ножи, арбалеты и пистолеты! – дал я отмашку и сам полез в карету переодеваться в специально пошитый легкий костюм из черной ткани.

Через десять минут восемнадцать призраков ночи стояли передо мной.

– Идем двумя группами. Я и Рига с тремя тройками слева, Добрый справа, с тобой остальные, интервал триста метров. Двигаемся полчаса, потом сбор и уточнение задачи. Сигналы стандартные. Попрыгали! – поставил я боевую задачу и безликие призраки растворились в ночном лесу.

Ночь была достаточно лунная, чтобы спокойно держать направление и не заблудиться в ночном лесу, главное не забывать делать поправку на время. Через двадцать минут движения, я уже было подумал, что тянем пустышку, как чуть впереди мелькнул небольшой огонек. В это время, справа раздался крик выпи, вторая группа тоже обнаружила противника.

Сигнализировав сбор, я отправил тройку Грохота вперед осмотреться. Вернувшийся через десять минут Грохот доложил, что впереди на поляне догорает костер, а вокруг спит человек тридцать в прусской форме, имеется несколько ружейных пирамид и полное отсутствие охранения. Что и требовалось доказать. Разделившись на три группы, мы охватили подковой спящий лагерь и по сигналу, бесшумно двинулись вперед. А через пять минут началась резня.

Зажать рот рукой, одновременно придавливая тело коленом и аккуратно ударить стилетом в ухо. Мгновенная смерть. Коса смерти безмолвно двигалась с трех сторон к центру лагеря, в котором оказалось немного больше солдат, чем насчитал Грохот, как вдруг в дальнем углу, у ружейной пирамиды, проснулся один из обитателей лагеря и завопил, как петух на утренней зорьке. В принципе, понять его можно. Спишь себе, никого не трогаешь, открываешь глаза, а вокруг ходят черные молчаливые фигуры без лиц. После такого, можно даже не вставать, туалет на месте обеспечен.

Первый проснувшийся еще орал, но находившиеся около него трое солдат обладали более крепкими нервами и шустро похватали оружие из пирамиды и даже попытались привести его в боеготовое состояние. Ничего путного у них, конечно, не вышло. Двое оказались оперативно нашпигованы арбалетными болтами, а третьего Добрый пробил насквозь, метнув метров на пятнадцать ружье со штыком из стоящей рядом с ним пирамиды. Крикунубыстро перехватили горло ножом, а нескольких проснувшихся от крика солдат, не успевших схватить оружие, бойцы быстро успокоили руками и ногами, и на этом захват лагеря был завершен.